«Дворы» на Гудзоне

С недавних пор линия горизонта Манхэттена пополнилась новыми высотными доминантами – это башни нового многофункционального комплекса Хадсон-Ярдс, парящие над рядами железнодорожных путей, где отдыхают поезда, ожидая отправления с Пенсильванского вокзала.

Автор текста:
Марина Новикова

mainImg
Пять башен из стекла и стали стоят вокруг площади словно великаны из второй книги Джонатана Свифта о приключениях Гулливера и наблюдают, как у их ног карабкаются вверх и вниз по сплетенной из лестниц корзине крошечные человечки.
  • zooming
    1 / 3
    Арт-объект Vessel
    Фотография: Michael Moran для Related-Oxford
  • zooming
    2 / 3
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    3 / 3
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова

Комплекс небоскребов в западном Мидтауне, появившийся в результате инвестирования двадцати пяти миллиардов долларов, двенадцати лет проектирования и шести лет строительства, признан самым масштабным и самым дорогим девелоперским проектом в Нью-Йорке.

В мире существуют образцы подобного многоэтажного рая для людей, проводящих в офисе большую часть суток, для тех, кому важно получить весь набор приятных возможностей, укладывающихся в понятие «комфортная жизнь», в одном месте – от люксового шопинга и авторских ресторанов до развлечений под облаками и ярких культурных событий. Взять хотя бы наш московский Сити – предлагая именно такой стиль жизни, он населен и востребован поколением молодых, амбициозных людей, стремящихся минимизировать передвижения по городу.

И все же для Нью-Йорка Хадсон-Ярдс – это принципиально новый проект, проект города-государства, частного анклава внутри гигантского мегаполиса, срежиссированного одним человеком – Стивеном Россом.
  • zooming
    1 / 7
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    2 / 7
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    3 / 7
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    4 / 7
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    5 / 7
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    6 / 7
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    7 / 7
    Хадсон-Ярдс
    Фотография: Марина Новикова

История участка с железнодорожными путями Пенн-стейшн, заключенного в прямоугольнике между 10-й и 12-й авеню и 30-й и 34-й улицами, – это история западной части Махэттена вдоль реки Гудзон. В 1970-е территорию, исторически населенную причалами, складами и промышленными предприятиями, под флагом урбанистического тренда, названного джентрификацией, начали освобождать для строительства жилых и офисных зданий. С Хадсон-Ярдс дело обстояло сложнее – здесь сошлись два противоречивых сценария жизни городской территории: пути для поездов должны существовать и функционировать, и – город должен развиваться. Единственным решением могла быть только гигантская платформа, накрывающая железнодорожные пути – задача архимасштабная и архидорогостоящая. И такая платформа над путями, толщиной в семь метров, вобравшая в себя инженерные коммуникации, была построена. На ней разместился комплекс элитной недвижимости – новый Хадсон-Ярдс. Но это потом. А в начале двухтысячных, когда мэром Нью-Йорка был Майкл Блумберег, на этой площадке обсуждалось строительство стадиона – идея подпитывалась амбициями Нью-Йорка на проведение Олимпийских игр. Довольно быстро идея Олимпийских игр умерла, а вместе с ней отказались и от строительства стадиона на Хадсон-Ярдс. У города в лице администрации денег и новых идей не появилось, и участок был продан частному инвестору. Кстати, виды на участок имел и Дональд Трамп, но ему не повезло, он опоздал и участвовал в сделке как посредник.

И вот весной этого года строительство первой очереди нового комплекса было в основном завершено. Между 10-й и 11-й авеню появились пять башен, концертно-выставочное пространство и гигантский арт-объект в центре композиции. Проектирование отдельных участков вели пять архитектурных команд и два консорциума.

Kohn Pedersen Fox спроектировали офисные башни Хадсон-Ярдс 10, Хадсон-Ярдс 30 и торговый центр. Похожие на стеклянные скалы с острыми, устремленными вверх гранями небоскребы фланкируют протяженное семиэтажное здание молла. Ощущение протяженности усиливается горизонтальным членением стеклянного фасада металлическим ламелями. В башне 30, самой высокой из всех, на отметке 335 метров от уровня земли есть смотровая площадка, выступающая на 20 метров от фасада. Смотровая площадка на небоскребе – практически обязательный аттракцион для любителей взглянуть на окрестности из-под облаков. С башни Хадсон-Ярдс 30 можно увидеть Эмпайр-Стэйт-билдинг, а обернувшись к реке – разглядеть застройку Нью-Джерси на противоположном берегу.

Башня 55 по проекту Kevin Roche, John Dinkeloo & Associates – самая низкая из пяти, всего 244 метра – с фасадом-сеткой из изогнутых стальных рам. Рядом с ней 300-метровая прямоугольная в плане башня 35, где разместились офисы, отель и аппартаменты, построенная по проекту Дэвида Чайлдса и SOM.

Diller Scofidio + Renfro вместе с Rockwell Group спроектировали башню 15 – цилиндрическое здание с жилыми аппартаментами – и концертно-выставочный зал The Shed. О «сарае» стоит сказать отдельно. Телескопическая структура, заключенная в дутую облочку, встроена в основание башни на уровне нижних этажей. С помощью гигантских колес на рельсах она способная трансформироваться, то увеличиваясь, то уменьшаясь, в зависимости от масштаба мероприятия.

Шестая высотка, по проекту Foster + Partners, строится, и будет открыта в 2022.

Арт-объект Томаса Хезервика – Vessel – установлен на площади между башнями. Конструкция высотой 46 метров своей структурой и формой напоминает гигантскую корзину для бумаг, сплетенную из лестниц. Ее полированные стальные поверхности цвета меди множат отражения до бесконечности. Две мили лестниц Vessel никуда не ведут, все. для чего они служат – это взбираться наверх, разглядывать окрестности и делать селфи на фоне урбанистического ландшафта, что, безусловно, роднит творение Хизервика с парящим мостом в парке «Зарядье». Еще больше эти два объекта сближает критика: 200 миллионов долларов, потраченные на строительство Vessel, раздражают жителей Нью-Йорка, не без некоторых оснований полагающих, что эти деньги могли бы принести обществу большую пользу, чем быть потраченными на гигантский аттракцион.
Арт-объект Vessel
Фотография: Getty Images

Можно ли назвать архитектуру башен выразительной? Пожалуй, что нет. Ни одна из привлеченных к проектированию известных команд не создала объект, который можно было бы поставить в одном ряду со многими их предшествующими работами. Что в этом проекте действительно выразительное, так это композиция, которой не откажешь в продуманности и завершенности. Все высотки Хадсон-Ярдс расставлены по границам участка и ориентированы на площадь между ними. Именно на площадь с гигантской скульптурой Томаса Хезервика смотрят главные фасады башен и молла. В этой композиции площадь – это парадная на открытом воздухе, озеро, из которого по направлению к Даунтауну вытекает Хай-Лайн, сцена, где происходит главное действо – толпы людей устремляются к Vessel, чтобы подняться на верхний его уровень и сделать селфи. Остальному Манхэттену отводится роль задворков, закулисья, и это ощущение усиливается из-за вытянутого вдоль 10-й авеню здания молла, которое блокирует 31-ю и 33-ю улицы, упирающиеся в его тыльный, не слишком выразительный фасад, и не пускает город через себя, нарушая проницаемость, свойственную квартальной застройке. И здесь возникают вопросы. Частный город-государство внутри мегаполиса со всеми атрибутами частного проекта – собственными правилами, армией охранников, брендированный от мощения до шпиля на башне, – это исключительная история или новый урбанисический тренд? Это стечение многих обстоятельств или будущее городов?
  • zooming
    1 / 4
    Арт-объект Vessel
    Фотография: Francis Dzikowski для Related-Oxford
  • zooming
    2 / 4
    Арт-объект Vessel
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    3 / 4
    Арт-объект Vessel
    Фотография: Марина Новикова
  • zooming
    4 / 4
    Арт-объект Vessel
    Фотография: Марина Новикова


08 Июля 2019

Автор текста:

Марина Новикова
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Питеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Сейчас на главной
Деревянное будущее
Бюро Рейульфа Рамстада выиграло конкурс на проект нового крыла музея корабля «Фрам» в Осло: проект называется Framtid – «будущее».
Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...
«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.
Облако на холме
Бюро Alvisi Kirimoto завершило реконструкцию разрушенной землетрясением музыкальной школы в итальянском Камерино. Реализовать проект удалось менее чем за 150 дней.
От пожара до потопа
Награждение одиннадцатого АрхиWOODа прошло в виде конференции zoom, но не менее продуктивно и оживленно, чем всегда. Гран-при получил Сожженный мост, многозначная масленичная затея из Никола-Ленивца, а призы в главной номинации – Тотан Кузембаев за свой собственный дом в деревне Лиды и Денис Дементьев за дом на склоне в деревне Ромашково. Вашему вниманию – репортаж с награждения, которое длилось 4 часа, предоставив возможность высказаться всем заинтересованным профессионалам.
Деревянный рай
Квартал по проекту Berger + Parkkinen и Querkraft в районе Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства новой ратуши по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.