От небесных высот до подземелий

Притцкеровская премия в Китае, Татлин в Лондоне, трон для папы римского и гонорар для Сантьяго Калатравы — в очередном обзоре зарубежной прессы.

mainImg
Этой осенью два важных заявления сделали организаторы Притцкеровской премии. Во-первых, следующая церемония вручения награды, независимо от имени лауреата, пройдет в Пекине. Несмотря на то, что в последнее время Китай находится в центре мировой архитектурной жизни, и там строят многие из обладателей Притцкеровской премии, ни разу церемония не проходила в КНР (хотя премия существует с 1979), и эту ситуацию следует изменить. Мэрия Пекина горячо поддержала это решение.
Ворота-пайлоу в парке Чжуншань в Пекине. Фото Wikimedia Commons
Судья Стивен Брейер. Фото © Steve Petteway


Кроме того, в состав жюри Притцкеровской премии вошли Заха Хадид и Стивен Брейер (Stephen Breyer), судья Верховного суда США. Если до Хадид в составе этого постепенно обновляющегося комитета числились другие «звезды» архитектуры (например, Фрэнк Гери и Ренцо Пьяно), то видных юристов там еще не было. Назначение Брейера было продиктовано не только его большим опытом принятия разнообразных сложных решений, но и его активным участием в федеральной программе строительства административных (в том числе и судебных) зданий по проектам лучших американских архитекторов.
Заха Хадид © Simone Cecchetti


Заха Хадид также привлекла внимание прессы в связи с работой на родине — в Ираке. Она уже проектирует новое здание для иракского центробанка, а теперь приглашена к участию в конкурсе на проект оперного театра в Багдаде. Власти Ирака, очевидно, видят в сотрудничестве со знаменитой соотечественницей повод продемонстрировать всему миру: страна полностью вернулась в мирной жизни и занята развитием культуры и искусства.
«Башня Татлина» в Лондоне. Фото © Miguel Santa Clara


Что до ставшего для Хадид родным Лондона, то его архитектурной «звездой» временно стал Владимир Татлин: в связи с выставкой «Строительство Революции: советское искусство и архитектура 1915–1935» в Королевской академии художеств во дворе ее здания возведена его башня — «Памятник III Коммунистического Интернационала». Сооружался ярко-красный 10-метровый монумент под руководством британского бюро Dixon Jones. Выставка продлится до 22 января 2012.
Даремский собор. Фото Wikimedia Commons


Но в Великобритании живо интересуются не только русским авангардом, но и собственным наследием. Газета The Guardian опросила своих читателей, чтобы определить самое лучшее здание страны. Им стал Даремский собор (12 в.), выдающийся памятник норманнского стиля, включенный в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.
Павильон «Чтение между строк» бюро Gijs Van Vaerenbergh. Фото © Kristof Vrancken / Z33 – Mine Daelemans


Павильон в бельгийском городе Лимбург условно продолжает тему культовой архитектуры. Этот объект бюро Gijs Van Vaerenbergh назван «Чтение между строк» и имеет форму небольшой церкви. Он сложен из стальных модулей, образующих ажурную «кладку»; в зависимости от точки зрения его стены и крыша кажутся то монолитными, то тающими в воздухе.
Алтарь для мессы на летном поле во Фрайбурге. Проект Вернера Зобека


Также к сакральной сфере относится временный алтарь, построенный к визиту папы римского Бенедикта XVI во Фрайбург. Этот алтарь, спроектированный знаменитым инженером Вернером Зобеком (Werner Sobek), был установлен на городском лётном поле; в мессе приняли участие около 100 000 человек.
Алтарь для мессы на летном поле во Фрайбурге. Проект Вернера Зобека
Алтарь для мессы на летном поле во Фрайбурге. Процесс монтажа. Проект Вернера Зобека. Фото © Erzbistum Freiburg


Алтарь представлял собой нечто вроде сцены с консольным перекрытием; все его части — металлический каркас с обшивкой из ламината, полимерная мембрана перекрытия — были рассчитаны на легкую сборку и демонтаж, а также на вторичное использование. В основании алтаря была скрыта сакристия и подсобные помещения. Для службы были использованы предметы мебели, созданные Зобеком к визиту папы в Германию в 2006; после мессы их планируется распределить по церквам фрайбургского диоцеза.
Бенедикт XVI во Фрайбурге. Фото © Benedikt Plesker / Erzbistum Freiburg
Кресло Skape от Vitra. Фото предоставлено Vitra


Вторым дизайн-событием визита Бенедикта XVI стала его речь в концертном зале Фрайбурга. Во время выступления он сидел на кресле, специально изготовленном для этого случая компанией Vitra. Это вариант модели Skape, предназначенной для менеджеров высшего звена. Кресло папы римского было обито белой кожей, а его высокая спинка — украшена вышивкой с его гербом.
Библиотека Parque Biblioteca España в Медельине. Архитектор Джанкарло Мадзанти. Фото Sergio Gómez
Макет библиотеки Parque Biblioteca España в Медельине. Фото Mazzanti Arquitectos


Этой осенью нью-йоркский Музей современного искусства (МОМА) пополнил свою архитектурную коллекцию: туда вошел макет знаменитой библиотеки Parque Biblioteca España в Медельине колумбийского архитектора Джанкарло Мадзанти (Giancarlo Mazzanti), а также два макета его детского сада El Porvenir в бедном районе Боготы. Архитектурное собрание МОМА начало складываться еще в 1928, и там немало шедевров, в частности, обширная коллекция работ Людвига Мис ван дер Роэ. Но руководство музея справедливо считает, что следует держать руку на пульсе современной архитектуры. Мадзанти — первый колумбийский архитектор, чьи проекты приобрел МОМА, но, очевидно, не последний: сейчас хранители занимаются расширением латиноамериканского раздела, признавая, что этот регион теперь — один из архитектурных «лидеров».
Норман Фостер. Проект культурного центра Proscenio в Боготе © Foster + Partners


Колумбия также привлекла бывших партнеров Нормана Фостера и Ричарда Роджерса: Фостер проектирует в Боготе культурный центр Proscenio, а Роджерс занимается генпланом района в центре города. Колумбия из-за своей нестабильной внутренней ситуации долго испытывала нехватку в качественных архитектурных проектах, теперь же очевидно стремление наверстать упущенное: ранее мы сообщали, что Хуан Эррерос (бывший партнер испанского бюро «Абалос & Эррерос») выиграл международный конкурс на проект большого конгресс-центра в Боготе.
Сантьяго Калатрава. Башни «Торре Валенсия», «Кастелло» и «Аликанте» в Валенсии. Проект


Крупные проекты влекут и Сантьяго Калатраву. По информации британской газеты Daily Telegraph, за проект комплекса в Валенсии (из трех небоскребов и 8 жилых корпусов меньшей этажности) он получил гонорар в 15,2 млн. евро. Однако, из-за кризиса реализован этот проект не будет. Особая острота ситуации — в том, что речь идет о государственных деньгах; чиновники, курировавшие проект, сначала называли сумму гонорара в 2,6 млн. евро, и лишь судебное разбирательство по инициативе оппозиции позволило выяснить истинное положение дел. Хотя часть валенсийских политиков сейчас обвиняются в коррупции, денег Калатравы это не коснется: в его случае суд нарушения законодательства не обнаружил.
RAAD Studio. Проект подземного парка Delancey Underground в Нью-Йорке


В Нью-Йорке собираются создать подземный парк на частные средства, сообщает The Architect's Newspaper. Взяв в качестве образца Хай-Лайн, заброшенную железнодорожную эстакаду на Манхэттене, ныне превращенную в прекрасный парк, архитектор Джеймс Рамсей (James Ramsey), глава бюро RAAD Studio, планирует реконструировать подземную железнодорожную станцию Вильямсбург-бридж, ныне заброшенную.
RAAD Studio. Проект подземного парка Delancey Underground в Нью-Йорке

Для освещения планируется применить технологию «удаленных окон»: с помощью оптоволокна передавать свет от солнечных коллекторов на уровне земли в подземный зал; это метод применяется в Японии с 1970-х годов. Доставленные вниз солнечные лучи пригодны для фотосинтеза, поэтому на площади в 5 580 м2 можно разбить парк. В пасмурные дни и ночью предполагается использовать гибридную электрическую систему светильников.

Н. Ф.

Поставщики, технологии

Vitra +

17 Ноября 2011

Наследие разных лет
В очередном обзоре зарубежной прессы — проблемы сохранения памятников Средневековья и построек, которым едва исполнилось десять лет, исторических пространств и домов замечательных людей.
Утопии прошлого и взгляд в будущее
Дэвид Чипперфильд в Венеции, здание «Ллойдс» среди шедевров архитектуры, Фрэнк Гери на «Грэмми», и многое другое в нашем последнем в 2011 году обзоре зарубежной прессы.
Архитектура во времени
В обзоре зарубежной прессы – судьба построек Антонио Гауди, Ф. Л. Райта и Даниэля Либескинда, социально ориентированная архитектура Латинской Америки 40 лет назад и сегодня, очередное мега-сооружение Оскара Нимейера и откровения Фрэнка Гери.
От канатной дороги до суперграфики
А кроме того: временные укрытия для пострадавших от землетрясения в Японии, теплозащита синагоги в Дуйсбурге, еще один конкурсный проект православного храма в Париже, школа в Порто и другие новости в нашем обзоре зарубежной прессы.
Ветряные турбины и хижины для пилигримов
А также Луис Кан в Венеции, Петер Цумтор в Лос-Анджелесе, бездомные в Нью-Йорке, Заха Хадид в Милане и принц Чарльз в Сент-Джеймсском дворце — в нашем обзоре зарубежной прессы.
Технологии и материалы
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
Сейчас на главной
Пресса: Владимир Ефимов: проекты-блокбастеры найдутся на...
Ситуацию в строительном секторе Москвы в настоящее время можно охарактеризовать как стабильную, а сами девелоперы уверенно смотрят в будущее, утверждает заммэра столицы по градостроительной политике и строительству Владимир Ефимов. В интервью РИА Новости он рассказал, с чем были связаны перемены в городских ведомствах, отвечающих за градостроительную политику и строительство <...>
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Сугроб. Очаг. Ковчег.
В середине марта в новом корпусе Третьяковской галереи наградили победителей конкурса «Неочевидное. Арктика». В нем приняли участие молодые архитекторы до 30 лет и студенты профильных вузов. Всего на конкурс поступило 326 заявок. Жюри определило победителей в пяти номинациях, каждый из них получил по 100 000 рублей. Рассказываем о проектах-победителях.
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Звезда Индии
Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.
Искушающая нежность
Бюро «Синица» умеет совершать большие и маленькие чудеса, создавая для магазинов не просто интерьеры, а целую философию. Магия дизайна привносит в пространство новую атмосферу и эстетику, а брендам – дает ключ к пониманию своей миссии.
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Правдиво о конкурсе Правды
Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.
Между сосен
Публикуем новый кампус Физмат школы Новосибирского государственного университета (НГУ), построенный по проекту AI Studio в Академгородке. Это весьма удачная попытка вписаться в глобальный контекст современного образования, перенеся центр тяжести с фасадов на качество обучающей среды.
«Цветение» по-русски в Поднебесной
В рамках совместного российско-китайского студенческого фестиваля студенты Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета посетили китайский город Хефей, где на фестивале деревянной архитектуры воплотили в жизнь три лучших проекта, участвовавших в конкурсе на создание проекта беседки. Показываем проекты победителя и других участников, российских и китайских.
Ячейка и кривуля
Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.
Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...
Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.