Архитектор + гражданин

«Архитектор как гражданский активист» – именно так звучала тема круглого стола, прошедшего в архитектурной школе МАРШ при участии российских и швейцарских экспертов.

Автор текста:
Алла Павликова

mainImg
Круглый стол, состоявшийся 10 июня в стенах школы МАРШ, был организован совместными усилиями Международного института архитектуры i2a и архитектурной школы МАРШ. Он подвел промежуточные итоги российско-швейцарской программы «Swiss made в России», в рамках которой прошел цикл лекций швейцарских архитекторов на тему гражданской ответственности архитектора. В период с апреля по июнь 2014 перед московской публикой в школе МАРШ выступили Никола Рагуши из бюро XNF, Кристоф Наэги из TRIBU и Андреас Зондереггер, руководитель мастерской Pool Architecten, лекция которого состоялась непосредственно перед началом круглого стола.
Круглый стол в МАРШ. Фотография Аллы Павликовой
zooming
Проект аггломерации в районе Глатталь. Группа «Крокодил». Изображение с сайта poolarch.ch
Проект аггломерации в районе Глатталь. Группа «Крокодил». Изображение с сайта poolarch.ch
Проект аггломерации в районе Глатталь. Группа «Крокодил». Изображение с сайта poolarch.ch
Проект аггломерации в районе Глатталь. Группа «Крокодил». Изображение с сайта poolarch.ch
Проект аггломерации в районе Глатталь. Группа «Крокодил». Изображение с сайта poolarch.ch
Проект аггломерации в районе Глатталь. Группа «Крокодил». Изображение с сайта poolarch.ch

На примере масштабного проекта новой агломерации в долине реки Глатт (Глатталь) к северу от Цюриха, разработанного его бюро в составе архитектурной группы «Крокодил» (также туда вошли EM2N Architekten и др.), Андреас Зондереггер показал, как может проявляться гражданская позиция архитектора в Швейцарии и как он взаимодействует с городом и обществом, для которых архитектурное проектирование – это лишь инструмент реализации социальных и культурных запросов. Об этом говорили и в ходе круглого стола, пытаясь понять, возможен ли в России подобный подход к архитектуре.
Андреас Зондереггер и Александр Острогорский. Фотография Аллы Павликовой

Как оказалось, поставленная швейцарскими коллегами и столь важная для успешного развития любого города тема не слишком актуальна в нашей стране: людей в зале было немного – ни большого количества практикующих российских архитекторов, ни, тем более, представителей общественности замечено не было. Очевидно, это весьма показательно. Как заметил в своем докладе Андреас Зондереггер, архитекторы, и не только российские, еще со времен раннего модернизма и зарождения мысли о том, что они могут спроектировать буквально все – от маленькой вилки до целой вселенной, стали считать себя чуть ли не богоподобными. Только сейчас, по словам докладчика, в профессии происходит перелом: осознается несправедливость подобного мнения. Архитектор начинает понимать, что он лишь исполнитель задач, поставленных перед ним клиентом, властью, городом. А раз это так, то он просто обязан считаться с их интересами. Однако в силу былой убежденности в уникальности своего назначения, он все еще отказывается нормально коммуницировать с обществом и осознавать себя его частью. Что же касается представителей общественности, то сама идея интересоваться мнением людей о проекте появилась не так давно, примерно в 1970-е гг. Но беда в том, что эти люди редко знают, чего именно они хотят: гораздо легче они отвечают на вопрос о том, чего им не хочется категорически. Поэтому, пока дело не касается выражения протеста, привлечь внимание общества непросто.

Андреас Зондереггер,
архитектор, партнер Pool architecten:
«Восприятие роли архитектора сегодня сильно изменилось. Это можно легко объяснить глобализацией, но есть и другие причины. К примеру, появление «звездных» архитекторов. Люди знают всего несколько имен, которые оказались на слуху в связи со строительством тех или иных знаковых объектов. Все же прочие специалисты, способные действительно стать настоящими помощниками в реализации важнейших общественных задач, оказались вне архитектурного мира, сузившегося до нескольких имен. Что же касается позиции самого архитектора, то он и не должен стремится к известности. Его задачи куда более утилитарные. К примеру, важно, чтобы, проектируя, он научился мыслить не в масштабах здания и даже улицы, но района и города, выступая своего рода дирижером большого оркестра».
Евгений Асс. Фотография Аллы Павликовой

Евгений Асс,
ректор школы МАРШ,
активно поддержал позицию Андреаса Зондереггера:
«Полезно «приземлить» профессию архитектора, показать, что она может быть бытовой и очень социально значимой. Наша беда – отсутствие инициативных проектов. Большинство социальных проектов – это инициатива исключительно государства. Архитектор же остается в стороне, бездействует».

Александр Острогорский,
журналист, преподаватель МАРШ,
не согласился с швейцарским архитектором. По его мнению, архитектор не должен быть «дирижером», он должен работать в одной большой мультидисциплинарной команде. Мнение об утрате архитектором особого статуса – это просто миф, этого статуса у него никогда и не было. Архитекторам надо перестать вариться в собственном соку и мечтать об особом положении в обществе, а вместо этого научиться вести диалог с самыми разными группами населения:

«В России мы видим массу дискуссий о роли архитектора, но большинство из них проходит в кругу одних только архитекторов. Ни гражданские активисты, ни представители местных сообществ, ни блогеры, ни политики в этих дискуссиях не участвуют. В такой ситуации не может получиться полноценного диалога. Люди архитектурой не интересуются, поэтому никогда не обратятся к ней лицом, если сами архитекторы не начнут разговаривать с людьми».

«Вы правы, когда говорите, что образ архитектора как дирижера себя изжил, – подхватил Андреас Зондереггер – Тем не менее, на архитекторе лежит вся ответственность за возводимый объект, поэтому именно он должен руководить процессом. Например, в нашем проекте мы взяли на себя руководство 25-ю командами».

«Мы задаем вопрос о роли архитектора в жизни общества. Но как и когда так случилось, что он из этой жизни выпал и забыл о том, что происходит в обществе? – продолжил разговор Евгений Асс – Нашей профессии свойственен дуализм, ведь архитектор, являясь неотъемлемой частью общества, так или иначе навязывает ему определенный образ жизни. Я и сам в глубине души считаю себя демиургом и не понимаю, почему общество не соглашается с такой позицией. Это, конечно, шутка, но некоторая неприязнь, если не ненависть общества по отношению к архитекторам, действительно, существует. Я никогда не слышал, чтобы люди ненавидели, скажем, производителей сыра, но архитекторов не жалуют в большинстве стран мира. В какой момент архитектура перестала быть волшебством? Наверное, это произошло в период индустриализации городов, когда архитектор решал самые что ни на есть земные задачи. И, наверное, сегодня не нужно стремиться вернуть утраченный статус. Напротив, нужно еще больше приблизить профессию к проблемам простых людей».
Евгений Асс и Никита Токарев. Фотография Аллы Павликовой

В деле осознания профессии архитектора, как важной  и социально значимой, важен образовательный аспект – уверен
Никита Токарев,
директор школы МАРШ:

«Если на этапе образования не поднимать вопрос социальной и гражданской ответственности, то у нас в стране просто не останется думающих архитекторов. Архитектор должен хорошо чувствовать не только пространство и форму, он должен обладать особой эмпатией – чувствовать людей. В России мало архитекторов принимают участие в гражданских проектах, интересы жителей тоже никто особо не представляет. Поэтому крайне важно сегодня попытаться вдохнуть новую идею в архитектурную профессию».
Людовика Моло. Фотография Аллы Павликовой

Людовика Моло,
куратор программы «Swiss made в России», Международный институт архитектуры i2a,
рассказала о том, как важен образовательный аспект в архитектурной профессии на самом раннем этапе развития:

«Три года назад мы пришли к мысли, что для налаживания диалога с обществом необходимо для начала научиться говорить с детьми. Обучая детей, рассказывая им об основах профессии, мы таким образом пытаемся достучаться и до их родителей, и одновременно воспитываем новое, по-иному мыслящее поколение. Поначалу мы взяли за основу образовательную модель подобной школы в Хельсинки. На некоторое время мы сами стали учениками этой школы, чтобы понять процесс изнутри. Сегодня мы самостоятельно занимаемся с детьми дошкольного возраста, изучая с ними самые разные стороны архитектуры – от простых типологий до современных строительных техник. Мы обсуждаем с детьми такие сложные темы, как качество жизни и среды, формирование городского пространства и т.п. Мы уверены, что рано или поздно эти знания, привитые с детства, перейдут на более высокий уровень и станут обсуждаться уже в политических кругах».

Обсуждался в рамках дискуссии и вопрос конкурсной практики – широко распространенной в европейских странах и только-только приобретающей важность в России. Андреас Зондереггер рассказал, что все его проекты были созданы в конкурсном формате. Но, по словам Евгения Асса, конкурсы в Москве проводятся только для знаковых объектов. Представить себе, что в России каждый строящийся дом станет предметом конкурса, пока сложно.
Елена Гонсалес. Фотографи Аллы Павликовой

Елена Гонсалес,
архитектурный критик и куратор экспозиции «Конкурсы» на Арх Москве-2014,
уверена, что это очень перспективное направление, вызвавшее живейшие интерес и со стороны архитекторов, и со стороны общества. [Александр Острогорский, напротив, попросил для начала доказать состоятельность данного инструмента и его необходимость в нашей стране, прежде чем безоговорочно перенимать опыт других стран в части проведения конкурсов. – уточнение от А. Острогорского: « – я строго говоря имел в виду, что не уверен, что конкурсы могут хорошо работать именно на уровне потребностей местных сообществ так, как это бывает в Европе, где местное самоуправление сильнее, особенно в части распределения финансов. Вообще же я думаю, что конкурсы это хорошо, и делать их надо именно по глобальным стандартам.» ]

Программой «Swiss made в России» обмен опытом между двумя странами не ограничится. Алессандро Мартинелли, директор Международного института архитектуры i2a, заявил, что необходимо продолжить читать лекции, расширяя лекционную программу, приглашать разных специалистов, проводить совместные семинары и воркшопы. Евгений Асс, со своей стороны, предложил провести выставку о жизни и творчестве не «звездных», а рядовых архитекторов Швейцарии и России.

16 Июня 2014

Автор текста:

Алла Павликова
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Хай-тек палаццо: тонкости воплощения
Подробно рассказываем о фасадных системах и объектных решениях компании HILTI, примененных в клубном доме «Кутузовский, 12».
Проект дома – АБ «Цимайло Ляшенко и Партнеры».
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Эволюция офиса
Задача дизайнера актуальных офисных интерьеров – создать функциональную среду, приятную эстетически и комфортную во всех смыслах.
Технологии сохранения тепла от Realit®
Ежегодно команда Realit® развивает, модернизирует собственные разработки и выводит на рынок совершенно новые архитектурные системы в соответствии с растущими потребностями современного строительства, а также изменениями в СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий. Актуализированная редакция СНиП 23-02-2003»
Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Сейчас на главной
Пресса: Рейтинг экспертов в сфере урбанистики
Центр политической конъюнктуры (ЦПК) по заказу Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ) составил первый публичный рейтинг экспертов. Представляем вашему вниманию Топ-50 наиболее авторитетных и влиятельных экспертов в сфере урбанистики.
Новый двор
Термы, руины и городской лабиринт – предложения для Никольских рядов, разработанные в рамках форсайта, организованного журналом «Проект Балтия».
Белая площадь
Площадь Единства в центре Каунаса из парадной территории превратилась согласно проекту бюро 3deluxe во многофункциональное пространство, рассчитанное на самых разных горожан, от любителей скейтбординга до родителей с маленькими детьми.
Долгосрочная устойчивость
Архитекторы MVRDV представили проект реконструкции своей знаменитой постройки – павильона Нидерландов на Экспо в Ганновере, пустовавшего 20 лет.
Введение в параметрику
В нашей подборке: вдохновляющие ресурсы, книги, курсы и люди, которые помогут познакомиться с алгоритмической архитектурой и проектированием.
Наследие модернизма: Artek и ресторан Savoy
Ресторан Savoy в Хельсинки с интерьерами авторства Алвара и Айно Аалто вновь открыл свои двери после тщательной реставрации и реконструкции. Savoy был обновлен лондонской студией Studioilse в сотрудничестве с финским мебельным брендом Artek, Городским музеем Хельсинки и Фондом Алвара Аалто.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Памяти Юрия Волчка
Вчера, 6 июля, умер Юрий Волчок, историк архитектуры, ученый, хорошо известный всем, кто хоть сколько-нибудь интересуется советским модернизмом. Слово – его коллегам и ученикам.
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
Клетка Фарадея
Проект клубного дома в 1-м Тружениковом переулке – попытка архитекторов разместить значительный объем на крошечном пятачке земли так, чтобы он выглядел элегантно и респектабельно. На помощь пришли металл, камень и гнутое стекло.
Цвет и линия
Находки бюро «А.Лен» для проектирования бюджетного детского сада: мозаика нерегулярных окон и работа с цветом.
Градсовет удаленно 2.07.2020
Рельсы как основа композиции, компиляция как архитектурный прием и неудавшееся обсуждение фонтана на очередном градсовете, прошедшем в формате видеотрансляции.
Союз искусства и техники
Интерес к архитектуре 1930-х для Степана Липгарта – путеводная звезда. В проекте дома «Amo» на Васильевском острове в Санкт-Петербурге архитектор взял за точку отсчета московское ар-деко – эстетское, с росписями в технике сграффито. И заодно развил типологию квартала как органической структуры.
На краю ледника
В горах на западе Норвегии, у ледника Юстедал, заработала туристическая база Tungestølen по проекту архитекторов Snøhetta. Ее фасады обшиты деревом, обработанным по средневековому методу – как у ставкирки.
Стекло и камень
В штате Вирджиния началась реконструкция руин дома Фрэнсиса Лайтфута Ли – одного из «подписантов» Декларации независимости США (1776). Чтобы не нарушить аутентичность сооружения, все новые части, включая конструктивные, будут выполнены из стекла.
Лучшее деревянное
Названы лауреаты премии «Дерево в архитектуре 2020». Работа жюри проходила в режиме он-лайн. Представляем все награжденные проекты.
Окна на Влтаву
В ходе реконструкции пражских набережных по проекту бюро Petr Janda / brainwork у них усилилась связь с городом и возникли разнообразные социальные и культурные функции.
Слоистый урбанизм
Реконструкцией бывшего промышленного района ZOHO в Роттердаме заняты планировщики ECHO Urban Design и архитекторы Orange Architects, Moederscheim Moonen, More Architects и Studio Nauta. Там появятся 550 квартир, включая социальное жилье.
Обратный отсчет
Проект мастерской «Евгений Герасимов и партнеры» для московского Ленинградского проспекта: самое высокое здание в портфолио бюро и развитие традиций сталинской архитектуры.
Дворец спорта в Томске
Проект реконструкции Дворца зрелищ и спорта на окраине Томска предполагает трансформацию крытого катка, реализованного в 1970 году, с сохранением ядра, обстройкой с трех сторон и 8-этажной пластиной гостиницы.
Лучшая страна в мире
В Хельсинки названы 15 лучших построек финских архитекторов – результат очередного смотра-биеннале, который проводят национальные музей архитектуры и ассоциация архитекторов, а также фонд Алвара Аалто.
Допожарный классицизм
По проекту «Гинзбург Архитектс» отреставрирован особняк бригадира А.П. Сытина – редкий памятник московской деревянной архитектуры начала XIX века.
Пресса: «Люди спрашивают, не Марсу ли, богу войны, он посвящен?»
Историк архитектуры Сергей Кавтарадзе объясняет, чем хорош и чем плох храм Минобороны, открытый в Подмосковье. 14 июня в подмосковной Кубинке прошла церемония освящения Главного храма Вооруженных сил России. Настоятелем нового храма стал Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. Внешний вид храма Минобороны удивил многих — его раскритиковали в соцсетях, за мрачность сравнивая с объектом из игры Warhammer.
Приручение модернизма
Из жесткого образца позднесоветского градостроительства, эспланады между так и оставшимся на бумаге музеем Ленина и Горсоветом, площадь Азатлык в Набережных Челнах благодаря проекту бюро DROM превратилась в привлекательное, многофункциональное и полицентричное общественное пространство.
Идеальный план
Круглый дом теперь есть не только в Матвеевском, но и в Лозанне: общежитие Vortex из бетона и дерева на 1000 студентов с пандусом длиной почти 3 километра по проекту архитекторов Dürig AG и IttenBrechbühl опробовали в этом январе участники III Зимней юношеской Олимпиады.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Пресса: Урбанистика на карантине. Как строить город после...
В новейшей истории мало периодов, когда такое количество людей одновременно переживали потребность в альтернативе. Сейчас речь идет о тиражировании советского стандарта индустриального жилья на столетие вперед. Если его что и может победить, то именно вирус.
Метро у моря
Две станции метро в новом жилом и офисном районе Копенгагена Норхавн – в северной части порта. Авторы проекта – бюро COBE и архитектурное подразделение Arup.
Можно ли спасти арку?
Поговорили об «Арке Артплея» 1865 года с Ильей Заливухиным, Михаилом Блинкиным и Рустамом Рахматуллиным. Итог – три совершенно разные позиции.
«Тяжелое наследие» и его «нейтрализация»
В городке Браунау-ам-Инн на севере Австрии завершился архитектурный конкурс: дом XVII века, где родился Адольф Гитлер, будет превращен в отделение полиции по проекту Marte.Marte Architekten. Рассказываем о предыстории и обосновании этого проекта и публикуем интервью с партнером бюро Штефаном Марте.
Белый город
В проекте для южного региона России бюро ОСА использует многослойные фасады, играющие на образ курортной архитектуры, и в русле самых современных тенденций перемешивает социальные группы жильцов.
Шоколадные стены
Общественный центр с большим внутренним двором по проекту Taller Mauricio Rocha + Gabriela Carrillo в историческом центре мексиканской Куэрнаваки рассчитан на репетиции любительских оркестров, тренировки футболистов и курсы фотографии.
Отражая солнце
Дом Сергея Скуратова в Николоворобинском срежиссирован до мелких нюансов. Он адаптирует три исторических фасада, интерпретирует ощущение сложного города, составленного из множества наслоений, – и ловит солнце, от восточного до западного.
Часть целого
5 июня были объявлены лауреаты Архитектурной премии Москвы. В числе победителей – проект школы в Троицке на 2100 учеников со своей обсерваторией, IT-полигоном, музеем и оранжереей на крыше.
Пожарный цвет
Пожарная часть в Антверпене по проекту бюро Happel Cornelisse Verhoeven фасадами из красного глазурованного кирпича сразу сообщает прохожему о своей важной функции.
Архитектура как педагогика
Еще одна частная школа, в которой Архиматика реализует концепцию эстетического образования и ищет новую традицию: объединяя скандинавский и советский опыт, обращаясь к предметам искусства и внедряя энергоэффективные технологии.