Рождественские территории

Шесть проектов второго тура конкурса компании Glorax на концепцию застройки части намывных территорий Васильевского острова.

Авторы текста:
Дарья Горелова, Ирина Бембель

21 Декабря 2015

Результаты конкурса

Урбанистика / Градостроительство Архитектура

Результаты конкурса на застройку части намывных территорий Васильевского острова были объявлены 17 декабря. Первое место разделили проекты команды KCAP&Orange и бюро «А.Лен», но уже прозвучали мнения о творческом использовании всех предложений при разработке итоговой версии – так, главный архитектор Петербурга Владимир Григорьев предложил организаторам «еще раз внимательно рассмотреть все проекты и использовать уникальный шанс привлечения к осмыслению проекта ярких и профессиональных архитекторов».

Во втором туре работали шесть команд. Проекты получились предсказуемо новогодними – мало кто из авторов удержался от того, чтобы украсить графику наряженной ёлкой или хотя бы обыграть петербургскую тему холода, снега, ветра с залива. Создается ощущение, что намывные территории – ещё один дом Деда Мороза: холодные и немного сказочные, во всяком случае недавно же ведь их не было. Что, конечно же, обманчиво: обычный декабрьский морок.

Публикуем все шесть проектов. Комментарий члена жюри Юрия Земцова см. ниже.

***

первое место /1
KCAP & Orange, Нидерланды

zooming — Концепция развития намывных территорий на Васильевском острове © KCAP Holding B.V. & Orange Architects. Предоставлено компанией Glorax Development

Подробно проработано множество аспектов развития территории, которую авторы превращают в кусочек «Северной Венеции» – протяженный полуостров с юга ограничен искусственным каналом, пересечен небольшими поперечными каналами и кроме того снабжен искусственными водоемами – чтобы было, где кататься на «серебряных коньках». В других проектах такого количества воды нет, воде уделено особенное внимание, для неё как будто отвоевывают часть пространства обратно. Предполагается водный транспорт – получился не только парафраз одного из прозвищ Петербурга, но и очень голландский, портовый проект, что неудивительно и очень подходит самому понятию отвоеванных у воды намывных территорий.

Застройка в проекте KCAP & Orange объединяет два или даже три принципа объемного построения: в нижних этажах рамки кварталов замкнуты и отданы магазинам, выше вырастают строчки параллельных пластин, ориентированных с севера на юг, и еще более высоких башен, до 24 этажей. Одна из башен, на мысу – парафраз шпиля Петропавловской крепости, но устремленного ка Запад, как Рабочий и колхозница. Шпиль башни в материковой части комплекса напоминает Empire state building, он тоже асимметричный, как будто сдвинутый порывом ветра несмотря на его решетчатую структуру. Главная образная зацепка – контекстуальная: белые объемы с подсвеченными золотистыми верхушками должны напоминать купола и шпили Петербурга, хотя напоминают – неожиданно – московскую Академию наук. За контекст также отвечает здание в форме яйца Фаберже.

Все фасады превращены в тонкие, рельефные решетки; для офисных корпусов авторы предусмотрели строгий, рациональный рисунок, а для жилых – более живописный асимметричный. Функции, прежде всего жилая и офисная, тщательно перемешаны.

***

первое место /2
«А.Лен», Россия

Описание проекта бюро Сергея Орешкина, автора Морского пассажирского терминала, уже построенного в составе «Морского фасада», начинается с исторической справки и основан на модуле, предложенном бюро Gensler в его проекте застройки намывных территорий 2006 года (переработан российским бюро «Союз 55» в 2014). Архитекторы «А.Лен» сгруппировали застройку в кварталы, назвав каждый по имени морского ветра, от Бриза до Борея, но между тем, проанализировав направления холодных ветров в этой части острова, постарались закрыть от них жилые дворы.

Все кварталы, как и в проекте KCAP, нанизаны на петляющий внутренний бульвар, выходящий к заливу; вдоль южной границы также запланирована прогулочная зона. Высотные отметки кварталов плавно изменяются от 26 до 70 метров, формируя спокойный зигзаг. Преобладает трапециевидная форма зданий, оттененная круглым кольцом театра. Фасады чередуются: тонкие белые решетки – с темными кирпичными и асимметричной мозаикой вертикальных панелей; внутренние стены кварталов подцвечены кислотными оттенками: желтым, оранжевым, светло-зеленым – последний отмечает внутреннюю ось. Разнообразные планировки квартир проработаны очень детально и изобилуют глубокими лоджиями и балконами.

***

Cino Zucсhi, Италия

Чино Дзукки, обильно ссылаясь на примеры исторического города: его удачное взаимодействие с природой, комфорт и уют общественных пространств и стремление защитить человека, в проекте предлагает разновысотные кварталы с несколькими башнями. Дома-пластины направлены преимущественно с юга на север, чем одновременно защищают комплекс от ветра с залива и обеспечивают хорошую инсоляцию. В остальном планировка квартальная, но с множеством разрывов. Функции перемешаны.

На выходящем к заливу самом зрелищном углу помещены три треугольные башни конгресс-центра, чей совокупный силуэт похож на острый, не без гордости приподнятый нос корабля, и должен перекликаться, таким образом, с припаркованными лайнерами, одновременно давая подплывающим туристам повод для восхищения. Башни решены как стеклянные объемы, на которые сверху как будто бы не до конца надет стеклянный же, более широкий чехол, чей нижний край очерчен рваной линией сопряженных дуг. Похожие дуги встречаются и в других корпусах – в частности, вдоль южного бульвара, где перед магазинами архитекторы размещают неглубокую прогулочную галерею с тонкими металлическими колоннами портика.

***

«Остоженка», Россия

В западной подветренной части архитекторы «Остоженки» сделали кварталы небольшими и плотно замкнутыми, их дворы вызывают стойкие ассоциации с питерскими колодцами, хотя объективно они крупнее из-за большего масштаба зданий. Нарочито измельченная сетка фасадов, подчеркнуто противореча современным тенденциям маскировать количество этажей, визуально усиливает масштаб внутренних «ущелий» и высоких, многоэтажных, «фирменных» арок архитекторов «Остоженки». Решение входных групп с яркими углубленными акцентами, с другой стороны, заставляет вспомнить ЖК «Акварели».

Большая часть кварталов срезана по косой под разными углами с севера на юг, ловя солнце. Вдоль гавани Морского терминала вытянуты тонкие пластины, заканчивающиеся акцентом – очень строгой башней. В на одном из участков восточной части также обнаруживаем строчную застройку, ориентированную с севера на юг.

Южный бульвар в проекте «Остоженки» шире, чем у многих, и на воде переходит в тонкий пирс с причалами для яхт и скамейками для гуляющих – тех, кто не боится ветра.

***

Snøhetta, Норвегия

Отталкиваясь от образа протаявшего внутри айбрега, именитые норвежцы превратили свой вариант застройки в крупные кварталы с неровными краями. Снаружи здания белые, с мелкими квадратами окон, к внутренним дворам обращены длинные балконы вполне южного вида. Уровень двора поднят на один этаж, двор обильно озеленен, а все вместе напоминает «затерянный мир», этакий теплый рай, спрятанный в скалах от холодного ветра.

***

«Студия 44», Россия

Проект «Студии 44» Никиты Явейна отличается от предложений всех других участников циклопическим масштабом и смелостью. Функции здесь не перемешаны, а параллельны. Основные участки заняты каждый одной крупной рамкой жилого квартала, снаружи портово-кирпичной, уложенной в крупную вертикальную сетку прорезей, объединяющей несколько этажей. Фасады внутри двора первого с западной стороны квартала золотистые и испещрены треугольными эркерами как сыр или выработанный внутри кирпича слиток золота. Внутренность других дворов белая или палевая; но их южная сторона превращена для уловления солнца в гигантский телевизор – широкую раму, прерванную двумя стеклянными опорами лестничных узлов.

Вдоль северного фасада жилых кварталов, заворачивая затем по контуру Морского терминала, тянется офисный центр: крупный, похожий на акведук также как и на «горизонтальные небоскребы» авангардистов, с характерным зигзагом фермы в верхней горизонтальной части. Архитектор предлагает своё решение сразу для нескольких территорий застройки, гипотетически обрамляя «акведуком» весь Морской терминал. По внешнему контуру всей буквы «П» запланирован променад. На стрелке в юго-западной части офисный акведук заканчивается стеклянной башней с планом в виде трифолия; похожий акцент «Студия 44» предлагает также и на северной оконечности «акведука».

Решение юго-восточных участков внезапно оказывается совершенно иным: на крайнем со стороны города треугольнике расположился дом-змея, совершенно в духе семидесятых, но повыше и повеселее, особенно внутри, где его белая круглящаяся стена испещрена множеством цветных балконов, образующих дискретные радужные пятна.

***

Комментарий Юрия Земцова, [вернуться наверх]
члена жюри, академика МААМ и РААСН, руководителя фирмы «Земцов, Кондиайн и партнёры»:

«Конкурсное задание опиралось на планировку фирмы Генслер, которая изначально вызывала вопросы. Нарезка кварталов создавала дополнительные трудности для конкурсантов и препятствовала в создании яркого решения.

Наиболее цельный подход, учитывающий восприятие с порта и c залива, характеризует работы «Осторженки» и «Студии 44». При этом работа Скокана, представляющая собой, по замыслу автора, современное прочтение Дворцовой набережной, выглядит не вполне убедительно. Проект Никиты Явейна отпугнул жюри и, прежде всего, заказчика, технической сложностью. Проект жёсткий, но, по-моему, очень интересный, выполнен на одном порыве и по единому алгоритму.

Из двух конкурентов за первое место я бы отдал предпочтение работе Сергея Орешкина за решение объединить кварталы общим плавным силуэтом. Его приём ступенчатых в плане кварталов опирается на историческую планировку набережной Лейтенанта Шмидта, демонстрируя преемственность градостроительных традиций Васильевского острова. При этом, жюри отметило, что от проекта возникает ощущение избыточной плотности застройки.

Что касается работы второго победителя – фирмы KCAP – на мой взгляд, в ней слишком много контрастных акцентов. Все высотные доминанты обозначены золотыми шпилеобразными завершениями, что вызывает у меня ассоциации не столько с Петербургом, сколько с Шанхаем или Москвой. Поэтому я, а также Сергей Чобан, выступали против присуждения этой работе единственного первого места.

По планировке и её модулям решения обоих победителей близки, что, я надеюсь, поможет им в дальнейшей совместной работе.

Когда я увидел в вестибюле макет одного из кварталов норвежской фирмы “Snohetta”, он показался мне свежим и интересным. Однако общая концепция вызвала у меня впечатление некой суеты. Кроме того, есть проблемы с инсоляцией и с функциональным наполнением, которое, вероятно, трудно выполнимо.

Проект итальянского бюро CZ показался мне прямым переносом их национальных традиций в наш климат. Дворы ориентированы на север, дома выходят торцами к ковшу, что придаёт застройке довольно хаотичный вид со стороны порта».

***

Жюри конкурса:

Владимир Григорьев – главный архитектор Санкт-Петербурга, председатель жюри;
Висенте Гуайарт (Vicenete Guallart) – в 2011-2015 гг. главный архитектор Барселоны, основатель Института передовой архитектуры Каталонии (IAAC)
Юрий Земцов – архитектор, руководитель архитектурного бюро «Земцов, Кондиайн и партнеры», профессор Государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е.Репина
Евгения Муринец – начальник управления Архитектурного совета Москомархитектуры
Михил Ридейк (Michiel Riedijk) – архитектор, партнер бюро Neutelings Riedijk Architects (Роттердам), профессор архитектуры технического университета Дельфта
Олег Романов – архитектор, руководитель «Архитектурной мастерской Романова», президент Санкт-Петербургского союза архитекторов
Сергей Чобан – руководитель архитектурного бюро SPEECH
Алексей Балыкин – генеральный директор Glorax Development
Александр Моторин – директор департамента развития Glorax Development

21 Декабря 2015

Авторы текста:

Дарья Горелова, Ирина Бембель

Похожие статьи