Авторы проекта «Курортоград»: «Мы хотим романтизировать советскую архитектуру»

15 ноября в Нижнем Новгороде откроется передвижная выставка, посвященная наследию советской курортной архитектуры Евпатории. Юлия Квасок побеседовала с авторами экспозиции.

Беседовала:
Юлия Квасок

11 Ноября 2013
mainImg
Советский человек закалялся не только в пламени боев и свете коммунистической доктрины, он исцелялся во всесоюзных здравницах. В фокусе внимания современных исследователей – Евпатория, Китеж советской курортологии, город санаториев и пионерлагерей с песчаными пляжами, теплым морем и целебным озером. Сегодня советские санатории, все эти «Чайки» и «Таврии», «Северные» и «Алмазные», посвященные героям войны и космоса, утратили былой статус: из одних варварски «выжимают» сезонную прибыль, другие пустуют в приватных резервациях и стремительно ветшают. Курортная «Атлантида» уходит в песок, память о ней постепенно «обнуляется».

У проекта «Курортград» три автора: архитектор Алексей Комов, куратор проекта «Арх Евп», посвященного архитектуре советских санаториев Евпатории; искусствовед Николай Васильев и художник Андрей Ягубский, автор электронного альманаха «Чифан». Они  решили собрать утраченные элементы идеального города, зафиксировать уходящие, прояснить задуманные. Сделали «срез» и убедились: изучение и восстановление советской курортной Евпатории способно вернуть городу не только инфраструктуру, но и статус самостоятельного культурного бренда с собственными маршрутами, экспозициями, и даже фестивальными площадками. По убеждению авторов, это не менее, а может быть и более важно, чем завершенное недавно восстановление караимского Малого Иерусалима в историческом центре Евпатории.

Передвижная выставка «Курортоград: Евпатория. Советская традиция в архитектурном наследии» – первая ласточка проекта. Беседуем с Алексеем Комовым и Николаем Васильевым: о выставке, о современном состоянии и о ценности памятников советской архитектуры курортной Евпатории.
Железнодорожный вокзал в Евпатории. Архитектор: Алексей Душкин. 1953 г. Фото Алексея Комова.
zooming
Алексей Комов, Николай Васильев и Андрей Ягубский.


Юлия Квасок:
– «Курортоград» – фантастическое слово. Что означает оно для вас? И что означает словосочетание «советская традиция»?

Николай Васильев
: «Курортоград» – это концепция моногорода, но не научного или производственного или, к примеру, жилого города-спутника, но города для восстановления сил. Она могла проявиться только в условиях крупного централизованного планирования – или же стихийно вырасти, как вырастают туристские зоны в приморских странах. В отечественной традиции, в первую очередь, советской, это означало технократический подход, подход к массовому запросу, к индустрии – конвейер стартовал с путевок, распределяемых профсоюзами и другими организациями. Дальше – путь на вокзал, откуда отдыхающие централизованно попадали в здравницы со своим, особым ритмом – море, грязи и другие процедуры, культурные и познавательный досуг. Дети отдельно – в своем детском мире. Все это, от вокзалов до здравниц, оформлялось лучшими советскими архитекторами, дизайнерами, художниками, изучалось специальными научными дисциплинами. При этом никакой статики – разные концепции «здорового отдыха трудящихся», а с ними и архитектурные стили сменяли друг друга в 1930-е, 1950-е, 1970-е годы.

Алексей Комов: По Курортограду можно изучать историю советской архитектуры: тут вам и грязелечебница «Мойнаки», и «евпаторийский ампир» Жолтовского и Турчанинова (мало кому известный сегодня), и крымский романтический модернизм шестидесятых, и мегалиты восьмидесятых… Здесь обновлялся организм всего Союза – от Калининграда до Сахалина. Поэтому «эпоха перестройки» для города – как падение с орбиты космического корабля. Целый ряд интереснейших проектов так и остались стоять недостроенными, будто подбитая техника в «войне миров»…

Архитектура древняя и дореволюционная давно и детально изучена, ей посвящено множество книг и путеводителей. А рядом – огромный, уникальный, неизученный пласт, который сегодня находится либо в запустении, либо используется сугубо утилитарно, ради сезонной выгоды. Особенно это заметно на фоне долгожданного восстановления «Малого Иерусалима» в Старом городе. На наших глазах прерывается не сколько «советская», но вообще архитектурная городская традиция. Об этом мы и заявляем!
zooming
Евпатория. Биоклиматическая станция на набережной. Реконструкция первоначального внешнего вида.
zooming
Евпатория. Биоклиматическая станция на набережной. Современное состояние. Архитектор: Борис Белозерский, 1932 г. Фото Алексея Комова.


– Почему вы начали именно с Евпатории? В чем ее особая архитектурная ценность по сравнению с другими крымскими здравницами?

Н.В.: Городов-курортов конечно много, есть еще и Кисловодск, и Гурзуф. Как и они, Евпатория получила первые импульсы на рубеже XIX-XX веков, но в советское время именно она стала своеобразным полигоном для создания идеального, модельного курортограда. Этому способствовала сама пространственная структура города – равнинного участка, зажатого между целебным озером и быстро прогреваемым морем.

Каждый большой этап строительства здравниц ложился в дореволюционную сетку улиц, очень удачно разбитую, и каждый такой временной и стилистический слой был своеобразной попыткой заново осмыслить и найти, «проявить» в Евпатории идеальный город. Как есть Малый Иерусалим караимов внутри татарского Гезлёва в Евпатории, так и тут есть свой Иерусалим – рай советского курортника – не «дикаря», но члена коллектива – профсоюза или пионерского отряда. Вместе это дает уникальный срез почти всей отечественной архитектуры XX века.

А.К.: Евпатория безумно разнообразна, и в этом разнообразии заложен «генетический код» традиции и трансформации. Здесь очень самобытная, очень яркая архитектура – каждая эпоха, каждый стиль, каждый дом настолько впечатляют! Такого вы не найдете ни в аристократичной Ялте, ни в патриархальном Гурзуфе. Кого-то лечат грязевые процедуры и солнечные ванны с массажем, а меня – здешняя архитектура, контекст. Я здесь – как рыба в воде, я чувствую эти корни, может быть, поэтому так привязан ко многим уголкам. С нетерпением жду, когда после реставрации «Малого Иерусалима», дойдет очередь и до евпаторийского модерна. А там… 
Евпатория. Санаторий имени 40-летия Октября, архитектор: В. Турчанинов, 1957 г. Фотография Николая Васильева.


– Дойдет и до Курортограда. Круг архитекторов всероссийской здравницы не мог обойтись без легендарных зодчих. Кто они?

Н.В.: Жолтовский, Душкин, Турчанинов – это только имена звезд сталинской эпохи, позже модернистская архитектура стала более анонимной и ещё ждет своих исследователей.

А.К.: Борис Белозерский – первый крымский советский архитектор, родоначальник и преданный адепт советской традиции крымской архитектуры, руководитель Симферопольского Гипрогора. Эта ключевая фигура в истории крымского градостроительства не должна оставаться в тени, нужно, чтобы о нем знали за пределами полуострова. 
Евпатория. Санаторий им. XX съезда КПСС (ныне «Таврида»), архитекторы: И.Жолтовский, Ю.Юдин, 1956 г. Фотография Андрея Ягубского.


– В каком состоянии находятся сегодня здания? Может ли выставочный проект в какой-то мере повлиять на их судьбу?

Н.В.: Последние десятилетия здравницы захлестнула волна стихийного турбизнеса. Какие-то работают еще по старой схеме под покровительством крупных корпораций, какие-то заброшены и разрушаются, какие-то так и не были достроены. Материалы выставки – это своеобразная археология архитектуры как материальных следов другой цивилизации. Мы не строим особых иллюзий относительно возможности сохранить столь большой объем собственно построек, но нам важно их зафиксировать и показать ценность этих зданий, не только отдельных – но всего комплекса, всей городской ткани Курортограда. 
zooming
Евпатория. Санаторий им. XX съезда КПСС (ныне «Таврида»), архитекторы: И.Жолтовский, Ю.Юдин, 1956 г. Архивное фото.


– Расскажите о концепции выставки. Что войдет в экспозицию? В каком формате будет представлен материал и где?

Н.В.: Основной массив материала – современные фотографии, сделанные в последние годы Андреем Ягубским и мной в наших поездках с Алексеем Комовым. Подкрепляем, или, скорее, приправляем, кое-какой архитектурной графикой, чудом уцелевшей в пертурбациях последних десятилетий. Ну и ещё будет что-то о курортной жизни вообще, хотя эта выставка всё-таки про архитектуру, а не антропологию советской жизни, что само по себе может быть интересным развитием, конечно.

В определенной степени мы хотим романтизировать советскую архитектуру, подобно тому, как была романтизирована архитектура античности в живописи, фотографии, литературе двести лет назад.
zooming
Евпатория. Санаторий им. XX съезда КПСС (сейчас «Таврида»). Фото Алексея Комова.


– Каков предполагаемый (или желаемый) маршрут передвижной выставки? О чем хочется говорить с местными архитекторами и простыми посетителями в этих неслучайных местах?

Н.В.: Маршрут, желаемый и предполагаемый, – города с сильной архитектурной общественностью и культурной жизнью: старт в Нижнем Новгороде – финиш в Крыму, а по пути столицы и просто крупные города – Новосибирск, Харьков, возможно Петербург и Минск. Хочется побудить их фиксировать уходящую архитектуру XX века. Поговорить о том как её вообще понимать и воспринимать – не в смысле картинок «ужасной» или наоборот «прекрасной» советской жизни, но в смысле еще не до конца оцененного явления в художественной, экономической и социальной жизни. 
zooming
Евпатория. Санаторий «Октябрь», архитектор: В.Турчанинов, 1955 г. Фото Алексея Комова, 2012 г.


– Художники – визионеры. Архитекторы – визионеры в кубе. Можете угадать, что ждет советскую архитектурную традицию? Грядет ли «перестройка наоборот»?

Н.В.: Уверен, что забвение традицию уже не ждет. Но ждут утраты сотен и тысяч зданий – даже не от работы парового катка современного стройкомплекса, но от небрежения и непонимания. Да, мелкоимперские амбиции могут помочь сохранить здания сталинской эпохи, они уже наработали свой определенный миф. Сложнее с общественными зданиями и массовым жильём.

А.К.: Как было бы здорово приезжать в Евпаторию и ходить на экскурсии по великолепным романтическим функционалам – «Чайка», «Смена», «Октябрь»! Я хотел бы помочь, в первую очередь, жителям Евпатории заново открыть для себя город и по возможности сохранить его. Наша аудитория, в конечном счете – неравнодушная крымская молодежь. Мы хотим взглянуть на Курортоград их удивленными и пытливыми глазами!
Новый городской общественный центр Евпатории, архитекторы А.Е.Логинов и др. (проект 1980-х, строительство остановлено в 1991). Архивное изображение предоставлено авторами выставки.
zooming
Единственное реализованное здание проекта городского общественного центра. Высотная гостиница «Евпатория». Фотография Николая Васильева.


– У готовящейся выставки несколько направлений развития. Можно продолжать разговор о других крымских здравницах, заполняя советскую «курортную карту». Можно начинять советской историей и культурологией имеющийся архитектурный каркас. Можно развивать проект как артхаусный, используя ландшафт как художественный полигон, ориентируясь на евпаторийский гений места. Какие планы?

Н.В.: Во-первых, прокатить выставку, чтобы она обросла мнениями коллег-профессионалов,
и чтобы в запасниках и кубышках нашлись дополнительные исторические и архитектурные материалы. Опыт показывает, что нужен первый шаг, иначе интереснейшие вещи, которые у кого-то где-то есть, пропадут в забвении.
Во-вторых, осваивать дальше Крым и Кавказ.
zooming
Евпатория. Деталь солнцезащиты заброшенного корпуса санатория «Чайка» им. Валентины Терешковой, построенного в конце 1960-х. Фотография Андрея Ягубского.


– Известно, что модный сегодня территориальный брендинг часто прихрамывает на обе ноги. С одной стороны, его отдают на откуп местным жителям, чьи потребности и привычки довольно консервативны. С другой стороны тему то и дело оккупирует бизнес и арт-сообщество, ориентированное на эгоистические мотивы и заемные образцы. Еще сложнее Курортограду: о его стены ежегодно бьются волны сезонных туристов, побуждая к сиюминутной реакции – от дешевых ларьков и аттракционов до вечного косметического ремонта. Думается, именно архитектор может сказать веское слово об идентичности места и перспективах его развития. Что бы вы сказали о Евпатории?

Н.В.: Архитектор может лишь предложить некое видение будущего, идеального города. А воплощать придется всем. В случае Евпатории чрезвычайно интересных будущих предлагалось несколько и нам остается только предъявить их осколки, а что из них сложат в результате – не в нашей власти. Но материал мы предоставить обязаны.

А.К.: Выставка о прошлом, настоящем и будущем Курортограда станет основой «банка данных» архитектурного путеводителя по этому периоду зодчества крымского города. На основе послевоенного генплана мы создадим виртуальный Курортоград, на котором покажем и то, что было построено и находится под угрозой утраты, и то, что сохранилось лишь в чертежах. А остальное пусть додумывают молодые архитекторы в традициях «бумажной архитектуры».

Есть также идея развивать в рамках евпаторийской биеннале современного искусства формат «Арх Евп». Именно архитектура поможет разработать универсальную концепцию развития города, создать новую ткань, которая послужит буксиром иных возможностей. Это можно сделать за счет «малых форм» – подвижной скульптуры, инсталляций-аттракционов, интересных видовых площадок. Насколько долговечны будут такие конструкции – не суть важно, а важно пробудить интерес жителей к родному городу, научить их гордиться чудесным прошлым. Нужно продолжить традицию высокой архитектуры, не мумифицируя наследие, а протягивая ниточку в будущее. Курортоград – великолепный аккорд евпаторийской симфонии, и мы хотим, чтобы он стал трамплином для крымского культурного ренессанса.
zooming
Дворец культуры в Детском медицинском центре-санатории «Чайка» им. Валентины Терешковой. пос. Заозерное, 1980-е. Фотография Андрея Ягубского, 2012 г.

zooming
Евпатория. Проект водолечебницы на 110 ванн с плавательным бассейном, архитекторы Н.Степанов, М.Голод, А.Загниборода, Киевский филиал Гипроздрава, 1980 г.
zooming
Архивное фото предоставлено авторами выставки.

11 Ноября 2013

Беседовала:

Юлия Квасок
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
Пресса: Организаторы «Курортограда» о шедеврах Евпатории,...
Что объединяет Евпаторию и Нижний Новгород? На сегодняшний день — это «Курортоград», уникальный выставочный проект об архитектуре, истории и сегодняшнем состоянии бывшей всесоюзной здравницы. Всего пять дней назад состоялось его открытие, а инициаторы проекта уже нашли время, чтобы ответить на вопросы КАП.
Технологии и материалы
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Сейчас на главной
Эстетизация двора
Благоустраивая двор жилого комплекса премиум-класса, бюро GAFA позаботилось не только о соответствующем высокому статусу образе, но и о простых человеческих радостях, а также виртуозно преодолело нормативные ограничения.
Кино под куполом
Музей науки Curiosum с купольным кинотеатром по проекту White Arkitekter расположился в исторической промзоне на севере Швеции, занятой сейчас университетом Умео.
Авангардный каркас из прошлого
В Париже завершилась реконструкция почтамта на улице Лувра по проекту Доминика Перро: почтовая функция сведена к минимуму, вместо нее возникло множество других, включая социальное жилье.
Шелковые рукава
Металлические ленты Культурного центра по проекту Кристиана де Портзампарка в Сучжоу – парафраз шелковых рукавов артистов куньцюй: для спектаклей этого оперного жанра также предназначен комплекс.
MasterMind: нейросеть для девелоперов и архитекторов
Программа, разработанная компанией Genpro, способна за полчаса сгенерировать десятки вариантов застройки согласно заданным параметрам, но не исключает творческой работы, а лишь исполняет техническую часть и может быть использована архитекторами для подготовки проекта с последующей передачей данных в AutoCAD, Revit и ArchiCAD.
Жук улетел
История проектирования бизнес-центра в Жуковом проезде: с рядом попыток сохранить здание столетнего «холодильника» и современными корпусами, интерпретирующими промышленную тему. Проект уже не актуален, но история, на наш взгляд, интересная.
Медные стены, медные баки
Новая штаб-квартира Carlsberg Group в Копенгагене по проекту C. F. Møller получила фасады из медных панелей, напоминающие об исторических чанах для варки пива.
Оболочка IT-креативности
Московское здание международной сети внешкольного образования с центром в Армении – школы TUMO – расположилось в реконструированном корпусе, единственном сохранившемся от сахарного завода имени Мантулина. Пожелания заказчика и инновационная направленность школы определили техногенную образность «металлического ящика», открытую планировку и яркие акценты внутри.
Быть в центре
Апарт-комплекс в центре делового квартала с веерными фасадами и облицовкой с эффектом терраццо.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Авангард на льду
Бюро Coop Himmelb(l)au выиграло конкурс на концепцию хоккейного стадиона «СКА Арена» в Санкт-Петербурге. Он заменит собой снесенный СКК и обещает учесть проект компании «Горка», недавно утвержденный градсоветом для этого места.
Третий путь
Публикуем объект, получивший гран-при «Золотого сечения 2021»: офисный комплекс на Верхней Красносельской улице, спроектированный и реализованный мастерской Николая Лызлова в 2018 году. Он демонстрирует отчасти новые, отчасти хорошо забытые старые тенденции подхода к строительству в исторической среде.
Диалог в кирпиче
Новый корпус школы Скиннерс по проекту Bell Phillips Architects к юго-востоку от Лондона продолжает викторианскую традицию кирпичной архитектуры.
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Оазис среди офисов
Двор киевского делового центра Dmytro Aranchii Architects превратили в многофункциональную рекреационную зону для сотрудников.
Террасы и зигзаги
UNStudio прорывается в Петербург: на берегу Финского залива началось строительство ступенчатого офиса для IT-компании JetBrains.
Пресса: «Потенциал городов не раскрыт даже на треть». Архитектор...
Программа реновации, предполагающая снос хрущевок, стартовала в Москве в 2017 году. Хотя этот механизм и отличается от закона о комплексном развитии территорий, который распространили на остальную страну, столичные архитекторы накопили приличный опыт, как обновлять застроенные кварталы. Об этом мы поговорили с руководителем бюро T+T Architects Сергеем Трухановым.
Избушка в горах
Клубный павильон PokoPoko по проекту Klein Dytham architecture при отеле на острове Хонсю напоминает сказочный домик.
Здесь и сейчас
Три примера быстровозводимой модульной архитектуры для города и побега из него: растущие офисы, гастромаркет с признаками дома культуры и хижина для созерцания.