«Львиные ворота» из собрания Государственного музея-заповедника «Коломенское»: реконструкция первоначального облика и вопросы происхождения памятника (исправленная и дополненная версия / 2008)

Посвящается П.Д. Барановскому

«При сборке ворот был применен весь наш опыт, знания, все данные реставрационной науки. Если наш труд поможет следующим реставраторам, идущим нам во след, установить при наличии новых данных науки полную композицию ворот XVII века, то свою задачу мы будем считать выполненной».
   Барановский П.Д.

Измайловские “Львиные” ворота XVII века и их реставрация [1]

 
В Государственном музее-заповеднике “Коломенское” хранится коллекция старинных резных камней, которые с начала XIX века по 1930 год составляли портал Преображенского богадельного дома [2].

Здание было построено в 1801-1804 годах для Никольского Единоверческого монастыря у Преображенской заставы и в его оформлении были использованы декоративные элементы, созданные в более раннее время. По одной из гипотез часть резных белокаменных фрагментов портала ранее входила в состав «Львиных ворот» Потешного дворца царя Алексея Михайловича в Кремле, построенного в середине XVII века.

Камни коллекции покрыты сплошным узором, в котором райская флора и фауна соседствует с государственной символикой и сложными орнаментами, выполненными с использованием целого ряда приемов резьбы. Львы, единороги, крылатые звери и двуглавые орлы, Самсон со львом и Лучник на птице, олень, грифон и попугаи оплетены на камнях «разметными травами» и райскими цветами. Название “Львиные ворота” было дано сооружению по двум великолепным скульптурам львов, служившим в Преображенском портале импостами арок, а в настоящее время украшающих собою тесные сени Сытного двора в Коломенском [3].

Судьба “Львиных ворот” из Преображенского необычна. Это монументальное архитектурно-декоративное сооружение несколько раз перевозилось, менялась его форма, часть фрагментов была утрачена еще до перевозки в Преображенское, в портал были добавлены фрагменты, которые изначально не входили в один набор.

В начале 1930-х годов по инициативе архитектора-реставратора Петра Дмитриевича Барановского резные камни, составлявшие портал, были сняты со здания богадельного дома в Преображенском и перевезены в музей “Коломенское”. В музее сооружение пытались восстановить, изучали, но результаты этих поисков не были опубликованы и остались неизвестными большинству исследователей. В настоящее время памятник хранится в виде коллекции фрагментов, часть представлена в экспозиции Передних ворот Коломенского  (в том числе и реконструкция монументальной композиции декора портала XVII века, выполненная по результатам этого исследования).   
С историей «Львиных ворот» связан ряд нерешенных вопросов. Главную загадку составляет проблема происхождения резных камней, составивших Преображенский портал, дата их создания, первоначальное композиция сооружения или сооружений. Эти вопросы тесно связаны и не могут решаться по отдельности. В настоящем исследовании обобщен накопленный исследовательский материал по теме, предстален ряд новых наблюдений и  обозначены новые перспективы исследования.

История вопроса
Резные камни, составившие Преображенский портал, привлекли внимание искусствоведов еще в XIX веке. Уже тогда исследователи понимали, что памятник был создан гораздо раньше здания, на котором находился, и датировали его XVII веком. Самой распространенной версией происхождения ворот являлось предположение, что они перевезены в Преображенское из соседнего Измайлова, где входили в состав дворцовых строений. Впервые это предположили А. Мартынов и И.М. Снегирев в 1857 году, основание - "по справкам" [4]. В дальнейшем другие исследователи придерживались этой версии[5]. Было также высказано предположение о том, что ворота могли попасть в Измайлово из другого места, поскольку ворота созданы явно раньше, чем было начато строительство измайловского дворца [6]. Ряд искусствоведческих изданий второй половины XIX – первой трети XX века помимо кратких справок о памятнике, содержат его изображения [7]. Вопрос о конструктивных особенностях и реконструкции первоначального облика памятника в то время еще не ставился, насколько мне удалось установить. Исследователи отмечали, однако, что составляющие портал фрагменты собраны не в своем порядке[8].
В конце 1920-х – 1930-е годы глубокое всестороннее изучение Львиных ворот было проведено П.Д. Барановским, и до настоящего времени оно остается наиболее полным. К сожалению, результаты исследования не были опубликованы, сохранилась только стенография доклада о реставрации памятника, сделанного на Ученом совете ГИМа в 1938 году[9], а также значительный комплекс делопроизводственных материалов (в том числе фотофиксации процесса работы), относящихся к 1930-м – 1940 годам[10]. Реставрация и реконструкция ворот в те годы не была завершена. Ряд открытий сохранились только в виде упоминаний в документах.

П.Д. Барановский также считал, что в Преображенское резные камни попали из соседнего села Измайлова. Подтверждением этой версии для Барановского послужили найденные им в 1928 году на измайловском кладбище два камня с резьбой, стилистически очень близкой резьбе на пилонах Львиных ворот. Барановский предполагал, что первоначально они входили в состав Львиных ворот, но не были использованы при сборке Преображенского портала[11]. По моим наблюдениям только один из них действительно относится к Львиным воротам; другой же является замковым камнем, замыкавшим некий свод, а не перекрытие арки. Оба эти камня хранятся в фондах музея-заповедника «Коломенское».
Во всех документах 1930-х годов, памятник называется "Измайловскими Львиными воротами" или "Воротами из Измайловского дворца"[12]. Эту версию проверил исследователь архитектурного ансамбля Измайлова А.Г. Чиняков, он утверждает, что в XVII веке таких ворот в  Измайлове не было[13].

В процессе своих исследований Барановский определил, что состав камней позволяет не просто восстановить портал преображенской сборки XIX века, а реконструировать ворота в виде, близком к первоначальному, исходя из их конструктивных и художественных особенностей. Сборка одного из пилонов Львиных ворот была завершена к 1933 году. Первый проект сборки перекрытия ворот был приостановлен и пересмотрен из-за открытия иного первоначального расположения арочных камней.
Изучив арки Преображенского портала, Барановский пришел к выводу, что изначально они выглядели иначе. До 1939 года реконструкцию арочного перекрытия Барановский осуществлял исходя из размеров и меры кривизны камней. К этому периоду относится фотофиксация раскладки камней трехпролетной арки, перекрытой общей большей, чертеж реконструкции ворот[14]. В 1939 - 1940 годах у Барановского сформировалась новая версия, основанная на расшифровке оригинальной разметки на оборотах камней[15]. Известия об этом открытии встречаются в рабочей документации П.Д.Барановского 1940 года[16]. К сожалению, работы по реставрации “Львиных ворот” не были завершены, а после войны восстановленный пилон вовсе разобрали. Результаты исследований опубликованы не были.
С 1940-х годов этот богатый и уникальный памятник практически исчез из поля зрения научной общественности и только в 1980-х годах к нему возвращается внимание исследователей. Изучение ворот продолжила Мария Елисеевна Каулен. Она сделала искусствоведческий анализ памятника, исследовала библиографию вопроса, составила научный паспорт[17], была проведена фотофиксация[18].  Тогда же была опубликована статья Игоря Клементьевича Русакомского[19] – первая публикация после длительного перерыва. Статья посвящена проблеме происхождения ворот, а именно – моменту появления их в Преображенском. Исследователи разрабатывали гипотезу, что "Львиные ворота" Преображенского богадельного дома и ворота Потешного дворца в Кремле – один и тот же памятник. Упомяну еще дипломную работу Л.А. Величко, хранящуюся в Московском архитектурном институте. Л.А. Величко выполнила графическую реконструкцию Преображенского портала XIX века.

В 1997 году сотрудниками объединения «Росреставрация», Проектный институт по реставрации памятников истории и культуры «Спецпроектреставрация», были выполнены чертежи 52 фрагментов памятника и чертеж-реконструкция Преображенского портала[20]. Эти чертежи очень пригодились в настоящем исследовании. Копии хранятся в архиве музея и в моем архиве.

При работе над исследованием были использованы материалы, хранящиеся в архиве, фотофонде, отделе учета и в библиотеке Государственного музея-заповедника “Коломенское”, в фототеке и в фонде П.Д. Барановского Архитектурного музея им. А.В. Щусева, Российской Государственной библиотеки, Государственной публичной исторической библиотеки. Также проведена работа с самой коллекцией, фрагменты которой представлены на экспозициях музея, а большей частью хранятся в фонде “Белый камень”. Были составлены паспорта на отдельные фрагменты Львиных ворот с приложением чертежей 1:10 и сведениями о каждом камне[21].
 
Реконструкция  первоначальной  композиции пилонов “Львиных ворот”
В 1930-е годы реставраторы во главе с П.Д. Барановским, демонтировавшие ворота в Преображенском, обратили внимание на определенные несоответствия в его конструкции[22]. Было замечено, что переставлены местами орнаментированные блоки, украшавшие поверхности пилонов. Некоторых недостает. Две малые арки составлены из изогнутых камней, рассчитанных на иной диаметр, отчего образовались изломы в дугах арок. Очевидно, что архитектор, осуществлявший монтаж портала в начале XIX века составлял резные камни, исходя из необходимости использования их в новой форме и не имея полного набора деталей.

Основываясь на закономерности в размерах камней и их резного декора, Барановский реконструировал пилоны сооружения, дополняя недостающие части новоделами из белого бетона для воспроизведения первоначального замысла зодчего.

В составе коллекции Преображенского портала присутствует несколько групп камней. Особенно выделяется комплект прямоугольных плоских блоков с резьбой, имеющих высоту от 68  до 71 см, т.е. около аршина  и высотой 38-39 см, имеющих сбоку резной поверхности камня вертикальные трехчетвертные колонки с чешуйчатым орнаментом (составленные вместе они имитируют ствол пальмы).

Эти блоки делятся на 4 группы по ширине (64 см и 71 см) и по расположению колонки (справа или слева). Именно так они группировались в Преображенском портале. Кроме камней, имевшихся в составе Преображенского портала,  коллекция дополнена еще одним, чудом сохранившимся камнем, изначально входившим в состав “Львиных ворот” (тем самым, что был найден П.Д. Барановским на кладбище в Измайлово[23]). Это блок с изображением цветка граната на стебле (на чертежах реконструкции обозначен индексом “Х”), который располагался в декоре правого пилона[24] над блоком с изображением двуглавого орла. Из сохранившихся подлинных фрагментов декора пилонов восстанавливается композиция из 12 фрагментов (4 вертикальных панно по 3 фрагмента в высоту). Три фрагмента утрачены.

Поскольку, при исполнении орнаментальных композиций в воротах мастера незначительно варьировали симметричные сюжеты, можно условно повторить в зеркальном отображении недостающие камни, чтобы представить в общих чертах весь набор. Так же думал и П.Д. Барановский, так как в процессе восстановления ворот в 30-е годы были отлиты из бетона недостающие блоки с зеркальным отображением сохранившихся. 
 
На трех сохранившихся камнях с изображением льва и единорога, составляющих нижний ряд панно, видно, что ноги зверей аккуратно срублены. Оба эти камня имеют высоту 68 см и надо добавить еще не менее 5-6 см, чтобы завершить композицию и провести обязательную рамку. Но если камни изготавливали  аршинной высоты, можно предположить, что мог быть еще блок с продолжением орнамента – основание вазона, цветочный орнамент. Впрочем, даже в таком виде мы имеем снизу законченный сюжет.

Эта часть реконструкции была воспроизведена на специальных поддеживающих конструкциях в залах «Белокаменное узорочье Москвы» в экспозиции Передних ворот Коломенского[25].
Можно предположить, что композиции по два панно располагались симметрично по двум сторонам некоего прохода. В Преображенской сборке и в реконструкции Барановского композиции, составленные из более узких блоков и включающие в свой состав изображение двуглавого орла, располагаются на внешнем крае. Вполне естественно расположить плоскости именно так – соблюдается и перспектива, и иерархия изображений.

Далее конструкция пилонов строится аналогично Преображенскому порталу. Если собрать вместе четыре панно и камни сложной формы с колонкой с изображениями драконьих голов, то получаются подобные преображенской сборке уступы внутренних плоскостей пилона. Наверху пилоны замыкались фризом из крупных камней с изображениями двух попугаев, оленя и грифона.

Среди камней, бывших в Преображенском, также имелись два ряда карнизов. Их можно расположить так же, как в преображенской сборке. Над композициями с «райским деревом» помещается карниз с шашками, а над фризовым поясом – карниз с пальметтами (первый представляется в качестве разделительного, второй, выступающий сильнее, мог быть завершающим). Сходное решение декора внутренних плоскостей пилонов имеют порталы Архангельского собора, а также северный и западный порталы Благовещенского собора. Получившиеся четыре панно объединены общей темой, условно названной  “Райское дерево”: в центре каждой композиции помещено растение, которому «предстоят» фантастические животные, и которое несет на себе все прочие сюжеты: двуглавых орлов, картуши с мифическими персонажами, химер.

Вертикально развивающаяся композиция помещена в рамку и располагается по сторонам прохода. Такой декоративный прием, свойственный ренессансному искусству, появился в русском зодчестве в начале XVI века в порталах Архангельского собора и вплоть до середины XVII века оставался одним из ведущих приемов монументального декора.

Реконструкция системы арок и определение местоположения львов

Наиболее сложным вопросом является определение первоначальной схемы использования арочных камней, находившихся в составе Преображенского портала. В коллекции можно выделить три группы камней, имеющих изогнутую лицевую поверхность и являющихся фрагментами трех различных арочных систем.

Фрагменты, составленные в Преображенском портале в двухпролетную арку, и опирающиеся на львов как на импосты составляют первую группу[26].

Большая арка, охватывающая сверху двухпролетную, составляет вторую группу[27]. Третья группа содержит камни, имеющие небольшую кривизну со стороны резной поверхности. В Преображенском портале, они располагались на фасадных сторонах пилонов, и не известно как использовались до перевозки в Преображенское[28].

Изучая Львиные ворота, П.Д. Барановский шел в первую очередь от конструктивных особенностей памятника. Путем выяснения радиусов арок по сохранившимся фрагментам и раскладки камней в мастерской, в 1930-е годы была сделана попытка реконструировать первоначальное расположение арочных камней первой группы, а также составлена одна из больших арок (вторая группа)[29]. В фотофонде музея в Коломенском сохранились несколько фотографий, с изображением вариантов раскладки камней большой и малой арок в мастерской, располагавшейся в трапезной Георгиевской церкви. Снимки 30-х годов, точной даты нет. По-видимому, около 1938 года. (см. илл.4)
 
В отчете за 1 квартал 1940 года[30], П.Д. Барановский сообщает, что выяснил композицию всех трех арок. Речь шла об открытии Барановским буквенной разметки на оборотах арочных камней, объясняющей первоначальный порядок расположения камней малых арок. Подробностей открытия не удалось обнаружить ни в материалах, хранящихся в архиве Коломенского, ни в фонде П.Д. Барановского в ГНИМА им. А.В. Щусева. К сожалению, закончить реконструкцию сооружения тогда не удалось, все работы над реставрацией Львиных ворот были прекращены в 1940 году.

Как уже было сказано, трехпролетная арка составляется из фрагментов первой группы (в Преображенском – двухпролетная арка – перекрывающая портал). Про эти фрагменты П.Д. Барановский сообщал, что обнаружил буквенную разметку на оборотных сторонах камней, которая позволяет восстановить первоначальный порядок расположения камней и доказывает, что в каждом из трех пролетов было по три камня. Действительно, на оборотах арочных камней первой группы четко прописаны буквы кириллицы без титло.

 
В составе двух малых арок Преображенского портала сохранились арочные камни с буквенными обозначениями, соответствующими цифрам: “аз” - 1, “веди” - 2, “глаголь” - 3, “добро” - 4, “есть” - 5, “зело” - 6, а также два камня, на которых буквенное изображение не сохранилось, но реконструируются “земля” - 7  и “фита” - 9. Всего – 8 камней. Фрагменты “аз” - 1 и “фита” - 9  имеют полную резьбу на архивольте, а на антревольте еще и завершение рамки по стороне, означающей границу всей орнаментальной ленты. Фрагменты   “глаголь” - 3, “добро” - 4  и  “зело” - 6  на сторонах архивольта имеют вертикальные стесы. Если эти указания прочтены правильно, то фрагменты малой арки составлялись в трехпролетную арку. Расчеты кривизны арок позволили установить радиус арок – 71,6 см (применение формулы расчета радиуса дало точную цифру, но элемент условности, надо помнить, довольно велик), т.е. около аршина[31]. По расчетам П.Д. Барановского радиус кривизны колеблется от 0,65 до 0,8 м [32].

Если составить подлинные арочные камни теми сторонами, на конце архивольта  которых стесана частично резьба, так, чтобы линия стеса расположилась вертикально с небольшим наклоном, то в образовавшийся паз на архивольтах арочных камней по размеру подходит основание наборной колонки с коронами, которые могли прикрывать металлические тяги, державшие арки и подвесные гирьки. По визуальным наблюдениям существует проблема крепления наборных колонок – кажется ненадежным вертикальный паз на тыльной поверхности – единственное, что можно отнести к крепежным приспособлениям. Нет даже намека на «хвостовик», который мог бы быть замурован в кладку. Нет также следов обхватывающих держателей. Кроме того,  как правило, тяги вмонтировались в кладку, а не проводились снаружи. Поэтому такие вертикальные накладки в аналогичных сооружениях не встречаются[33].

На торцах арочных камней сохранились “проруби от связей”[34]. Проруби нарушают рисунок и проведены горизонтально. Скорее всего, они были устроены для укрепления конструкции при вторичном использовании в Преображенском. Связи, устроенные в Преображенском хорошо видны на фотоснимках портала.

Большая арка, составленная в Преображенском над двухпролетной, также может быть реконструирована. Ее радиус предстоит рассчитать. На оборотах фрагментов большой арки нанесены обозначения, еще не расшифрованные. Они представляют собою буквенную запись под титлом. В состав коллекции входит еще одна группа камней, имеющих очень небольшой изгиб. В Преображенском портале они были замонтированы на фасады пилонов. Каково их первоначальное назначение, пока не ясно.  Они также имеют на обороте буквенную разметку.

Особый вопрос – скульптуры львов. В Преображенском портале львы играли роль импостов арок. Особенности в их конструкции были обнаружены Барановским при демонтаже портала, когда впервые исследователям представилась возможность осмотреть каменных львов со всех сторон. Фигуры львов являются объемной скульптурой, обработанной со всех сторон, кроме спины, покрытой плитой. Поверхность плиты стесана ровно, но сверху она не отшлифована, как по бокам. Скульптуры львов вместе с плитами вырезаны из монолитных блоков известняка. В скульптурах проделаны по три вертикальных сквозных отверстия, а на нижней поверхности, между лапами львов вырезан паз для крепежных приспособлений. Размышляя о предназначении этих отверстий, Барановский сделал смелое предположение, что львы из Преображенского задуманы не как импосты, а как подвесные гирьки. Но, разумеется, не в Преображенском портале, а в более раннем сооружении.

Это предположение до настоящего времени не подтверждено и не опровергнуто.
Чтобы разрешить проблему реконструкции первоначального вида арочного перекрытия памятника, необходимо продолжить исследование сохранившихся фрагментов перекрытия, рассчитать возможность действия такого сложного сооружения. Сопоставление торцов арочных камней с отверстиями в скульптурах львов пока не дало определенного положительного результата. Серьезным аргументом против подвески львов являются их размеры и значительный вес. Чтобы проверить возможность такой композиции ворот, необходимо произвести специальные расчеты.

Аналог – «Львиные ворота» Потешного дворца
В результате своих исследований П.Д. Барановский пришел к выводу, что преображенские «Львиные ворота», первоначально были устроены таким же образом, как южные ворота Потешного дворца в Московском кремле.  Ворота Потешного дворца не сохранились, свои предположения Барановский строил на основании акварельного рисунка, опубликованного Ф. Рихтером[35]. На изображении хорошо видны элементы, сходные с теми, которые были в первоначальной конструкции преображенских Львиных ворот:  трехпролетная арка с висячими гирьками-львами, перекрытая сверху большой аркой; декоративные колонки, прикрывающие тяги для подвеса гирек; пилоны, украшенные резьбой. Барановский рассматривал гипотетические ворота Потешного дворца только как аналог. И.К.Русакомский, изучая историю преображенского портала, предположил, что в начале 19 века основатель преображенской федосеевской общины И. Ковылин перевез резные фрагменты из Кремля, и, возможно, в состав преображенского портала вошли детали утраченных ворот Потешного дворца[36] . Эту версию поддержала М.Е. Каулен[37].

И.В. Ильенко и О.Б. Морозов в статье, посвященной исследованию архитектурной истории и проекту реставрации Потешного дворца, называют изображение ворот, опубликованное Ф.Ф.Рихтером неточным рисунком-реконструкцией, выполненной во второй четверти XIX века[38]. Авторы указывают на ряд ошибок в передаче деталей Потешного дворца, кремлевской стены, на значительное нарушение масштаба сооружения. Но, все-таки стоит обратить внимание на ряд обстоятельств, показывающих, что вопрос не так однозначен.

О южных воротах Потешного дворца известно очень немного. Известно, что двор Потешного дворца с южной стороны имел выезд. Его ширину И.В. Ильенко и О.Б. Морозов определили, как «немногим более 5 аршин (приблизительно 3,6 м.)»[39]. Материалы, по которым можно было бы представить их внешний облик, скудны и вызывают сомнения в своей достоверности.

Существуют четыре варианта одного изображения этого сооружения. Два из них были опубликованы в вышедших почти одновременно изданиях русских древностей Ф.Ф. Рихтера[40] (илл.9) и Ф.Г. Солнцева[41] (илл.10). В издании Ф. Рихтера изображение снабжено следующей аннотацией (в составлении пояснительных текстов участвовал И.Е. Забелин): “Существующий вид бывшего потешного дворца и арки, снятой с древнего чертежа”[42] .  В фонде изобразительных материалов Государственного исторического музея хранятся еще два варианта - акварели. Один из них - оригинальная акварель Ф.Г. Солнцева, выполненная предположительно в 1840-х годах[43] (илл.11). Другое изображение – акварельный рисунок неизвестного художника, выполненный на бумаге конца XVIII – начала XIX веков[44] (илл.12).

Попробуем их сравнить.
При общей композиции, все они имеют значительные различия в деталях, самым важным из которых является форма и расположение подвесных львов – боком вдоль проезда или поперек. По-разному показаны изображения на колонках, декорирующих тяги, на которых подвешены львы (листья или цветы). Во всех случаях арки по сторонам проезда опираются на колонны – по две с каждой стороны. Изображения дают два варианта их декора. На двух изображениях почти однотипны сами ворота. На всех четырех вариантах различается состав зданий, расположенных за кремлевской стеной и Потешным дворцом. На трех картинках различаются стаффажные фигуры. На двух – совершенно одинаковые. Но именно эти две картинки различаются в повороте скульптуры львов.

Изображение, опубликованное Рихтером, отличается от того, которое представил Солнцев, по ряду деталей. Только у Рихтера перекрытием звонницы домовой церкви служит шатер, изображенный ошибочно[45]. В трех других версиях, завершение звонницы показано правильно - в виде глухого барабана с главкой, украшенного арочками и кокошниками в нижней части. Аркада внутренней стороны Кремлевской стены была разобрана на этом участке в 1806-07 годах в связи с предполагавшейся постройкой архитектором И.В. Еготовым флигеля[46]. На всех четырех выявленных изображениях стена показана гладкой, однако и новых строений не появилось. Также в перестроенном виде показано южное крыло. В пояснительном тексте издания Ф. Рихтера указано, что это – «существующий вид дворца» (может быть условно реконструированный, без новых построек?)[47]. Исследователи И.В. Ильенко и О.Б. Морозов квалифицируют изображения Потешного дворца как “попытки реконструкции первоначального облика памятника, выполненные в 1830-40-е годы.

Различия на рисунках подтверждают неточность их в изображении собственно ворот, на которую указывают также исследователи архитектуры Потешного дворца И.В. Ильенко и О.Б. Морозов[48].
Почему были выполнены четыре разные варианта изображения одной постройки? Изображения выполнены с явными различиями в технике, в деталях. В 1836 году академик Ф.Г. Солнцев и архитектор П.А. Герасимов проводили реставрацию Теремного дворца. И Ф.Ф. Рихтер и Ф.Г. Солнцев выполняли детальные прорисовки  декора Потешного дворца, внимательно изучали его. Видел ли Рихтер “древний чертеж”, или в его издании скопировано изображение, опубликованное Солнцевым? Может быть, автор не помнил деталей виденного им когда-то изображения либо строил предположения о бывшем когда-то сооружении? И.В. Ильенко и О.Б. Морозов предположили, что пояснение, о том, что рисунок выполнен “с древнего чертежа” может обозначать, что «это перспективное изображение сделано на основании какого-то древнего ортогонального чертежа …»[49]. Версия об использовании «ортогонального»  чертежа могла бы объяснить расхождения в вариантах изображения: автор (или авторы) пытался с условного чертежа сделать реконструкцию облика утраченного сооружения.

При этом все четыре изображения содержат важные общие черты, аналоговые тем, что реконструируются в арках “Львиных ворот”. На всех изображениях львы подвешены к пятам трехпролетной арки[50], опирающейся на два пилона. Видно, что камни этих арок имеют орнаментальную резьбу на архивольте и на внутренней поверхности. Надо львами помещены две наборные колонки, похожие по силуэту на сохранившиеся в составе Преображенского портала, где они украшали внешние поверхности пилонов. Наборные колонки в воротах Потешного дворца упираются в большую арку, над которой на двух изображениях просматривается еще одна большая арка. То есть имеются три арки – как в составе коллекции Преображенского портала. Нельзя забывать о пазах в скульптурах двух львов. Дальний аналог – два льва под «Челобитным окном» Теремного дворца – введены в стену, служат консолями[51].

Существует также еще одно изображение южных ворот Потешного дворца, выполненное неизвестным художником школы Ф.Я.Алексеева «Вид в Кремле на Конюшенный двор, Гербовые ворота и приказ Большого дворца», датируемое около 1800-1802 года, хранящееся в Государственном историческом музее[52].

 
Небольшое изображение ворот в глубине двора достаточно сложно рассмотреть. Часть арки скрыта углом здания, и можно предположить как двухпролетную, так и трехпролетную арку. Но совершенно очевидно, что гирька, нарисованная пером, является сложной скульптурой, которую легко уподобить нашим львам.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Резные камни, сохранившиеся в составе Преображенского портала и дополненные фрагментом, обнаруженным П.Д. Барановским на Измайловском кладбище, представляют собой коллекцию исключительных по художественному и смысловому наполнению образцов монументального декора. Резные фрагменты, составившие Преображенский портал, даже по отдельности представляют интерес как замечательные произведения декоративноо искусства. Однако, составленные вместе в панно декора пилонов, в трехпролетные арки, они открывают особый смысл, как книга, в которой страницы возвращаются на свои места.

В вопросе о первоначальном назначении фрагментов Преображенского портала остается много неясностей. Не очевидно, что пилоны, чей декор восстанавливается с высокой долей точности, первоначально относился к тому же сооружению, что и арки перекрытия. В составе коллекции есть детали, которые вообще стоят особняком, они похожи скорее на декор портала внутренней двери, чем на украшение наружного монументального сооружения. По стилистике и технике исполнения резьбы фрагменты Преображенского портала очень близки декору Теремного и Потешного дворцов в Кремле. Не вызывает сомнений, что эти работы выполнены теми же мастерами. Стоит продолжить изучение скульптур львов. Если львы не были подвесными гирьками, то как объясняются технические отверстия и пазы в этих скульптурах? Не исключена возможноть того, что в составе Преображенского портала до нашего времени сохранились фрагменты нескольких сооружений: портала, ворот с трехпролетной аркой, декора дверного проема...[53] Возможно, разгадка этого ребуса позволит добавить несколько выразительных черт к истории архитектуры Кремля.


Исследование было опубликовано в сборнике:
Архитектурное наследство/ отв. Ред. И.А. Бондаренко. Вып.46. – М., 2006. С.96-106.

В новую версию внесены ряд существенных дополнений, в частности об изображениях кремлевских Львиных ворот.
 

[1] Барановский П.Д. Измайловские “Львиные” ворота XVII века и их реставрация. Доклад // Протокол заседания ученого совета Государственного исторического музея от 21-го декабря 1938 года. – Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.1. -  Д. 336. - Л.1-8.

[2]  Русакомский И.К. Ансамбль за Преображенской заставой к.XVIII – н.XIX в. // Памятники русской архитектуры и монументального искусства. – М., 1985. – С.148-169

[3].  Сведения относятся к 2006 году

[4].  Первой версией авторов было предположение о том, что это – бывшие ворота Печатного двора (Мартынов А., Снегирев И.М. Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества. - М., 1846-49. – Тетр.5. – С.36), однако уже в следующем издании (Снегирев И.М., Мартынов А. Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества. Из. 2-е. М.,1848-60. Год 2-й. М., 1850. – С. – 75-78) от этой версии отказались.

[5].  Сорокин А. Преображенский дворец в Москве. - М., 1880. - С.2.; Снегирев И.М. Дворцовое село Измайлово. - М., 1883. - С.6; А.Б. Дворцовое царское село Измайлово, родовая вотчина Романовых. - М., 1892; Кондратьев И.К. Седая старина Москвы. - М., 1893. - С.556; Кондратьев Измайлово. - М., 1890; Шамурин Ю. Подмосковные. - М., 1913. - С. 23; Некрасов А.И. Очерки декоративного искусства Древней Руси. - М., 1924. - С.105-106; А.Б. Дворцовое царское село Измайлово, родовая вотчина Романовых. - М., 1892.

[6].  Горностаев П.П. История русского искусства / под ред. И.Э. Грабаря – Т. 2. – М., 1911. – С. 310

[7].  Мартынов А., Снегирев И.М. Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества. - М., 1846-49. – Тетр.5. – С.36; Шамурин Ю. Подмосковные. – М., 1913. – С. 23; Сорокин А. Преображенский дворец в Москве. – М., 1880. – С.2; История русского искусства / под ред. И.Э. Грабаря – Т. 2. – М., 1911. – С. 31.

[8].  Снегирев И.М., Мартынов А. Русская старина в памятниках церковного и гражданского зодчества. Из. 2-е. М.,1848-60. Год 2-й. М., 1850. – С. – 75-78.

[9].  Барановский П.Д. Измайловские “Львиные” ворота XVII века и их реставрация. Доклад // Протокол заседания ученого совета Государственного исторического музея от 21-го декабря 1938 года. – Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.1. -  Д. 336. - Л.1-8.

[10].  Хранятся в архиве и фототеке ГМЗ «Коломенское» и в архиве П.Д. Барановского ГНИМА им. А.В. Щусева.

[11].  Не  могли ли эти фрагменты попасть на Измайловское кладбище из села Преображенского в начале XIX века как не понадобившиеся в сборке портала?

[12].  В архиве П.Д. Барановского в Государственном музее архитектуры хранится подборка исторических известий, подтверждающих по мнению Барановского  измайловское происхождение портала.

[13].  Чиняков А.Г. Архитектурные памятники Измайлова // Архитектурное искусство, - № 2. – М.,1952. – С.220

[14].  Чертеж реконструкции ворот с надписями на обороте «Львиные ворота», «чертеж Барановского» - Архив ГМЗ
«Коломенское»; Чертеж реконструкции ворот с надписями на обороте ««Львиные ворота» Барановский П.Д.» - Архив ГМЗ «Коломенское».

[15].  Подробнее см. далее в статье

[16].  Отчет о работе филиала ГИМ «Коломенское» за I квартал 1940 года. - Архив ГМЗ «Коломенское». - Оп.1. - Д. 17. – Л.31; Акт Комиссии Государственного исторического музея  с приглашенными специалистами Академии архитектуры СССР по вопросу реставрации архитектурных памятников музея «Коломенское» 29/VI – 1940 г. -  Архив ГМЗ «Коломенское». - Оп.1. - Д. 336. – Л.20-21.

[17].  Каулен М.Е. “Львиные ворота” XVII в. Научный паспорт. - Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.2/н. - Д.19

[18].  «Благодаря большой помощи членов клуба «Преображенец» под рук. И.К. Русакомского и дипломницы Марх Л.А, Величко удалось выявить в фондах, обмерить, зафиксировать и сконцентрировать в одном месте практически все имеющиеся белокаменные и бетонные (копийные) блоки». – Из плана экспозиции М.Е. Каулен.  Фотофиксация фрагментов ворот. 1980-е гг. / Фотоархив ГМЗ “Коломенское”. – МФ-4031

[19].  Русакомский И.К. “Львиные ворота” из Преображенского богадельного дома // Памятники архитектуры и монументального искусства: Пространство и пластика. – М.: Наука, 1991. – С. 62-75.

[20].  Реставрационные чертежи фрагментов портала Преображенского богадельного дома. Исп. – объединение «Спецпроектреставрация» по заказу совета приходов Преображенского монастыря. Копии. – Архив ГМЗ «Коломенское».

[21].  Борисенкова А.А. Львиные ворота из собрания ГМЗ Коломенское, 2000 год. Научный архив ГМЗК. В усовершенствованном и дополненном виде – у автора, в т.ч. в электронном виде.

[22].  Барановский П.Д. Измайловские “Львиные” ворота XVII века и их реставрация. Доклад // Протокол заседания ученого совета Государственного исторического музея от 21-го декабря 1938 года. – Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.1. -  Д. 336. - Л.1-8 

[23].  Барановский П.Д. Измайловские “Львиные” ворота XVII века и их реставрация // Протокол заседания ученого совета Государственного исторического музея от 21-го декабря 1938 года. – Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.1. - Д. 336. - Л.2.

[24].  Право-лево определяются по законам геральдики – с точки зрения памятника, а не зрителя.

[25].  Художественный проект и разработка поддерживающих конструкций камней выполнены мастерами студии «Музей-Дизайн». Художественный руководитель Александр Конов, дизайнер Олег Ковалевский, инженер Владимир Правдин. Идея Андрея Рейнера.

[26].  Детали.№№ 9-15. См. Чертеж - указатель к паспортам с реконструкцией Преображенской сборки (Приложение 1) 

[27].   Детали №№ 1-8. См. Чертеж - указатель к паспортам с реконструкцией Преображенской сборки (Приложение 1) и раздел “Реконструкция первоначальной сборки”.

[28]. Детали №№ 45-50. См. Чертеж - указатель к паспортам с реконструкцией Преображенской сборки (Приложение 1) 

[29].  Фотофиксация раскладки арочных камней в Трапезной Георгиевской церкви. 1930-е гг./ Фотоархив ГМЗ “Коломенское”. См. Приложение 2.

[30].  Отчет о работе филиала ГИМ “Коломенское” за I квартал 1940 года. - Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.1. - Д. 17. – Л.31

[31].  Благодарю за консультацию А.М. Пономарева, реставратора архитектуры.

[32].  Чертеж реконструкции ворот с надписями на обороте «Львиные ворота», «чертеж Барановского» - Архив ГМЗ
«Коломенское»; Чертеж реконструкции ворот с надписями на обороте ««Львиные ворота» Барановский П.Д.» - Архив ГМЗ «Коломенское».

[33].  Благодарю за консультацию А.В. Гращенкова, хранителя кремлевских камней.

[34].  Отчет о работе филиала ГИМ “Коломенское” за I квартал 1940 года. - Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.1. - Д. 17. – Л.31

[35].  Вид Потешного дворца в Московском Кремле через арку Львиных ворот. Акварель Ф.Г. Солнцева 1940-х гг. по рисунку неизвестного художника // Рихтер Ф. Памятники древнего русского зодчества. – М., 1850.Т.I. Чертеж IX.

[36].  Русакомский И.К. “Львиные ворота” из Преображенского богадельного дома // Памятники архитектуры и монументального искусства: Пространство и пластика. – М.: Наука, 1991. – С. 62-75.

[37].  Каулен М.Е. “Львиные ворота” XVII в. Научный паспорт. - Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.2/н. - Д.19

[38].  Ильенко И.В., Морозов О.Б. Исследования и эскизный проект реставрации Потешного дворца // Реставрация и исследования памятников культуры. – В. II.- М., 1982.- С.161

[39].  Там же.

[40].  Рихтер Ф. Памятники древнего русского зодчества. – М., 1850.Т.I. Чертеж IX.

[41].  (Солнцев Ф.Г.) Древности Российского государства, изданные по высочайшему повелению. - Отд.VI Памятники древняго русского зодчества. – М., 1853. См. Приложение 2.

[42].  Там же. Лист текста 4.

[43].  Ф.Г. Солнцев «Вид Патриаршего дворца». 1840-е годы (?). Акварель. ГИМ ИЗО 70156 Л 3475. Опубликована: Русакомский И.К. “Львиные ворота” из Преображенского богадельного дома // Памятники архитектуры и монументального искусства: Пространство и пластика. – М.: Наука, 1991. – С. 71.

[44].  Неизвестный художник к. XVIII – н. XIX века. Бумага, акварель. ГИМ ИЗО 70156 Р 5292. Опубликована: “Московский кремль. Вид из ворот Каменного двора на Потешный дворец. Акварель, втор.пол. XVIII в. Государственный исторический музей”// Евсина Н.А. Архитектурная теория в России XVIII в. М.: Наука, 1975. – С. 230. Возможно именно это изображение является самым ранним.

[45].  Неверное изображение звонницы – один из аргументов критики. Ильенко И.В., Морозов О.Б. Исследования и эскизный проект реставрации Потешного дворца // Реставрация и исследования памятников культуры. – В. II.- М., 1982.- С.161

[46].  Ильенко И.В., Морозов О.Б. Исследования и эскизный проект реставрации Потешного дворца // Реставрация и исследования памятников культуры. – В. II.- М., 1982.- С.140, 161

[47].  Там же. С. 161

[48].  Там же. С.161, 163

[49].  Там же. С.163

[50].  Аналоги: трех-  и даже четырехпролетные арочные перекрытия можно наблюдать в ряде памятников архитектуры XVII века, например в Северных воротах Борисоглебского монастыря под Ростовом (1680-1690-е годы); в проезде Надвратной церкви Иосифо-Волоколамского монастыря, вт.пол. XVII века, мастер Трофим Игнатьев; в декоре крыльца церкви Иоанна Златоуста в Коровниковской слободе Ярославля (1649-1654) и пр.

[51].  Консультация А.В. Гращенкова.

[52].  Опубликовано в книге: Старая Москва глазами современников (Москва перед Отечественной войной 1812 года). Автор-составитель И.Н. Скорнякова– М.: “Изобразительное искусство”, 1996.

[53].  Предположение о том, что в состав Преображенского портала входят остатки различных сооружений, в частности, портала и перекрытия проезда, было высказано М.Е. Каулен (Каулен М.Е. “Львиные ворота” XVII в. Научный паспорт. - Архив ГМЗ “Коломенское”. - Оп.2/н. - Д.19) и С.И. Ворониным (благодарю за консультации).

Илл.1. Портал перед разборкой. Москва, Преображенский вал, 17. 1929 год. Фотоархив ГМЗ «Коломенское». МФ 1507
«Львиные ворота». Фрагмент
«Львиные ворота». Фрагмент
«Львиные ворота». Фрагмент
Илл. 2. Реконструкция первоначального расположения фрагментов декора пилонов. Светлым показаны не сохранившиеся детали. Верхний правый блок был обнаружен П.Д. Барановским на кладбище в Измайлово. Он сохранился ~ на 1/2.
«Львиные ворота». Фрагмент
Илл.3. Так выглядела сборка первоначальной композиции пилона «Львиных» ворот в музейном дворике. 1939 год. Фотоархив ГМЗ «Коломенское». МФ 887
Илл.4. Фотофиксация пробной раскладки арочных камней в Трапезной Георгиевской церкви. Подлинные фрагменты дополнены новоделами. 1938 год. Фотоархив ГМЗ «Коломенское».
Илл.5. Реконструкция расположения камней с граффити в Преображенском портале
Илл.6. Прориси граффити на обороте арочных камней первой группы.
Илл.7. Фрагмент экспозиции в Передних воротах музея-заповедника «Коломенское». На фотографии - реконструкция фрагмента пилона, секция трехпролетной арки, фрагменты портала.
Илл. 8. Примерно так мог выглядеть узел повески льва-гирьки.
Илл.9. Вид Потешного дворца в Московском Кремле через арку Львиных ворот. Акварель Ф.Г. Солнцева 1840-х гг. по рисунку неизвестного художника //Рихтер Ф. Памятники древнего русского зодчества. – М., 1851-56. – С. 4
Илл.10. Ворота Потешного дворца //(Солнцев Ф.Г.) Древности Российского государства, изданные по высочайшему повелению. - Отд.VI Памятники древняго русского зодчества. – М., 1853
Илл.11. Ворота Потешного дворца из собрания Музея Архитектуры. Опубликованы:. Русакомский И.К. “Львиные ворота” из Преображенского богадельного дома // Памятники архитектуры и монументального искусства: Пространство и пластика. – М.: Наука, 1991. – С. 71
Илл. 12. Московский кремль. Вид из ворот Каменного двора на Потешный дворец. Акварель, втор.пол. XVIII в. Государственный исторический музей”// Евсина Н.А. Архитектурная теория в России XVIII в. М.: Наука, 1975. – С. 230 (Неизвестный художник конца XVIII – начала XIX века. ГИМ ИЗО 70156Р5292)
Илл. 13. «Вид в Кремле на Конюшенный двор, Гербовые ворота и приказ Большого дворца». Неизвестный художник школы Ф.Я. Алексеева. Фрагмент. ГИМ. ИЗО 70156Р5292
Илл. 14. Один из самых загадочных сюжетов в резьбе пилонов. В картуше изображен Лучник на хищной птице. Камень экспонируется в Передних воротах в музее «Коломенское»

05 Ноября 2008

Похожие статьи
Впечатляющая линия
Бюро CONTINUUM изучило связь между характером скайлайна и впечатлением, которое город производит на людей. Выяснилось, что линия горизонта участвует в формировании эмоционального образа города, хоть и не объясняет его полностью. А еще это инструмент, с которым можно работать при проектировании. Рассказываем о методологии и других выводах.
Не только K-pop: архитектура корейских кафе. I. За тридевять...
Начинаем серию публикаций об актуальном феномене: южнокорейских кафе-кофейнях, где посетителей привлекает не меню, а экспериментальная и часто масштабная архитектура. В 1-й части расскажем о таких кафе в природной среде, рассчитанных на любование пейзажем.
Фабрика театральной косметики
В Перово планируют подать заявку на статус выявленного объекта наследия для «Фабрики театральной косметики» – здание «сталинской» стилистики, завершенное в 1956 году, но решенное все в том же, с излишествами, духе. Самое интересное – трагедийные маскароны среди рельефов. А ведь не театр! Публикуем историко-архитектурное исследование, составленное для фабрики Тиграном Арутюняном и его коллегами.
Владивосток: природный каркас прибрежного города
Пространственные характеристики естественных низкогорных ландшафтов (ландшафтов фен-шуй) рассматриваются на примере Владивостока как основа природного каркаса устойчивой к динамике климата городской среды.
«Авангардная традиция» театральной архитектуры первой...
Публикуем статью Алексея Воробьева из сборника Центра Зотов. В статье на примере архитектуры театра как главного центра общественной жизни в городах показана преемственность новаторских поисков авангарда первой трети ХХ века.
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.
Хроника Шуховской башни
Над шаболовской башней сгущается, теперь уже всерьез. Ее собираются построить в новом металле – копию в натуральную величину. Сейчас, вероятно, мы находимся в последней точке невозврата. Айрат Багаутдинов, основатель проекта «Москва глазами инженера», собрал впечатляющую подборку сведений по новейшей истории башни: попытки реконструкции, изменения предмета охраны и общественный резонанс. Публикуем. Сопровождаем фотографиями современного состояния.
Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 4
В четвертой статье цикла, посвященного проектам Ивана Леонидова для Южного берега Крыма, рассматриваются курортные отели и парковые павильоны на центральной набережной Ялты и делается попытка их реконструкции на основе сохранившихся материалов.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Соцсети на службе городского планирования
Социальные сети давно перестали быть только платформой для общения, но превратились в инструмент бизнеса, образования, маркетинга и даже развития городов. С их помощью можно находить точки роста и скрытый потенциал территорий. Яркий пример – исследование агентства Digital Guru о туристических возможностях Автозаводского района Тольятти.
В поисках стиля: паттерны и гибриды
Специально для Арх Москвы под кураторством Ильи Мукосея и по методике Марата Невлютова и Елены Борисовой студенты первых курсов МАРШ провели исследование «нового московского стиля». Результатом стала группа иконок – узнаваемых признаков, карта их распространенности и два вывода. Во-первых, ни один из выявленных признаков ни в одной постройке не встречается по одиночке, а только в «гибридах». Во-вторых, пользоваться суммой представленных наблюдений как готовым «определителем» нельзя, а вот началом для дискуссии она может стать. Публикуем исследование. Заодно призываем к началу дискуссии. Что он все-таки такое, новый московский стиль? И стиль ли?
Мосты и мостки
Этой зимой DK-COMMUNITY и творческое сообщество МИРА провели воркшоп в Суздале «Мосты и мостки». В нем участвовали архитекторы и студенты профильных вузов. Участникам предложили изучить технологии мостостроения, рассмотреть мировые примеры и представить свой вариант проектировки постоянного моста для одного из трех предложенных мест. Рассказываем об итогах этой работы.
Прощание с СЭВ
Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Уилкинсон и Макаслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Технологии и материалы
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Сейчас на главной
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Пространство дизайна
В Москве появилось новое постоянно действующее выставочное пространство IDEAL DESIGN SPACE, где дизайнеры, архитекторы, заказчики, поставщики и производители смогут найти все необходимое и даже больше. Главная цель пространства – стать источником вдохновения и местом для профессионального общения.