Точки схода: Александр Бродский в Берлине

В Музее архитектурного рисунка Сергея Чобана открылась выставка избранных графических работ Александра Бродского.

Автор текста:
Анна Кирикова

mainImg
В особом представлении, даже европейской публике, архитектор и художник не нуждается. Он – один из самых известных за рубежом российских архитекторов. В 2006 году его работы представляли Россию на Венецианской биеннале, а сейчас хранятся в коллекциях ряда важнейших музеев мира: Немецкого музея архитектуры (Франкфурт), Музея современного искусства MOMA (Нью-Йорк), Музея архитектуры им. А.В. Щусева. В Европе Бродский известен, в первую очередь, своими «бумажными» проектами: многочисленными концепциями, созданными совместно с Ильей Уткиным для японских архитектурных конкурсов. «Сольные» работы Бродского – инсталляции в пограничье между архитектурой и современным искусством, а также ряд реализованных объектов малых форм – интерьеры, рестораны, концептуальные павильоны, также известны на западе.

Отобранные к показу работы охватывают период последних тридцати лет и дают представление о разнообразных техниках, в которых работает архитектор. В зале первого выставочного этажа музея – работы Бродского в более традиционных из них. Это карандашный рисунок, офорт, шелкография. Этажом выше – созданные специально для данной выставки новые работы: глиняная «графика» и рисунки тушью на рубероиде.
На выставке. Фотография © Michaela Schöpke, 2015
На выставке. Фотография © Michaela Schöpke, 2015
На выставке. Фотография © Michaela Schöpke, 2015
На выставке. Фотография © Michaela Schöpke, 2015

Несмотря на разнообразие техник, вся экспозиция смотрится как единое высказывание, призванное познакомить посетителей с основными темами и мотивами творчества архитектора. В центре поэтики Бродского условные, фантасмагоричные миры, преподнесенные, если говорить с определенной степенью условности, в стилистике классической архитектурной подачи: фасад, разрез, перспектива, общий вид. В фокусе художника композиции вне времени, точнее – после времен, следы, оставленные людьми и историей.

В камерных залах, или, как предпочитают называть их сами сотрудники музея, «кабинетах» нижнего этажа – работы 1980-х – начала 2000-х годов. Здесь Бродский – продолжатель пиранезианства с его монументальностью и фантасмагоричностью, правда, его взгляд – это всегда взгляд постмодерниста с характерной иронией, наслоением смыслов и открытостью разнообразным трактовкам. Одна из тем – единство хаоса и классической красоты, постмодернистской энтропии и ренессансной образности. Ее выражение – и в хаотических фрактальных перспективах с внедрением архитектурных первоэлементов – пирамид, и в появлении качалки-маятника под фрактальной же классической композицией, и индустриальный хаос, вписанный в пространство купола в продольном разрезе, установленного на фундамент рядом с промышленной трубой. Ренессансная эстетика и мотив венецианского карнавала звучит и в портретах-аллегориях некоего условного персонажа. На одном из них, словно давая подсказку зрителям, Бродский называет его – это архитектор. Остальные портреты-аллегории напоминают и о героях средневековых мистерий и о «карнавализованной» атмосфере комедии Дель-арте, и являются, в числе прочего, парафразом знаменитых аллегорий первоэлементов Джузеппе Арчимбольдо, которого сюрреалисты считали одним из своих предшественников. У Бродского вместо природных первоэлементов – архитектурные (идеальный город, который держит в руках архитектор, Вавилонская башня, водруженная на головы персонажей), а эстетика сюрреализма – один из ключей для погружения в его миры.
zooming
Архитектор. 1984. Офорт © Александр Бродский
zooming
Без названия. 1993. Офорт © Александр Бродский

Той же эстетикой проникнуты и индустриальные пейзажи Бродского. Эти работы – погружение в интроспективный мир подсознательного, в котором логические связи оборваны (или, точнее, кажутся оборванными), а героем становится мир, из которого человек удален. Та же постоянная тема, с которой Бродский работает: человек тут был и оставил следы.

Большинство экспонатов оставлены «Без названия». Зритель тем самым оказывается лишен текстовых подсказок, столь принятых в современном искусстве. Конечно, идеальный зритель Бродского – подкованный в истории и визуальном искусстве эрудит, способный считать слои заданных смыслов, уловить постмодернистскую иронию художника, тогда как менее искушенный зритель может испытать легкое чувство дискомфорта, оказавшись заброшенным в мир вне привычных причинно-следственных связей. Два типа зрителя – два типа прочтения, причем интерпретации не-идеального зрителя могут оказаться куда более эмоциональными и ведущими в более свободный поток ассоциаций.

Одно из наиболее близких к книжной иллюстрации произведений на выставке, «Место всеобщего процветания» (1998) – это и прямой привет изображениям Пантеона Пиранези, пропущенным сквозь метафорическое подсознательное автора, и аллюзия на торжественно-возвышенные обозначения объектов городской инфраструктуры, принятые в СССР в 1960-х: библиотека – «Храм знаний», а, к примеру, кинотеатр – «Храм зрелищ». Здесь Бродский использует прием «реализованной метафоры». Перед нами действительно Храм, причем прообраз всех Храмов, но условный чемоданчик на рисунке выдает условного советского гражданина, представленного в облике мифического существа с хвостом собаки, зашедшего в «Храм всеобщего благоденствия» выпить кружку пива.
zooming
Дворец Всеобщего Благоденствия. 1998. Шелкография © Александр Бродский
zooming
Точки схода. 1997. Офорт © Александр Бродский
zooming
Ландшафт. 1995. Офорт © Александр Бродский
zooming
Без названия. 1995. Офорт © Александр Бродский

В том же пространстве представлены и карандашные наброски условных архитектурных фасадов и ряда объектов. В них также легко угадывается эстетика сюрреализма, а один из наиболее загадочных изображенных объектов, возможно, своеобразный парафраз самого цитируемого произведения Рене Магритта.

Выставка организована таким образом, что карандашные наброски оказываются эскизами к арт-объектам Бродского, представленными этажом выше. Это работы 2014 года, большинство из которых было создано специально для экспозиции в музее Чобана. Выполненные в уникальной авторской технике «глиняной графики» фасады отсылают и к монументализму сталинского ампира, и к недосягаемому в рамках человеческой логики кафкианскому Замку. Здесь же и продолжение основной темы Бродского – следы, оставленные временем. Ключом к интерпретации этих произведений, да и, собственно, ключом к выставке в целом становятся два объекта, выполненные черной тушью на строительном рубероиде и напоминающие карту и аксонометрическую модель условного археологического участка. Испещренные трещинами глиняные фасады таким образом не что иное как глиняные артефакты прошлых времен. Не обошлось и без иронии в духе постмодернизма: строительный рубероид – популярный материал в советском дачном строительстве.
zooming
Без названия. 2012. Рисунок на бумаге из серии Sketches / Наброски © Александр Бродский
zooming
Без названия. 2012. Рисунок на бумаге из серии Sketches / Наброски © Александр Бродский
zooming
Без названия. 2012. Рисунок на бумаге из серии Sketches / Наброски © Александр Бродский
zooming
Без названия. 2014. Необожженная глина © Александр Бродский
zooming
Без названия. 2014. Необожженная глина © Александр Бродский

В связи с этим интересно вспомнить и реализованные проекты Бродского-архитектора. Они не представлены на выставке, однако все они точно также подчинены идее концентрации на следах, оставленных предшественниками. Будь то Павильон для водочных церемоний, построенный для фестиваля Арт-Клязьма, «Ротонда» в Никола-Ленивце или подмосковный ресторан на воде «Причал 95*», все они построены с использованием конструкций других, когда-то существовавших объектов: оконных рам, дверей, досок.

Примечательно, выставка Александра Бродского в Берлине совпала по времени с идущей в музее Мартин-Гроппиус-Бау другой выставкой архитектурного рисунка: «ВХУТЕМАС – русская лаборатория современности» (действует до 6 апреля), представляющей рисунки-утопии студентов ВХУТЕМАСа 1920-х. Советские проекты-утопии 1920-х и «бумажные» проекты 1980-х – два основных феномена «бумажного» проектирования XX века родом из России. В условиях стремительно разрастающегося экономического кризиса и монополии крупных архитектурных мастерских на проектирование почти всех наиболее значимых объектов, неизбежен новой виток проектирования «в стол». Возможно, архитектурные рисунки и концептуальные проекты второй половины 2010-х смогут однажды стать основой будущих экспозиций музея.

Выставка открыта до 5 июня 2015 года. 
На открытии выставки. Фотография © Michaela Schöpke, 2015


19 Марта 2015

Автор текста:

Анна Кирикова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Wienerberger Brick Award 2020: финал переносится на осень
Завершающий этап премии Brick Award от концерна Wienerberger из-за пандемии перенесли на осень. Но уже сформирован шорт-лист. Рассказываем подробнее о премии и показываем некоторые проекты-финалисты.
Ремесленные традиции
Для бизнес-центра «Депо №1» компания «Славдом» поставляла кирпич Wienerberger и системы крепления Baut. Замысел авторов, поддержанный качественным материалами и исполнением, воплотился в здание, достойное исторической среды Петербурга.
Броненосец из титан-цинка
Новая станция метро в Торонто по проекту британских архитекторов Grimshaw получила необычную кровлю, покрытую титан-цинком RHEINZINK.
Грани света
Параметрическое моделирование помогло апарт-отелю в комплексе Grani не затенять окружающие постройки, а окна Velux – обеспечить светом разнообразные внутренние пространства. Другая их заслуга: деликатное дополнение реконструированных исторических корпусов комплекса.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
ТЭЦ, спорт и зеленая крыша
Архитекторы BIG объединили в одном сооружении для Копенгагена экологичный мусоросжигательный завод, ТЭЦ, горнолыжный склон – и зеленую крышу системы ZinCo.
Стекло для городского калейдоскопа
Современные технологии и классические традиции, строгий и даже торжественный ритм: «Искра-Парк» словно бы переносит нас в 1930-е. С одной поправкой – на объемный, крупного рельефа и зеркального стекла фасад южного корпуса; он возвращает в наши дни.
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Сделано в ARCHICAD: концертный зал «Зарядье»
Владимир Плоткин и Александр Пономарев – о программном обеспечении, использованном на разных стадиях проектирования и моделирования знаменитого концертного зала.

Сейчас на главной

Электрические колонны
Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.
Пресса: Ар-деко. К юбилею выставки 1925 года в Париже
28 апреля 1925-го в Париже состоялось открытие «Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности». Это событие сыграло ключевую роль в развитии стиля ар-деко, самого яркого художественного направления межвоенной эпохи. И хотя сам термин появился много позже, в 1960-е, именно выставка в Париже подарила стилю его имя.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Из «муравейника» в «город-сад»
МАРШ запускает он-лайн-интенсив, посвященный экологически устойчивому развитию территорий. Об актуальности темы для российских регионов рассказывает куратор курса и наблюдатель ООН Ангелина Давыдова.
Бетон и пальмы
Новый корпус фонда Nubuke в Аккре, столице Ганы, по проекту бюро nav_s baerbel mueller и Юргена Штромайера.
Градсовет удаленно 19.05.2020
Жилой комплекс пополам с гостиницей, еще два варианта станции метро «Парк победы» и поглощение «Политехнической» – на третьем дистанционном градсовете Петербурга.
Простота для Новой Риги
Проект автомойки с кафе и террасой с видом на дальний лес, и «ритейл-офис» мебельных компаний с длинной и причудливой красной скамейкой.
Зеленый лабиринт на фасаде
Стены и кровля офисно-торгового комплекса Kö-Bogen II по проекту Кристофа Ингенхофена в Дюссельдорфе покрыты 8 километрами живой изгороди: это самый большой зеленый фасад Европы.
Параллельный мир
В частном подмосковном доме Parallel House архитектор Роман Леонидов создал выразительную скульптурную композицию из абсолютно простых форм – параллелепипедов, чье столкновение превратилось в захватывающий спектакль.
Зеркало для неба
Офисное здание cube berlin по проекту бюро 3XN рядом с центральным берлинским вокзалом получило зеркальный фасад-аттракцион, позволивший одновременно устроить открытые террасы для отдыха сотрудников.
Волнорез
В Истринском городском округе Подмосковья тандем бюро «Четвертое измерение» и «АРС-СТ» спроектировал спортивный комплекс – монообъем в виде скошенного параллелепипеда с острым, как у корабля, «носом»
Пресса: Как помойка станет парком. Григорий Ревзин о городе...
Подтверждая закон Ломоносова «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому», превращение города в парк, ставшее главным трендом сегодняшнего урбан-дизайна, дополняется обратным трендом — превращением парка в город.
Илья Уткин: Мы учились у Пиранези и Палладио
О трех кварталах вокруг Кремля – Кадашевской слободе, Царевом саде и ЖК на Софийской набережной; о понимании города и храма, о творческой оттепели и десятилетии бескультурья; о сокровищах дедушкиной библиотеки – рассказал победитель бумажных конкурсов, лауреат Венецианской биеннале, архитектор-неоклассик Илья Уткин.
Фасад по солнцу
UNStudio реконструировало здание Hanwha Group в Сеуле в соответствии с требованиями энергоэффективности и комфорта, причем работа сотрудников Hanwha не прервалась даже на день.
Дом отшельника
Тема нынешней «Древолюции» – актуальнее не придумаешь. Участники проектировали скромный и легко реализуемый дом для уединения и наслаждения природой. Показываем 19 вдохновляющих работ, отобранных жюри.
Лестница в небо
Проект гостиницы в поселке Янтарный – пример новой типологии рекреационного комплекса, новый формат, объединивший гостиничную, деловую и культурную функции. И все это под лозунгом максимального единения с природой.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Не только военные песни
Один из проектов нынешнего конкурса благоустройства малых городов созвучен празднику 9 мая: его главный элемент – реконструкция парка, в котором ежегодно проходит фестиваль в честь автора известных песен военной тематики.
Городская лагуна
Архитекторы MVRDV встроили в «руины» городского торгового центра на Тайване общественное пространство The Spring с водоемами, детскими площадками, эстрадой и зеленью.
Белоснежные цилиндры
Арт-центр и парк Tank Shanghai по проекту пекинского бюро OPEN Architecture в Шанхае – редкий пример приспособления под новую функцию резервуаров для авиационного топлива.
Голодный город
Реконструкция Торжковского рынка от бюро RHIZOME: прилавки с фермерскими продуктами, фуд-холл и музей в интерьерах модернистского здания.
Пустота как драма
В Дубае закончено строительство комплекса The Opus, задуманного Захой Хадид еще в 2007 году. Главное в здании – криволинейный проем высотой в 8 этажей.
Благотворительная архитектура
Бюро Martlet Architects, за которым стоит молодая российская пара, с помощью архитектуры участвует в решении проблем стран третьего мира. Показываем школу и две клиники, построенные на краю света за счет благотворительных фондов и силами волонтеров.
Эко-административный комплекс
Zaha Hadid Architects выиграли в Шанхае конкурс на проект штаб-квартиры государственной Группы энергосбережения и охраны окружающей среды Китая. Комплекс должен стать образцовым эко-проектом, учитывающим также и последствия пандемии.
Назад в космос
Парк покорителей космоса на месте приземления Юрия Гагарина по концепции West 8 Адриана Гёзе делает Центр урбанистики экономического факультета МГУ под руководством Сергея Капкова.
Полосатое решение
Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.
Что посмотреть на выходных
Для тех кто планирует на майских поотдыхать – вот, можно сделать и это с пользой. Только что завершившийся цикл лекций Анны Броновицкой, прогулки с гидами по гугл-панорамам, знакомство с любимыми книгами архитекторов и еще пара хороших вариантов.
Башня-знак
Самое высокое деревянное здание в мире, 18-этажная башня Mjøstårnet на юге Норвегии, одновременно привлекает внимание к своему городу – Брумунндалу – и служит знаком возможностей дерева как строительного материала.
Остоженка: первая виртуальная
Две виртуальные экскурсии, с десяток лекций, интервью и круглых столов – подводим итоги выставки, посвященной 30-летию бюро и знаковому проекту реконструкции московского центра – району Остоженки. Выставка прошла полностью в «карантинном» он-лайн формате. Постарались собрать всё вместе.
Высотные фантазии
Публикуем проекты победителей и финалистов очередного конкурса eVolo Skyscraper Competition: уже в 15-й раз участники поражают наше воображение невероятными проектами небоскребов.
Четыре интерьера
Сейчас, когда кафе, салоны и многие магазины, увы, закрыты, мы подобрали несколько свежих интерьеров из Перми, Минска и Челябинска. Все они завершены осенью 2019 года и почти не успели поработать до начала пандемии.
Пресса: Московская династия: Ассы
История семьи архитектора, художника, основателя Архитектурной школы МАРШ Евгения Асса похожа на захватывающий роман. Евгения Гершкович поговорила с Евгением Викторовичем и его сыном Кириллом о судьбе их дедов и прадедов и о том, как их династия выстроилась в уже три поколения архитекторов.
Гаражный заговор
Публикуем главу из книги «Гараж» художницы Оливии Эрлангер и архитектора Луиса Ортеги Говели о «гаражной мифологии» и происхождении этого типа постройки. Книга выпущена Strelka Press совместно с музеем современного искусства «Гараж».