В поисках разумного компромисса

В пятницу, 27 мая, в ажурном светлом бельведере гостиницы «Пекин» состоялся «Завтрак архитектора», встреча архитекторов, девелоперов и журналистов, которую «Экспо-парк» традиционно организует в рамках своей весенней архитектурной выставки. В этом году он был организован при поддержке девелоперской группы «Система-Галс».

mainImg
Дискуссию вели директор «Экспо-парка» Василий Бычков и архитектурный критик Елена Гонсалес. Тема дискуссии, предложенная устроителями «Арх Москвы», звучала так: «Градостроительная политика Москвы: новые правила игры», а ее очевидным лейтмотивом стала смена городского руководства.

Прежние «завтраки» тоже посвящались насущным и болезненным вопросам жизни сообщества, например, взаимоотношениям архитектора и девелопера (в 2009 году) или уплотнению городского пространства (в 2010). Но на этот раз в обсуждении ощущалась некоторая сдержанная подавленность. Василий Бычков начал разговор с сообщения о том, что попытки пригласить на «Завтрак архитектора» представителей московских властей, а именно заммэра по градостроительной политике Марата Хуснуллина, главного архитектора города Александра Кузьмина и главу Москомнаследия Александра Кибовского, – не удались. Зато на обсуждении присутствовал архитектор Сергей Ткаченко, недавно покинувший пост главы НИиПИ Генплана города.

Затем Василий Бычков напомнил собравшимся о последних решениях нового московского правительства: планируется пересмотр генплана; издан Декрет о пересмотре всех выданных разрешений на снос зданий в центре города. В июне 2011 года будет проходить тендер на разработку новой стратегии развития столицы. «Москомнадзор» преобразован в Департамент культурного наследия, создана «Мосреставрация».

С одной стороны, все это свидетельствует об озабоченности Московского правительства вопросами сохранения исторического облика Москвы. С другой стороны, у общественности и у специалистов возникает масса вопросов: как все это скажется на текущей ситуации в столице? Что будет с уже принятыми законами в области культурного наследия? Что будет с инвестициями в «замороженные» в настоящий момент проекты, в связи с тем, что снос зданий приостановлен. Будут ли как-то компенсироваться убытки фирмам, которые законным образом получили разрешение на строительство в историческом центре, но не могут приступить к работе?

Итак, есть ли новые правила и каковы они?

Сергей Крючков, ABD architects:
«Сама постановка вопроса говорит о том, что правил нет. Раз вы в такой форме спрашиваете, значит, мы здесь обсуждаем слухи, что симптоматично».

Александр Ложкин, Проект Сибирь:
«Я беседовал в Тюмени (Сергей Собянин был губернатором Тюмени 2001–2005, прим. ред.) с местными архитекторами – все, что там делалось, делалось в режиме ручного управления. Никто не обращался к профессионалам и не опирался на профессиональное мнение».

Елена Гонсалес, Проект Россия:
«Хорошо, что памятники не будут сносить, но очень плохи беззаконие и волюнтаризм, посредством которых делаются даже хорошие дела. Сейчас заморожены и пересматриваются инвестконтракты, ранее согласованные по всем правилам; на согласование потрачены деньги, заказчики терпят убытки, архитекторы оказываются без работы, потери никто даже не обещает компенсировать. …Закон – не закон, и если Архнадзор выступает за соблюдение закона, то оно не может начинаться с безответственных решений».

Сергей Скуратов, Сергей Скуратов architects:
«Отменами разрешений на строительство нас огорошили, как раньше – сносами памятников. Лично меня теперь преследует одна мысль – откуда взять силы, чтобы привыкнуть к новому порядку. Мы приспособились работать со старыми – теперь надо приспосабливаться к работе с новыми. В этом городе нет и не может быть никаких правил, нет никакого закона и никто не общается с профессионалами. Так что все как решалось так и будет решаться по личной договоренности с теми, кто влияет на процесс, то есть с властью».

Максим Гасиев, региональный директор по торговой недвижимости компании Colliers International:
«Сейчас нельзя инвестору договориться с властью через архитектора, как это было раньше. Но это ненадолго. Ничего, все выправится».

Анастасия Подакина, компания «Система ГАЛС», директор по маркетингу; соорганизатор дискуссии:
«Сейчас наступил такой момент, когда мы, архитекторы и девелоперы, вместе можем что-то изменить. Нужно только прийти к разумному компромиссу,  действовать сообща и главное – разумно. Нам очень не хватает такого разумного компромисса «Детскому миру». Это очень сложный объект с тяжелейшей историей. И пока мы спорим и ждем, он может попросту разрушиться, не дождавшись запланированной реконструкции».

Андрей Чернихов, архитектурно-дизайнерское бюро Андрея Чернихова:
«Не стоит обсуждать власть – мы архитекторы или подпольные революционеры? Если мы согласны жить по понятиям – то это Москва, если нет – то надо ехать в Австрию. Или в Нью-Йорк. В Нью-Йорке, например, за долгие годы выработал правила учитывающие мнение общественности, горожан, профессионалов, – возьмем для примера реконструкцию Линкольн-центра… Это мегаполис XXI века с соответствующей моделью поведения, а у нас в Москве к большому сожалению, продолжает работать феодальная система принятия решений. Обсуждать власть бесполезно. Что мы можем сделать? И есть ли вообще что-то, то зависит от нас с вами?».

Эти слова Андрея Чернихова стали лейтмотивом дискуссии. Должны ли профессионалы пытаться влиять на решения власти, и если должны, то кто именно – сами архитекторы или журналисты.

Сергей Скуратов:
«Я совершенно не согласен что мы ни на что не можем влиять. Мы должны пытаться влиять. Я например ходил на митинги 31 числа – маловато там было человек, я вам скажу».

Елена Гонсалес:
«Смешно слышать, что власть нужно учить. Они сами нас научат».

Юрий Аввакумов, архитектор, куратор:
«Все приспособились с властью сотрудничать. Надо предпринимать усилия – вот, Архнадзор принял, и что-то получилось. И голос разума надо слушать не один раз в году на Арх Москве, а постоянно».

Александр Ложкин:
«Архитекторы – это инструмент. На самом деле на процессы, происходящие в городе, влияют две основные силы: бизнес и сообщество горожан. В городе всего две силы; их интересы зачастую противоположны. Все зависит от того, на кого работает архитектор. Власть же должна выступать беспристрастным судьей на этом процессе, но она часто подсуживает, то есть встает не на сторону общества, а на сторону интересов крупного бизнеса. Она должна перестать это делать.

Зачем позвали Архнадзор? – Потому что была политическая цель. Не было бы цели – так Архнадзор и оставался бы маргинальным движением».

Наталья Золотова, искусствовед:
«Я здесь наблюдаю высокую концентрацию одновременно ума и утопического прекраснодушия. Ждать что сюда придет Собянин смешно. Однако к власти можно и нужно обращаться. У российской власти слух гораздо лучше чем у власти в других странах, где власть сильнее защищена законом. В нашей власти хороший слух, надо только до нее достучаться. И это должны делать журналисты – почему, например, Financial Times может себе позволить напечатать интервью с Рэмом Колхасом на целую полосу, а наши федеральные издания не делают таких интервью никогда? Почему Григорий Ревзин не делает таких интервью?».

Елена Гонсалес:
«Григорий Ревзин очень много занимается этими проблемами. Он входит в градостроительный совет Сколково, убеждает их привлекать российских архитекторов к проектированию. А вот архитекторы даже не пытаются участвовать в процессе. Когда было обсуждение на Стрелке – там было всего один или два архитектора. Где все остальные?

У нас нет мнения архитекторов. Союз, который теоретически мог бы его выражать – мертвая организация. Надо вырабатывать программу, а «нас не позвали» – это не позиция, мнение, если оно есть, должно быть слышно с самого начала. А если его нет, то значит, нет».

Антон Надточий, «Атриум»:
«Архитекторы которые занимаются строительством зданий в городе на городскую политику влиять не могут. Может влиять пресса, общественные организации. Каждый должен заниматься своим делом. Власть должна стремиться улучшить ситуацию в городе, привлекая известных специалистов. Архитекторы должны строить красивые дома. Пресса должна следить за процессом и влиять, если что-то происходит не по  правилам».

Достаточно быстро, как это всегда случается на таких встречах, стало заметно, что позиции (и интересы) разных частей профессионального сообщества: архитекторов, девелоперов, журналистов – в чем-то различны, а в чем-то противоположны.

Максим Гасиев:
«Я не стал бы обвинять во всем власть. Профессиональное сообщество само виновато. Слишком много построено уродливых зданий».

Григорий Полторак, президент-элект Российской Гильдии риэлтеров:
«Во Франции можно купить замок за 30 тыс. евро. Зато сколько средств придется вложить на его восстановление? У нас же стремятся продать развалину как можно дороже, а потом обязывают ее восстановить. Можно запретить в центре строить выше двух этажей, но тогда и земля здесь должны быть дешевой, такой, чтобы построить на ней невысокий дом было выгодно. Только тогда ситуация начнет меняться к лучшему».

Алексей Белоусов, коммерческий директор Capital Group:
«По-моему, высота здания, два этажа или больше – это должно быть где-то записано. Этого не должен решать архитектор.  …Если мы возьмем население Москвы, это где-то около 12–12,5 млн. человек, и разделим на общее количество квадратных метров, получится по 18 метров на человека. И качество этого жилого фонда не соответствует нормам».

Владимир Кузьмин, архитектор, POLEDESIGN:
«Если говорить об архитектурных решениях нового московского правительства, то это дизайн ларьков трехлетней давности, который достали из-под сукна, дали кому-то безрукому поправить и теперь внедряют. И журналисты не трубят, не возмущаются, ничего не говорят об этом (Архи.ру писал об этих проектах сразу как только их обнародовали – прим. ред).
Для города очень важен микромасштаб, иначе все вокруг так и будет желто-зеленым. Но ведь если я приду к вам, Капитал Групп, с предложением сделать благоустройство – вам ведь то не нужно, у вас ведь все уже решено!».

Затем выяснилось, что, как это обычно бывает среди умных и талантливых людей, единства нет не только между разными частями профессионального сообществе, но и среди архитекторов.

Юлий Борисов, UNK project:
«Большинство архитекторов, которые здесь присутствуют, работают в сфере частного и корпоративного заказа. Они делают лучше, быстрее, дешевле своих западных коллег. Но когда мы пытаемся «выйти в город», нас бьют по рукам, давая понять, что это закрытый рынок. Я уверен, что если бы мы могли участвовать в процессе, облик города был бы лучше. Вот и получается, что проще самореализоваться там, где нет таких ограничений – вне города. А мы могли бы прийти в город, и, например, строить малые объекты».

Евгений Асс, профессор МАрхИ:
«Мне страшно, когда архитекторы говорят о самореализации. Все безобразия  Москве совершены профессионалами. Мне наши архитекторы напоминают хирургов, которые закончив институт, выбегают на улицу со скальпелями и ищут – кого бы прооперировать».

Сергей Скуратов:
«Я хотел бы поправить Евгения Викторовича. Надо говорить либо «мы», либо, как Борис Николаевич, положить билет и выйти из партии. Самые опасные люди вообще, это те, кто что-то делает: они совершают ошибки. Отстраниться и осуждать людей которые что-то делают всегда проще. А вот что меня сейчас действительно пугает – это новое поколение молодых архитекторов, которые пошли во власть…».

Евгений Асс:
«Я отношусь и к цеху и к себе скептически, и имею на это право. Надо относиться к себе критично. Не говорить, что, мол, мы архитекторы и только поэтому хороши».

Далее, когда зашла речь о реконструкции Парка Горького, Евгений Асс, который участвует в ее подготовке в качестве эксперта, поделился своим мнением о сложившейся ситуации:
«Сегодня главным консультантом по этому проекту является Институт «Стрелка», специалисты которого подготовили историческую справку. В настоящее время готовится программа архитектурного конкурса. В конкурсе будут участвовать 14 команд, среди которых только одна российская. Во второй тур должны будут выйти 3 проекта. Я предлагал более открытый конкурс, но все такие предложения отметаются. Многие специалисты, архитекторы, реставраторы архитектуры, даже не знают о его проведении. Существует реальная опасность, что о результатах этого состязания общественность узнает слушком поздно, когда уже ничего нельзя будет изменить».

В качестве резюме прозвучало выступление архитектора Константина Ходнева из архитектурной группы DNK: «Давайте работать с помощью конкурсов!». С его мнением согласилось большинство присутствующих – проекты в Москве, особенно важные, градообразующие, должны распределяться только через систему конкурсов.

Итак, очевидно, что диалога с (городской) властью нет, а значит, власть – это что-то вроде высших сил. К высшим силам можно, как известно, относиться по-разному.

Можно считать, что власть у нас наподобие судьбы у древних греков: всеведущая, коварная и может устраивать катаклизмы. Завязали мойры узелок – и пересмотрели инвестконтракты. Судьбу, правда, можно умилостивить, принося жертвы богам. Боги у греков выступали посредниками, тоже правда довольно коварными, ничего никогда твердо не обещали, но если их не злить и правильно приносить жертвы, то вроде бы как все или почти все у смертных обычно налаживалось. Такое общение с высшими силами и у нас было неплохо отлажено.

Хуже, когда меняется пантеон или, например, случается переход в христианство – античные люди поначалу не могли понять, как понимать эти книги, кому теперь приносить жертвы и каким таким образом, но лет за сто (а то и меньше) разобрались, научились, и все наладилось не хуже прежнего. Новая вера, как известно, открыла новые пути общения с божеством – например, мистики считали, что, если долго и прилежно тренироваться, с ним можно поговорить непосредственно в режиме экстаза. Но это скорее для того, чтобы услышать, а не для того, чтобы быть услышанным. Можно также и взывать к высшим силам, обычно это называется молитвой, иногда люди считают, что их молитвы услышаны, но никогда нельзя быть в полной мере уверенным, что это действительно так, а не просто им случайно повезло.

Есть и еще один способ, самый архаичный из всех, это шаманское камлание. Шаман, как известно, считает, что он не просто просит высшие силы, но может их заставить, к примеру, послать дождь или стадо оленей в нужную сторону. В это люди верили очень давно, тогда, когда еще не было Гомера и хитрых олимпийских богов.

Фактически, эти три подхода описывают все известные виды общения с высшими силами: их можно подкупить, им можно молиться, и можно попытаться их заставить. С двумя первыми понятно, а для этого последнего надо либо, чтобы высшие силы перестали быть высшими,  то есть снизошли и стали такими же смертными, как остальные (это бывает при демократических формах правления). Либо надо найти подходящего шамана, и помочь ему общаться с высшими силами с помощью его магии.

Но есть проблема: все настолько привыкли подкупать и взывать к милосердию поодиночке, что никак не могут ни выдвинуть кандидата, ни объединиться. Так что – и это достаточно очевидно из состоявшегося разговора, профессиональному сообществу прежде всего надо договориться внутри себя, прийти к «разумному компромиссу», о котором говорила соорганизатор дискуссии, представитель «Галса» Анастасия Подакина, и определиться с позицией, – к чему призывала ведущая Елена Гонсалес. Надо договориться и тогда уже либо пересматривать картину мироздания (что сложнее), либо искать шамана (что проще). Но не договорятся ведь никогда.
Директор «Экспо-парка» Василий Бычков, архитектор Сергей Ткаченко
Архитектурный критик и куратор Елена Гонсалес
Слева направо: Анастасия Подакина, «Система ГАЛС»; искусствовед Наталья Золотова, архитектор Сергей Скуратов, архитектор Юрий Аввакумов
Сергей Скуратов, архитектор, руководитель бюро Сергей Скуратов architects
Борис Стучебрюков, архитектор, Заместитель генерального директора по проектированию ABD architects
Максим Гасиев, региональный директор по торговой недвижимости компании Colliers International
В центре - Евгений Асс, справа - Владимир Кузьмин, архитектор, POLEDESIGN
Григорий Полторак, президент-элект Российской Гильдии риэлтеров
Анастасия Подакина, директор по маркетингу компании Система ГАЛС
Юлий Борисов, архитектор, основатель и партнер бюро UNK project
Алексей Белоусов, коммерческий директор Capital Group
Евгений Асс, архитектор, профессор МАрхИ, рукводитель бюро «Архитекторы Асс»

30 мая 2011

Похожие статьи
Королевство бензоколонок
Осталось два дня, сегодня и завтра, чтобы зайти на выставку АЗС во Флигеле-Руине Музея архитектуры. Это уверенно, подробно, но и живо сделанная экспозиция-исследование истории – в равной мере дизайна, архитектуры и собственно предмета. Керосинки, маслораздаточные колонки... и, собственно, станции. Автомобильно-топливная культура, преимущественно, XX века.
Стояние на «бумаге»
В Музее архитектуры открылась вторая итерация выставки «Бумажная архитектура» – подготовленная куратором, экспозиционным дизайнером и «главным архивариусом» движения Юрием Аввакумовым. Это большое, важное начинание и великое движение. Набор работ свежий, малоизвестный широкому кругу любителей, красивый в совершенно разном смысле... Но самое любопытное – насколько увиденное цепляется на актуальные темы современности. Как будто в свои 1980-е – они всё уже знали. Хотя, может, так и есть?
30-летие «Золотой капители»
В начале октября в Новосибирске прошли мероприятия 30-го, юбилейного национального независимого архитектурного рейтинга «Золотая капитель». Как и все предыдущие десятилетия, финал конкурса включал презентации проектов-финалистов, объявление лауреатов и обладателя Гран-при.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Зажигать для тебя маяки
В Мурманске завершился фестиваль-практикум «Мурманистика. Города Арктики». Одним из его итогов стали 10 объектов, построенных командами студентов, чтобы активизировать отрезок будущей тропы, которая рассматривается как альтернатива городской набережной. Объекты преимущественно деревянные, одни более функциональные, другие – сугубо художественные, но все отсылают к особенностям городской жизни за полярным кругом. Рассказываем о фестивале и объектах.
Пространство дизайна
В Москве появилось новое постоянно действующее выставочное пространство IDEAL DESIGN SPACE, где дизайнеры, архитекторы, заказчики, поставщики и производители смогут найти все необходимое и даже больше. Главная цель пространства – стать источником вдохновения и местом для профессионального общения.
Бумажные «руины»
В Аптекарском приказе МУАРа открылась первая из трех выставок, представляющих архив оригиналов работ «бумажных архитекторов», переданный Юрием Аввакумовым в дар Музею архитектуры им. Щусева. Представленные работы поражают метафоричностью и глубиной замыслов, виртуозностью исполнения и глубиной пропасти между нашей архитектурной реальностью и миром, в котором они создавались.
Ленты и экраны
Евгений Подгорнов представил на Градостроительном совете проект делового центра, который разместится на Дунайском проспекте. Эксперты обсудили допустимость отклонения до предельно разрешенных 75 метров и композиционные решения. А также высказали мнение, что есть более насущные вопросы – например, снос сталинской архитектуры и строительство башен Лахта 2 и Лахта 3.
Искусство для…
Cosmoscow – это множество произведений современного искусства, часть которых займет места в частных коллекциях, а какие-то, с большой долей вероятности, украсят общественные интерьеры и городские пространства. Какова роль современного искусства в интерьерном и средовом дизайне, как они влияют друг на друга и возможно ли адресное искусство, которое работает только в публичном контексте?
Цветы для Елецианцев
До 18 октября в Ельце проходит фестиваль современного искусства «Арт-Елец» с темой «Культурный слой». Еще не поздно успеть. Надувные цветы Павла Зуданова, железная башня Константина Ларина, гигантские коклюшки Анны Рымарь – вашему вниманию подробный и вдохновенный рассказ Юлии Зинкевич с множеством цитат участников. И да – жителей Ельца иногда называют елецианцами.
Ордер нового человека: МАРШоу 2026
Ежегодная выставка выпускных проектов Московской архитектурной школы МАРШ – открыта до 16 августа. Вашему вниманию – фоторепортаж, совершенно не заменяющий живое посещение экспозиции, чтения альбомов и рассматривания макетов.
Дороги, которые мы выбираем
В эти выходные в 21 раз прошло фестиваль Архстояние: под кураторством Антона Кочуркина и с темой «Маршрут перестроен». Фестиваль продолжил исследовать возможности регулярного градостроения на территории леса и поля, что добавило объема и новизны, в том числе старым объектам – даже Ротонда смогла всех удивить. Достроен новый дом-манифест, и он совсем не похож на предыдущие. Также у фестиваля, кажется, появилось новое измерение – терапевтическое. Делимся этими и другими впечатлениями в нашем обзоре.
Архитекторы действительно бегали
За пять лет фестиваль «Не только архитектор» вырос из небольшой встречи в коворкинге KLAUZURA в одну из самых необычных профессиональных площадок Петербурга. Здесь спорят об архитектуре, экспериментируют с форматами общения и, кажется, всерьез пытаются доказать, что хороший – нескучный – разговор иногда не менее важен, чем хорошая выставка.
Красная вечеринка
Вашему вниманию – светская хроника неформальной части процедуры вручения архитектурной премии Москвы, которая состоялась вчера во дворе «дома культуры» ГЭС-2 при участии главы ДГП Владислава Овчинского.
Мастера 2026
Исполнили давнюю мечту, напрягли все силы – и сфотографировали всю экспозицию Мастеров с экспликациями. Тем более что в этом году они «с двумя днами»: тут и избранные проекты, и объекты с высказываниями на тему Идеал. Можно крутить, вспоминать, сравнивать... Тут и посмотреть – много, и почитать – достаточно.
Лазурный берег
Петербургский градсовет рассмотрел новый эскиз застройки северной части намывных территорий Васильевского острова. Теперь с участком площадью 165 гектар работает 13 архитектурных бюро, консорциум возглавляет Сергей Скуратов – пока что неформально. В нашем обзоре – восемь кварталов первой линии намыва, среди которых есть подражание Бьярке Ингельсу, дом в виде разводного моста, «ростральные колонны» и другие пространственные и высотные доминанты. И, конечно, приводим комментарии экспертов.
Грустный аттракцион
Привлекательная составляющая выставки сербских средневековых памятников в московском Музее архитектуры – AR, дополненная реальность, которая «поднимает» планы виртуальными моделями храмов и позволяет на несколько минут окунуться в обстановку их внутренних пространств. Памятники первоклассные – Грачаны, Дечаны; а объединяет их принадлежность к списку ЮНЕСКО «под угрозой». Сходство с кладбищем в дизайне экспозиции, надо думать, вовсе не случайное.
Между fair и tale, или как поймать «рынок» за хвост
На ВДНХ открылась выставка «Иномарка», исследующая культовую тему романтического капитализма 1990-х. Ее экспозиционный дизайн построен на эксперименте: его поручили трем авторам; а эффект знакомый – острого натурализма, призванного погрузить посетителя в ностальгическую атмосферу.
Маяк славы
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел эскизный проект 40-метровой стелы, которую бюро Intercolumnium предлагает разместить в центре мемориального комплекса, посвященного Ленинградской битве. Памятный знак состоит из шести «лепестков», за которыми прячется световой столп. Эксперты высказали ряд рекомендаций и констатировали недостаточное количество материалов, чтобы судить о реализуемости подобного объекта.
Холстом и маслом
В галерее «Солодовня» – новой точке на культурной карте Москвы – открылась выставка «Холст, масло». Это выставка-знакомство: она демонстрирует посетителю и новое пространство в историческом здании, и разнообразие коллекции. Куратор Павел Котляр разделил картины русских художников на контрастные пары, что усилило каждое высказывание, а архитектор Полина Светозарова искала способы сближения художников друг с другом и с залами галереи. Главным «связующим» стал холст – сам по себе очень выразительный элемент.
Пространство посткубизма
Сергей Чобан и Александра Шейнер, Студия ЧАРТ, создали для выставки «посткубистической» скульптуры Беатрисы Сандомирской – автора талантливого и мейнстримного, но почти не известного даже историкам искусства – пространство, подобное ее пластике: крепко сбитое, уверенно-стереометрическое и выразительное подспудно. Оно круглится, акцентируя крупный объем скульптуры, обнимает собой зрителя и ведет его от перспективы к перспективе, от «капища» к «Мадонне».
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Фокус синергии
В Липецке прошел фестиваль «Архимет», продемонстрировавший новый формат сотрудничества архитекторов, производителей металлических конструкций и региональных властей для создания оригинальных фасадных панелей для программы реконструкции местных школ. Рассказываем о фестивале и показываем работы участников, среди которых ASADOV, IND и другие.
Б – Бенуа
В петербургском Манеже открылась выставка «Все Бенуа – всё Бенуа», которая рассказывает о феномене художественной династии и ее тесной связи с Петербургом. Два основных раздела – зал-лабиринт Александра Бенуа и анфиладу с энциклопедической «Азбукой» архитектор Сергей Падалко дополнил версальской лестницей, хрустальным кабинетом и «криптой». Кураторы же собрали невероятную коллекцию предметов – от египетского саркофага и «Острова мертвых» Бёклина до дипфейка Вацлава Нижинского и «звездного» сарая бюро Меганом.
Ход курдонером
Бюро Intercolumnium представило на Градостроительном совете проект жилого комплекса, который заменит БЦ «Акватория» на Выборгской набережной. Эксперты отметили высокое качество работы, но с сомнением отнеслись к трем курдонерам, а также предложили смягчить контраст фасадов, обращенных к набережной и Кантемировскому мосту.
Тренды выставки «Мебель-2025»: комфорт по-русски
Выставка «Мебель-2025» прошла с 24 по 27 ноября 2025 на новой площадке в МВЦ «Крокус Экспо» и объединила 741 компанию из 8 стран. Экспозиции российских компаний продемонстрировали несколько важных тенденций в сфере общественных и жилых интерьеров.
Технологии и материалы
Архитектура в движении: как театр приходит в современные...
Движение в архитектуре может быть не только визуальным эффектом, но и физическим свойством пространства. Кинетические потолки, подвижные конструкции и объемные арт-объекты позволяют менять конфигурацию и сценарии интерьера, объединять движение со светом и звуком. На примере разработок Paper Design® смотрим, как работают такие системы, какие задачи они решают и почему при их проектировании архитекторы обращаются к театральной драматургии.
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Сейчас на главной
Началось, такое вот... бурление на тему
Юлия Ардабьевская сделала интервью с Петром Моничем – коллективной личностью ведущих ТГ-канала «Недвижимость инсайды». Юлия называет канал НИ «самым влиятельным медиа про архитектуру». Монич, в отличие от Юлии, все же признает существование Проекта Россия и Архи.ру как профессиональных СМИ. На том спасибо за тенденцию к объективности! Интервью надо смотреть, читать и исследовать. Мы же пока ограничимся анонсом и парой рассуждений.
Дом не для бегемота
Бюро Ofis построило в родной Любляне жилой комплекс из 8 средневысотных корпусов: он способен противостоять паводкам, а также меняться и развиваться.
Архитектура за пределами чертежа
Объявлены победители международной премии The Architecture Drawing Prize 2026. Среди 11 отмеченных работ – архитектурные фантазии, исследования исторической памяти, размышления о будущем городов и эксперименты с традиционными способами изображения архитектуры.
Читай, играй, общайся
Библиотека «Притяжение», созданная бюро DE-SENSE, кажется, вобрала в себя все основные приемы, характерные для формата «Третье место», но с адаптацией на детскую и подростковую аудиторию. В результате получилось пространство, наполненное радостью и интересом к знаниям, куда хочется возвращаться.
Ключ к историческому поселению
В Казани в рамках Строительной недели БРИКС состоялся IV форум «РЕБУС», темой которого стало «Градостроительство в исторических поселениях». Предлагаем репортаж с мероприятия, некоторые тезисы дискуссий, а также итоги смотр-конкурса, отмечающего лучшие практики в сфере градостроительства на исторических территориях.
По стопам Кулибина
Бюро ГОРА спроектировало три станции канатной дороги для Нижнего Новгорода. Маршрут свяжет берега Оки и район станции метро «Заречная», предлагая не только удобную переправу, способную транспортировать около 30 000 человек в день, но и новый взгляд на город – как с точки зрения панорам, так и его наследия. Архитектурное решение, вдохновленное инженерными достижениями нижегородца Ивана Кулибина, оставляет открытыми механизмы и коммуникации, а также закладывает выставочную функцию.
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.