«Молодым архитекторам нужно давать не советы, а возможности»

Московский архитектор Мария Крылова – об учебе по градостроительным программам в МАРХИ и в Дармштадтском техническом университете.

mainImg


Архи.ру:
– Расскажите о вашей учебе в МАРХИ.

Мария Крылова:
– Изначально учиться в МАРХИ было моей мечтой, а процесс подготовки к поступлению можно описывать в отдельной статье… На первом и втором курсе я училась у Натальи Сапрыкиной, а с третьего курса – поступила в группу Александра Малинова на факультет градостроительства. Мне нравится градостроительный масштаб и большое количество аналитической работы, которая предшествует проекту. В процессе учебы мне немного не хватало ощущения реальности проектов, которые мы делали, и я устроилась в архитектурное бюро: меня привлекала «настоящая» работа. Я закончила институт в 2013 году, защитив диплом с концепцией развития Домодедовского района на основе взаимодействия города и аэропорта.





– Как вам пришла в голову идея поехать учиться за границу, и чем был обоснован выбор страны, куда вы уехали – Германии?

– Я с первого курса знала, что поеду учиться за рубеж, чтобы получить дополнительное образование и расширить границы своих профессиональных знаний. Мой отец, преподававший в МГУ и в Стэнфордском университете, очень поддерживал эту идею. Сначала я планировала ехать во Францию, потому что мне очень нравится эта страна, но я встретила молодого человека, который уехал учиться в Германию. Я не могу сказать, что полюбила эту страну, но очень довольна качеством образования и просто удобством повседневной жизни там.

zooming
Мария Крылова
zooming
Центральный корпус Дармштадтского технического университета. Фото предоставлено Марией Крыловой



– С какими сложностями вы столкнулись при оформлении документов на выезд?

– Очень трудоемка подготовка всех документов: сначала – для поступления на выбранную учебную программу, затем – для подачи на визу, а после этого – для продления визы в Германии.

Для поступления нужно было получить сертификат о знании языка, подготовить CV, мотивационное письмо, рекомендательные письма от преподавателей, сканы дипломов и даже зачетной книжки, а также свидетельство об окончании средней школы. Претендентов на программу выбирали, основываясь на их мотивации, образовании и опыте работы. Для подачи на визу часть документов нужно было перевести на немецкий и проставить апостиль. Помимо этого, необходимо было открыть счет в немецком банке и перевести минимальную сумму на год (в Германии это 8000 евро), заплатить за обучение. Документы на программу я отправила в конце ноября 2013 года, а визу в Германию мне выдали в конце сентября 2014: на все ушло около девяти месяцев.

Въездную студенческую визу в немецком посольстве в России выдают только на 3 месяца, а по приезде в Германию ее нужно продлевать. Чтобы это сделать, надо снять жилье, зарегистрироваться по месту жительства, оформить страховку, пройти регистрацию в институте и получить документы, подтверждающие учебу, а также взять выписку из банка о наличии средств на счете. После этого – записаться на прием в ведомство по делам иностранцев и с полным пакетом документов подать заявление на продление визы. В целом, процесс сбора и подачи документов в Германии не такой уж и сложный, но все равно поначалу все кажется запутанным, особенно из-за языкового барьера. Нужно отдать должное менеджерам моей учебной программы, которые отвечали на все вопросы, устраивали семинары, на которых можно было узнать все необходимое, и связывали нас с другими студентами, которые уже прошли этот путь.

zooming
Группа учебной программы Mundus Urbano. Фото предоставлено Марией Крыловой



– Как проходил процесс адаптации в новой стране?

– В Европе много людей говорит на нескольких языках, и это является нормой. Подразумевается, что английский знают все, поэтому в большей степени ценится знание местного языка и какого-то дополнительного в качестве бонуса. Это становится особенно важным на этапе поиска работы или даже стажировки (которая обязательна в рамках моей программы). В процессе обучения, конечно, английского достаточно, тем более что английских программ много. Я училась на английском, и мне нужно было предварительно сдать IELTS на оценку не ниже 6,5. По моим ощущениям, лучше знать язык на более высоком уровне, потому что даже с английским сначала было сложно концентрироваться на лекциях и вопринимать большой поток информации. На мой взгляд, самый большой прогресс дает общение с носителями языка и постоянное чтение литературы.

В Дармштадте, где я училась, остро стоит проблема с жильем. Сам город – совсем небольшой с населением в 145 тысяч человек, из которых 30 тысяч – это студенты. Средняя стоимость аренды комнаты составляет порядка 300 евро и выше из-за большого спроса, а все, что дешевле, приходится долго искать или снимать короткими промежутками у тех людей, которые на несколько месяцев уезжают на стажировку или по работе. Также сложность заключается в том, что, когда человек ищет комнату в квартире, то нужно прежде всего понравиться тем, кто там уже живет, а это значит, что по каждому возможному варианту жилья нужно встречаться и общаться с этими людьми, на что тоже уходит время. У меня шла интенсивная учеба с утра до вечера, и потому не было времени на поиски. Мне нужен был официальный арендный договор для продления визы, и я в итоге сняла комнату в только что отремонтированном доме через фирму, что получилось дороже, но проще.

Первый год я постоянно находилась в среде своих одногрупников – таких же, как я, иностранных студентов со всего мира. Название моей программы можно перевести как «Международные отношения в градостроительном развитии» (International Cooperation and Urban Development), и всех учащихся принципиально подбирали из разных стран (в моем потоке были Россия, Италия, Канада, Доминиканская республика, Индонезия, Китай, Турция, Мексика, Гватемала, Иордания, Черногория, Греция, Сирия, Эфиопия, Кения, Гана, Ямайка), поэтому мы были слегка обособленной от немецких студентов группой. Благодаря особенностям организации программы, мы постоянно находились вместе, работали в командах. Учеба больше всего помогала адаптироваться в стране, потому что все время нужно было что-то делать. Плюс ко всему на каждых выходных и в каникулы я ездила к мужу в Дюссельдорф (в трех часах езды от Дармштадта), что, естественно, помогало отдохнуть.

Вопреки своим собственным ожиданиям, в первый год я не почувствовала какой-то острой разницы менталитетов, наоборот, я пришла к выводу, что люди везде одинаковы. Я гораздо острее чувствовала разницу за пределами института, в обычной, повседневной жизни. Первое впечатление, когда переезжаешь – это то, что все вокруг другое. Не плохое или хорошее, а просто отличающееся от привычного. Еще по сравнению с Москвой чувствуется разница в темпе жизни.

zooming
Презентация проекта в группе учебной программы Mundus Urbano. Фото предоставлено Марией Крыловой



– Какой была учеба в Дармштадте?

– Первый год у меня была интенсивная программа. С 9-ти утра до полудня проходили курсы по выбору, например, немецкий, экономика, европейское градостроительство; основные занятия – с 13 до 18 часов, а вечером нужно было готовить письменные задания и презентации, которые являлись итогом работы и проходили каждую пятницу. В перерывах между учебой проводились конференции, экскурсии, лекции приглашенных преподавателей, а также международные вечера, где студенты из разных стран собирались и делились опытом. Когда мы ездили на конференцию в Рим, я подумала, что нужно всех студентов-первокурсников в рамках «введения в профессию» возить в Италию, потому что эта страна – настоящее воплощение красоты.

Дармштадт можно назвать чем-то вроде академгородка, где университету принадлежит большое количество зданий и территорий по всему городу. Сам университет – технический, с хорошо развитыми факультетами физики, химии, IT, медицины и др. У него много спонсоров и сотрудничающих с ним потенциальных работодателей, чьи заводы и офисы расположены в относительной близости. Вуз привлекает своей инфраструктурой и постоянно расширяется, ремонтируется и оснащается современной техникой. За счет этого создаются по-настоящему классные условия для учебы. Одно из моих любимых мест – это библиотека: современное здание с просторными читальными залами и аудиториями.

Все лекции и семинары были разбиты на блоки по одной-две недели с разными преподавателями из разных стран (в моем потоке это были США, Индия, Австралия, страны Африки, Китай, Швейцария, Германия, Турция, Норвегия). Моя программа ориентирована на теоритические междисциплинарные знания. Мы изучали различные предметы, касающиеся градостроительного развития в целом и устройства городов: «Градостроительное планирование», «Глобализация», «Устойчивая архитектура», «Экономика в градостроительстве», «Маркетинг», «Сохранение культурного наследия», «Экология», «Безопасность в городах», «Партисипаторное проектирование» (проектирование, когда будущие жители непосредственно участвуют в процессе планировки), «Градостроительная инфраструктура», «Транспорт», «Организация реконструкции в экстремальных ситуациях», «Урбанизация и реорганизация трущоб», «Энергоэффективные технологии», «Статистика», «Проектное финансирование», «Политика и международное сотрудничество». Дополнительно у всех был свой набор курсов по выбору. По каждому блоку мы много читали, изучали информацию и готовили небольшой проект или письменную работу и презентацию.

zooming
Жилой комплекс «Лесная спираль» в Дармштадте по проекту Фриденсрайха Хундертвассера. Фото предоставлено Марией Крыловой



– Чем отличалась учеба в TU Darmstadt от МАРХИ?

– Для меня было непривычным то, что много времени в процессе учебы отводилось на обсуждение. Каждый студент должен был делиться своими мыслями, идеями и отзывами на прочитанную статью, просмотренный фильм или лекцию. На мой взгляд, подходы к выполнению проектов в России и за границей принципиально разные. В МАРХИ всегда ставят высокую планку для достижения цели. Выполнение проектов часто дается тяжелыми усилиями, но это является показателем правильности приложения сил. В Европе большее внимание уделяется личному пространству и идейному содержанию проекта, в постановке проблемы практически никогда не ставиться сверхзадачи. Если выполнение проекта вызывает напряжение, то его нужно пересмотреть и оптимизировать процесс таким образом, чтобы получить запланированный результат без видимой потери качества. В МАРХИ этот навык вырабатывается самостоятельно (или же не вырабатывается), а в Европе этому пытаются научить. В МАРХИ архитектора воспитывают как самостоятельную личность, умеющую бороться за свой проект до конца. В Европе большее внимание уделяется самой организации процесса и взаимодействию между людьми. Побочным эффектом российского подхода является то, что человек может «сгорать», а проекты выполняются нестабильно. Побочным эффектом европейской системы является стирание границы между минимализмом и отсутствием идеи. Если говорить о работе, то у молодого архитектора в России есть шанс получить «карт бланш» на по-настоящему интересную работу. В Европе такая ситуация вряд ли возможна.

zooming
Центральная площадь Дармштадта. Фото предоставлено Марией Крыловой



– Что дало вам образование в Германии, и что дало вам образование в МАРХИ?

– Я бы для себя еще отдельно выделила опыт работы как очень важный: он тоже многое дал. МАРХИ, мне кажется, дает больше, чем образование, он дает систему жизненных координат. Он формирует вкус, воспитывает характер и определенную устройчивость к стрессовым ситуациям, которые неизбежны в процессе учебы. С точки зрения прикладных знаний, понимания непосредственно процесса проектирования, мне гораздо больше дала работа над реальными проектами. Это было по-настоящему интересно, серьезно, ответственно. Я в большей степени училась делать проект не в институте, а на работе.

Образование за границей понравилось мне всем, в первую очередь, тем, что оно актуальное. Мы обсуждали современные проблемы, тенденции и возможные перспективы развития городов. Мне понравилась комплексность подхода. Мы рассматривали город как систему – с разных точек зрения, через разные дисциплины, в разных масштабах. И при этом все предметы так или иначе были связаны друг с другом, каждый новый блок добавлял знания и расширял представления о проблемах и взаимосвязях. Эта программа дала более комплексное, более широкое понимание глобальных процессов.

zooming
Дармштадт. Фото предоставлено Марией Крыловой



– Порекомендовали ли бы вы Дармштадтский технический университет другим российским студентам?

– Я бы порекомендовала и сам университет, и программу, по которой я училась. Программа Mundus Urbano организована четырьмя европейскими вузами и подразумевает систему двойного диплома, когда первый год вся группа учится в одной стране, а на второй год все разлетаются по разным странам – в партнерские вузы – и получают второй диплом в той стране, которую взяли по выбору.

В соответствии с программой можно выбрать второй страной Францию, Италию или Испанию. Но, помимо этого, можно поехать по обмену от университета (а не от архитектурного факультета) практически в любую страну мира. Так, несколько человек из моей группы уехали в Корею и Индонезию. Можно также остаться в Германии (как сделала я) и на второй год самостоятельно выбрать набор учебных курсов, преподавателей и режим обучения. Второй год отдается под стажировку и написание диплома. В общем и целом, программа очень гибкая, и каждый студент может подстроить ее под себя.

Основной принцип программы – междисциплинарность. В соответствии с ним даже студентов стараются подбирать из разных областей (в моем потоке были архитекторы, градостроители, инженеры, географ, социолог и журналист). Много времени посвящено анализу существующих тенденций и особенностей развития городов – не только как планировочной структуры, но как системы взаимосвязей.

Программу можно считать в большей степени теоритической. Студентов выбирают среди тех, у кого уже есть основное образование и опыт работы. Это своего рода «thinking outside the box» – переосмысление привычных стереотипов, получение новых знаний и комплексная аналитика.

zooming
Фото предоставлено Марией Крыловой



– Если бы можно было вернуться в прошлое, то как бы вы организовали свой процесс обучения архитектуре?

– У меня была сильная личная мотивация уехать – я уезжала к мужу, и это внесло коррективы в выбор страны и города обучения. Если бы я была независима, я бы все делала по-другому от начала и до конца. Я родилась и выросла в Москве, никогда не бежала отсюда с криками «пора валить» и не разделяю эту позицию. Мне кажется, что имеет смысл тратить свое время либо ради существенно лучших условий жизни, либо ради чего-то особенного, что важно для конкретного человека лично.

Я не хочу создать ложное впечатление о том, что за границей «трава зеленее». Человек, который уезжает, на мой взгляд, должен четко понимать, почему он это делает, и трезво оценивать свои возможности, в том числе и стрессоустойчивость. Какой бы прекрасной ни была другая страна, как минимум первый год уходит на адаптацию, на доучивание языка, на организационные хлопоты, на привыкание к чужой среде и т.д. С финансовой точки зрения, Германия, возможно, одна из самых благоприятных стран, тем более что на немецком языке здесь можно учиться бесплатно, но, тем не менее, надо учитывать, что рассчетных 8000 евро в год на полноценную жизнь в реальности не хватает. Остаться здесь на постоянное место жительство, если уже есть студенческая виза, не так сложно, но получить хорошую работу – сложно очень. Для работодателя иностранец – это дополнительные хлопоты с документами, и нужно обладать какими-то серьезными конкурентными преимуществами, чтобы претендовать на рабочее место. Поэтому, если человек не планирует оставаться, то я бы выбирала краткосрочные программы обучения, воркшопы и стажировки, которые повышают стоимость профессионала на российском рынке, но не отнимают столько времени, чтобы на момент возвращения этот рынок уже потерять.

– Чем вы занимаетесь сейчас?

– Я недавно закончила практику в немецком ландшафтном бюро в Дюссельдорфе. В Германии популярна тема благоустройства, организации общественных пространств и улучшения качества городской среды, поэтому ландшафтных бюро много. Для меня все там оказалось новым, начиная с того, что я никогда раньше не работала в этой сфере, и заканчивая изучением очередной компьютерной программы.

Меня взяли на работу с тендерами, работа по которым здесь популярна и является одним из стабильных источников получения заказов для компании. Непривычным было то, что очень много времени отводилось на обсуждение проекта. В Москве я привыкла, что на стадию эскизирования и создание идеи уходит мало времени, а основная часть работы приходится на подготовку чертежей. Здесь большая часть времени отводилась на поиск идеи, аналитику, обсуждение, и даже не столько на поиск в эскизировании, сколько на создание нарратива, «легенды» проекта. По общему впечатлению, проекты в Германии в принципе разрабатываются максимально лаконично, не ставится задачи кардинального изменения ситуации или создания «мега-проектов». В тройке «Польза, Прочность, …» на последнее место, скорее, можно поставить «чистоту» решения или эстетику минимализма.

С начала учебы я начала вести свой блог http://www.archiview.info про архитектуру, города, куда езжу, обучение и все, что кажется мне интересным. В свободное время я стараюсь больше путешествовать, занимаюсь живописью и учу язык.

– Дайте один совет начинающему архитектору.

– Я думаю, что молодым архитекторам нужно давать не советы, а возможности.

Мария Крылова
Блог: http://www.archiview.info
Сайт: http://www.mia-project.com
Страница в сети Facebook: https://www.facebook.com/maria.krylova.39
 

28 Апреля 2016

Дом-диплом
Студенты-магистры Каталонского института прогрессивной архитектуры (IAAC) в качестве дипломной работы спроектировали и реализовали павильон из инженерного дерева для наблюдения за фауной в барселонском природном парке Кольсерола.
Внезапный вызов к доске
Королевский институт британских архитекторов (RIBA) представил программу развития «Путь вперед», предполагающий переаттестацию его членов каждые пять лет и изменения в программе сертифицированных им вузов в пользу технических дисциплин. Причины – итоги расследования катастрофического пожара в лондонской жилой башне Grenfell и «климатическая ЧС».
Все о Эве
Общим голосованием студентов и преподавателей лондонской школы Архитектурной ассоциации выражено недоверие директору этого ведущего мирового вуза, Эве Франк-и-Жилаберт, и отвергнут ее план развития школы на ближайшие пять лет. В ответ в управляющий совет АА поступило письмо известных практиков, теоретиков и исследователей архитектуры, называющих итог голосования результатом сексизма и предвзятости.
МАРХИ-2019: 10 проектов на тему «Школа»
Школа для детей с инвалидностью, воспитательная колония для малолетних преступников, интернат для детей-сирот – студенты МАРХИ создают новый образ современного образования.
Технологии и материалы
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Сейчас на главной
Взгляд сверху
Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Звенья одной цепи
Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
DELO’вой подход
Компания DELO успешно ведет дела во многих архитектурно-дизайнерских областях. Для того чтобы наилучшим образом представить все свои DELO’вые ипостаси, она создала специальное пространство, в котором торговая, маркетинговая и рабочая функции объединены в единый, очень органичный и привлекательный формат.
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
IAD Awards 2026
В этом году среди призеров премии International Architecture & Design Awards целая россыпь российских проектов, преимущественно от московских бюро. Рассказываем подробнее об обладателях платиновых наград и показываем всех финалистов из номинации «Архитектура».
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
Северный ветер
Региональные бренды все чаще обзаводятся своими шоу-румами в лучших московских торговых центрах, и это дает возможность не только познакомиться с новыми именами в фэшн-дизайне, но и увидеть яркие произведения интерьерного дизайна от успешных бюро, достигших успеха в своих родных городах и уверенно завоевывающих столичный рынок.
Волна и камень: обзор проектов 20-26 апреля
Новые проекты прошедшей недели – все они, к слову, московские – позволяют говорить об интересе к бионическим формам. Пока что в достаточно простом их проявлении: вас ждем много волнообразных фасадов, изогнутых контуров, а также стилизованные «воронки» бутонов и даже прямые «цитаты» в виде огромных драгоценных камней. Часто подобные приемы кажутся беспочвенно заимствованными, редко – устойчивыми и экологичными.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.
Белые террасы в зеленом предгорье
Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.
Конопляный фасад
Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.
Малыми средствами
Главной архитектурной наградой ЕС, Премией Мис ван дер Роэ, отмечена функциональная «деконструкция» Дворца выставок в бельгийском Шарлеруа, а как работа начинающих архитекторов – спартанские временные помещения для Национального театра драмы в Любляне.
Архивные сокровища
Издательство «Кучково Поле Музеон» продолжило свою серию книг о метро новым сборником «Метро двух столиц: Москва – Будапешт: фотоальбом», в котором собрана богатейшая коллекция архивных и фотоматериалов, а также подробный рассказ о специфике двух очень непохожих метрополитенов: московского и будапештского.
Градостроительство в тисках нормирования?
В рамках петербургского форума «Архитектон» бюро «Эмпейт» и Институт пространственного планирования Республики Татарстан организовали день градостроительства – серию из трех дискуссий. Один из круглых столов был посвящен взаимовлиянию градостроительной теории и нормирования. Принято считать, что регламенты сдерживают развитие городов, препятствует появлению ярких проектов. Эксперты из разных городов и институций нарисовали объемную картину: нормы с трудом, но преодолеваются; бывает, что их гибкость приводит к потере идентичности; зачастую важна воля отдельной личности; эксперимент, выходящий за рамки градостроительного нормирования, все же необходим. Собрали для вас тезисы обсуждения.
В юном месяце апреле. Шанс многообразия
Наш очередной обзор запоздал дней на 10. А что вы хотите, такие перестановки в Москве, хочется только крутить головой и думать, что будет дальше – а также, расскажут ли нам, что будет дальше... В состоянии неполной информированности собираем крохи: проекты заявленные, утвержденные или просто всплывшие в информационном контексте. Получается разнообразно, хочется сказать даже – пестро. Лучшее, и хорошее, и забытое. Махровая эклектика балансирует с пышными fleurs de bon эмотеха на одних качелях.
Всматриваясь вдаль
Гордость за свой город и стремление передать его genius loci во всех своих проектах – вот настоящее кредо каждого питерского архитектора. И бюро ZIMA уверенно следует негласному принципу, без скидок на размеры и функцию, создавая интерьер небольшого магазина модной одежды LESEL так же, как если бы они делали парадную залу.
МАРШ: Шпицберген studio
Проектная студия «Шпицберген studio» 4 курса бакалавриата в 2024/25 учебном году была посвящена исследованию и разработке концепций объектов культурного наследия на архипелаге Шпицберген. Студенты работали с реальным брифом от треста Арктикуголь.
«Лотус» над пустыней
В Бенгази, втором по величине городе Ливии, российско-сербское бюро Padhod спроектировало многофункциональный центр «Лотус». Биоморфная архитектура здесь работает и как инженерная система – защищает от пыли, создает тень – и как новый урбанистический символ, знаменующий возвращение города к мирной жизни.
Школа со слониками
Девелопер «МетроПолис» выступил в несвойственной роли проектировщика при разработке для постконструктивистского детского сада со слониками в московском Щукино концепции реставрации и приспособления под современную школу. Историческое здание дополнит протяженный объем из легковозводимых деревоклееных конструкций. «Пристройку-забор»украсят панно с изображением памятников 1920-1930-х и зеленая кровля. Большим навесом, предназначенным для ожидающих родителей, смогут воспользоваться и посетители городского сквера «Юность».
Балконы в небо
Компактная жилая башня Cielo в индийском Нагпуре напоминает колос: необычную форму создают придуманные Sanjay Puri Architects двухэтажные балконы.
Гипербола в кирпиче
Апарт-комплекс «Маки» – третья очередь комплекса «Инские холмы» в Новосибирске. Проектная артель 2ПБ создала в ней акцент за счет контраста материалов и форм: в кирпичном объеме, тяготеющем к кубу, сделаны два округлых стеклянных «выреза», в которых отражается город. Специально для проекта разработан кирпич особого цвета и формовки. Рельефная кладка в сочетании с фибробетоном, моллированным стеклом и гранитом делают архитектуру «осязаемой». Также пространство на уровне улицы усложнено рельефом.
Офис без границ
Офисное здание Delta под Барселоной задумано авторами его проекта PichArchitects как проницаемое, адаптивное и таким образом готовое к будущим переменам.
Маяк славы
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел эскизный проект 40-метровой стелы, которую бюро Intercolumnium предлагает разместить в центре мемориального комплекса, посвященного Ленинградской битве. Памятный знак состоит из шести «лепестков», за которыми прячется световой столп. Эксперты высказали ряд рекомендаций и констатировали недостаточное количество материалов, чтобы судить о реализуемости подобного объекта.
Теплый берег
Проектная группа 8 и Институт развития городов и сел Башкортостана во взаимодействии с жителями района на окраине Уфы благоустроили территорию вокруг пруда. Зонировние учитывает интересы рыбаков, любителей наблюдать за птицами, владельцев собак и, конечно, детей и спортсменов. Малые архитектурные формы раскрывают природный потенциал территории, одновременно делая ее более безопасной.