Леонид Павлов: собрание сочинений

К 110-летию со дня рождения Леонида Павлова публикуем фотографии и эссе Константина Антипина о знаковых, а также и менее известных постройках великого архитектора.

12 Августа 2019

Исследование

Наследие Архитектура Фотография

Леонид Павлов [27.7(9.8).1909 – 18.9.1990] – уникальная фигура в истории советской архитектуры: начав свой путь в иконописной школе во Мстере, он продолжил его на художественном рабфаке, а затем во ВХУТЕМАСе, где познакомился с Иваном Леонидовым, навсегда ставшим его «творческой совестью». Не стало ударом для архитектора поворот от авангарда к классике в 1930-е, тогда он поступил в аспирантуру Академии архитектуры, где учился у Алексея Щусева и Ивана Жолтовского. В результате Павлову удавалось гармонично сочетать в своем творчестве столь разнонаправленные и на первый взгляд противоречащие друг другу школы.

Проекты Павлова точно так же не ограничиваются какой-то одной областью. За 60 лет практики он успел поработать во всех возможных сферах: от административных и зрелищных комплексов до спортивных и транспортных сооружений, не говоря уже о многочисленных проектах жилых домов, знаменитой «коллекции» вычислительных центров и не столь успешной в плане реализации серии зданий для обслуживания автомобилей. С начала 30-х годов и до самого заката СССР не было в жизни Леонида Павлова такого периода, в котором ему бы не удалось создавать качественную современную архитектуру.

1. Станция метро «Добрынинская»

zooming — Станция метро «Добрынинская»

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, М.А. Зеленин, М.А. Ильин
При участии архитектора: Я.В. Татаржинская
Инженеры-конструкторы: А.И. Семенов, Л.И. Горелик, А.Н. Пирожкова
Миниатюрные рельефы на станции: скульптор Е.А. Янсон-Манизер
Мозаичные панно в вестибюле: художники Г.И. Рублев и Б.В. Иорданский

Начало проектирования: 1943

Открытие станции: 1950

Москва, станция метро «Добрынинская»

В ансамбле кричащей роскоши Кольцевой линии московского метро «Добрынинская» смотрится как гость из постмодернистского будущего. Проектировать станцию Павлову помогал искусствовед Михаил Ильин – специалист по русской средневековой архитектуре. Постепенно сводя к минимуму количество деталей, Павлов пришел к лаконичному образу аркады с разномасштабными арками. Этот образ должен был найти отражение и в архитектуре наземного вестибюля, но вмешалась политика.

На выступлении в Доме архитектора Павлов высказался в защиту одного из своих учителей – Ивана Жолтовского, обвиненного в формализме. Защита постепенно переросла в нападение на главного архитектора Москвы тех лет Дмитрия Чечулина. Назвав спроектированный им кассовый павильон Киевского вокзала «архитектурной какофонией», Павлов лишился работы в Московском архитектурном институте, а затем был отстранен и от проектирования уже строившейся станции метро. В результате наземный вестибюль станции был додуман уже без его участия архитектором Михаилом Зелениным.

Но уже к моменту открытия станции в 1950 году у Москвы был новый главный архитектор – Александр Власов. Павлов, незадолго до того отправившийся работать над застройкой Севастополя, смог вернуться в столицу, где сразу занялся планировкой и застройкой Юго-Запада. Вскоре советскую архитектуру ожидало постановление «о борьбе с излишествами» и новый этап творческих поисков, во время которых Павлов, прошедший через школу ВХУТЕМАСа, призывал обратиться за вдохновением к наследию авангарда.

2. НИИ пожарной автоматики

1 / 3

НИИ пожарной автоматики

Фото © Константин Антипин
2 / 3

НИИ пожарной автоматики

Фото © Константин Антипин
3 / 3

НИИ пожарной автоматики

Фото © Константин Антипин

Проектирование и строительство: 1960-е

Москва, 1-я Мытищинская улица, дом 3, строение 1

Монументальная, почти скульптурная композиция: стеклянный параллелепипед, скользящий меж двух грубых кирпичных пластин. Здание института стоит прямо возле железной дороги, что и определило его динамичный облик. Спустя полтора десятилетия Павлов еще вернется к этому образу при проектировании павильона для траурного поезда В.И. Ленина возле Павелецкого вокзала. К сожалению, РЖД обезобразили образ этого павильона при реконструкции под музей Московской железной дороги.

3. НИИ вакуумной техники им. С.А. Векшинского

Завершение строительства: 1967

Москва, Нагорный проезд, дом 7

Еще один институт в стиле раннего модернизма с его обилием стекла и простыми геометричными формами, спроектированный Павловым в те же годы. Здесь три разномасштабных параллелепипеда аккуратно вписаны в застройку промзоны на пересечении Малого кольца и Павелецкого направления Московской железной дороги. Сегодня внутри сооружения объемом больше 300 кубических метров находится множество предприятий разной направленности, вокруг выросли высокие деревья, и в полной мере понять замысел можно лишь поднявшись на несколько десятков метров вверх над зданием.

4. Центральный экономико-математический институт

1 / 4

Центральный экономико-математический институт

Фото © Константин Антипин
2 / 4

Центральный экономико-математический институт

Фото © Константин Антипин
3 / 4

Центральный экономико-математический институт

Фото © Константин Антипин
4 / 4

Центральный экономико-математический институт

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, И.Я. Ядров, Г.В. Колычева, Г.Д. Дембовская
Инженеры: Е.Б. Гармсен, Л.А. Муромцев, В.А. Авербух, Р.А. Рохваргер
Художники: В.К. Васильцов, Э.А. Жарёнова

Проект: 1966
Завершение строительства: 1978
Скульптура «Лист Мёбиуса» на фасаде: 1975

Москва, Нахимовский проспект, дом 47

В эпоху покорения космоса Павлов не изменял школе Жолтовского, продолжая проектирование зданий по пути гармонизации всех величин и подчинения их композиции особому пропорциональному строю. И все же, если в работах сталинского периода Павлов занимался поиском национальной идентичности, обращаясь к мотивам старой русской архитектуры, то теперь он вдохновляется авангардом и в своих работах оперирует космическими величинами. В основу композиции здания ЦЭМИ Павлов заложил квадрат. В основу же пропорциональной схемы для величин сторон квадрата Павлов положил радиус Земли.

Первый квадрат – легендарная монументальная композиция над входом в здание – имеет длину стороны в 13 метров или одну миллионную от диаметра планеты, то есть двух ее радиусов. Второй квадрат – пластина со стороной в сто тысяч раз меньшей радиуса земли – эта часть здания была предназначена для размещения в ней компьютеров, занимавших в 60-е годы огромные площади. И третий квадрат – пластина с длиной стороны на 1/10 большая, чем предыдущая, при этом смещенная относительно нее. В результате получилась мощная трехчастная композиция здания, сложенная из блока для людей, блока для машин и монументального искусства.

К сожалению, идее Павлова не суждено было сбыться в полной мере. Затянувшееся строительство здания и одновременное развитие компьютерной техники привели к исчезновению необходимости в таких больших площадях для нее. В результате в помещениях, спроектированных «для машин», организовали дополнительные кабинеты для сотрудников института. В наши дни задуманное в 60-х единство архитектурного ансамбля из научных институтов на Профсоюзной было разрушено вначале интервенциями жилых комплексов в пространство между ними, а затем и пожаром, который привел к сносу здания ИНИОН.

5. Вычислительный центр Госплана

Архитекторы: Л.Н. Павлов, Л.Ю. Гончар, А.П. Семенов, О.А. Трубникова

Проектирование: 1966–1967
Завершение строительства: 1974

Москва, проспект Академика Сахарова, дом 12

В 1962 году Павлов спроектировал новое здание для Госплана, получившее признание в творческой среде и положительную оценку со стороны ведомства. Так что спустя несколько лет, когда Госплану было необходимо здание для своего вычислительного центра, к работе вновь привлекли Павлова. Еще в годы учебы во ВХУТЕМАСе Павлова волновал вопрос: «Как сделать монументальное сооружение?» Ответ на него, полученный от Владимира Татлина, кажется, навсегда определил направление творческой мысли Павлова:

«Возьмите квадрат плюс один вершок! Квадрат – это «все равно», квадрат – это смерть. Должно начаться движение, только начаться. Небольшой сдвиг, начало динамики, зарождение движения, рождение…»

Динамичный разносторонний куб вычислительного центра, опирающийся на четыре «адимарипа», между которыми продета тонкая пластина стилобата, –сооружение, порожденное тремя эпохами: авангарда, освоения классики и «космизма» 60-х. Сторона куба в 42 метра – не аллюзия к «Автостопом по галактике». Павлов пришел к этой величине, поделив на миллион длину окружности Земли и немного подогнав ответ под произведение двух близких чисел: 6 и 7. Подчинив все величины композиции пропорциям золотого сечения, Павлов получил образ, объединяющий в себе динамику «неправильного» куба и статику плоского стилобата.

6. Вычислительный центр Центрального статистического управления

1 / 3

Вычислительный центр Центрального статистического управления

Фото © Константин Антипин
2 / 3

Вычислительный центр Центрального статистического управления

Фото © Константин Антипин
3 / 3

Вычислительный центр Центрального статистического управления

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, Т. Андлерова, А.В. Лунев, А.П. Семенов, П.Э. Этлина,
Инженеры: Е.Б. Гармсен, Г. Лысенко, В. Соболев

Проект: 1968
Завершение строительства: 1980

Москва, Измайловское шоссе, дом 44

В 1970 году в СССР планировалось проведение переписи населения. Под эти цели ЦСУ решило построить на Измайловском шоссе вычислительный центр. До этого Павлов занимался проектированием ВЦ для Иваново, где на тонкой горизонтальной квадратной пластине расположил небольшой кубический блок хранилища информации и высотный объем, содержащий помещения для людей и машин. Проект не был реализован, но его концепция легла в основу работы над новым заказом. В первую очередь, вытянулась форма пластины стилобата, так как, в отличие от расположенной на предмостной площади в Иваново, площадка для ВЦ в Измайлове не упиралась в пересечение шоссе с какой-либо иной артерией. Затем пришлось избавиться от куба, так как за несколько лет, прошедших с начала проектирования, компьютерная техника сумела развиться и уместиться в одном лишь высотном объеме.

Если в ЦЭМИ пространства для людей и машин были расположены друг рядом с другом и они должны были существовать как бы параллельно, то в ВЦ ЦСУ Павлов расположил их друг над другом в одном объеме, обозначив их разнородность разницей в шаге и толщине полос остекления. Сочленение двух объемов подчеркнуто мощным глухим поясом и двумя перпендикулярно выпирающими из него спаренными стенками, вызывающими у зрителей множество ассоциаций, но функциональной нагрузки не несущими.

7. Показательная станция технического обслуживания легковых автомобилей на Варшавском шоссе

1 / 7

Показательная станция технического обслуживания легковых автомобилей на Варшавском шоссе

Фото © Константин Антипин
2 / 7

Показательная станция технического обслуживания легковых автомобилей на Варшавском шоссе

Фото © Константин Антипин
3 / 7

Показательная станция технического обслуживания легковых автомобилей на Варшавском шоссе

Фото © Константин Антипин
4 / 7

Показательная станция технического обслуживания легковых автомобилей на Варшавском шоссе

Фото © Константин Антипин
5 / 7

Показательная станция технического обслуживания легковых автомобилей на Варшавском шоссе

Фото © Константин Антипин
6 / 7

Показательная станция технического обслуживания легковых автомобилей на Варшавском шоссе

Фото © Константин Антипин
7 / 7

Показательная станция технического обслуживания легковых автомобилей на Варшавском шоссе

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, Л.Ю. Гончар, Е.С. Копелиович, Р.Е. Чертов, В. Лебедев, С. Геллер
совместно с: Г.Д. Дембовская
Инженеры: Е.Б. Гармсен, А.С. Лесневский, В.П. Тростин
при участии: Л.А. Муромцев, В. Сергеева

Художники: В.К. Васильцов, Э.А. Жаренова

Металлические конструкции треугольной части
Инженеры: Н.Я. Булкин, В.В. Жданов

Проектирование: 1967–1968
Завершение строительства: 1977

Москва, Варшавское шоссе, дом 170Г

Начавшаяся в 60-е годы в СССР автомобилизация, наращивание производства бюджетных малолитражных автомобилей, в том числе благодаря строительству Волжского автозавода в Тольятти, потребовала создания инфраструктуры для обслуживания этих автомобилей: гаражей, автозаправочных станций и станций техобслуживания. Так что одновременно с проектированием «домов для машин» вычислительных на Павлова возлагается задача создания комплекса проектов, связанных с машинами движущимися. Наиболее ярким как на бумаге, так и в реализации, стал проект станции технического обслуживания легковых автомобилей «Жигули» на Варшавском шоссе.

Колоссальных размеров абстрактная композиция состоит из горизонтальной пластины с гаражом и мастерскими для обслуживания автомобилей и возвышающегося над ней треугольного объема с залом для их продажи. Из зала автомобили выезжали на улицу по огромному спиральному пандусу, расположенному в его центре. Покрытие самого зала первоначально должно было стать полностью безопорным, но монтирующая их организация не справилась с поставленной задачей. Несмотря на это, благодаря обилию света со всех сторон необходимый эффект «парения» крыши зала все же достигался. Снаружи к устремленному в сторону МКАДа треугольному образу добавляли эффектности металлические треугольники-«закрылки» по бокам.

Станция нейтрализации

1 / 4

Станция нейтрализации

Фото © Константин Антипин
2 / 4

Станция нейтрализации

Фото © Константин Антипин
3 / 4

Станция нейтрализации

Фото © Константин Антипин
4 / 4

Станция нейтрализации

Фото © Константин Антипин

Художник: Г.Н. Белоярцева-Вайсберг

Москва, Варшавское шоссе, дом 170Г, строение 21

Отдельного внимания заслуживает станция нейтрализации, расположенная вблизи СТОА. Три ее фасада покрывает огромное мозаичное панно работы художницы Габриэли Белоярцевой-Вайсберг – это одно из последних сохранившихся произведений монументального искусства на территории СТОА. Вместе с художниками Владимиром Васильцовым и Элеонорой Жареновой, создавшими, например, знаменитое «ухо» на фасаде ЦЭМИ, Леонид Павлов планировал оформить огромным панно на тему истории транспорта стены вдоль спирального пандуса, а по центру сквозь спираль должна была спускаться огромная люстра по проекту Павла Шимеса. Ни то, ни другое не было реализовано, а многие созданные произведения к настоящему моменту были утрачены.

8. Станция технического обслуживания автомобилей «Москвич» на Минском шоссе

1 / 6

Станция технического обслуживания автомобилей «Москвич» на Минском шоссе

Фото © Константин Антипин
2 / 6

Станция технического обслуживания автомобилей «Москвич» на Минском шоссе

Фото © Константин Антипин
3 / 6

Станция технического обслуживания автомобилей «Москвич» на Минском шоссе

Фото © Константин Антипин
4 / 6

Станция технического обслуживания автомобилей «Москвич» на Минском шоссе

Фото © Константин Антипин
5 / 6

Станция технического обслуживания автомобилей «Москвич» на Минском шоссе

Фото © Константин Антипин
6 / 6

Станция технического обслуживания автомобилей «Москвич» на Минском шоссе

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, Л.Ю. Гончар, Р.Е. Чертов, И. Зотова, Г.Д. Дембовская

Начало проектирования: 1968
Окончание строительства: 1978

Москва, улица Горбунова, дом 14

Комплекс станций обслуживания вдоль МКАДа должен был содержать шесть таких объектов. Но уже на втором у Павлова начались проблемы с реализацией собственных замыслов. Автомобили «Москвич» были дешевле «Жигулей», так что и на СТО для них было решено сэкономить. Первоначально Павлов создавал проект, сильно напоминавший СТОА на Варшавке, отличавшийся от него лишь формой демонстрационного зала: это должен был быть квадрат с четырьмя огромными круглыми окнами на каждой из четырех сторон. После отказа от вынесения демонстрационного зала в верхнюю часть комплекса, ее объем значительно сжался к краю. Все это сильно ударило по образу здания, а добила его экономия на материалах: требования к сборности и использованию типовых деталей привели к полной потере связи с первоначальным замыслом.

Как и у СТОА на Варшавском шоссе пространство мастерских и гаражей под огромной плоскостью крыши здесь освещается через несколько сотен световых колодцев. Но если в случае показательной станции были использованы экспериментальные купола из оргстекла, активное внедрение которых началось в начале 60-х после успеха Дворца пионеров, то в этом проекте пришлось прибегнуть к более тривиальному решению. Солнечный свет поступает через обычные стекла, накрытые сверху защитной сеткой.

Комплекс до сих пор используются практически по прямому назначению, лишь сместив и расширив свою специализацию с продукции разорившегося завода АЗЛК на автомобили иностранных концернов. Долгие годы фасады здания были закрыты рекламными баннерами, но в этом году комплекс пережил ремонт, в ходе которого его стены облицевали панелями вентилируемого фасада.

9. Всесоюзный научно-технический информационный центр

1 / 3

Всесоюзный научно-технический информационный центр

Фото © Константин Антипин
2 / 3

Всесоюзный научно-технический информационный центр

Фото © Константин Антипин
3 / 3

Всесоюзный научно-технический информационный центр

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, А.П. Семенов

Проектирование и строительство: конец 1960-х – начало 1970-х

Москва, Смольная улица, дом 14

В конце 1960-х было принято решение о строительстве в общественном центре района Химки-Ховрино здания Государственной публичной научно-технической библиотеки. Ее проектированием занимался коллектив из ГИПРОНИИ Академии наук во главе с Валентином Коганом. Мастерской же Павлова поручили заняться более инновационной задачей – проектированием научно-технического информационного центра, где на смену традиционной библиотечной системе хранения и выдачи информации на бумажных носителях пришли микрофильмы и микрофиши, для просмотра которых в читальном зале были установлены специальные приборы. Но главное, что потребовало участия мастерской Павлова в этом проекте – наличие в комплексе собственного вычислительного центра.

В результате пропорции высотной части здания в точности совпадают с «кубом» ВЦ Госплана, отличие лишь в образе его поддержания над «продетой» под ним пластиной стилобата: вместо четырех «адимарипов» осталось лишь две опорные конструкции в форме трех лепестков. К сожалению, комплекс зданий ВНТИЦ уже в 1990-е стал использоваться не по назначению: внутри расположился торговый дом. В наше время он вновь сменил функцию, став бизнес-центром. Недавно главное здание пережило капитальный ремонт: стилобат облицевали вентфасадом, а куб утратил оригинальный рисунок остекления. Пространство между бывшим входом в пластину и опорой куба со стороны улицы было остеклено для организации вестибюля, что также сказалось на потере динамичного образа, заложенного когда-то Павловым.

10. Вычислительный центр Госбанка

1 / 4

Вычислительный центр Госбанка

Фото © Константин Антипин
2 / 4

Вычислительный центр Госбанка

Фото © Константин Антипин
3 / 4

Вычислительный центр Госбанка

Фото © Константин Антипин
4 / 4

Вычислительный центр Госбанка

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, А.П. Семенов

Начало проектирования: 1974
Завершение строительства: 1996

Москва, улица Свободы, дом 57, корпус 1

Еще один вычислительный центр был спроектирован Павловым в начале 1970-х, а закончен уже после его смерти. Образ огромной микросхемы завершает перспективу Химкинского бульвара и формирует фасад Тушинского района со стороны водохранилища. Вряд ли Павлов предполагал, что остекление превратит его здание в гигантское зеркало, тем не менее, после мучительно долгого строительства здание стало использоваться по назначению и до сих пор служит главным вычислительным центром Центробанку РФ.

11. Женский лечебно-трудовой профилакторий

1 / 5

Женский лечебно-трудовой профилакторий

Фото © Константин Антипин
2 / 5

Женский лечебно-трудовой профилакторий

Фото © Константин Антипин
3 / 5

Женский лечебно-трудовой профилакторий

Фото © Константин Антипин
4 / 5

Женский лечебно-трудовой профилакторий

Фото © Константин Антипин
5 / 5

Женский лечебно-трудовой профилакторий

Фото © Константин Антипин

Проект: 1978
Завершение строительства: 1987

Москва, Шоссейная улица, дом 92

На первый взгляд «непопулярное» сооружение в глубине Печатников занимает важное место в творчестве Павлова. Здесь, расположившись неподалеку от Николо-Перервинского монастыря, его проект, кажется, впервые не игнорирует исторический контекст, а ведет диалог с ним. Это не означает полного отказа Павлова от модернистского отношения к наследию в своих будущих проектах, но задает курс в направлении бережного к нему отношения. Спустя несколько лет после открытия профилакторий был переформирован в следственный изолятор, вокруг павловской «крепости» выросла еще одна, а в одной из башен организовали храм, крест которого добавляет очередную параллель с образом монастыря.

12. Станция метро «Серпуховская»

Архитекторы: Л.Н. Павлов, Н.А. Алешина, Л.Ю. Гончар
Инженеры: Е.С. Барский, Ю.З. Муромцев, Ю.Б. Айзенберг, В.М. Пятигорский
Художники: Л.А. Новикова, М.Н. Алексеев

Открытие станции: 1983

Москва, станция метро «Серпуховская»

Спустя три десятилетия после открытия «Серпуховской» Кольцевой линии метро, позднее переименованной в «Добрынинскую», Павлов вновь берется за проектирование станции метро под Серпуховской площадью. В архитектуре новой станции архитектор возвращается к историческим мотивам: название станции на путевых стенах оформлено рельефами с буквицей и изображениями на древнерусскую тему. В противовес смысловой связи с древним Серпуховом, под потолком центрального зала станции тянулся уникальный 60-метровый щелевой световод, пронизывающий 12 кубов из анодированного алюминия и символизирующий луч, направленный в сторону современного научного центра Пущино.

К сожалению, «пущинский луч» не сохранился до наших дней, что сильно сказалось на восприятии архитектурного облика станции. Та же участь постигла и освещение внутри арок на «Добрынинской». Пожалуй, две эти утраты – наиболее легко восполнимые среди гигантского наследия Павлова.

13. Станция метро «Нагатинская»

1 / 3

Станция метро «Нагатинская»

Фото © Константин Антипин
2 / 3

Станция метро «Нагатинская»

Фото © Константин Антипин
3 / 3

Станция метро «Нагатинская»

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, Л.Ю. Гончар, И.Г. Петухова, А.П. Семенов, Н.И. Шумаков
Инженер: Т.Б. Процерова
Художники: Э.А. Жаренова, В.К. Васильцев

Открытие станции: 1983

Москва, станция метро «Нагатинская»

Максимально лаконичный архитектурный образ типовой станции-«сороконожки» Павлов думал обогатить продольной или поперечной аркадой, но в конкурсе проектов победил вариант с круглыми колоннами и монументальными панно во всю стену. Темой панно вновь стала Древняя Русь, художники Элеонора Жаренова и Владимир Васильцов выполнили их в технике флорентийской мозаики. Согласование изображений огромного числа храмов далось Павлову с большим трудом: руководство настаивало на смене тематики в сторону природы или науки…

14. Вычислительный центр «Каскад»

1 / 3

Вычислительный центр «Каскад»

Фото © Константин Антипин
2 / 3

Вычислительный центр «Каскад»

Фото © Константин Антипин
3 / 3

Вычислительный центр «Каскад»

Фото © Константин Антипин

Завершение строительства: 1983

Москва, 1-я Брестская улица, дом 35

Последний вычислительный центр в «коллекции» Павлова вновь, после профилактория в Печатниках, говорит нам об умении Мастера работать с кирпичом. В основном, этот талант проявился в жилых домах, спроектированных им, но не вошедших в эту подборку. «Каскад» расположен внутри квартальной ткани вблизи Тверской улицы и напоминает пружину, одной из сторон упирающуюся в торец исторического здания. Здание не пытается мимикрировать под окружающую среду, но все же соблюдает сложившиеся здесь правила игры – в отличие от современных бизнес-центров в соседнем квартале, нависающих над красной линией и вдвое превышающих высотность окружающей застройки.

15. Здание Фельдъегерской службы

Архитектор: Л.Н. Павлов, Л.Ю. Гончар, А.П. Семенов, О.А. Трубникова

Завершение строительства: 1984

Москва, улица Солянка, дом 8

С конца 60-х годов Павлов создал множество проектов перепланировки центра Москвы и отдельных его частей. Одной из них была улица Солянка: архитектор планировал оставить лишь несколько исторических зданий, а на месте других возвести новые – вполне в духе модернизма. Часть этого замысла ему удалось реализовать, в 1976 году на Солянке были снесены дома под номерами 8 и 10, а на их месте выросло длинное здание, поставленное на круглые безордерные колонны, в то время примененные Павловым сразу в нескольких своих проектах, включая упомянутую выше станцию метро «Нагатинская».

16. Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

1 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин
2 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин
3 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин
4 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин
5 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин
6 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин
7 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин
8 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин
9 / 9

Мемориальный музей В.И. Ленина в Горках

Фото © Константин Антипин

Архитекторы: Л.Н. Павлов, Л.Ю. Гончар
Инженеры: Л.А. Муромцев, Н.Н. Архангельский
Скульптор: И.Д. Бродский

Проектирование: 1974–1980
Завершение строительства: 1987

Горки Ленинские, улица Центральная, дом 1

Идеальный куб в трактовке Татлина символизировал смерть. Впервые Павлов прибег к этой фигуре при создании памятника на могиле умершего в 1959 году Ивана Леонидова. Спустя десятилетие он использует композицию из 19 разномасштабных кубов в конкурсном проекте Музея В.И. Ленина на Волхонке. И вот, спустя еще десять лет, сократив число кубов и выровняв их масштабы, Павлов сказал: «В конце жизни я построил Парфенон». Используя мотивы древнерусской и древнеегипетской храмовой архитектуры, Павлов построил заупокойный храм, ставший символическим надгробием для давно мертвых идей «ленинизма». Спустя четыре года после его открытия распался Советский Союз. [Фотоэссе Константина Антипина об этом здании можно посмотреть здесь – прим. Архи.ру].

17. Новый корпус Исторической библиотеки

1 / 4

Новый корпус Исторической библиотеки

Фото © Константин Антипин
2 / 4

Новый корпус Исторической библиотеки

Фото © Константин Антипин
3 / 4

Новый корпус Исторической библиотеки

Фото © Константин Антипин
4 / 4

Новый корпус Исторической библиотеки

Фото © Константин Антипин

Завершение строительства: 1988

Москва, Старосадский переулок, дом 9, строение 3

Последний из реализованных при жизни автора проект – снова в центре Москвы. Новый корпус публичной исторической библиотеки, а по сути – расширение и создание нового фасада здания, построенного в 1901 году для школы общества приказчиков. Портал главного входа вызывает ассоциации с наземным павильоном «Красных ворот» Ладовского, только приведенных Павловым к любимой им форме квадрата. А ритмичный ряд узких окон-бойниц издалека напоминает складки ткани, говоря о том, что новый фасад – всего лишь ширма.

* * *

Смена архитектурных стилей в творчестве Павлова всегда была максимально мягкой и плавной – не из-за инертности его взглядов, а из-за их вечной актуальности. У Павлова был свой стиль, но он отражен не в однообразии архитектуры множества его зданий, а в пути их проектирования. Поэтому так часто хочется восклицать, рассматривая его работы: «И это тоже Павлов?!» – за свой долгий творческий путь в одной лишь Москве по проекту Мастера было возведено более полусотни зданий самой разной направленности. В этом августе со дня рождения архитектора исполнилось 110 лет.

12 Августа 2019

Автор текста:

Константин Антипин

Статьи по теме: Советский модернизм

Интервью

«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»

В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.

Объект

Реконструкция без бальзамирования

Бывшее Центральное отделение почты и телеграфа в Тбилиси превращено в гостиницу The Telegraph Hotel 5* по проекту шанхайского бюро Neri&Hu.

Наблюдения

Снос Энтузиаста

В Москве снесли кинотеатр «Энтузиаст». Хороший авторский модернизм, отмеченный игрой в контраст пластического равновесия, непринужденно парящими консолями, и чем-то даже похожий на ГТГ. С ним планировали разобраться где-то с 2013 года, и вот наконец. Но поражает даже не сам снос – а то, что приходит на смену объекту, отмеченному советской госпремией.

Интервью

Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»

Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.

Новость

Есть основания полагать, что итоги голосования за...

Новость

По проектам СЭВ запустили голосование на «Активном...

Интервью

«Коллизии модернизма и ориентализма»

К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.

Наблюдения

Вент-фасад: беда или мелочь?

Еще один памятник модернизма под угрозой: Донскую публичную библиотеку в Ростове-на-Дону архитектора Яна Заниса планируется ремонтировать «с максимальным сохранением внешнего облика» – с переоблицовкой камнем, но на подсистеме, и заменой туфа в кинозале на что-то акустическое. Это пример паллиативного подхода к обновлению модернизма: искажения не касаются «буквы», но затрагивают «дух» и материальную уникальность. Рассказываем, размышляем. Проект прошел экспертизу, открыт тендер на генподрядчика, так что надежды особенной нет. Но почему же нельзя разработать, наконец, методику работы со зданиями семидесятых?

Пресса: Советский модернизм, который мы теряем

Общественная дискуссия вокруг судьбы Большого Московского цирка и сноса комплекса зданий бывшего СЭВа вновь привлекла внимание к проблеме сохранения архитектуры послевоенного модернизма

Новость

РААСН опубликовал протокол заседания Академического...

Исследование

Прощание с СЭВ

Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.

Новость

И вот, нам дали выбор

Сергей Собянин призвал москвичей голосовать за судьбу цирка на проспекте Вернадского на «Активном гражданине». Это новый поворот. Отметим, что в голосовании, во-первых, не фигурирует удививший многих проект неизвестного иностранца, а, во-вторых, проголосовать не так уж просто: сначала нас заваливают подобием агитации, а потом еще предлагают поупражняться в арифметике. Но мы же попробуем?

Интервью

Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»

Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.

Новость

Второй цирковой

Мэр Москвы Сергей Собянин показал проект, победивший в конкурсе на реконструкцию Большого цирка на проспекте Вернадского. Рассматриваем проект и разные отклики на него. Примерно половина из известных нам предпочла безмолвствовать. А нам кажется, ну как молчать, если про конкурс и проект почти ничего не известно? Рассуждаем.

Исследование

Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной

Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.

Исследование

Годы метро. Памяти Нины Алешиной

Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.

Пресса: Вернуть человеческий масштаб: проекты реконструкции...

В 1978 году Отдел перспективных исследований и экспериментальных предложений был переименован в Отдел развития и реконструкции городской среды. Тема развития через реконструкцию, которая в 1970-е годы разрабатывалась отделом для районов сложившейся застройки в центре города, в 1980-е годы расширяет географию, ОПИ предлагает подходы для реконструкции периферийных районов, т.н. «спальных» районов - бескрайних массивов массового жилищного строительства. Цель этой работы - с одной стороны, рациональное использование городской среды, с другой - гуманизация жилой застройки, создание психологически комфортных пространств.

Пресса: Морфотипы как ключ к сохранению и развитию своеобразия...

Из чего состоит город? Этот вопрос, который на первый взгляд может показаться абстрактным, имел вполне конкретный смысл – понять, как устроена историческая городская застройка, с тем чтобы при реконструкции центра, с одной стороны, сохранить его своеобразие, а с другой – не игнорировать современные потребности.

Мнение

ЛДМ: быть или не быть?

В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.

Рецензия

«Животворна и органична здесь»

Рецензия петербургского архитектора Сергея Мишина на третью книгу «Гаража» об архитектуре модернизма – на сей раз ленинградского, – в большей степени стала рассуждением о специфике города-проекта, склонного к смелым жестам и чтению стихов. Который, в отличие от «города-мицелия», опровергает миф о разрушительности модернистской архитектуры для традиционной городской ткани.

все статьи по теме:Советский модернизм

Технологии и материалы

В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке

Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.

Материал для эксперимента: полимеры в общественном...

Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.

Уличная мебель как микроархитектура

Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.

Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...

В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.

Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности

Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.

Дары аквакультуры

Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.

Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью

Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.

Собрать, утеплить, разобрать

Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.

Лава и мониторы

Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.

Керамическое плетение

Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.

Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...

Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.

Дыхание термитника

TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.

Клинкер с идеальной геометрией

Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.

Пять миллионов «аналоговых пикселей»

Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.

Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»

На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.

LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...

LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.

ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления

Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.

Ветер, солнце и бетон

Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.

Дом из бутылки

В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.

Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче

Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.

Сейчас на главной

send.project

Путь тишины

Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.

Объект

Долгожданный поворот сюжета

В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.

send.project

Меж колонн и сосен

Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.

Объект

От римских бань к лофтам

В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.

Работы студентов

Обрамление функции

Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.

Рецензия

Архивисты VS искусствоведы?

Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…

Объект

Зеркало для гор

На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.

Репортаж

Шум воды против ковша?

Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.

Объект

Глитч и веер

Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.

Объект

Архитектура как часть ландшафта

Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.

Исследование

Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...

Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.

send.project

Бенгази: город как система поддержки

Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.

Мнение

Об эффективности специализированных институтов

В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.

Объект

Об Узбекистане с любовью

Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.

send.project

Инженеры пухового платка

По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.

send.project

Множественность интерпретаций

Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.

Обзор

Золото на зеленом

Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.

Объект

Крутятся шестеренки

Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.

Репортаж

Маленькая выставка с большим потенциалом

Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.

Объект

Доступная аренда на острове роскоши

Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.

Конкурс

Общее дело возрождения

С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.

send.project

Первостроителям Петербурга

Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.

Конкурс

АРХИWOOD-17: дендрохронология

АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!

send.project

Спортивный драйв

ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.

Объект

Подъем с остановками

Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.

Объект

Маяк на утесе

Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.

Объект

Архитектура геологического формата

«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.

Объект

Новая деревня

Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.

Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...

Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.

Объект

Между небом и бетоном

Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.