Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века. Ю.В. Тарабарина

17 Марта 2006
mainImg

Шатровые колокольни – один из характерных  и очень узнаваемых элементов русской архитектуры XVII в., однако история возникновения этой типологии остается практически неизученной. Единственная версия, бытовавшая в советских изданиях, представляла ее как «глубоко национальную», «самобытную» форму, восходящую к гипотетическим деревянным шатрам через вероятное посредство каменных шатровых храмов XVI в., форма венчания которых считалась «перенесенной» на колокольни в процессе саморазвития русского зодчества.
В течение последних десятилетий теория происхождения каменных шатровых храмов от деревянных в подверглась развернутой и обоснованной критике, – однако новые, свободные от «теории самобытности» суждения об истории сложения типологии шатровых колоколен были высказаны лишь недавно – И.Л. Бусевой-Давыдовой, Вл.В. Седовым и автором настоящего сообщения. Ирине Леонидовне принадлежит гипотеза о происхождении шатровых колоколен XVII в. от кремлевской Филаретовой пристройки; Вл.В.Седов в качестве их прямых прообразов назвал весь круг построенных в Москве позднеготических шатров, построенных иностранными мастерами, работавшими над обустройством кремлевской резиденции Михаила Федоровича Романова в 20-е гг. XVII в., а именно – Филаретову пристройку, надстройку Спасской башни и Теремной дворец. Сказанное означает, что ведущую роль в появлении шатровых колоколен, также как и ранее, в XVI в.- шатровых храмов, играют западноевропейские прототипы.
Названная версия, будучи высказана вскользь, не была детально рассмотрена и обоснована, а также не был прослежен процесс усвоения новой западноевропейской формы в русском зодчестве, который представляется возможным осветить более точно, дополнив новыми гипотезами и дополнительной мотивацией, что необходимо сделать для формирования более точных представлений о становлении особенностей архитектуры московского государства XVII столетия.
Как показано в книге А.Л. Баталова, в архитектуре конца XVI в., в отличие от первой половины и середины столетия, столпообразные храмы «иже под колоколы» встречаются редко (единственная дошедшая до нас церковь такого типа конца XVI в. – колокольня Болдина монастыря).
Одной из последних по времени возведения грозненской столпообразной церковью стал храм, перестроенный в Александровой слободе во время опричнины из более раннего сооружения. Здесь же впервые для колокольни появляется шатер, однако это изобретение не получило никакого развития за последующие полвека. Шатровая церковь-колокольня Александровой слободы вызвала ни одного известного современным историкам подражания. Заметим также, что ее формы отличались от популярных в XVII столетии: грани шатра не имели слухов (те, которые мы видим сейчас, как удалось выяснить В.В. Кавельмахеру, появились в XVIII в.) и опирались на горизонтальную карнизную тягу. Таким образом, если колокольня Александровой слободы и может быть названа прообразом позднейших шатровых колоколен, то отдаленным.
В годуновское время преобладают звонницы стенообразного и «палатного» типа, затем получившие некоторое продолжение после Смуты в архитектуре 1620-х гг., несколько транформируясь – уходит тема отдельно стоящей звонницы-стенки, а «палатные» звонницы сокращают ширину и увеличивают высоту, приобретая сходство с башнями. Точно неизвестна форма венчания таких башен, вероятнее всего – четырехскатная деревянная кровля. Подобных примеров немного и ощутимого продолжения позднее они не получают.
Одновременно, в 20-е гг. XVII в. возникают первые шатровые колокольни, связанные с работой иностранных мастеров, приглашенных ко двору Михаила Федоровича.
Первый аргумент в пользу того, что появление типологии шатровых колоколен было инспирировано работой иностранцев, очевиден: приезжим мастером была построена первая документально датированная колокольня XVII века, о существовании шатрового завершения которой достоверно известно, хотя подлинная постройка не сохранилась. Речь о башне, пристроенной Джоном Талером к Воскресенской церкви на соборной площади Кремля, и известной как Филаретова пристройка.
Документы, подтверждающие авторство Джона Талера, были в недавнее время изучены И.Л. Бусевой-Давыдовой, которой удалось окончательно подтвердить сведения, бытовавшие в литературе ранее без ссылки на источник. И.Л. также впервые предположила, что именно Филаретова пристройка стала прообразом позднейших шатровых колоколен XVII в.
Эта колокольня, разрушенная наполеоновским взрывом, была вскоре восстановлена по проекту Жилярди, однако сохранилось несколько изображений (в частности, литография Хоппе 1805 г. из Исторического музея). Колокольня представляла собой прямоугольную в плане башню, в третьем ярусе которой размещалась большая арка звона, увенчанная восьмигранным шатром с крупными люкарнами, поставленными на карниз основания шатра, и образующими вместе с четырьмя башенками-пинаклями декоративную «корону», маскирующую основание шатра почти на треть его высоты. Насколько можно судить по изображениям, в декоре колокольни  преобладали маньеристические и раннебарочные элементы, наиболее заметным и достоверным из которых надо признать рустованные углы башни, присутствующие на всех изображениях, а также на существующей реконструкции Жилярди. С меньшей достоверностью можно говорить о венчающих люкарны треугольных фронтонах, пилястрах, оформляющих пинакли, люкарны и большую арку звона, с еще меньшей вероятностью – о триглифно-метопном фризе, показанном намеком между первым и вторым ярусом башни. В европейской архитектуре эти элементы позднеренессансной традиции к началу XVII в. были знакомы очень хорошо, поэтому надо признать вероятность их использования на фасадах колокольни Джона Талера.
Структура и объемная композиция постройки, напротив, в большей степени принадлежат готике: прежде всего, это сочетание венчающего восьмигранного шатра с четырьмя башенками на углах.
Совмещение готического построения объемов и ренессансной декорации, образно говоря, изложение средневековой темы средствами маньеристического ордера было распространено во всех европейских странах севернее Италии вплоть до начала XVII в., это одна из больших тем архитектуры раннего Нового времени. Один из хрестоматийных и наиболее ярких примеров направления, представленного в Москве Филаретовой пристройкой – парижская церковь Saint-Eustache (1532-1640). Таким образом, с работами Джона Талера в Москве возник пример модного в заальпийских странах в XVI в. архитектурного направления. Первенство в исследовании путей восприятия этого варианта европейских влияний в России принадлежит А.А. Ароновой, сформулировавшей понятие «заказ Михаила Федоровича».
Причин вероятного внимания современников к архитектурным формам Филаретовой колокольни достаточно много, их можно подразделить на три группы: художественные, священные и политические.
Она могла стать объектом для воспроизведения, только будучи работой приглашенного архитектора в стране, разоренной войной и утратившей собственных квалифицированных зодчих.
Однако пристройка к ансамблю звонницы Успенского собора также входит в комплекс работ по восстановлению главной святыни страны после Смуты (тогда же, в 1624 г. те же мастера перекладывают своды собора). Новая колокольня главного собора страны, построенная для «Царь-колокола» Бориса Годунова, фактически – главная звонница Кремля, не могла не стать объектом подражаний.
Возведение Филаретовой пристройки, помимо церковного, также имеет отчетливо выраженный политический смысл, наглядно иллюстрируя позицию Романовых по отношению к наследию Бориса Годунова, хорошо известную по официальным документам начала царствования, где найденные при Годунове формулы тщательно цитируются, при старательном вытеснении его имени. Буквальную иллюстрацию такого поведения мы наблюдаем в истории перестройки ансамбля Успенской звонницы. По указу Бориса Феодоровича столп Ивана Великого получил надстройку и надпись о том что «…храм совершен и позлащен во второе лето…» правления царя Бориса и его сына Феодора Борисовича . Романовы пристраивают звонницу с другой стороны Воскресенской церкви, и помещают на ней похожую надпись о строительстве колокольни при царе Михаиле и его отце патриархе Филарете . Ситуация зеркальная; при этом годуновскую надпись замазывают, копируя поведение Годунова, но вымарывая само упоминание о нем. 
Итак, есть все основания согласиться к И.Л. Бусевой-Давыдовой в том, что Филаретова пристройка должна была стать важнейшим импульсом к развитию русских шатровых колоколен XVII в.
Однако можно привести лишь один пример прямого подражания кремлевской колокольне – и возникает он удивительно рано, уже через пять лет после возведения башни Джона Талера. Таким подражанием была колокольня построенного по указу царя и патриарха в 1628-1629 гг. в Нижнем Новгороде Архангельского собора, которая повторяет как структурно-композиционные, так и декоративные особенности колокольни английского мастера : она приложена к стене собора так же, как московская звонница – к стене Воскресенской церкви, ее прямоугольный в плане ярус звона прорезан большими арками, по одной в каждой стене, она увенчана восьмигранным шатром, а ее углы декорированы рустом, до Джона Талера в русской архитектуре, по-видимому, неизвестным.
Следует оговориться, что Святослав Леонидович Агафонов, реставрировавший нижегородский собор в начале 1960-х гг., считал верхнюю часть колокольни переложенной в XVIII в., однако по текстам самого реставратора можно заключить, что эта атрибуция – стилистическая, исследователи попросту не представляли себе возможности появления рустованных углов колокольни в архитектуре раньше петровского времени. Однако открытия, сделанные недавно Еленой Григорьевной Одинец при реставрации Потешного дворца в Московском Кремле, доказывают, что руст был известен московским мастерам, по меньшей мере, уже в середине XVII столетия. На наш взгляд, эта любимая маньеризмом форма была принесена на русскую почву Джоном Талером, и не исключено, что ее повторили в соборе Нижнего Новгорода, построенном подмастерьями каменных дел, которые, несмотря на их нижегородское происхождение, в 1628 г. были присланы из Москвы. Любопытно заметить, что в 20-е гг. мы знаем не одного, а двух подмастерий Возоулиных, один из них, Лаврентий строил нижегородский собор, а Федор Возоулин, по-видимому, родственник Лаврентия, участвовал вместе с Баженом Огурцовым в строительстве Можайской крепости, на которое тогда же был послан и Джон Талер. Приведенный пример показывает, насколько тесным было сотрудничество приезжих мастеров и подмастерий Приказа, которые были первой «аудиторией» новой волны европейских новаций.
Возникающее в итоге заимствование разочаровывает ценителя, т.к. совмещает буквализм цитирования и заметное упрощение, отказ от наиболее сложных элементов; оно лишено творческого перетолкования форм и не становится основой для сложения новой типологии – нижегородская ветка шатровых колоколен, оказывается тупиковой – помимо соборной колокольни, она представлена единственным памятником – колокольней Печерского монастыря, повторяющей колокольню Архангельского собора уже без прямой оглядки на Филаретову звонницу (руста здесь уже нет), и оказывается последним в коротком ряду ранних подражаний кремлевской  колокольне.

Формы шатровых колоколен середины века убеждают нас в том, что кремлевская звонница была не единственным прототипом форм этой любимой в XVII столетии типологии. Источником значительной части характерных приемов, известных нам по шатровым колокольням XVII века, должны были стать другие памятники. Среди сохранившихся построек на это роль претендует одна – это верхняя часть Спасской башни Московского Кремля, предположительно связанная с работой «часовых дел мастера» англичанина Христофора Галовея, построенная практически одновременно с Филаретовой звонницей, в 1624/25 гг. и затем исправленная после пожара при участии того же мастера. Документы, связанные со строительством и с личностью Галовея, в недавнее время были изучены Jeremy Howard’ом и И.Л. Бусевой-Давыдовой.
Для нашей темы важна степень идентичности  архитектурных форм башни изначальным. Основной аргумент в пользу сохранности наиболее характерных черт – изображения XVIII в., а также верх Троицкой башни Кремля – копия галовеевской надстройки, сделанная в конце XVII в.
Мы видим, что Спасская башня, скорее всего, обладала шатром с гуртами на ребрах, опирающимся на восемь арок звона (более ранние шатры опираются на прямой карниз); столбы яруса звона украшены сдвоенными полуколонками. Наиболее сложный вопрос – о первоначальности небольших окошек с гранях шатра, которые могут быть как изначальными, так и поздними.
В чем же причина того, что композиционное решение яруса звона, предложенное надстройкой Спасской башни, приобрело впоследствии большую популярность, чем формы новой колокольни Успенского собора? С точки зрения функциональной типологии Филаретова пристройка – значительно более логичный пример для подражания, что подтверждается его почти мгновенным восприятием в постройке Лаврентия Возоулина. Почему же эта линия не получила продолжения, тогда как другая, воплощенная в сугубо секулярной постройке, получила широчайшее распространение? На мой взгляд, ответ лежит в сфере практики колокольного звона: восьмиарочный ярус звона оказался более удобен для размещения множества колоколов, чем большая арка Филаретовой колокольни, построенная для одного большого колокола.
Однако возможно, что существовали и другие, не дошедшие до нас колокольни работы иноземцев. Наш взгляд, к их числу принадлежала шатровая церковь «иже под колоколы» Саввы Освященного, построенная в Новоспасском  монастыре в 1622 г. и разобранная во второй половине XVIII в. Нам известно только одно, очень обобщенное изображение этого храма на гравюре Пикара н. XVIII в. а также – ее описание 1650-х гг. из кормовой книги монастыря, которое и является наиболее содержательным источником .
«Устроил Великий Государь, Святейший Патриарх Филарет Никитич, своею Государскою Патриаршею казною колокольню шатровую, а по углам с средняго пояса столпы круглые толщие, да на той же колокольне изволил он Великий Государь построить часы боевыя, колокол боевой, да два колокола перечастных, да около той же колокольницы под верхним поясом обведено на листе белого железа, а на нем подписано…» далее книга цитирует текст надписи о свершении храма в 1622 г., и сообщает, что «всяких запасов на колокольное строение по цене изошло и на каменщиков за дело дано всего три тысящи рублев» - сумма по тем временам большая.
Память Саввы Освященного связывается с освобождением Филарета из польского плена: 1 декабря с поляками договорились об обмене пленными, а известие об этом находившийся в Варшаве Филарет мог получить 5 декабря в день памяти Саввы Освященного. Возвратившись, патриарх строит в память об этом храм-колокольню в Новоспасском монастыре - родовой усыпальнице бояр Романовых.
В вероятности участия иностранного мастера нас убеждает более всего – упоминание о «столпах круглых толщих», расположенных по углам «с среднего пояса». Я убеждена, что речь здесь идет о четырех пинаклях, подобных известным нам по Филаретовой пристройке и Спасской башне. Разумеется, надпись можно истолковать и иначе, например, предположив, что круглые столпы были опорами арок звона. Однако заметим, что форма опорных столбов звона вряд ли могла показаться столь заметной в середине XVII века, чтобы попасть во вкладную книгу, кроме того, вряд ли писавший сказал бы о несущих арки столбах, что они расположены по углам. Другой вариант реконструкции – со стоящими на углах дополнительными главками, следует отвергнуть потому, что автор середины XVII в. не мог назвать церковные главки столпами. Этот элемент мог попасть в описание только по причине своей исключительности для человека XVII в., а т.к. угловые башенки не прижились в русском зодчестве, то можно признать, что свидетельство вкладной книги описывает именно их.
Слова Павла Алеппского «…эта колокольня древняя, удивительная по своей архитектуре…» - также убеждают нас в готических формах постройки, - вероятно, именно они стали причиной суждения о ней как о «древней».
Благодаря архивным исследованиям И.Л. Бусевой-Давыдовой мы знаем, что Христофор Галовей был «взят ко государеву делу» в декабре 1620 года, а «нарядчик» Вилим Граф мог приехать в Москву в 1615 с группой «англинских немцов». Неизвестно, когда прибыл Джон Талер, его первая датированная работа – Филаретова звонница. Назвать вероятное имя мастера церкви Саввы было бы слишком смелым шагом, но нельзя не заметить, что ко времени строительства Христофор Галовей и Вилим Граф уже были в Москве, и того, что на церкви-колокольне располагались часы, мастером устройства которых был Галовей, хотя его имя в источниках связанных с церковью Саввы, и не упомянуто.
Итак, мы располагаем тремя шатровыми колокольнями, построенными в 20-е гг. XVII в., о которых можно предполагать, что они были построены иноземцами: церковь Саввы Освященного Новоспасского монастыря, Филаретова пристройка и верх Спасской башни Московского Кремля. Общая черта всех трех памятников – сочетание шатра с четырьмя пинаклями. Эта готическая композиция была широко распространена в европейской архитектуре, но в XVI – начале XVII в. она особенно любима в странах Северной Европы и прежде всего в Англии, что созвучно выводам А.А. Ароновой о североевропейском влиянии. Нельзя не заметить, что все связанные с архитектурой матера, имена которых мы знаем в 20-е гг. XVII в. – это английские мастера, следовательно искать постройки, схожие с московскими, следует прежде всего в Англии, однако подчеркнем, что распространение упомянутой формы гораздо шире, поэтому, не делая попыток найти ближайший по формам памятник, хочу показать широкий круг аналогий. Здесь хотелось бы уйти от вопроса, был ли Христофор Галовей шотландцем или англичанином: то, что подборка показываемых аналогий принадлежит несохранившимся шотландским памятникам, в данном случае не имеет принципиального значения.

Восприятие и адаптация шатровой колокольни в русском зодчестве – тема отдельного исследования. По-видимому, оно происходит в памятниках середины 1630-х гг. Здесь надо назвать несохранившуюся колокольню Троице-Сергиева монастыря и храмы московского Китай-города: Казанский собор на Красной площади, церковь Всех Святых на Кулишках, церковь Троицы в Никитниках. К сожалению колокольни первых двух не сохранились, а датировка никитниковского храма остается предметом споров. В этом контексте нельзя не упомянуть роли еще одного прототипа – ансамбля кремлевского Теремного дворца, оказавшего влияние на все три храма. В архитектуре дворца не было колоколен, но в нем можно найти минимум два шатра с люкарнами – над крыльцом и над лестничной башней.
В заключение надо сказать – несколько слов об особенностях адаптации готической типологии шатровой колокольни в архитектуре XVII в. А.Л. Баталов на примере архитектуры второй половины XVI в. сформулировал важную закономерность процесса адаптации новых влияний русским зодчеством: «…появление нового типа … происходит в результате внешнего импульса … дальнейшее его существование происходит по пути адаптации к местной традиции и преобразования созвучно имманентному развитию русской архитектуры…».
Легко заметить, что эта же закономерность наблюдается при адаптации готической шатровой колокольни в зодчестве XVII в. – быстро и безболезненно приживается прежде всего знакомая форма шатра, а также элементы функциональные или же понятые как таковые – восемь арок звона, слухи шатра. Отброшенными оказываются наименее привычные и не обоснованные функционально угловые пинакли – мотив, для наших современников прямо указывающий на готическую природу типологии. Ссылка на готические образцы становится менее ясной и в итоге складывается типично русская вариация колокольни, увенчанной шатром.

Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
zooming
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века. Ю.В. Тарабарина
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века. Ю.В. Тарабарина
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века. Ю.В. Тарабарина
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века. Ю.В. Тарабарина
Значение кремлевских построек первых Романовых в истории происхождения шатровых колоколен XVII века. Ю.В. Тарабарина

17 Марта 2006

comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Вода для жизни
Пятый, а значит юбилейный по счету форум «Среда для жизни» прошел в Нижнем Новгороде сразу после юбилейных торжеств, посвященных 800-летию города, и стал, в сущности, частью празднования. В то же время среди показанных проектов лидировали решения, связанные с временно затопляемыми территориями, что можно признать одной из актуальных тенденций нашего времени.
Градсовет Петербурга 8.09.2021
Градсовет рассмотрел новый вариант перестройки станции метро «Фрунзенская»: проект от московских архитекторов, Единый диспетчерский центр и противоречивый традиционализм.
Бегом по набережной
В июне в Самаре прошел пятый по счету фестиваль набережных «ВолгаФест». Впервые в его рамках был представлен проект «Резиденции волжских городов». Нижний Новгород, Ульяновск, Казань, Саратов получили свое архитектурное, художественной и медийное воплощение прямо на самарской набережной.
Формула Шухова
Выставка «Шухов. Формула архитектуры» до ноября проходит в нижегородском «Арсенале». Экспозиция – производная от одноименной выставки, показанной в Музее архитектуры имени А. В. Щусева два года назад. Куратор Марк Акопян назвал ее продолжением исследовательского проекта. И, действительно, самым разным зрителям есть над чем подумать и что исследовать в залах «Арсенала».
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Градсовет Петербурга 15.07.2021
Архитекторы предложили обновить торговый центр в петербургском Купчино, вдохновляясь снежными пиками Балканских гор. Эксперты отнеслись к идее прохладно.
В ритме квартальной застройки
На прошедшей неделе состоялась презентация жилого комплекса «ТЫ И Я» на северо-востоке Москвы. По ряду параметров он превышает заявленный формат комфорт-класса, и, с другой стороны, полностью соответствует популярной в Москве парадигме квартальной застройки, добавляя некоторые нюансы – новый вид общественных пространств для жильцов и квартиры с высокими потолками в первых этажах.
Архсовет Москвы–70
Архсовет единодушно одобрил проект реконструкции гостиницы «Варшава» на Калужской площади, а обсуждение превратилось в деликатную дискуссию о подходах к градостроительным приоритетам: должно ли здание работать «на городской ансамбль», или решать локальные задачи в рамках заданного участка. Ответ – нельзя сказать, чтобы однозначный, прозвучали предложения создать на этом месте более заметный и высокий акцент, но были отклонены.
Кома парка
В субботу в «Арт-усадьбе Веретьево» открылся парк, спроектированный Александром Бродским. Это самый большой арт-объект автора – 7 га, и его первый ленд-арт-объект. Его сопровождает коллекция книг, подобранных Анной Наринской, коллекция смыслов, предложенных Григорием Ревзиным, и музыкальный перформанс. Предлагаем рассматривать парк как синтетическое произведение современного искусства, наделенное, в то же время, практической функцией.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Павильон готов
Сегодня биеннале архитектуры в Венеции открывается для посетителей. Публикуем фотографии павильона России в Джардини, любезно предоставленные организаторами его реконструкции.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Верх деликатности
Музей архитектуры объявил о планах по реставрации дома Мельникова. Проектом реставрации займется Наринэ Тютчева и АБ «Рождественка», Группа ЛСР финансирует работу как меценат, не вмешиваясь в процесс. Похоже, в Москве, где недавно отреставрирован дом Наркомфина, намечается еще один образцовый пример работы с памятником авангарда. Рассматриваем подробности и вспоминаем историю.
Другой Вхутемас
В московском Музее архитектуры имени А. В. Щусева открыта выставка к столетию Вхутемаса: кураторы предлагают посмотреть на его архитектурный факультет как на собрание педагогов разнообразных взглядов, не ограничиваясь только авангардными направлениями.
Градсовет Петербурга 17.02.2021
Тот день, когда Градсовет критиковал признанного архитектора и хвалил работу молодого. Но все равно согласовал первого, а второго отправил на доработку.
Прекрасный ЗИЛ: отчет о неформальном архсовете
В конце ноября предварительную концепцию мастер-плана ЗИЛ-Юг, разработанную голландской компанией KCAP для Группы «Эталон», обсудили на неформальном заседании архсовета. Проект, основанный на ППТ 2016 года и предложивший несколько новых идей для его развития, эксперты нашли прекрасным, хотя были высказаны сомнения относительно достаточно радикального отказа от автомобилей, и рекомендации закрепить все новшества в формальных документах. Рассказываем о проекте и обсуждении.
Формируя культурную среду
Каждый год тысячи Домов культуры по всей России перестают функционировать, сносятся или перепрофилируются. Единичные примеры успешных реконструкций не могут изменить тенденцию. Без комплексного подхода к модернизации ДК, учитывающего новые запросы общества, их будущее остается под вопросом. О существующей практике развития ДК и поисках новых решений говорили участники конференции «Новые форматы культурных центров», проведенной в рамках фестиваля «Зодчество» командой проекта «Идентичность в типовом».
Власть – советам
На дискуссии «Создавая будущее: инструменты влияния на облик города» вопросы согласования проектов были рассмотрены в разных аспектах, от формального до эмоционального. Андрей Гнездилов и Александра Кузьмина заявили о необходимости вернуть понятие эскизной концепции в законодательное поле.
Градсовет Петербурга 25.11.2020
Градсовет обсудил жилой квартал по проекту «Студии-44», интегрированный в историческую среду Бумагопрядильной фабрики, а также предложение по символическому восстановлению фабричных труб. Единодушную и высокую оценку работы сопровождали многочисленные сомнения относительно качества будущей жилой среды.
Технологии и материалы
Клинкерная брусчатка Penter: универсальное решение для...
Природная естественность – вот главная характеристика эстетических качеств клинкерной брусчатки Penter. Действительно, она изготавливается из глины без добавления искусственных красителей, а потому всегда органично смотрится в любом ландшафте. В сочетании с лаконичной традиционной формой это позволяют применять ее для самого широкого спектра средовых разработок – от классицизирующих до новаторских.
Долина Муми-троллей
Компания «Новые Горизонты» представила тематические площадки, созданные по мотивам знаменитых историй Туве Янссон и при участии законных правообладателей: голубая башня, палатка, бревно-тоннель и другие чудеса Муми-Долины.
Секреты городского пейзажа
В творчестве известного архитектора-неоклассика Михаила Филиппова мансардные окна VELUX используются практически во всех проектах, начиная с его собственной квартиры и мастерской и заканчивая монументальными ансамблями в центре Москвы и Тюмени. Об умном применении мансардных окон и их связи с силуэтом городских крыш мастер дал развернутый комментарий порталу archi.ru.
Золотисто-медное обрамление
Откосы окон и входные порталы, обрамленные панелями из алюминия Sevalcon, завершают и дополняют архитектурный образ клубного дома «Долгоруковская 25», построенного в неорусском стиле рядом с колокольней Николая Чудотворца.
Как защитить деревянную мебель в доме и на улице: разновидности...
Деревянные изделия ручной работы не выходят из моды, а потому деревянную мебель используют как в интерьерах, так и для оборудования уличных зон отдыха. В этой статье расскажем, как подобрать оптимальный защитный состав для деревянных изделий.
Русское высотное
Последние несколько лет в России отмечены новой волной интереса к высотному строительству, не просто высокоплотному, а именно башням. Об одной из них известно, что ее высота будет 703 м, что вновь претендует на европейский рекорд. Но дело, конечно, не только в высоте – происходит освоение нового формата: башен на стилобате, их уже достаточно много. Делаем попытку систематизировать самые новые из построенных небоскребов и актуальные проекты.
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливым клинкерным кирпичом разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Сейчас на главной
Шкала времени Кумертау
Проект-победитель конкурса Малых городов: с помощью малых форм архитекторы рассказывают историю возникшего на буроугольном разрезе поселения, активируют центральную улицу и готовят почву для насыщенной социальной жизни.
Дерево живет и регулярно побеждает
Невзирая на вирусы и прочих короедов современная русская деревянная архитектура демонстрирует чудеса выживаемости. Определен шорт-лист премии АРХИWOOD – 12-й по счету. Куратор премии Николай Малинин представляет финалистов.
Buena vista
Проект частного дома в Подмосковье архитектор Роман Леонидов назвал Buena Vista, то есть хороший вид по-испански. И действительно, великолепный вид откроется не только из дома с бельведером, стоящего на возвышении, но и сама вилла на холме предназначена для созерцания из партера парка. В общем, буэна виста и бельведер, с какой стороны ни посмотреть.
Кирпичный текстиль
На фасадах офисного здания по проекту Make Architects в Солфорде – кирпичная кладка, имитирующая традиционные для этого города ткани.
Большая Астрахань live
Гибкое улучшение связности территорий, развитие полицентричности, улучшение качества жизни, экологичные инновации – все эти решения проекта-победителя конкурса на мастер-план Астраханской агломерации, разработанного консорциумом под руководством Института Генплана Москвы, основаны на синтезе профессиональных аналитических инструментов, позволяющих оценивать последствия решений в динамике, и общения с жителями города.
Архив архитектуры
В Музее архитектуры открылась выставка «Профессия – реставратор», первая из экспозиций, приуроченных к будущему юбилею. Нетрадиционная тема позволяет показать работу не самых заметных, но очень важных для музея людей – тех, кто восстанавливает предметы и готовит их к хранению и показу.
Вода для жизни
Пятый, а значит юбилейный по счету форум «Среда для жизни» прошел в Нижнем Новгороде сразу после юбилейных торжеств, посвященных 800-летию города, и стал, в сущности, частью празднования. В то же время среди показанных проектов лидировали решения, связанные с временно затопляемыми территориями, что можно признать одной из актуальных тенденций нашего времени.
Градсовет Петербурга 8.09.2021
Градсовет рассмотрел новый вариант перестройки станции метро «Фрунзенская»: проект от московских архитекторов, Единый диспетчерский центр и противоречивый традиционализм.
Медовая горка
Проект-победитель конкурса Малых городов для города Куртамыш: террасированный парк, который дает возможность по-новому проводить досуг
Традиции орнамента
На фасаде павильона для собраний по проекту OMA при синагоге на Уилшир-бульваре в Лос-Анджелесе – узор, вдохновленный оформлением ее исторического купола.
Кочевники и пряности
Два проекта павильона ресторана катарской кухни, который мог появиться в Экспофоруме: не отработанный в Петербурге формат временной архитектуры, способный пропустить в город более смелые решения.
Магистры ЯГТУ 2021: «Тени забытых предков»
Работы выпускников кафедры архитектуры Ярославского государственного технического университета: анализ сталинской архитектуры, возвращение к жизни города-призрака, актуализация советских гаражей и маршрут по исправительно-трудовому лагерю.
Домики в кронах
Свайные гостевые домики по проекту бюро aoe обеспечивают постояльцам близость к природе и уединение.
Дерево с удостоверением
Объявлены финалисты премии за постройки из сертифицированной древесины WAF 2021. Среди них: самое крупное CLT-здание в США, микро-библиотека в Индонезии, офисный комплекс в Сиднее и киоск в Гонконге.
Химические реакции
Проект-победитель конкурса Малых городов раскрывает многогранность Щекино: в нем нашлось место Анне Карениной и Игорю Талькову, космонавтам и шахтерам, равно как и богатой природе тульского края, безбарьерной среде и разным видам досуга.
Диалектический манифест
Высотный ЖК MOD, строительство которого начато в Марьиной роще рядом с территорией, на которой запланирована штаб-квартира РЖД, откликается на «центральный» контекст будущего городского окружения и в то же время позиционируется авторами как «манифест модернистских минималистичных принципов в архитектуре».
Мечта Азимова
Проект DNK ag победил в конкурсе на АГО Национального центра физики и математики в Сарове, проведенного корпорацией Росатом совместно с МГУ, РАН и Курчатовским институтом.
Ре-Школа 2021: Соловки
Третий учебный год Ре-Школа посвятила Соловецкому архипелагу и подготовке жизнеспособной концепции сохранения трех объектов на Банном озере. Об эмоциональных и по-настоящему научных открытиях, которые состоялись за два семестра, рассказывает руководитель школы Наринэ Тютчева.
Околоземное пространство
Новый терминал аэропорта в Кемерово «Леонов» построен в «космические» сроки, несмотря на пандемию. Он стал одним из важных элементов стремительного развития города и зримо отразил свое посвящение первому выходу человека в открытый космос, как в интерьерах, так и на фасадах. Его главные «фишки»: эффект звездного неба и открытость.
В дуэте с ареной
Жилой комплекс West Half по проекту ODA в Вашингтоне построен рядом с бейсбольным стадионом и учитывает все аспекты такого соседства, включая свою «роль» в телетрансляциях матчей.