Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра» расширена петербургским контентом. Предлагаем впечатления о ней и архитектурном процессе последних тридцати лет из первых рук – от участников.
В центре дизайна ArtPlay Spb проходит петербургское продолжение выставки «Российская архитектура. Новейшая эра» – масштабной попытки осмыслить то, что происходило в отечественном зодчестве за последние 30 лет. Основной проект инициировали архитекторы Андрей и Никита Асадовы и критики Елена Петухова и Юлия Шишалова – о нем мы рассказывали, а также публиковали некоторые подробности организации и сбора информации. Петербургскую версию подготовил к открытию VIII Культурного форума главный редактор журнала «Проект Балтия» Владимир Фролов.
Локальная экспозиция называется «Пространство и контекст». Общая «река времени» – труд московских коллег – с основными событиями, людьми и постройками подводит ко входу в выставочный зал, где ее дополняет петербургский «приток»: стенды с коллажами зданий и проектов, а также важными, по мнению куратора, вехами и трендами. Большую часть экспозиции составляют всё же макеты, но градус серьезности снижен интересной подачей и инсталляциями от молодых архитекторов. Именно около них хочется задержаться: поиграть в ассоциации, потрясти снежный шар, заснять на видео, как вращается триумфальная арка. Несерьезно? Наверное. Но в последнее время хочется разглядеть в архитекторе, утомленном борьбой с нормами и общественниками, немного лирики.
1 / 10
Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Фотография Алены Кузнецовой
10 / 10
Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Фотография Алены Кузнецовой
Есть у выставки еще пара измерений. В дальней части зала – кусочек библиотеки с настольными лампами, распечатками значимых статей критиков и журналистов, стеллажами и книгами. У входа – символ уплотнения и изменения панорам: стена из пеноблоков, за которыми, приложив усилия, можно разглядеть город. Бродить между экспонатами интересно, архитектурный образ новейшего Петербурга они действительно рисуют. Судя по откликам, каждому – свой. Слово куратору и участникам, которых мы попросили поделиться впечатлениями о выставке, рассказать о своем экспонате и значимых событиях или постройках последних лет.
Владимир Фролов
Главный редактор журнала «Проект Балтия», куратор выставки
Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
К участию в выставке были приглашены бюро, в чьем творчестве, на мой кураторский взгляд, есть объекты, соответствующие теме «Пространство и контекст». Важен не масштаб бюро, а скорее значимость для города, и в первую очередь, хотелось дать картину всей 30-летней истории. Конечно, любая выставка – это отбор, невозможно включить всех – получится выставка в советском отчетном формате. Скорее важна типология, значимые объекты, стилистическое разнообразие – и все это вместе дает адекватную и не ангажированную картину.
От московской выставки нас отличает тема – там была «Утопия», у нас «Пространство и контекст». Также мы добавили раздел «Библиотека», где можно познакомиться с важными критическими текстами об архитектуре, написанными за рассматриваемый период, начиная с Лихачева. Другой сегмент – про контекст: проект историка Андрея Ларионова и фотографа Алексея Боголепова «Строительство как разрушение». Наконец, мы сделали петербургский таймлайн – набросок истории архитектуры города на Неве за 30 лет, где больше внимания уделено стилистическим изменениям в архитектуре, чем в общероссийской выставке.
Работали в очень сжатые сроки узкой командой редакции журнала, назову здесь Евгения Лобанова и Данила Овчаренко, а также Викторию Радаеву, которая и превратила наши обсуждения в наглядный материал. Конечно, тут много недоработок, но мы стремились поймать «дух времени», а не дать какой-то объективный анализ. Сейчас мы раздумываем над созданием книги «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия», в которой смогли бы превратить эскиз, сделанный для выставки, в более проработанное историческое полотно, с учетом большего числа экспертных мнений и свидетельств.
Наши вопросы к архитекторам – участникам выставки были вот такие:
Расскажите о вашем объекте, выбранном для выставки.
Понравилась ли вам выставка, насколько полно она отражает локальный архитектурный процесс последнего тридцатилетия?
Ваш личный рейтинг: три самых значимых проекта/события последних 30 лет для петербургской архитектуры?
Никита Явейн, «Студия-44»
Никита Явейн. Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
На мой взгляд, Главный штаб – этапная вещь, знаковый объект и для Петербурга, и, думаю, для страны. Его знают и обсуждают. Здесь нам удалось выйти на другой масштаб пространства и на другой уровень работы с памятником. Памятник был для нас не обременением, а, если так можно сказать, бонусом и драйвером. Мы достаточно свободно работали со зданием, раскрыли его потенциал, и, должен сказать, не было серьезной конфронтации ни с городом, ни с градозащитниками. Проект встретил достаточно единодушное одобрение; конечно, критики есть всегда, но в отношении Главного штаба я почувствовал, что его приняли многие и достаточно искренне.
«Студия 44». Триумфальная лестница Главного штаба, Певческая лестница Главного
штаба. Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Нам удалось создать там разномасштабное общественное пространство, от уютно-выставочного в верхних этажах до «имперского» внизу. Огромное и значимое, как для города, так и для страны. Его все знают, там проходят форумы, оно постоянно работает как центр культурной, и не только культурной, но и, в целом, общественной жизни.
2.
Скажу о выставке в целом. Период – разновекторный и выставка тоже разновекторная. Всё, что известно и лежало на поверхности, что было напечатано в журналах, показано пунктиром. Думаю, это жутко полезно и очень хорошо. Дает ли она образ или срез периода? Вряд ли, это не срез, а набор запомнившихся объектов. Срез был бы другим, он, во-первых, был бы похуже, а во-вторых, пожалуй, немного не хватает информации по регионам. Но в целом – интересно, вспоминаешь детство, журналы Проект Россия того времени и прочее. Я с удовольствием прошел по выставке.
3.
О себе говорить нельзя, так что Главный штаб опустим. Думаю, если говорить в целом о явлениях для всей страны, то новый уровень качества задал Сергей Скуратов, но это Москва, архитектура luxury, думаю, нам в Петербурге такое не грозит, у нас таких заказчиков нет и вряд ли появятся... Мне запомнился ТЦ Цветной Юрия Григоряна, но скорее в проекте, в натуре он стал более мейнстримовским. Я бы также назвал павильон Левона Айрапетова на ЭКСПО 2010 года в Шанхае.
По Петербургу – у нас достаточно высокий средний уровень, но называть лучшие дома я бы не стал. Я знаю, что часто называют Юрия Земцова, и это правильно, поскольку он рано задал высокую планку качества. Наверное, Рейнберг-Шаров тоже могут попасть в такой список явлений, которые стоит отметить… Но я не хотел бы останавливаться на чем-то или ком-то одном.
А о Лахта-центре вы что думаете? Сомнительная вещь. Если смотреть, скажем, из Петергофа, то он сильнейшим образом сбивает масштаб всего Финского залива. Было «…и запируем на просторе»1, огромное пространство «окна в Европу», а стала «Маркизова лужа»2. Теперь выходишь – и начинаешь считать, сколько километров до башни, сопоставлять ее высоту с шириной Невы… Другие мысли теперь лезут в голову теперь при взгляде на панораму Финского залива. И между тем надо признать, что некое футуристическое пространство там создать удалось.
1 / 4
Архитектурная мастерская «Б2». Проект застройки намывной территории Васильевского
острова «Морской фасад». Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Архитектурная группа ДНК. Проект реконструкции кровли для корпуса Б общественно-
делового пространства «Севкабель Порт». Первая премия на конкурсе «Горизонт». Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Архитектурное бюро «АРХАТАКА». Проект реконструкции кровли для корпуса Б
общественно-делового пространства «Севкабель Порт». Почетное упоминание жюри на
конкурсе «Горизонт». Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
«Невская ратуша» – результат выигранного с Сергеем Чобаном в 2008 году международного конкурса. На сегодняшний день построена первая очередь комплекса, включая здание Администрации. Сейчас ведем работу над второй очередью, которая также будет реализована. Это, несомненно, знаковый для города объект, и важный для нас. Также на выставке есть наша инсталляция, посвященная жилому комплексу «Дом у моря». Это наш первый совместный с Сергеем Чобаном проект, законченный в 2008 году. Более того, это первый проект Сергея Чобана в России.
Архитектурная мастерская «Евгений Герасимов и партнеры» и SPEECH. «Невская
Ратуша», 2010. Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Фотография Алены Кузнецовой
2.
На мой взгляд, выставка вполне отражает локальный архитектурный процесс последнего тридцатилетия. Три самых значимых проекта? Торговый центр Vanity opera от АМ «Рейнебрг и Шаров», Langenzipen Сергея Чобана и дом на Фонтанке АБ «Земцов, Кондиайн и партнеры».
Степан Липгарт, Liphart architects
Степан Липгарт. Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
На выставке мы показываем макет жилого дома на Васильевском острове, который в настоящее время строится. На фоне остальных участников проект отличается своей конкретностью, может быть, слегка нарочитой. Это не случайно: как правило, на подобных мероприятиях мы выставлялись с архитектурой бумажной, не предполагающей воплощения, здесь же было важно показать реальный объект, спроектированный для исторического центра. Мы заявляем наш дом не как решение экстраординарное, кричащее, яркое, но наоборот, насколько это возможно, корректное контексту, сдержанное, гармонизированное.
Архитектурное бюро Liphart Architects. ЖК «Маленькая Франция». Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Выставка вмещает по сути материал немаленького альманаха по истории Российской архитектуры последних лет, и тут остается только восхититься объемам работ. Привлек внимание коллаж, созданный из фотографий проектов и построек, своим пестрым хаосом демонстрирующий то ли вольный поиск, то ли сумбур оставшейся в прошлом «Новой эры».
3.
Главный вывод, к которому подводит выставка – последние десятилетия были для коллег крайне непростыми. Во многом нужно было заново учиться профессии, уходить от советской системы проектирования, от прошлых стереотипов мышления, мировоззрения, не теряя при этом себя, как в творческом, так и в нравственном плане. Прорывы в этом сложном «постленинградском» периоде не так уж часты, оттого особенно заметны. В первую очередь к таковым, мне кажется, стоит отнести реконструкцию Генерального штаба, авторства «Студии-44». Тщательная, продолжительная работа по переоборудованию исторического комплекса увенчалась, на мой взгляд, результатом мирового уровня, но выросшим на петербургской почве, уникальным, а не импортированным извне.
Безусловной удачей для города считаю жилой дом «Четыре Горизонта» на Свердловской набережной. Его цельный харизматичный образ, окрашенный абсолютно петербургским романтизмом являет, казалось бы, навсегда пропавшую в ХХ веке профессиональную уверенность: в приемах, пропорциях, силуэте, работе с материалом. Сопоставляешь этот дом с окружением, произросшем на невском берегу в последние годы, и охватывает смешанное чувство неловкости, недоумения.
И третий объект, навсегда изменивший ландшафт Петербурга, конечно, небоскреб «Лахта-Центра». Для меня это событие скорее со знаком минус: искажены важнейшие видовые раскрытия на ансамбли Биржи и Петропавловской крепости, попрана незыблемость «небесной линии», столь счастливо сохранявшейся весь XX век. Надеюсь, реализация башни станет не прецедентом, но предупреждением, свидетельством ложности глобалистского подхода к драгоценным пространствам Петербурга.
Сергей Мишин, Sergey Mishin studio
Studio-MISHIN. Жилой дом на улице Бармалеева. Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Тема выставки – «Пространство и контекст», и наш проект про работу с контекстом. Этот домик встроен в типичную для Питера пространственную лакуну, сложно организованную пустоту между домами разных эпох. Мне показалась интересной эта задача – вписать несколько слов, фразу или реплику в городской текст так, чтобы и текстуальную связность не разрушить, и сохранить внятность своего высказывания.
2.
Я, признаться, не вполне понял смысл самой выставки. Если она про макеты, то здесь не осмыслены жанры и смыслы этого инструмента. Бывают же концептуальные, поисковые, рабочие, презентационные, девелоперские, наконец, макеты. Здесь же все вперемешку. Все же выставка нуждается в аналитике, иначе это просто склад предметов. Именно потому она и отражает процессы последнего времени, они также неосмысленны, спонтанны и протекают вне аналитического поля, увы.
3.
Возможно, я слишком критичен, но не вижу ни одного события, достойного внимания. Меня не тронуло ничего из того, что сделано за последнее тридцатилетие. Но кажется, что появились на горизонте люди мыслящие, достаточно образованные и способные к рефлексии. Несколько таких бюро я знаю и очень надеюсь, что они когда-нибудь вытеснят с арены мэтров, которые благополучно похоронили всякую архитектурную жизнь и мысль в нашем прекрасном городе.
Евгений Решетов, RHIZOME
RHIZOME. Павильон-гостиная в загородном отеле «Точка на карте». Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Поскольку представление макета было необходимым условием участия, мы начали раздумывать, какой из реализованных проектов хотелось бы показать. Решили остановиться на павильоне Гостиной, как на небольшом, камерном проекте, в котором есть место деталям, которые могут быть проработаны в масштабной модели. Мы осознанно делали макет таким близким к реализации, с воспроизведением материала фасадов (вплоть до игры размеров обшивки фасада) и других деталей. Забавное наблюдение: наш проект оказался чуть ли не единственным, где присутствуют человеческие фигуры. Наверное, в этом есть что-то подсознательное: мы делаем архитектуру для людей, и она оживает при взаимодействии с человеком, наблюдателем или пользователем.
2.
Выставка очень понравилась. На моей памяти, это первая посвященная архитектуре выставка в нашем городе с таким дизайном экспозиции, качественным светом, интересной подборкой участников. Планшеты с московской части экспозиции – может быть и суховато поданная, но чрезвычайно объемная работа, связывающей в единое полотно последние (или первые) 30 лет российской архитектуры.
Алина Черейская, SA Lab
Архитектурная лаборатория SA lab. Павильон Oh, new age. Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Приглашая нас к участию в выставке, Владимир Фролов обозначил, что мы – представители новой волны архитектуры и должны «перекинуть мостик в будущее». Мы выбрали формат абстрактного павильона, который не является макетом существующего проекта, а формулирует принципы проектирования SA lab – адаптивность, технологичность и релевантность времени. Название павильона Oh, new age отсылает к названию выставки Arch new age.
2.
Выставка затрагивает знаковые объекты, но не показывает весь срез архитектуры и развития города. Получилась камерная и очень важная для 2019 оглядка. Было бы здорово показать острые существующие процессы и наметить векторы их решения.
3.
Глобально – это выход российских архитекторов и проектов на мировой уровень, создание лифтов и платформ для молодых архитекторов, формирование общественных пространств.
Пётр Советников, KATARSIS Architects
Архитектурная мастерская KATARSIS Architects. «Вращающаяся триумфальная арка»
(проект для конкурса «Мобильный обелиск»). Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Впечатления от выставки хорошие – для петербургской архитектурной жизни это очень заметное и значимое событие. Сама идея проанализировать развитие отечественной архитектуры во времени, замечательна. Особенно интересна попытка выделить важнейшие тексты за выбранный период. Огромным прогрессом кажется одновременное экспонирование работ «молодых» бюро и «взрослых» архитекторов, как, всё-таки, частей единого процесса.
Ну и конечно, макеты – это тот формат, в котором смотреть архитектуру по-настоящему интересно.
1.
Про выбор объекта: Антураж выставки напоминал мавзолей, древнюю гробницу. Отсутствие естественного света (музейный свет выхватывал из темноты зала экспонаты), грубые поверхности стен, ну и конечно, отличная идея куратора Владимира Фролова с постаментами из газобетонных блоков. Вообще, погребальная тема, тема прощания как-то присутствовала. Посетитель музея, в таком случае, оказывается в роли исследователя будущего. И вот, он видит тёмный зал, застывшие макеты древних ЖК и деловых кварталов, частных домов и высотных зданий некой цивилизации прошлого. И вдруг, в давящей тишине, он замечает живое движение в дальнем конце зала – маленький макет триумфальной арки неопределимого периода создания, медленно, но неотвратимо и гордо вращается вокруг свой оси. Вот такую картину мы себе представляли.
В общем, нам кажется, что наша работа в каком-то смысле даёт ответ на вопрос «куда движется российская архитектура?», да и архитектура в целом.
Илья Спиридонов, Хвоя
Архитектурное бюро «ХВОЯ». «Первый Снег». Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Из наших реализованных объектов именно Дом у моря лучше всего влезает в шар, куда можно насыпать блесток.
2.
Мы всегда рады участвовать в выставках, которые устраивает Владимир Фролов, он большой молодец, двигает светскую архитектурную жизнь, за это ему отдельный поклон.
3.
Самый значимый проект – реконструкция Главного штаба.
Выставка продлится до 28 ноября (ближайшего четверга).
Архитектурная лаборатория SA lab. Павильон Oh, new age. Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра. Петербургская версия» в центре ArtPlay
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
МВ-ПРОЕКТ: «Каждый новый проект – это вызов»
Говорим с Дмитрием и Олегом Шурыгиными, основателями компании МВ-ПРОЕКТ, которая обладает большим опытом проектирования театрально-зрелищных зданий и объектов культурного наследия.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
Как японский брутализм стал модным Nu Bru
Живущий на Окинаве британский фотограф Пол Тулетт рассказал Анастасии Маркитан о своей книге про японский брутализм и о его современном продолжении – направлении Nu Bru.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Никита Токарев: «Архитектура – не только форма, но...
В преддверии Арх Москвы поговорили с деканом архитектурной школы МАРШ и факультета архитектуры Universal University Никитой Токаревым о программе NEXT фестиваля Арх Москва 2025, будущем архитектуры и отборе участников.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Музей архитекторов: локация – невесомость
Выставка Museum loci, открывшаяся в Музее архитектуры – огромная, хотя и занимает всего два этажа Флигеля-Руины. В основном специально для нее 59 архитекторов сделали объект или рисунок с размышлением о музее архитектуры, иногда очень определенным, но чаще – креативно-обобщенным. Таких больших выставок объектов от архитекторов не то что давно не было, но, кажется, не было вообще. Если тема и подходы интересны, то «залипнуть» в залах Руины можно надолго. Рассказываем подробно, в том числе о том, как правильно произносить название (спойлер: без разрешения сюда прокрался даже бог Локи).
Петербургский коллаж
Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра» расширена петербургским контентом. Предлагаем впечатления о ней и архитектурном процессе последних тридцати лет из первых рук – от участников.
Тучков буян: эксперты о главном парке Петербурга
Стартовал конкурс на концепцию парка «Тучков буян», а вместе с ним – страхи, сомнения и большие надежды. В рамках культурного форума архитекторы и чиновники разбирались, как подступиться к первому за долгие годы зеленому пространству, а мы приводим не самые очевидные мнения.
Новейшая эра
В июне в Музее архитектуры презентована книга-исследование, посвященная ближайшим тридцати годам развития российской архитектуры. Публикуем фрагмент книги.
Андрей и Никита Асадовы: «Мы стремились сохранить...
Интервью с инициаторами и вдохновителями проекта «Российская архитектура. Новейшая эра». О принципах отбора, архитектуре как объекте искусства и планах на будущее.
Свет в окошке: попытка хронологии
Выставка «Российская архитектура 1989 – 2019. Новейшая эра» охватывает тридцать постсоветских лет, демонстрируя как общую хронологию, так и выбор экспертов – вещи, претендующие на статус лучших. Можно идти, изучать, учить даты и ахать над забытыми фактами.
Технологии и материалы
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро «Сивил» выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Изменчивая дымка
Бюро T+T Architects разработало концепцию премиального бизнес-центра с «живыми» фасадами, которые в зависимости от погоды, времени суток и запросов работников меняют свою конфигурацию, превращая здание в городскую инсталляцию. Идея бесконечной вариативности продолжена во внутренних пространствах, которые предполагают разные сценарии использования. Некоторые инженерные решения реализуются на российском рынке коммерческой недвижимости впервые.
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.
Преодоление себя
Разрабатывая интерьер спортивного клуба Jet Arena, архитекторы бюро Osetskaya.Salov смогли преодолеть границы брутальности и найти новые выразительные приёмы для мира непрекращающейся борьбы с человеческой ленью и гедонизмом.
Ряды не поредели
В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.
Слишком много кирпича
Пять из шести зданий-финалистов Премии Стерлинга, претендующих на звание лучшей постройки Великобритании-2026, выстроены из кирпича в жестких рамках хорошего вкуса, но без оригинальности. Исключением стал стеклянный офисный «кубик» Ренцо Пьяно в его привычном стиле.
Маленькая книга прощания
Изданная архитекторами «Остоженки» книга о Валерии Каняшине очень небольшая, помещается на ладони как записная книжка или походный альбом для рисования. В сочетании с микротиражом это дает не-гламурное и совсем не репрезентативное издание «для друзей». Но как тонко в нем замиксованы проекты, тексты, фотографии и рисунки: вероятно, именно так можно, изучая творческий путь, немного понять человека.
WAF 2026: кто в коротком списке
Всемирный фестиваль архитектуры объявил списки финалистов, среди которых есть 8 заявок от российских бюро – в два раза больше, чем в прошлом году. И это если не считать два проекта от берлинского офиса Сергея Чобана. Помимо него бороться за призы будут бюро KPLN, Wowhaus, CHADO, Front Architecture, MAXX-architects и Kerimov Architects.
Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Серию изданий, исследующих практику применения того или иного материала в архитектуре и дизайне, Анна Мартовицкая и Денис Дмитриенко продолжили внушительным — почти 800-страничным — кирпично-красным томом, посвященным кирпичу и керамике.
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
Бакалавры ЯГТУ 2026: мозаика новой реальности
Кафедра Архитектуры Ярославского государственного технического университета выбрала для публикации на Архи.ру восемь выпускных работ. Авторы исследовали территории, расположенные от Мурманска до Аргентины, которые объединяет общее свойство – сложный контекст. В одном случае это суровый ландшафт – Арктика, Заполярье или воды мирового океана, страдающего от пластика. В другом – многослойная и иногда драматичная история.
Даешь мультифункциональность!
Там, где одна функция не может аккумулировать достаточный клиентский поток, гибкость в использовании пространства и расширение функционала за счёт каких то близких по формату опций способны кардинально изменить экономику. Пример – новое общественное пространство и кафе Quercus от студии WA project.
Дисциплина модуля
Мастерская «Гикало Купцов Архитекторы» спроектировала для частной базы отдыха в Камчатском крае дом для персонала, рассчитанный на 10 человек. Здание из клееного бруса деликатно дополняет композицию гостевого комплекса: глухой блок с хозяйственными помещениями одновременно скрывает жилую часть от глаз посетителей и формирует приватную зону для террасы с купелью. Помимо постирочной с системой хранения дом включает пять ячеек жилых комнат, из которых открывается вид на тундру.
Состояние полета
Студия PAR в рамках сотрудничества с компанией GATE31 нашла архитектурное выражение ключевых ценностей известного российского бренда одежды через презентацию понятий легкости и мобильности в образах и формах, ассоциирующихся с путешествиями.
Творческие амбиции автовладельцев
Бюро OOIIO перепрофилировало заброшенную фабрику кухонной мебели в Леганесе под Мадридом в автоцентр с ярким, авторским решением.
Водопад в лесу
Проект спального корпуса лечебно-рекреационного центра от бюро PORT, созданный в рамках реконструкции санатория имени Артёма в подмосковной Фирсановке, – попытка вернуть к жизни одну из старейших российских здравниц.
Партитура для 12-й линии
Дом «Амо», построенный по проекту Степана Липгарта на Васильевском острове, соединяет три мотива: курдонер, двор-пьяцетту и заимствованные у архитектуры Ренессанса образы, которые позволили сделать современный многоквартирный комплекс более гуманистичным, развивающим тему индивидуальности в жилой архитектуре. В этом помог набор в меру стандартизированных элементов – филенки, усложненные орнаментом, выполненным в технике сграффито; «линейка» карнизов и профилей, а также штучные элементы декора. Комплекс включает жилую и гостиничную части, которые обрамляют отреставрированный деревянный особняк братьев Брёмме.
Зеленый кратер
Жилой комплекс La Vallée Verte по проекту MVRDV в Бордо предлагает современную трактовку сложной геометрии и узких улиц исторического города.
Капсула у реки
Бюро Arch(e)type спроектировало концертный зал в Нагатинском затоне – на берегу Москвы-реки, рядом с парком развлечений «Остров Мечты». Архитекторы сравнивают его с технологической капсулой или исследовательским модулем – формой, работающей на предвкушение нового опыта.
Красная вечеринка
Вашему вниманию – светская хроника неформальной части процедуры вручения архитектурной премии Москвы, которая состоялась вчера во дворе «дома культуры» ГЭС-2 при участии главы ДГП Владислава Овчинского.
Архитекторы действительно бегали
За пять лет фестиваль «Не только архитектор» вырос из небольшой встречи в коворкинге KLAUZURA в одну из самых необычных профессиональных площадок Петербурга. Здесь спорят об архитектуре, экспериментируют с форматами общения и, кажется, всерьез пытаются доказать, что хороший – нескучный – разговор иногда не менее важен, чем хорошая выставка.
Памяти Виталия Стадникова
Ушел из жизни Виталий Стадников: архитектор, градозащитник, историк авангарда и модернизма, главный архитектор Самары в 2012–2013, инициатор разработки регламентов исторического поселения города.
Истинное сокровище
Студия Елены Локастовой создала для бутика Lindeza Jewelry в Дубае концептуальный интерьер, воплощающий идею драгоценности как идеальной геометрической формы, идеального качества исполнения и максимальной концентрации идеального, по мнению прекрасной половины человечества, цвета.
Прекрасные перспективы
От любого рабочего места в новом здании Национального банка Казахстана по проекту ZHA в Астане открывается вид на зимний сад в атриуме.
Премия неизвестного архитектора
ДГП Москвы объявил о старте голосования за проекты, реализованные в 2025. Премия существует 26 лет, народное голосование проводится с 2015 года. Раньше мы ее не замечали, а теперь – на фоне турбулентности – заметили и рассмотрели. Это неплохой путеводитель по новостройкам города. Жаль, что половина, а то и больше – эстетически никакие, невыразительные, а у другой половины не указаны или попросту не известны авторы. А впрочем, может, половина потому не эстетична, что не указаны авторы? Как-то это связано, может быть?
Оптимальные пространства или работа по высшему разряду
В конце мая 2026 года, в финале форума «Бизнес и Дизайн Диалог» состоялась церемония подведения итогов Премии Best Office Awards/«Офисы Нового Поколения», на которой были объявлены лучшие проекты рабочих и общественных пространств, в которой эстетика так же важна, как комфорт и эффективность.
