Сергей Кузнецов: «Акварель полностью отвечает моему восприятию мира»

Фрагмент интервью с Сергеем Кузнецовым, приуроченного к выставке графики главного архитектора Москвы, открывшейся вчера в МАММ.

Беседовала:
Екатерина Шалина

mainImg
Архитектор:
Сергей Кузнецов
Вчера в Московском Мультимеда-арт музее открылась выставка графики главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова. На ней представлено более 120 работ в технике карандаша, туши, фломастера и акварели, созданных в течение 10 лет начиная с 2007 года. Много новых, в основном акварелей – 2016 и 2017, в том числе сделанных специально для выставки. Публикуем фрагмент беседы куратора выставки – искусствоведа Екатерины Шалиной, с Сергеем Кузнецовым. Полная версия интервью будет опубликована в каталоге, приуроченном к выставке «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика» (21.07 – 10.09). Помимо графики и живописи в него войдут рассказы известных деятелей культуры, архитекторов, фотографов, журналистов и художников об их восприятии разных городов мира – от архитектурных переживаний до вкусовых ощущений. В числе контрибьютеров – Михаил Швыдкой, Сергей Чобан, Дмитрий Бертман, Алексей Тарханов, Михаил Белов, Артемий Лебедев, Александр Пономарев, Алексей Народицкий, Петр Кудрявцев, Екатерина Проничева, Софья Троценко, Елена и Ирина Кузнецовы. О дате выхода книги и презентации будет сообщено дополнительно.
***

В залах выставки «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика» (21.07 – 10.09). Фотография © Вартан Айрапетян
Сергей Кузнецов за работой. Фотография © Вартан Айрапетян

Екатерина Шалина:
– Выставка «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика» в Мультимедиа Арт Музее Москвы объединила более 120 рисунков и акварелей. Разные техники, разные города мира, сооружения и пространства. В чем главная идея этого проекта для автора?

Сергей Кузнецов: 
– Эта выставка – спасибо за приглашение сделать ее и помощь в реализации Ольге Свибловой, директору МАММ, и всей его замечательной команде – по сути, еще одна форма высказывания о том, что городская среда и архитектура, как ее основная часть, очень сильно воздействуют на сознание человека. Независимо от того, отдает он себе в этом отчет или нет. Это история о том, что город – интереснейшее явление, которое имеет смысл проживать максимально включенно. Для меня самый естественный и точный метод такого «включения» – рисование. Но существуют и другие способы. Кто-то, выходя в город с целью познакомиться с ним или узнать лучше, сверяется с книгами и фильмами, кто-то просто любит бродить без карты и открывать для себя что-то новое, кто-то фотографирует или записывает свои ощущения. Поэтому в экспозиции наряду с моей графикой появились экраны с видеоколлажами из культовых кинокартин, передающих атмосферу нескольких прекрасных центров мира, где мне посчастливилось неоднократно бывать и рисовать.
Сергей Кузнецов на пленэре. Фотография © Алина Кудрявцева

– Вы как-то специально готовитесь к знакомству с новыми местами? 

– Если я собираюсь в город, о котором я имел смутное представление, стараюсь о нем что-то предварительно почитать. Но самый эффективный метод – взять хорошего гида. К примеру, в Буэнос-Айресе мы выбрали маршрут по конструктивизму. Самостоятельно его сложно проделать – памятники разбросаны по разным районам, а нам посоветовали знающих ребят, проводящих эту экскурсию на аутентичном, отличной сохранности грузовичке 30-х годов. Получилось настоящее путешествие во времени. По центру гуляли сами. Надо сказать, Буэнос-Айрес – очень европейский по духу, напоминает Париж, только все в сильно увеличенном, американском масштабе. Грандиозные проспекты, много артистичной архитектуры ар нуво и ар деко, здания с артикулированной пластикой, они откликаются, реагируют друг на друга башенками, балкончиками, декором. Считывается размах и величие города, и одновременно, к сожалению, ощущается, что его лучшие времена остались в прошлом. Если я отправляюсь куда-то всего на пару дней, то в первый день стараюсь как можно больше обойти и посмотреть, попутно намечаю и запоминаю, фотографируя возможные точки для пленэра. А во второй день выхожу в город с этюдником или планшетом.
zooming
Сергей Кузнецов. Буэнос-Айрес.
Выступление Сергея Кузнецова на открытии выставки, 19.07.2017. Фотография (с) Вартан Айрапетян

– Планируются ли до путешествия объекты для рисования? Есть ли какая-то система, принцип выбора архитектурной натуры?

– Когда мы только начали сотрудничать с Сергеем Чобаном и открыли в 2006 году бюро SPEECH, cистемой стала сама практика выездов на пленэр. Вначале мне было интересно зарисовывать известные памятники мировой архитектуры – античности, Ренессанса, барокко. Думаю, что у большинства рисующих архитекторов есть наброски сооружений римского Форума или Колизея. Однажды в Риме мы прошли по следам рисунков Александра Бенуа, который в начале XX века открыл для себя, а через столетие и для нас, нетривиальные виды на собор Святого Петра. В Венеции я тоже сначала обращался к легендарной натуре, которую не раз изображали знаменитые мастера – не с целью соперничества с ними, но чтобы потренировать руку и глаз на шедеврах, схватить пропорции, соотношение деталей и целого. Затем начался собственный, напоминающий охоту, поиск малоизвестных интересных зданий, точек и ракурсов. Особенно я люблю венецианские задворки. Два шага в сторону от туристических маршрутов, толп уже нет, а красота вся та же самая.
Куратор выставки Екатерина Шалина изображением Сан Марко. Тушь, кисть. Фотография © Вартан Айрапетян

– Из Венеции в личном архиве больше всего работ. Любимый город?

– Венеция обладает каким-то непреодолимым «наркотическим» притяжением, и мне не до конца ясна его природа. То ли дело в том, что кругом вода, то ли в том, что весь город – пешеходный. Возможно, секрет его обаяния в какой-то гениальной неправильности, очевидной, к примеру, в главных сооружениях – соборе Сан Марко или Дворце дожей. Как их создатели додумались до такого причудливого сочетания форм, цветов, орнаментов, асимметрии и атектоники – уму непостижимо. Это потрясающая рукотворная среда, в которой все – арт: знаковая архитектура, начиненная живописью великих мастеров, и самые обычные терракотовые дома, созданные не архитекторами, а простыми ремесленниками с отличным вкусом, чьих имен мы чаще всего не знаем. И гондольеры с их повадками и песнями, и цепляющие глаз изделия из муранского стекла и атрибуты маскарада, даже обслуживание в ресторанах – отдельное театральное действо. Впервые я оказался в Венеции десять лет назад, отмечал тридцатилетие и с тех пор почти каждый год праздную там День Рождения. Работа над проектами четырех архитектурных биеннале только укрепила мою любовь к этому городу. Казалось бы, исходил его весь вдоль и поперек, но каждый раз обнаруживается нечто неизведанное.
В залах выставки «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика». Видеоколлаж «Венеция»: авторы Ирина Бахтина, Виталий Мозгалев, Елена Мисаланди. Фотография Юлии Тарабариной
В залах выставки «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика». Фотография Юлии Тарабариной

– Листы из Венеции наглядно демонстрируют весь спектр техник и материалов – от простого карандаша до акварели. От чего зависит выбор, чем и на чем рисовать, для разных объектов? Как произошла эволюция от графики к акварели?

– Сама натура часто наводит на какую-то технику. Например, в моем образе Венеции доминируют белые дома с черными патинами. Однажды я попробовал рисовать их белилами на тонированной бумаге. Сам по себе прием – не открытие Америки, но в данном случае он эффектно выделяет живописные потертости и разрушения, которые придают городу на воде его неотразимый шарм. Обычно я не использую ластик или что-то другое, чем можно поправить рисунок. Кто рисует на пленэре, знает, насколько этот процесс зависит от погоды и света. Стараешься все сделать быстро, и где-то возникают шероховатости, что-то получается неидеально, но есть техники, которые компенсируют это точной передачей эмоций, состояния момента. И к таким, безусловно, относится акварель. Последние три года я использую в основном ее, считаю одной из самых сложных техник, возможности которой для меня далеко не исчерпаны. В какой-то момент захотелось уйти от «документального», детального изображения архитектуры и выдавать на бумаге скорее свои ощущения от того, что вижу. Эта склонность проявляла себя и раньше. Например, крыши пагоды и ворот в Киото, нарисованных простым карандашом, в действительности не так лихо «отлетают», но мне захотелось усилить черту, обозначенную в реальной архитектуре, и на листе это преувеличение ее одушевило. Акварель полностью отвечает моему восприятию мира. К примеру, в реальности может и не быть таких длинных косых теней, какие появляются в некоторых композициях, но именно эти тени придают изображению ту динамику и энергию городской среды, которые я чувствую.

– Архитекторы и художники изображают архитектуру по-разному?

– Можно рассуждать о том, что архитекторам ближе аналитический и археологический подход, а художникам – романтический и эмоциональный. Что архитекторы чаще строят формы линиями, штриховкой и любят монохром, а художники больше внимания уделяют цветовым пятнам и световоздушной среде. Но это не правило, что подтверждают и мои работы. Главное отличие состоит в том, что архитекторы даже в процессе спонтанного, свободного рисования с натуры, получают визуальную информацию, которая затем как-то преломляется в их профессиональной деятельности. В моей практике времен работы в SPEECH из «портретирования» готических соборов родился Дворец водных видов спорта в Казани с его стрельчатыми конструкциями, правда, из другого материала – дерева. Купола Сан-Марко повлияли на купольную форму центрального зала Российского павильона венецианской биеннале в 2012 году, когда мы показывали проекты иннограда Сколково. А принцип цветовой раскладки мрамора на стенах Санта Мария деи Мираколи лег в основу облицовки зданий «Невской Ратуши». Есть и много других примеров.
В залах выставки «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика». Фотография Юлии Тарабариной
В залах выставки «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика». Фотография Юлии Тарабариной
Вышний Волочек. В залах выставки «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика». Фотография Юлии Тарабариной

– А работе главного архитектора Москвы рисование помогает, приносит идеи, которые можно воплотить в градостроительном масштабе?

– Безусловно, помогает. Если бы я, скажем, не рисовал в Нью-Йорке парк Хай-Лайн, разбитый на путях закрытого легкого метро, я бы так не отстаивал участие его создателей Diller Scofidio + Renfro в проектировании и строительстве парка «Зарядье». Эта территория в Нью-Йорке – удивительная. Ты одновременно находишься в окружении «дикой» природы и города. Не лес и не городской парк, а нечто иное. Это действительно новаторская идея ландшафтного урбанизма, которая, надеюсь, будет в полной мере реализована и в самом центре Москвы. Когда я стал главным архитектором, время на поездки, естественно, сократилось, зато я начал больше рисовать Москву. Обнаружил множество мест для пленэров на центральных улицах и в переулках, на набережных и на ВДНХ, в промзонах и на стройплощадках объектов, которые возводятся и реконструируются при моем личном участии – это и парк «Зарядье», и стадион «Лужники». Через рисунок я глубже узнаю и понимаю наш город. Мне кажется, что при желании красоту, предмет, достойный изображения, можно найти в любом его районе. И, конечно, я продолжаю брать с собой карандаши, кисти и краски во все поездки. Из недавних особо плодотворным было путешествие в Бухару – привез много акварелей.
Акварели из Бухары. В залах выставки «Сергей Кузнецов. Личный контакт / Архитектурная графика». Фотография Юлии Тарабариной
Сергей Кузнецов. Бухара. 2017

– Какое Бухара произвела впечатление?

– Двойственное. Город не маленький, в центре великолепные памятники, в хорошем состоянии, но он почти пустой, туристов мало. Жара – а я был в мае – страшная, 38-40° С. Все ищут спасения в тени. И в том числе из-за температуры вся жизнь происходит во внутренних дворах. Если смотреть сверху, весь город нарезан на квадратики – одноэтажные дома выходят на улицы глухими стенами, нет никакого общественного фронта, идешь, как по лабиринту, и только узкие проходы ведут внутрь, на частную территорию. Интровертный город. Вся его архитектура обусловлена климатом. Взять, к примеру, порталы с нишами, богато украшенными керамикой. Ниши создают эффект воронки, попадая в которую воздух остужается перед тем, как проникает в помещение. Краски действительно такие, как на картинах Верещагина – бирюза, охра, резкие контрасты света и тени. Люди приветливые, радушные, многие ходят в национальной одежде, мужчины носят тюбетейки – очень толковый, защищающий от перегрева головной убор. Многие знают по три языка – таджикский, узбекский и русский, что свидетельствует о высоком потенциале. И при этом видно, что живут они в целом бедно, частный бизнес едва развит – на уровне торговли керамикой и тюбетейками, которые продаются без упаковки. Маркетинг отсутствует как таковой. Хотя и архитектура, и кухня, и та же керамика могли бы стать национальными брендами, мог бы интенсивнее развиваться туризм. Но жесткий контроль всего со стороны государства, с которым мы лично столкнулись в проявлении чрезмерного досмотра на границе, очевидно, ограничивает и свободу предпринимательства.

Выставка продлится до 10 сентября. 
Архитектор:
Сергей Кузнецов

21 Июля 2017

Беседовала:

Екатерина Шалина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Пресса: Мегаполис акварелью
Неповторимый стиль европейских и азиатских столиц и узнаваемые штрихи небольших улочек московского центра - все это собрано в экспозиции "Личный контакт. Архитектурная графика", которая открылась в "Мультимедиа Арт Музее" на Остоженке, 16. Автор 120 набросков, эскизов и акварелей - главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов.
Технологии и материалы
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Сейчас на главной
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.
Неоконюшня
На территории ВДНХ появится новый конноспортивный манеж: его авторы обращаются к традиционной для типологии форме и материалам, трактуя их как современный парковый павильон.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Градсовет Петербурга 15.07.2021
Архитекторы предложили обновить торговый центр в петербургском Купчино, вдохновляясь снежными пиками Балканских гор. Эксперты отнеслись к идее прохладно.
Галька на берегу
Проект аэропорта в Геленджике от АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры» стал единственным российским победителем премии Architizer A+Awards 2021 года.
Стратегия преображения
Публикуем 8 проектов реконструкции построек послевоенного модернизма, реализованных за последние 15 лет Tchoban Voss Architekten и показанных в галерее AEDES на недавней выставке Re-Use. Попутно размышляя о продемонстрированных подходах к сохранению того, что закон сохранять не требует.
Ажурные узоры
Манчестерский Еврейский музей приобрел после реконструкции по проекту Citizens Design Bureau новый корпус с орнаментом на фасаде: он напоминает о культуре сефардов.
Дворцовый переворот
Еще один ДК, который возвращает к жизни команда «Идентичность в типовом», на этот раз – в Ельце. Согласно программе, универсальные решения встречаются с локальными особенностями, благодаря чему появляется новая точка притяжения.
В ритме квартальной застройки
На прошедшей неделе состоялась презентация жилого комплекса «ТЫ И Я» на северо-востоке Москвы. По ряду параметров он превышает заявленный формат комфорт-класса, и, с другой стороны, полностью соответствует популярной в Москве парадигме квартальной застройки, добавляя некоторые нюансы – новый вид общественных пространств для жильцов и квартиры с высокими потолками в первых этажах.
Игра в кубе
В Minecraft создана виртуальная копия двух зданий Дарвиновского музея: модернистского и постмодернистского, типично-«лужковского». Можно гулять как снаружи, так и по залам.
Зигзаг фасада
Офисное здание в Майнце защищает новый район на Рейне от шума порта. Авторы проекта – MVRDV и morePlatz.
Стальная живопись
Панели из нержавеющей стали на «Башне» Фрэнка Гери в арт-центре LUMA в Арле задуманы как мазки кисти Ван Гога.
Возгонка авангарда
В Москве завершено строительство Tatlin apartments на Бакунинской улице. Дом включает в себя фрагмент отреставрированной АТС конца 1920-х годов, заставляя это спокойное, в сущности, здание с технической функцией стать более футуристичным, чем оно было задумано когда-то.