Лабиринт Минотавра

Над крышей дома звезды, а под – светильники-табуреты. Фестиваль «Под крышей дома» открылся в Доме на Брестской, 6.

Автор текста:
Ольга Орлова

02 Апреля 2006
mainImg
Те, кто добирался на фестиваль на метро, читали на потолке станции «Маяковская» цитату классика «чтобы каждый день над крышами зажигалась хотя бы одна звезда». Эту фразу кураторы конкурентной фестивалю «Под крышей дома» «АрхМосквы» в этом году сделали программной. Несколько лет назад журналисты устроили соревнование «кто кого» между этими фестивалями по критерию звездности приглашенного состава. Когда-то, пригласив Карима Рашида, выиграл фестиваль на Брестской. В этом году «АрхМосква» дает три очка вперед: Том Мейн, Дэвид Кук и Питер Айзенман. Заявленная в качестве события фестиваля «Под крышей дома» итальянка из кассового Турина Федерика Патти, как сказано, в пресс-релизе «пока мало известна в профессиональном мире, но молода и очень талантлива». Когда сюда привозят уже сфабрикованные звездной индустрией Запада имена – это еще более менее понятно, хотя в последнее время и это «западопоклонство» вызывает протесты отечественного бомонда.  Но вот что понять вообще невозможно: зачем устраивать местную раскрутку западного молодняка, чем фестиваль «Под крышей дома», кажется, даже гордится, отмечая, что некогда уже стал «хорошим трамплином» для итальянца (опять итальянца?) Франческо Луккезе. Когда на пресс-конференции у организаторов фестиваля спросили, собираются ли они как-то поддерживать российскую архитектурную молодежь, заместитель председателя патронирующей фестиваль Москомархитектуры Андрей Грин сказал, что уже поддерживают – победителей конкурса в рамках фестиваля принимают в Союз московских архитекторов без «специальной процедуры». Интересно, что он при этом имел в виду? Юрий Григорян в эфире радио «Маяк» когда-то рассказывал, как их с Павлом Иванчиковым принимали в СМА – посмотрели принесенные ими проекты и спросили: «А где ваше творчество?». «Вот наше творчество», – ответили архитекторы, показывая на проекты. «Нет, – сказали им, – где ваше настоящее творчество – живопись?» Если это и есть та самая «специальная процедура», то конкурсные экспоненты фестиваля, к ее прохождению и на самом деле оказались заведомо готовы.

Вот бюро «Рождественка» представило живописный интерьер магазина, правда, воспользовалась не своей живописью, а Рубенса. Обилие дородных обнаженных телес на потолке и стенах магазина, вероятно, должно провоцировать покупателей на закупку большего количества одежды. Опять же к живописи Рубенса прибегла, создавая интерьер «Флорентийские мотивы», Studia Practica. Даже картины, кажется, выбраны те же. Так что казалось, в небольшом выставочном зальчике запахло плагиатом – настолько интерьеры были похожи. Почему-то все  в оформлении интерьеров напирали на ретро обнаженных тел. Вот и дизайнеры из проектного бюро «Мосштаб» расставили по вестибюлям ресторана «Cipollino» Ев работы разных мастеров позднего Средневековья. Творческая мастерская «Артель» тоже что-то выдернула из живописного наследия Средневековья для украшения стен ресторана «Premier», но фигуры уже были целомудренно одеты. К теме обнаженной натуры в скульптурном варианте обратился творческий союз Тихонов&Вибе в серии предметов быта «Эротика комфорта». Отойдя от эротики и прочих способов презентации человека, живописное искусство представили в своих интерьерах ребята из A-Stil, изобразив на панелях частного дома скривленные крыши какого-то бюргерского городка. А архитектурное бюро Тимура Башкаева расписало пролет диспетчерского пункта Управления энергосистемами Северо-Запада Санкт-Петербурга какой-то абстрактной водяной искрой, не понятно, то ли это символ перехода северной столицы на экологичные электростанции, работающие на инерции воды, то ли авторы еще на что намекали. Михаил Филлипов не стал микшировать разные виды искусств, представив отдельно («котлеты отдельно, мухи отдельно») изысканную графику проектов интерьера и их воплощение в виде очень красивой и подробной квартиры в Москве. Кроме, живописи и графики была, как уже отмечалось, представлена скульптура: в качестве барельефов – в работах архитектурной мастерской Натальи Саврасовой, и как оскульптуренные в духе Сальвадора Дали колонны в интерьерах бюро «Архитектура, Технология и Сервис». К фото-искусству обратились Андрей Горожанкин и Юрий Рынтовт, создавая при помощи фото-обой и прозрачных панелей с фото режущих небо веток очень лиричное по настроению «Кафе Апрель». А также бюро «Архиграф» –  в интерьере танцпола и галерея авторской мебели «АМ дизайн», которая разместила при входе на экспозицию пугающее фото своего руководителя в золоченной гербоподобной раме.

Отдельно стоит сказать о мебели. По своим заявкам на глобальность она, казалось, хотела переплюнуть даже отреставрированный Манеж, также представленный на выставке. Вот Наташа Тамручи выставила проект «Бесконечный стол», правда посетили выставки, имея возможность похороводить вокруг его стоящего тут же, рядом со стендом концепции, воплощения, могли посозерцать и даже потрогать два конца этой бесконечности. А Владимир Бондаренко презентовал мебельную группу также с громким названием «Династия», казалось, сейчас будут троны, но нет: шкафчик, столик и два низеньких креслица. Особый интерес публики вызвал «Бешенный табурет» Василия Щетинина. Это светильник, который включался, тряс эксцентрично ножками и пугал проходящих мимо детей («Ма-а-ма!»). Как скопище протезов для могущего растерять конечности в этой бешеной пляске табурета смотрелась расположенная неподалеку лайт-инсталляция Ивана Шалмина: из темного потолка торчали светящиеся ножки табуретов, которые до этого соседства, возможно, еще никем и не осознавались в качестве ножек. Часто соседство ведет к рождению новых смыслов. Этим выставки и интересны. И наконец, парад мебели торжественно замыкали унитазы. На стенде «Отхожее место. Санузлу посвящается» группы «Архиграф» этот предмет сугубо личной гигиены подвергся публичной легитимизации посредством цитат из какого-то, судя по «ерам» и «ятям», дореволюционного автора. Вот такое вот возрождение отечественных традиций. Почему-то стенд «Отхожее место.» разместили рядом с отреставрированным Манежем.

Вообще создавалось такое ощущение, что хотя авторы экспозиции особо и не задавались проблемами ее концептуального структурирования, все на ней было как-то неслучайно, на уровне подсознания они рифмовали на соседних стенах кого-то с кем-то. Здесь мы проходим зону кислотного дизайна, где друг против друга размещены безумные («Cosmopolitan советует») интерьеры Елены Теплицкой и разрисованные маркерами-выделителями проекты и их расцвеченные цветными ширмами из стекла реализации офиса бюро «Арт-Бля». Здесь угол красно-стеклянно-металлических торговых интерьеров. Шикарный интерьер обувного магазина мастерской «Витрувий и сыновья» – длиннющий метрообразный коридор с эффектом засасывающей воронки, созданным при помощи стеклянных перепонок, фиксирующих продольные, сходящиеся в одну точку лопасти, которые по мере их сползания к полу становятся полками с обувью. А рядом –  тоже интерьер магазина, и даже, кажется из таких же материалов сооруженный, но из-за шапочек, кепочек и футболочек работы дизайнера уже не разобрать. Это уметь, наверно, надо спроектировать пространство так, чтобы и вместить продукцию и лица не потерять. Далее еще были зоны серо-черно-мрачного декаданса. Зона утрированной классики, причем странного разлива  – внутри высотки. Зона древесно-стеклянно-металлического с голубыми акцентами: Манеж почтенного авторского коллектива от главного патрона фестиваля и собственно Москомархитектуры Александра Кузьмина до величественной фигуры Михаила Посохина со всем «Моспроектом-2» вместе взятым и зал ожидания в терминале аэропорта «Домодедово» работы молодых архитекторов Сергея Крючкова, Алеси Черновой и Ильи Мукосея.

Добротных современных интерьеров было мало. Либо перепевы классики, либо не-пойми-что, потому что столько всего напичкано в пространство, что даже если какая-то идея и была, то затерялась, не найти, нету. Укротить стихии излюбленных московскими дизайнерами классики и подробности удалось только мастеру этого дела Михаилу Филиппову. При этом получилось не нарочито старинно, а очень даже современно. Просто видно, что хозяин – классического образования и вкусов: здесь и рояль, и стертые карты Америки, и роскошный глобус, и мальбертик. Чистыми и смелыми объемами из элитного темного дерева (пол-стены-потолок) с вкраплениями пролетов светлого металла выделялись интерьеры жилого дома на территории культового Клязьминского водохранилища архитектурной мастерской Тотана Кузембаева. Умение работать как в реставрации и адекватном воссоздании классических интерьеров (особняк на Вражском), так и в проектировании современных минималистичных пространств (интерьер «Модная точка») показала студия «Декора-С».  Гармоничное с зарядом общей довлеющей в помещении атмосферы и отдельными пространственными и декор-затеями «Кафе Апрель» выставили Андрей Горожанкин и Юрий Рынтовт.

Все это разнообразие – отличного и не совсем дизайна – размещено, надо сказать, было очень странно. Даже помимо уже указанного подсознательного (то по цвету, то по материалам, то по шоппинг-теме) принципа организации экспозиции. Конкурсные проекты – собственно интерьеры – были разбросаны по небольшим транзитным залам, а также на антресолях. Большой зал заняла разметанная по кругу ярмарка отделочных материалов.  А в центре этой, по крайней мере, по масштабам, главной экспозиции – омакеченный генплан Москвы, как Минотавр, пожирающей все преступное и прекрасное из отечественного дизайна. Кстати, логотип фестиваля «Под крышей дома», проходящего собственно в здании, принадлежащем Москомархитектуре – такая в плане с ломаными линиями-стенами завитушка, указывавшая посетителям выставки направление пути, – очень похожа на лабиринт. Такой вот лейбл лабиринта, в котором сидит Минотавр. 

Зона кислотного дизайна: план офиса бюро «Арт-Бля».
Зона шоппинг-дизайна: интерьер обувного магазина мастерская «Витрувий и сыновья».
Зона древесно-стеклянно-металлического с голубыми акцентами: Манеж (Александра Кузьмина и Ко) и зал ожидания в терминале аэропорта «Домодедово» (Сергей Крючков, Алеся Чернова и Илья Мукосей).
Лейбл лабиринта, в котором сидит Минотавр.
zooming
Cимвол фестиваля - Светильник-табурет


02 Апреля 2006

Автор текста:

Ольга Орлова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Марина Игнатушко: «Наш рейтинг – не про абсолютные...
Говорим с куратором, организатором и вдохновителем Нижегородского архитектурного рейтинга – единственной российской архитектурной премии, которой удается сохранять несерьезность; ведь победившее здание съедают в виде торта.
Опалубка для экзоскелета
Жилая башня One Thousand Museum в Майами по проекту Zaha Hadid Architects получила вынесенную на фасад бетонную конструкцию с постоянной опалубкой из стеклофибробетона.
Зеленый холм у Потамака
Пристройка, расширившая Кеннеди-центр в Вашингтоне, почти полностью спрятана в зеленом холме. Она выстраивает задуманную в 1960-е связь центра с рекой и не закрывает никаких видов.
Дом молодежи
Реконструкция Дома молодежи на Фрунзенской, анонсированная год назад, получила АГР Москомархитектуры. Проект предполагает строительство нового здания между МДМ и парком Трубецких.
Двенадцать формул
Два московских учебных заведения показывают в открытых мастерских Баухауза проект, посвященный общественным пространствам. Методы спекулятивного дизайна и «сенсорная урбанистика» помогли поставить правильные вопросы и получить серьезные выводы.
Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.