«Меньше рефлексии – больше дела»

Мюнхенский архитектор и постоянный автор Архи.ру Елизавета Клепанова – об учебе в МАРХИ и Миланском политехническом университете.

mainImg


Архи.ру:
– Расскажите о вашей учебе в МАРХИ.

Елизавета Клепанова:
– Мои родители – оба архитекторы. И хотя мама, когда я была совсем маленькой, в шутку мечтала, чтобы я вышла замуж за дипломата, на самом деле, моя профессия была определена с рождения. Посудите сами: когда круг общения семьи состоит, в основном, из архитекторов, художников, скульпторов, литература в домашней библиотеке большей частью посвящена искусству, а все поездки – посещению музеев, то очень сложно представить себе, что можно жить вне такой среды. Конечно, я могла изучать любой из видов искусства, необязательно архитектуру, но остановилась именно на ней. МАРХИ как лучший профильный институт в стране стал для меня логичным выбором. Я благополучно окончила английскую спецшколу с золотой медалью и поступила в МАРХИ с одним экзаменом, сдав рисунок античной головы на 8 баллов. Забавно, но перед поступлением я сказала родителям что, если будет Венера, то я просто встану и уйду. Прихожу на экзамен – и вижу, угадайте, какую голову? Слава богу, что у меня спортивный характер: я умею собираться и доводить работу до конца. На следующий день уже прыгала у фонтана: мое имя было в списках поступивших.

Первые два курса я с большим удовольствием училась в группе Натальи Алексеевны Сапрыкиной, заведующей кафедрой архитектурного проектирования. У нас была прекрасная группа с очень талантливыми ребятами, которые сейчас уже многого добились в профессии. Затем – на факультете ЖОС у профессора Дмитрия Валентиновича Величкина и доцента Николая Николаевича Голованова. Несмотря на то, что они практикующие архитекторы (в отличие от многих преподавателей МАРХИ), они полностью отдаются работе со студентами хотя, казалось бы, могли бы опаздывать или даже пропускать занятия. Напротив, в группе всегда была жесткая дисциплина, все должно было быть сделано не просто вовремя, но заранее и в отличном качестве. Это было время, как я его про себя называю, «школы русского балета»: 99 процентов времени уходило на проект.

В целом, учиться было интересно. Я до сих пор не перестаю говорить «спасибо» преподавателям кафедры истории архитектуры: если бы не они, я впоследствии не сдала бы на высший бал с плюсом в Италии экзамен по истории итальянской архитектуры. Я также благодарна Ольге Юрьевне Сусловой – преподавателю кафедры архитектурных конструкций. Без ее поддержки я бы, возможно, не начала писать на архитектурные темы, выступать на конференциях, и мы бы не сделали несколько интересных работ по творчеству В.Г. Шухова. Ну и конечно, я не могу не сказать добрых слов в адрес кафедры живописи: там всегда была прекрасная атмосфера и много интересных творческих заданий.





– Как вам пришла в голову идея поехать учиться за границу, и чем был обоснован выбор страны, куда вы уехали – Италии?

– С самого начала учебы в МАРХИ мне было очевидно, что неплохо было бы перенять еще и заграничный опыт в области архитектуры. Я собиралась уехать после бакалавриата, но, в результате, все получилось даже лучше, чем я предполагала: появилась возможность уехать с сохранением места и получить диплом специалиста в Москве и магистра за границей, благо, между ними была разница по времени, и все это было технически выполнимо.

Я уехала учиться в Миланский политехнический университет. Выбирала между двумя учебными заведениями – в Милане и в Делфте. Из плюсов Милана было то, что я некоторое время училась по обмену в средней школе в Орвието, а затем – в Брешии, и знала итальянский язык, понимала местную культуру и чувствовала себя в этой среде комфортно. В результате, на Милане я и остановилась.

Елизавета Клепанова
zooming
Архитектурный корпус миланского политехнического
zooming
Одно из пространств для работы архитектурного корпуса в Миланском политехническом
Один из самых прекрасных парков Милана – Парко Портелло
Свободное время: опера «Аида» на сцене Арена-ди-Верона



– С какими сложностями вы столкнулись при оформлении документов на выезд?

– У меня была несколько нестандартная ситуация: я не просто уезжала из Москвы, а делала это по программе с сохранением места в МАРХИ. Конечно, многие преподаватели в МАРХИ отговаривали меня от отъезда, даже говорили, что я не стану своей там, а на родине, наоборот, буду уже чужой. Сложно было получить ряд бумаг в отделе кадров института просто потому, что сотрудница была перегружена работой. В остальном, набор документов для поступления достаточно прост: нужно написать мотивационное письмо, предоставить диплом о той степени, которая у вас есть на данный момент с проставленным апостилем (эта процедура занимает от месяца до двух, так что желательно позаботиться обо всем заранее), выписку с оценками, свидетельство о сдаче экзамена на знание языка и три рекомендательных письма от преподавателей, а также закачать на сайт университета свое портфолио. Еще нужно оформить студенческую итальянскую визу. Сначала мне дали многократную визу категории «D», а потом, уже в Милане, я получила карточку – студенческий вид на жительство. Для этого документа нужно оформить так называемый фискальный код (это можно сделать как в консульстве в Москве, так и в Италии), страховой полис (удобнее сделать в Италии), предоставить выписку со счета в банке либо копию кредитной карты с двух сторон с распечаткой о состоянии счета на ней, несколько фото, копию договора аренды квартиры или договора о проживании в общежитии, заполнить специальные бланки «модуло»: все это вы отправляете по итальянской почте с специальной оплаченной маркой – «марка да болло». Через некоторое время вам приходит уведомление о том, что вас ждут в одном из отделений полиции для того, чтобы взять отпечатки пальцев. Еще через некоторое время вы получаете sms, что вид на жительство готов, и можно его забрать из полиции. Вся процедура, в среднем, занимает один месяц. Бумаги для оформления студенческого вида на жительство вам выдают в университете по приезде.

zooming
Воркшоп на Сицилии с Анной Прокудиной, Виленой Орловой, Айгерим Суздыковой и Инной Бурштейн
zooming
На защите диплома в Миланском политехническом
Наш мини-«советский союз» в Милане. С Ани Закарян, Стасом Кашиным, Антоном Котляровым, Айгерим Суздыковой и Инной Бурштейн
zooming
Во время моей работы в Hines Milano на стройке Bosco Verticale




– Как проходил процесс адаптации в новой стране?

– Сложно было расстаться с семьей. Даже каждодневные звонки и разговоры в Skype в моем случае не помогали: я очень скучала по родным, периодически летала домой и самыми сладкими словами в то время для меня были «Мы приземлились в международном аэропорту Шереметьево города Москва».

Языковых проблем не было: итальянский я знала и со всеми бытовыми вопросами могла разобраться самостоятельно. Очень скоро у меня появились друзья. Самыми близкими были ребята и девчонки из России, из бывших республик Советского Союза и стран соцлагеря: Латвии, Сербии, Польши, Белоруссии, Казахстана и Армении, практически все – с хорошим разговорным русским.

Жила я одна в квартире на знаменитой Корсо Семпьоне. Как и в большинстве домов в Милане, здесь был консьерж, который решал мелкие проблемы и помогал, если это было необходимо. Итальянцы – добрые и открытые люди. Здесь, по сравнению с многими другими странами Европы, хорошо относятся к русским, имеют представление о нашей литературе, балете, живописи, архитектуре. Больше всего на свете итальянцы любят красоту во всех ее проявлениях. Здесь желательно хорошо выглядеть и, например, чтобы найти достойную работу, одних знаний и прекрасных оценок вам будет недостаточно: на то, как вы себя держите, и стильно ли выглядите, внимание обязательно обратят.

Для учебы в Италии я считаю обязательным знание итальянского. Конечно, люди говорят и на английском языке, но, как правило, либо на минимальном уровне, либо понимают вас, но ответить не могут, и в ход идут жесты. Это, кстати, мне в итальянцах очень нравится. Как-то раз мы с семьей снимали дом во Флоренции, я стояла на балконе и вдруг вижу, по дорожке идут мой папа и владелец дома: смеются, что-то бурно обсуждают. Я удивилась: хозяин говорит только на итальянском, а мой папа – только на русском и немецком. Я крикнула владельцу дома: «Как же вы общаетесь? Вы же не говорите на языках друг друга?» Он рассмеялся: «Жестами!»

В предновогоднем Милане вечереет
Вид на Арку Мира и идущую от нее улицу Семпьоне, где я жила
Вид на Милан и сад Семпьоне с высоты Torre Branca по проекту Джо Понти
Вид на небоскребы Porta Nuova из окна квартиры в Милане, где я жила
zooming
Отдыхаем на миланской неделе дизайна с Армандом Алваресом, Райнисом Кокинсом, Александром Четвериком и Виленой Орловой
Осматриваем Музей Мосгор в Орхусе с корреспондентами из разных стран по приглашению Датского архитектурного центра



– Какой была учеба в Милане?

– В Милане я поступила на архитектурный факультет, и приятной неожиданностью было то, что ряд предметов можно было выбирать по собственному желанию – так же, как и преподавателей. Параллельно с основным блоком дисциплин, которые являлись обязательными для всех на факультете, я могла изучать, например, право и энергоэффективную архитектуру. Огромным плюсом было то, что, помимо практического блока, нас еще учили и архитектурной критике, анализу профильной литературы, написанию эссе. Мне кажется важным сочетание теории и практики в профессии, и мне самой было полезно прочитать многие книги, которые в России я бы вряд ли вообще когда-либо увидела, к примеру, «Американские лекции» Итало Кальвино в оригинале или все книги Бернара Чуми. Нужно заметить, что в библиотеке Миланского политехнического – богатейшая коллекция профильной литературы, и нужную книгу достаточно было забронировать через приложение на телефоне, а потом просто забрать из библиотеки.

Из того, что мне совершенно не нравилось – размер группы по проекту в 35–40 человек. После тепличных условий МАРХИ, где в группе – максимум человек десять, а то и меньше, и преподаватель носится с вами, как курица с цыпленком, разжевывая каждый непонятный момент, миланские условия казались не самыми удачными. В большинстве случаев профессор работает с вами гораздо реже, чем хотелось бы, и вы проводите большую часть работы с ассистентами, часто – вчерашними выпускниками Политеха. Например, когда я училась в группе у знаменитого в Италии архитектора Чино Дзукки, сам мэтр появлялся на занятиях нечасто.

– Чем отличалась учеба в Политекнико ди Милано от МАРХИ?

– Как я уже упомянула, в МАРХИ преподаватель не просто разжевывает для вас материал, но еще и вкладывает вам его в рот. В Милане, в основном, нужно добывать информацию самостоятельно. В МАРХИ практически не работают группой над одним заданием: вся система направлена на их индивидуальное выполнение. В Милане, наоборот, практически все делается в группах. Мне было очень сложно перестраиваться, и до сих пор легче сделать всю работу самой, что очень плохо потому, что в архитектурной мастерской так или иначе нужно взаимодействовать с коллективом и делить обязанности.

МАРХИ однозначно дает более широкую базу знаний: студенты изучают социологию, экономику, колористику, философию и так далее. В Миланском политехническом такого разнообразия, к сожалению, нет, но есть приятная возможность, как я уже упоминала, составить часть своего расписания самостоятельно – что тоже хорошо, так как мне, например, очень нравилось изучать право, а кому-то эта дисциплина была бы совершенно не интересна.

Как в МАРХИ, так и в Миланском политехническом мнение преподавателя о вашей работе не обсуждается, и от вас ожидают корректировок проекта в соответствии с его указаниями. Я часто слышу, что во многих европейских архитектурных школах преподаватели говорят, что вы должны найти иное решение, чем то, которое они вам подсказали, но это не случай Политекнико.

В МАРХИ гордятся тем, что его выпускники прекрасно владеют ручной подачей и часто подчеркивают, что в Европе этот навык уже утерян. Поучившись в Милане, я могу совершенно четко сказать, что многие студенты там могут делать ручную подачу отличного уровня, совершенно не уступающую МАРХИ. Думаю, что это особенность классической архитектурной школы.

В плане подачи проекта, выполнения макетов, написания курсовых работ и создания презентаций все более-менее похоже: обе школы достаточно консервативны. Как, наверное, во всех европейских школах, в Миланском политехническом существенная часть времени отводилась на анализ проекта, чего не скажешь о МАРХИ, где эта фаза проходилась за пару дней. Мне это иногда казалось лишним, и периодически напоминало пространные рассуждения ни о чем, которые потом ни к чему не приводят. Все-таки все хорошо в меру.

– Что дало вам образование в Италии, и что дало вам образование в МАРХИ?

– Учеба в Милане дала мне разносторонний образовательный и рабочий опыт в отличающейся от привычной среде. Я рассматривала магистратуру за границей как возможность открыть для себя новые грани нашей профессии и, например, прошла практику в архитектурном журнале в Мюнхене, поработала в одной из ведущих девелоперских компаний мира в период строительства «Боско Вертикале» Стефано Боэри, научилась свободно говорить и писать по-итальянски, улучшила уровень английского, французского и немецкого языков, смогла устроиться на постоянную работу в архитектурной мастерской в Мюнхене. А МАРХИ дал мне прекрасную базу, научил меня трудиться и не сдаваться ни в какой ситуации.

– Порекомендовали ли бы вы Миланский политехнический университет другим российским студентам?

– Я скажу так: если вы собираетесь оставаться работать в Италии, то Миланский политехнический – прекрасный выбор. Если же вы планируете потом работать, например, в Германии или Австрии, то стоит все же выбрать вуз в этих странах. Каждая страна в Европе предпочитает выпускников своих университетов, так как такой сотрудник имеет понятную для работодателя базу.

Диплом МАРХИ в Европе никакого впечатления ни на кого не производит. Здесь абсолютно все равно, закончили ли вы вуз в Москве, Калининграде или Вологде. Один факт того, что вы из России, уже не говорит в вашу пользу, так как доставит владельцу архитектурного бюро очень много сложностей с оформлением документов для приема вас на работу. Поэтому, чтобы получить хорошую должность, вы должны обладать действительно высоким уровнем знаний и быть жизненно необходимым этому бюро.

Расскажу о том, как я устроилась на работу в Мюнхене. Я получила сразу по окончании Политекнико предложение работы в Милане (не буду называть бюро, но эти архитекторы сейчас достаточно активны в России) и в Мюнхене. Оба варианта меня устраивали, но по ряду причин я решила уехать в Германию. Немецкий я знала на минимальном уровне и, когда подавала документы на немецкий вид на жительство в консульстве Германии в Риме, сотрудница-итальянка, принимавшая мои документы, очень интересовалась, как это мне вообще предложили работу. Я ответила, что прекрасно владею тремя языками, имею опыт работы, рекомендации, диплом специалиста и диплом магистра. Это ее убедило, и мои документы приняли к рассмотрению. Далее в течении месяца мой работодатель должен был выставить объявление о вакансии в его компании с рядом необходимых критериев, которым нужно было соответствовать и, если бы на эту должность подошел бы кто-то из местных или Евросоюза, то он был бы обязан по закону нанять не меня, а этого человека. К счастью, никто не соответствовал тем качествам, которые были у меня, и немцы были вынуждены дать мне вид на жительство. А вот если бы у меня был диплом германского вуза, то проблем с документами было бы существенно меньше. Так что старайтесь выбирать для учебы тот город или страну, где собираетесь дальше жить и работать.

Многие мои коллеги из МАРХИ, которые учились не в Политекнико, а в других европейских городах, не смогли потом найти работу в Европе и по этой причине вернулись в Россию или планируют в ближайшее время туда вернуться. Могу сказать, что абсолютно все ребята, которые учились со мной на одном курсе в Милане, успешно работают в разных точках нашей планеты: например в бюро Кенго Кума, Доминика Перро, Henning Larsen Architects или даже открыли свою собственную мастерскую, а те, кто вернулись в Россию, сделали это не вынужденно, а по собственному желанию, и также получили либо прекрасные должности, либо основали свое дело. Все они прошли жесткий отбор, каждый из них должен был говорить на языке на прекрасном уровне с полноценным знанием профессиональных терминов (так как ради вас никто не будет специально переходить на английский на совещании), каждый из них проходил через трехмесячные или более долгие испытательные сроки и выкладывался по полной программе, чтобы остаться в фирме. К сожалению, часть российских выпускников европейских вузов не осознает, что работодатель, например, в Мюнхене, где минимальная зарплата составляет примерно 1 200 евро, а минимальная зарплата начинающего архитектора – 2 500 евро, не горит желанием отдавать их человеку без знания местных строительных норм и языка, зато требующего к себе повышенного внимания и вечно ноющего, как все сложно и непонятно.

Историческое здание на Ленбахплатц в центре Мюнхена, внутри которого находится «Медная комната» по проекту бюро Peter Ebner and friends
«Медная комната» © Paul Ott
«Медная комната» © Paul Ott
«Медная комната» © Paul Ott
«Медная комната» в процессе создания
«Медная комната» в процессе создания
«Медная комната» в процессе создания
«Медная комната» в процессе создания



– Если бы можно было вернуться в прошлое, то как бы вы организовали свой процесс обучения архитектуре?

– Думаю, что я бы гораздо менее критично относилась к себе. В МАРХИ тебя настраивают, что нужно каждый раз стремиться создать гениальный проект, говорят о глубинном смысле вещей, а потом – бац, и ты попадаешь в реальный мир, когда у заказчика вот такой вот бюджет и все: иди ты, архитектор, куда подальше со своим видением вселенной. Ты всю учебу живешь в душевных муках и трясешься над каждой линией чертежа, а потом понимаешь, что все это на самом деле не так важно, как тебе внушают. Можно делать свою работу спокойней и рациональней, учиться на примерах других, обязательно путешествовать, писать, давать себе время на отдых, и пусть твоя работа будет для кого-то недостаточно хороша или оригинальна – это не важно. Всегда в жизни будет кто-то, кому будешь не нравиться ты или то, что ты делаешь, особенно, если ты, не дай бог, еще и будешь успешным. Всегда спрашивайте себя: «А судьи кто?»

В Германии, где я сейчас работаю, вас в ходе учебы никто не будет заставлять соответствовать олимпийскому девизу «преодолей себя», но сделай «вау». Все понимают, что «вау» – понятие относительное, и что лучше проще, но качественнее, ведь за свое здание архитектор отвечает собственными финансами последующие десять лет и, если у здания, например, что-нибудь деформируется, то за деньгами на ремонт придут именно к архитектору.

Вообще, я довольна тем, как складывается моя жизнь на сегодняшний момент. Мне не на что жаловаться. Я счастливый человек.

Скульптура работы Фрица Вотрубы в офисе Peter Ebner and friends



– Чем вы занимаетесь сейчас?

– Я работаю в Мюнхене архитектором в мастерской Peter Ebner and friends. У нас в компании очень теплая атмосфера, большая библиотека, небольшая, но приятная коллекция современного искусства – и даже кухня, где мы периодически готовим. Кроме немцев, в офисе работают австрийцы, итальянцы, и время от времени приезжают на практику студенты из разных стран. Кто-то остается, кто-то уезжает уже через неделю, не выдержав объема работы. У нас был интерн из Греции, который сказал, что думал, что в греческой армии было очень тяжело, но оказалось, что на практике у нас в конторе – гораздо большие нагрузки. Мы, кстати, его часто вспоминаем добрым словом, и дали ему прекрасные рекомендации, так как после четырех месяцев у нас его можно было спокойно отправлять в любое архитектурное бюро, и за него было бы не стыдно. Все проекты, над которыми мы работаем сейчас, находятся в Германии и Австрии.

В свободное время я пишу статьи по архитектуре, картины, беру интервью, учу языки, много читаю и путешествую. Также относительно недавно я была членом жюри конкурса на лучшие печатные издания по архитектуре и строительству в Германии. Еще мы с Петером Эбнером сняли фильм об архитектуре Мюнхена.

Во время интервью с главным архитектором Мюнхена Элизабет Мерк совместно с Петером Эбнером



– Дайте один совет начинающему архитектору.

– Меньше рефлексии и самокопания – больше дела. Эскизируйте, пишите заметки, путешествуйте, читайте, смотрите по сторонам и любите то, что вы делаете всем сердцем.

Елизавета Клепанова ek@ebnerandfriends.com

Публикации Елизаветы Клепановой на Архи.ру
 
Рабочий макет спа-отеля в Северном Тироле по проекту Peter Ebner and Friends
Рабочий макет спа-отеля в Северном Тироле по проекту Peter Ebner and Friends
Рабочий макет жилого дома в Зальцбурге
Рендер проекта жилого дома в Зальцбурге
Исторический интерьер первого этажа проекта жилого дома в Зальцбурге бюро Peter Ebner and friends
Элементы фасада в натуральную величину для проекта жилого дома в Зальцбурге
Проект жилого дома в центре Зальцбурга по нашему проекту Peter Ebner and friends и одна из комнат с прекрасным видом
Работа в разгаре на строительной площадке жилого дома в Зальцбурге
Строительная площадка жилого дома в Зальцбурге
В мюнхенском офисе примеры оболочек для жилого дома в Зальцбурге
Варианты оболочек, детали для проекта жилого дома в Зальцбурге
Рабочие макеты жилого дома в Зальцбурге и оболочки для него в офисе Peter Ebner and friends


07 Июня 2016

Беседовала:

Елизавета Клепанова
comments powered by HyperComments
Внезапный вызов к доске
Королевский институт британских архитекторов (RIBA) представил программу развития «Путь вперед», предполагающий переаттестацию его членов каждые пять лет и изменения в программе сертифицированных им вузов в пользу технических дисциплин. Причины – итоги расследования катастрофического пожара в лондонской жилой башне Grenfell и «климатическая ЧС».
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
МАРХИ-2019: 10 проектов на тему «Школа»
Школа для детей с инвалидностью, воспитательная колония для малолетних преступников, интернат для детей-сирот – студенты МАРХИ создают новый образ современного образования.
Образовательный заплыв в центре города
Прошедшим летом Плавучий университет в Берлине по проекту коллектива raumlaborberlin стал площадкой для дискуссий и экспериментов на тему городов, переживающих бурную трансформацию. Этот необычный кампус – в фотографиях Дениса Есакова.
Пресса: Мэр Иркутска Дмитрий Бердников: «Зимний градостроительный...
Опыт Международного Байкальского зимнего градостроительного университета (МБЗГУ) может быть полезен и интересен школьникам, планирующим выбрать профессию архитектора и остаться работать в Приангарье. Об этом на заключительной презентации проектов XIX-й сессии воркшопа 1 марта сообщил мэр Иркутска Дмитрий Бердников, пригласивший старшеклассников в ИРНИТУ.
Пресса: Интервью руководителей студии "Свое пространство"...
Молодые и успешные архитекторы, партнеры архитектурного бюро FAS(t) Ксения Харитонова и Александр Рябский станут преподавателями и руководителями проектной студии в МА1 во втором семестре. Накануне старта занятий они рассказали нам о деятельности бюро, о том, зачем им преподавать, и чем они хотят поделиться со студентами.
Пресса: Александр Рябский и Ксения Харитонова станут руководителями...
Архитекторы, партнеры архитектурной студии FAS(t) Александр Рябский и Ксения Харитонова станут руководителями одной из студий в МА1 во втором семестре 2017-2018 учебного года. Они убеждены: «Архитектура – это всегда проекция нашего внутреннего мира». Участникам студии предлагается поработать над «Своим пространством».
Технологии и материалы
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Питеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Сейчас на главной
Деревянное будущее
Бюро Рейульфа Рамстада выиграло конкурс на проект нового крыла музея корабля «Фрам» в Осло: проект называется Framtid – «будущее».
Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...
«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.
Облако на холме
Бюро Alvisi Kirimoto завершило реконструкцию разрушенной землетрясением музыкальной школы в итальянском Камерино. Реализовать проект удалось менее чем за 150 дней.
От пожара до потопа
Награждение одиннадцатого АрхиWOODа прошло в виде конференции zoom, но не менее продуктивно и оживленно, чем всегда. Гран-при получил Сожженный мост, многозначная масленичная затея из Никола-Ленивца, а призы в главной номинации – Тотан Кузембаев за свой собственный дом в деревне Лиды и Денис Дементьев за дом на склоне в деревне Ромашково. Вашему вниманию – репортаж с награждения, которое длилось 4 часа, предоставив возможность высказаться всем заинтересованным профессионалам.
Деревянный рай
Квартал по проекту Berger + Parkkinen и Querkraft в районе Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства новой ратуши по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.