Е.О. Фрейдин

Автор текста:
Е.О. Фрейдин

Градостроительная деятельность в конфликтном обществе: трансформация традиционной модели

В статье рассматривается актуальность проблемы формирования конфликтологического подхода в градостроительной деятельности, базовые теории для такого воззрения и концепция структуры градостроительной деятельности

0

Во второй половине ХХ века американский исследователь градостроительства Б.Хадсон[1] выделил пять основных подходов к проектированию. Полярными были планово-прогнозное градостроительство и радикальное планирование. Между ними лежали подходы, которые можно трактовать как переходные типы. Одним из критериев сравнения подходов Хадсон выделил учет социального интереса и в частности конфликта. Характеризуя планово-прогнозный подход, он указывает на игнорирование дифференциации социального уровня, попытки применить однородную модель для общества. Радикальное градостроительство по его мнению напротив, базируется на социальной дифференциации и социально-пространственной связи.

Другим контекстом проблемы конфликта в градостроительстве являются макросоциологические теории, которые рассматривал социолог Н.Смелзер. Он различает два принципиальных подхода к моделированию общества. «Функционалисты (Спенсер, Дюркгейм) обычно рассматривают общество как совершенно устойчивое и единое целое, а сторонники теории конфликта (Маркс, Дарендорф) считают, что в нем/постоянно происходят изменения и возникают конфликты»[2].

Одним из допущений является то, что функциональная и конфликтная модели общества были положены в качестве парадигмы в теории градостроительства. Для тоталитарных государств, о чем пишет Л.Козер[3] - один из ведущих социологов конфликта 1950-х годов, применима функциональная модель общественной системы. Если обратиться к тексту учебного пособия «Градостроительное проектирование», изданного в 1989 году, можно обнаружить следующее утверждение: «подлинные реалистические произведения архитектуры и градостроительства (…) выражают не только узкоклассовые, но во многих случаях общенародные и общественные интересы, что и определяет их прогрессивность для своего времени.»[4]. Разумеется, можно сделать «скидку» на идеологическую основу, но ориентация на планомерное развитие, на противодействие спонтанному, конфликтному росту города указывает на функциональную модель социальной системы, лежащую в основе подхода.

Однако современное российское общество не соответствует функциональной модели. Конфликтная теория более адекватно описывает социальную систему, в которой на уровне конституции гарантирована частная собственность, в том числе на землю. В градостроительном кодексе закреплены необходимость учета интересов будущего поколения и демократические процедуры публичных слушаний при принятии градостроительных решений. Эти два аспекта способствовали увеличению количества участников градостроительной деятельности. Взаимодействие лиц с разными интересами может приводить и к конфликтным ситуациям.

В то же время, сравнение ситуаций в России, в Новосибирске в частности, и в Европе напрашивается вывод, что в настоящее время еще не сформированы механизмы и среда выраженния социальных позиций по отношению к градостроительному процессу, к городскому развитию.

С одной стороны мы имеем явно конфликтную модель общества, при этом ее низший уровень пока что не выражен в полной мере, с другой стороны градостроительная деятельность и специалисты, ее носители, сформированы большей частью в функциональной парадигме - установке на однородность и устойчивость. Результат современной градостроительной деятельности - в чистом его виде - не соответствует дифференцированному обществу, обществу изменчивому.

Градостроительная деятельность за два десятилетия перешла к процессу адаптации. Около десятилетия в Москве и Санкт-Петербурге социологи вмешиваются в процесс градостроительной деятельности. В практике московской школы конфликтологии (Т.Дридзе, Л.Цой и др.) таким проектом стало Третье транспортное кольцо[5], в деятельности петербургской Лаборатории гуманитарных технологий (И.Постоленко, Е.Чернова) - реконструкция квартала. В последние пять лет к этому процессу подключились юристы, маркетологи, специалисты по связям с общественностью. Таким образом сформировался «организационный» блок в градостроительной деятельности. Назовем его «к-организационным», потому что методы и результаты его работы приводят к применению конфликтологического подхода в большей или меньшей степени.[6] Проектный блок при этом остается «ф-проектным», так как специалисты, его выполняющие воспитаны в функциональной парадигме. Из нескольких вариантов компоновки структуры градостроительной деятельности ни один не обеспечивает успешности всего поля потенциальных результатов. Причина в том, что «организационный» технологически ограничен в операциях с пространством, а «ф-проектный» по определению может принимать в работу и производить лишь непротиворечивые позиции.

Кроме того, из вышеизложенных рассуждений складывается еще одно утверждение, что градостроительная ситуация (система), как предмет проектирования и деятельности, является не только «совокупностью пространственно организованных и взаимосвязанных материальных элементов – технически освоенных территорий, зданий и сооружений, дорог и инженерных коммуникаций, совместно с природными компонентами формирующих среду общественной жизнедеятельности на разных территориальных уровнях»[7], но социально-пространственным взаимодействием, то есть системой, включающей пространственные элементы и социальных субъектов и связи между ними. Это понимание основано на исследованиях «среды» (Л.Коган), конфигурации пространства (Б.Хиллер), подходах градостроителей К.Линча, В.Глазычева, социологов - Г.Зиммеля, П.Бурдье, А.Лефевра, Э.Дюргейма, Т.Дридзе и множества других. «Пространство, не отражает общества, оно выражает его, это фундаментальное измерение общества, неотделимое от общих процессов социальной организации и социального изменения», пишет американский социолог М.Кастелс[8]. И это еще один аспект, который ставит проблему перехода от функциональной модели градостроительной деятельности к конфликтной - социально-пространственно ориентированной.

Что означает конфликтность социальной системы и невыраженность позиций для градостроительной деятельности? Невыраженность позиций и часто отсутствие информационного поля в градостроительстве (информирования о проектах в частности) приводит к тому, что конфликт разворачивается фактически на стройплощадке. В Новосибирске такие случаи известны – это строительство гостиницы в Нарымском сквере. Такая динамика конфликтной ситуации приводит еще к одному результату – если проект вовремя не остановлен, а реализуется, возможно что объект попросту не будет функционировать. Это в принципе «обычная» с точки зрения модели конфликта В.Светлова[9] дисбалансированная система – в нашем примере – социально-пространственная, несбалансированная связь в которой не позволяет исполнять системе свою функцию. В случае, если систему составляют девелоппер и его объект, или, например, муниципалитет и парк «Городское начало», как это получилось в Новосибирске, то мы имеем конфликт: парк не функционирует из-за ошибок, допущенных при разработке проекта. В том числе – из-за дисбаланса связей позиции муниципалитета-парка с близлежащими социо-пространственными системами – «тихого центра», «октябрьского района». Этот аспект проблемы ставит задачу соотнесения динамики конфликтного взаимодействия социально-пространственных систем и динамической структуры проекта. Конфликтовать следует как можно раньше – на стадиях предпроектного исследования или проектной разработки, а их результаты закреплять в процессе экспертизы, проектирования и застройки.

Итак, необходимо сформулировать требования к модели градостроительной деятельности в условиях современного российского общества. В такой модели учитываются: множество участников градостроительной деятельности, конфликтность их интересов, невыраженность социальных групп и отдельных позиций, ориентация на изменение, социально-пространственная связь, соотнесение проекта с динамикой конфликта.

Организационные методы в структуре градостроительного проекта, процесса, рассматриваемые западными исследователями - конфликтологом Л.Сасскиндом, градостроителями Д.Форрестером, Г.Эдельманом позволяют сформировать необходимые позиции в переговорном процессе, поставить задачу перед проектировщиком. Однако группа бельгийских архитекторов (Б.ДеМёлдер и другие) предполагают, что в конфликтных ситуациях нужно использовать проектирование для их разрешения, а не наоборот - а не организационными методами вести градостроительную деятельность[10].

Проблема разрешается формированием подхода к градостроительной деятельности, в рамках которого существует вышеупомянутое «к-проектирование», то есть конфликтологическое градостроительное проектирование, позволяющее увязать социальное и пространственное развитие, разрешить конфликтные ситуации между множеством участников градостроительного процесса, соотнести динамику конфликта и проекта. Для того чтобы сформулировать комплексный подход следует пересмотреть структуру градостроительной деятельности и ее элементов, выявить их специфические для условий теории конфликта характеристики, возможно – дополнить новыми.

Принципиально иной становится структура градостроительной ситуации – это социально-пространственное взаимодействие множества субъектов и объектов, образующих систему, структурные связи которой могут быть несбалансированными, а следовательно вся система может переходить в состояние конфликта (согласно структурной модели конфликта В.Светлова[11]).

Конфигурационный анализ (подход английского архитектора Б.Хиллера)[12], схематизирующий пространство как систему связей, барьеров и узлов, позволяет перейти от реальной территории к ее структурной схеме как социально-пространственной системе. Эти связи и барьеры имеют двойное назначение – организационное (потоки информации, транспортные, социальные – взаимодействия или общения, и др.) и пространственное (дорога, тротуар, стена, перепад рельефа).

Кроме субъектов и объектов в ситуации можно выделить сложившиеся позиции – А,Крашенинников[13] называет схожие конструкции социально-пространственными комплексами,– это устойчивые системы из социальных субъектов и пространственных объектов, субъективные ситуации.

Одной из специфических характеристик градостроительной ситуации, коммуникаций, связывающих ее элементы, и позиции является конфликтность. Конфликтность определяется качественными характеристиками элементов ситуации – субъектов и объектов, которые в свою очередь обладают свойствами гибкости и толерантности. Гибкость определяется устойчивостью и способностью элемента к изменениям, толерантность – совместимостью элемента ситуации с другими. Примером гибкого социального субъекта является молодежная субкультура, осваивающая различные пространства для своей деятельности. Нетолерантными во многом являются представители ортодоксальной православной церкви, традиции которой налагают определенные ограничения на характер освоения пространства. Примером такой несовместимости можно считать запрет на расширение кинотеатра им. Маяковского в Омске под предлогом соседства с культовым сооружением. Эти характеристики определяют несбалансированность связей системы (ситуации, позиции).

Градостроительное проектирование в данной структуре становится проектной стратегией управления конфликтной ситуацией, так как в этом процессе изменяются качественные характеристики объектов. Для повышения качества градостроительного проектирования целесообразно включить в него организационный уровень (а не отдельный блок), на котором проектируются качества социальных субъектов ситуации и социально-пространственных связей.

Таким образом динамическая структура проекта должна соответствовать динамике развития конфликтной ситуации, такая установка, в частности, прослеживается в работах конфликтологов Е.Черновой и И.Постоленко[14]. Сопоставление динамики конфликта, сформулированной в работах конфликтолога А.Анцупова[15], и структуры проекта приводит к следующей схеме процесса: латентная стадия конфликта происходит на первых этапах предпроектной стадии. Собственно конфликт проводится либо в организационном формате (публичных слушаний, общественной экспертизе, информационном противостоянии) – что соответствует организационной стратегии управления – либо в проектном формате на стадиях разработки альтернатив развития ситуации, общественной экспертизе проекта – что соответствует проектной стратегии управления конфликтом. Разрешение конфликта лежит в проектной плоскости – формулируется в виде концепции социально-пространственного развития. Переформатирование участников конфликта и переход от противостояния к фазе взаимодействия происходит на проектной стадии и на стадии постпроектной, во время реализации положений концепции и эксплуатации объекта.

Требуется расширение типологии пространственных объектов. В анализ обычно включается реальная территория, ранее выполненные проектные решения и задание на проектирование, исходящее от инициатора проекта, то есть реальный, проектный и концептуальный уровень. Следует дополнить этот ряд типом «интереса» как пространственным объектом. Связь социального субъекта с собственным интересом определяет насколько задействован этот субъект в градостроительной ситуации. Американский социолог «Албион Смолл определяет интерес довольно туманно: как “неудовлетворенную способность, соответствующую нереализованному условию и направленную на такое действие, которое реализует указанное условие”. Наиболее общие классы интересов: здоровье, благосостояние, общение, познание, красота, справедливость. Интерес имеет два аспекта: субъективный – желание, и объективный – то, в чем испытывается потребность, “желаемая вещь”»[16]. Включение интереса в пространственный уровень позволяет при анализе перейти к социальному уровню – социальным субъектам ситуации.

Социальный субъект градостроительной деятельности – лицо или группа лиц, влияющих на проектирование, чьи интересы затрагиваются в ходе проектирования, которые выражают интерес к проектированию[17]. Социальные субъекты рассматриваются согласно их целеполаганию и интересам по отношению к пространству и ситуации, но не в качестве анонимного неделимого «населения».

С точки зрения методологии, в проектировании выделяются два уровня – стратегии и методики. Стратегическим содержанием проектирования становится процесс развития градостроительного конфликта. Методика содержит методы градостроительной конфликтологии (методы управления конфликтом) – диагностики, анализа, регулирования конфликтных ситуаций.

Методы градостроительной конфликтологии включают в себя технологии функционального градостроительного проектирования, социального прогнозирования и программирования, управления конфликтами, социо-пространственного анализа.

В заключении приведу конкретный пример, демонстрирующий переход от функциональной модели проектирования к конфликтологической. Это концепция развития участка по ул.Суворова в г.Омске (АА РИМ, 2008 год, арх.Е.О.Фрейдин, О.М.Фрейдин). В процессе работы над проектом было выполнено несколько эскизных проработок, одна из которых представлялась на общественном совете Союза Архитекторов (функция общественной экспертизы), где были предъявлены позиции, противоречащие позиции девелоппера. Архитекторы проанализировали требования обеих сторон, в том числе – юридическую расчлененность территории (на 7 частей), необходимость выделения общественных сервитутов для входа в зону отдыха и хоз.блок паркового хозяйства, соседство с мемориальным комплексом и учреждениями здравоохранения, а также сохранения групп зеленых насаждений. Концептуальное решение, утвержденное впоследствии, явилось результатом конфликтного взаимодействия разных субъектов и объектов, диагностированное в процессе анализа ситуации и публичных обсуждений, а сценированное «на бумаге».


И одно лирическое отступление. Архитектор или градостроитель в проектном процессе является лицом, придающим окончательную форму проектному решению. При наличии профессиональной позиции этот процесс может быть направлен на представление и усиление слабых позиций – невыраженного городского сообщества, пользователей мемориального парка (как в примере), маргинальных социальных групп (молодежных субкультур). Это идеалистическая позиция, которая помогает исключить серьезные ошибки при проектировании в рамках представлений об обществе как однородной устойчивой системе.

Конкретизация и развитие идей о методологии (целях, структуре и содержании) градостроительного проектирования в условиях конфликтного общества является одной из актуальных задач научного исследования.


-----

[1] Hudson Barclay M. Comparison of Current Planning Theories: Counterparts and Contradiction// APA JOURNAL, Октябрь 1979.- с.387-398

[2] Смелзер Н. Социология. М.: Феникс, 1994.

[3] Козер Льюис Функции социального конфликта.- М, 2000.- с.26

[4] Авдотьин Л.Н. и др. Градостроительное проектирование: Учеб.для вузов/ Л.Н.Авдотьин, И.Г.Лежава, И.М.Смоляр.- М.: Стройиздат, 1989.- с.6

[5] Городской конфликт в градостроительной практике: технология согласования интересов//Цой Л.Н. Практическая конфликтология. Книга первая.- М.: Изд-во ООО ИЦП «Глобус», 2001.

[6] Примером может служить ситуация, описанная в статье Е.Черновой, когда готовый «ф-проект» был вынесен на публичные слушания, см. Сценирование публичных слушаний в ситуации градостроительного конфликта / Е.Б. Чернова // Строительство и транспорт - 2008 - № 15. - С.42-46, а также технология информирования жителей, описанная в статье Л.Цой, С.Сергеева, см. Принципы информирования жителей при реализации градостроительных проектов //Социальное управление, коммуникация и социальные проектные технологии. Материалы Всероссийской конференции приуроченной к 75-летию со дня рождения профессора Тамары Моисеевны Дридзе, 5-6 октября 2005 г. Редколлегия А.В.Тихонов (отв. ред.), и др. - М.: Институт социологии РАН, 2006, С. 359-370. (режим доступа: http://odn2.ru/bibliot/tsoi_sergeev_prin_inform.html)

[7] Основы теории градостроительства: Учебн. для вузов спец. «Архитектура» / З.Н.Яргина, Я.В. Косицкий, В.В. Владимиров и др.– М.: Стройиздат, 1986

[8] Manuel Castells, Ida Susser The Castells Reader on Cities and Social Theory.- Malden, MA: Blackwell Publishers, 2002.- 431 pp

[9] Светлов В.А. Конфликт: модели, решения, менеджмент.- Спб.: Питер, 2005.- 540 с.: ил.

[10] De Meulder, Bruno; Loeckx, Andre; Shannon, Kelly A Project of Projects//Urban Trialogues.- 2005

[11] Светлов В.А. Конфликт: модели, решения, менеджмент.- Спб.: Питер, 2005.- 540 с.: ил

[12] Hillier, Bill Space is the machine: A configurational theory of architecture.- 2007 (Режим доступа: www.spacesyntax.com)

[13] Крашенинников А.В. Жилые кварталы: Учеб. пособие для архит.строит.спец.вузов/ Под общ.ред. Н.Н.Миловидова, Б.Я.Орловского, А.Н.Белкина.- М.: Высш.шк., 1988.- 87 с.: ил.

[14] Постоленко И., Чернова Е. Конфликтологические разработки в территориальном планировании//Управление развитием территории №2.-2007

[15]Анцупов А.Я., Шипилов А.И. Конфликтология: Учебник для вузов. 3-е изд. – СПб.:Питер, 2007. – 496 с.: ил.

[16] Гофман А.Б. Семь лекций по истории социологии. М.,"Мартис", 1995

[17] Mathur Vivek N., Price Andrew D.F., Austin Simon, Moobela Cletus Defining, identifying and mapping stakeholders in the assessment of urban sustainability.- International Conference on Whole Life Urban Sustainability and its Assessment Glasgow, 2007

Проект многофункционального общественного комплекса по ул.Суворова в Омске, 2008 г.

11 Мая 2010

Е.О. Фрейдин

Автор текста:

Е.О. Фрейдин
Похожие статьи
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
От музы до главной героини. Путь к признанию творческой...
Публикуем перевод статьи Энн Тинг. Она известна как подруга Луиса Кана, но в то же время Тинг – первая женщина с лицензией архитектора в Пенсильвании и преподаватель архитектурной морфологии Пенсильванского университета. В статье на примере девяти историй рассмотрена эволюция личностной позиции творческих женщин от интровертной «музы» до экстравертной креативной «героини».
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Неизвестный проект Ивана Леонидова: Институт статистики,...
Публикуем исследование архитектора Петра Завадовского, обнаружившего неизвестную работу Ивана Леонидова в коллекции парижского Центра Помпиду: проект Института статистики существенно дополняет представления о творческой эволюции Леонидова.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
Технологии и материалы
Шесть общественных комплексов, реализованных с применением...
Технологии КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ® давно завоевали признание в отечественной строительной отрасли. Особенно в области общественных зданий, к которым предъявляются особые требования по безопасности, огнестойкости, вандалоустойчивости. При этом, технологии «сухого строительства» значительно сокращают монтажные работы.
Кирпич плюc: с чем дружит кладка
С какими материалами стоит сочетать кирпич, чтобы превратить здание в архитектурное событие? Отвечаем на вопрос, рассматривая знаковые дома, построенные в Петербурге при участии компании «Славдом».
Pipe Module: лаконичные световые линии
Новинка компании m³light – модульный светильник из ударопрочного полиэтилена. Из такого светильника можно составлять различные линии, подчеркивая архитектуру пространства
Быстро, но красиво
Ведущий производитель стеновых ограждающих конструкций группа компаний «ТехноСтиль» выпустила линейку модульных фасадов Urban, которые можно использовать в городской среде.
Быстрый монтаж, высокие технические показатели и новый уровень эстетики открывают больше возможностей для архитекторов.
Фактурная единица
Завод «Скрябин Керамикс» поставил для жилого комплекса West Garden, спроектированного бюро СПИЧ, 220 000 клинкерных кирпичей. Специально под проект был разработан новый формат и цветовая карта. Рассказываем о молодом и многообещающем бренде.
Чувство плеча
Конструкция поручней DELABIE из серии Nylon Clean дает маломобильным людям больше легкости в передвижениях, а специальное покрытие обладает антибактериальными свойствами, которые сохраняются на протяжении всего срока эксплуатации.
Красный кирпич от брутализма до постмодернизма
Вместе с компанией BRAER вспоминаем яркие примеры применения кирпича в архитектуре брутализма – направления, которому оказалось под силу освежить восприятие и оживить эмоции. Его недавний опыт доказывает, что самый простой красный кирпич актуален.
Может быть даже – более чем.
Стекло для СБЕРа:
свобода взгляда
Компания AGC представляет широкую линейку архитектурных стекол, которые удовлетворяют современным требованиям к энергоэффективности, и при этом обладают превосходными визуальными качествами. О продуктах AGC, которые бывают и эксклюзивными, на примере нового здания Сбербанк-Сити, где были применены несколько видов премиального стекла, в том числе разработанного специально для этого объекта
Искусство быть невидимым
Архитекторы Александра Хелминская-Леонтьева, Ольга Сушко и Павел Ладыгин делятся с читателями своим опытом практики применения новаторских вентиляционных решеток Invisiline при проектировании современных интерьеров.
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Сейчас на главной
Жизнь в лесу
Комплекс апартаментов в Рощино от бюро GAFA по своему устройству напоминает глэмпинг: жильцы наслаждаются нетронутой природой карельского перешейка, при этом располагают городскими удобствами и возможностями для общественной жизни.
Зодчество: лауреаты 2022
В пятницу в Гостином дворе вручили награды фестиваля Зодчество 2022. Хрустальный Дедал достался ЖК Veren Village архитекторов АБ «Остоженка». Татлин, премию за проект, решили не присуждать. Рассказываем, кого наградили, публикуем полный список.
Школа как сообщество
Лондонское бюро AdjoubeiScott-Whitby Studio превратило здание Александровского училища в Калуге в уникальную школу на 150 учеников. Здание начала XX века адаптировали под британскую образовательную систему – как в программном смысле, так и в архитектурном.
Пена дней
В интерьере ресторана Sparkle бюро Archpoint переосмысляет эстетику винных погребов и обращается к образам, связанным с игристым вином – пузырькам, пене и жизнелюбию.
Небоскреб с оазисами
В Сингапуре завершено строительство небоскреба по проекту архитекторов BIG. Управляющим системами здания искусственным интеллектом и другими цифровыми компонентами занималось бюро CRA – Carlo Ratti Associati.
Королевство зеркал
На XXX по счету Зодчестве столько решеток и зеркал, что эффект дробления реальности на кусочки многократно усиливается. Только ради этого ощущения стоит посетить фестиваль. Но кроме того выставка богата, разнообразна и работает как хорошо отлаженная машина по всем направлениям: губернскому, студенческому, арт-объектному, круглостольному и прочим. Делать бы и делать такие фестивали.
Руин-бар
Нижегородский бар, спроектированный Fruit Design Studio, совмещает эстетику запустения с дворцовой роскошью, созданной из черновых материалов – бетона, армированного стекла и грубого металла.
Обещания и надежды
Объявлены шесть лауреатов Премии Ага Хана 2022. Они обещают лучшее будущее людям, демонстрируют новаторство и заботу о природе.
Оазис в дождливом городе
Бюро MAD Architects разработало интерьер первого в Петербурге коворкинга сети SOK. Его отличительная черта – обилие зелени и элементов биофильного дизайна, характерная для города колористика и отсылки к литературному наследию.
KOSMOS: «Весь наш путь был и есть – поиск и формирование...
Говорим с сооснователями российско-швейцарско-австрийского бюро KOSMOS Леонидом Слонимским и Артемом Китаевым: об учебе у Евгения Асса, ценности конкурсов, экологической и прочей ответственности и «сообщающимися сосудами» теории и практики – по убеждению архитекторов KOSMOS, одно невозможно без другого.
Глядя в небо
В Саратове названы победители фестиваля короткометражных любительских роликов, посвященных архитектуре. Фильм, приглянувшийся редакции, занял 1 место. Размышляем о типологии, объясняем выбор, «показываем кино».
Заплыв за книгами
Водоем на кровле у библиотеки в провицнии Гуандун сделал ее «подводной»: читатели как будто ныряют туда за книгами. Авторы проекта – 3andwich Design / He Wei Studio.
Мои волжские ночи
Павильон для кинопоказов и фестивалей на набережной Саратова: ажурные стены, пропускающие речной простор, и каннская атмосфера внутри.
Японский дворик
Концепция благоустройства жилого комплекса у Москвы-реки, вдохновленная модернистскими садами и японскими традициями: гравюры Кацусика Хокусай, герои Хаяо Миядзаки и пространства для созерцания.
Лекции отменяются
Новый корпус Амстердамского университета прикладных наук рассчитан на новый тип образования: меньше лекций, больше проектной работы.
Лаборатория для жизни
Здание Лаборатории онкоморфологии и молекулярной генетики, спроектированное авторским коллективом под руководством Ильи Машкова («Мезонпроект»), использует преимущества природного контекста и предлагает пространство для передовых исследований, дружественное к врачам и пациентам.
Индустриальная романтика
Atelier Liu Yuyang Architects превратило заброшенный корпус теплоэлектростанции и часть территории набережной реки Хуанпу в Шанхае в атмосферное городское пространство, романтизирующее промышленное прошлое территории.
Архивуд–13: Троянский конь
Вручена тринадцатая по счету подборка дипломов премии АрхиWOOD. Главный приз – очень предсказуемый – парку Веретьево, а кто ж его не наградит. Зато спецприз достался Троянскому коню, и это свежее слово.
Судьбы агломерации
Летняя практика Института Генплана была посвящена Новой Москве. Всего получилось 4 проекта с совершенно разной оптикой: от масштаба агломерации до вполне конкретных предложений, которые можно было, обдумав, и реализовать. Рассказываем обо всех.
Твой морепродукт
Пожалуй, первая в истории Архи.ру публикация, в которой есть слово «сексуальный»: яркий и чувственный интерьер для рыбного ресторана без прямых линий и прямолинейных намеков.
Каньон для городской жизни
В Амстердаме открылся комплекс Valley по проекту MVRDV: архитекторы соединили офисы, жилье, развлекательные заведения и даже «инкубатор» для исследователей с многоуровневым зеленым общественным пространством.
Интерьер как пейзаж
Работая над пространствами отеля в Светлогорске, мастерская Олеси Левкович стремилась дополнить впечатления, полученные гостями от природы побережья Балтийского моря.
Законченный образ
Каркасный дом с тремя спальнями и террасой, для которого архитекторы продумали не только технологию строительства, но и обстановку – вся мебель и предметы быта также созданы мастерской Delo.