WAF: «Оскар», но архитектурный

Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.

Интервью
Фестиваль
mainImg
В прошедшем 2019 году в число российских номинантов, прошедших отбор в категории премии WAF, было рекордным. Три представленных проекта: Парк будущих поколений в Якутске от российского бюро ATRIUM, ЖК «Комфорт Таун» киевской «Архиматики», проектирующей в Украине, России, США и других странах, и концепция застройки Бадаевского пивзавода в Москве от швейцарского Herzog & de Meuron, получили награды WAF, причем два проекта из трех были отмечены несколько раз, что довольно примечательно.
Мы задали всем трем победителям схожие, но немного разные вопросы, и получилась серия небольших интервью о победивших проектах и фестивале, которые и представляем вашему вниманию. Итак, вот три разговора о трех проектах: 
«Комфорт Таун» отмечен специальной наградой за использование цвета.
zooming
Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015
© Архиматика

Бадаевский завод стал победителем в категории Проект / Жилье, он же получил highly commended за мастерплан.
zooming
Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Парк будущих поколений получил highly commended в категории образование, и он же стал победителем в конкурсе визуализаций за ролик, представленный ниже.

***



zooming

Антон Надточий, ATRIUM /|\



Вы представляли проект Парка будущих поколений в Якутскев категории Образование/Проект. Как вы это обосновывали? 

Да, это была непростая задача. Дело в том, что у WAF для проектов в категории Future projects нет номинации «Ландшафт». Поэтому мы выбрали образовательные пространства: во-первых, согласно концепции, в нашем парке много закрытых отапливаемых помещений, в которых размещена образовательная функция. Мы уверены, что существенная пропорция закрытых помещений необходима для общественных пространств в условиях сурового климата – людям надо периодически иметь возможность быстро попасть в помещение, погреться или, наоборот, охладиться, чтобы потом опять выйти на улицу. В таком случае создается единая система общественных пространств, открытых и закрытых, которые органично взаимодействуют между собой. Все это свойственно урбанизированному парку – новой типологии, которая развивается в городах с повышенной плотностью застройки или в местах повышенной концентрации людей.
  • zooming
    1 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    2 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    3 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    4 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+

Во-вторых, наша территория примыкает к Университету, где учится 17 000 человек, и парк ориентирован на молодежь и образование – отсюда и название «Парк будущих поколений САХА Z» (нейминг САХА Z мы придумали сами). На этапе конкурса мы провели анализ и выяснили, что в Якутске мало функций дополнительного образования. Традиционного образования – школ, колледжей, институтов и университетов – достаточно. Но в современном мире все активнее развивается самообразование и дополнительное образование: кружки, секции, лекции, мастер-классы и пр. – вот таких предложений в городе не хватает, и мы решили это исправить.

Поэтому в функциональном отношении мы трактовали парк через призму образовательных пространств: здесь есть амфитеатры снаружи и внутри, разнообразные классы и тематические площадки на открытом воздухе. В частности, в нашем проекте запланирован многофункциональный выставочный зал с открытым амфитеатром для локальных мероприятий; многофункциональный зрительный зал с трансформируемыми креслами и возможностью выгораживания отдельных помещений – в том случае, когда необходимо закрытое или темное пространство, к примеру, для кинопросмотра; коворкинг, зоны для мастерских и детских студий и другие общественные пространства. Также предусмотрен книжный магазин-библиотека в современном микс-формате с медиа и музыкой (наподобие «Республики»), кафе и помещение проката спортивного инвентаря с раздевалками и т.д. Система автономных входов и выходов с разных уровней – верхнего уровня холмов и нижнего уровня земли – позволяет реализовывать различные функциональные сценарии.

В другом блоке – спортивно-артистический уклон, там сосредоточены пространства для различных занятий: арт-студии, любые кружки, спорт, презентации и пр. Преподаватель может арендовать здесь пространство и вести свои секции – это работает, как своего рода Дом пионеров. Третий павильон поменьше, туристической направленности: городской инфопойнт, сувениры, турагентство, айдентика и др.
  • zooming
    1 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    2 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    3 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+
  • zooming
    4 / 4
    Концепция территории «Парка будущих поколений» в Якутске
    © ATRIUM, Восток+

В какой стадии проект сейчас? 

Мы разработали стадию «Проект» и передали документацию – ждем сейчас, когда заказчик подаст ее в экспертизу.

Какие впечатления от защиты на WAF?

Защита – это, безусловно, определенный challenge. Мероприятие очень драйвовое: защита на иностранном языке, доклад должен быть очень короткий и концентрированный. Десять минут – это очень мало: в Якутске, чтобы развернуть все аспекты проекта, я делал доклад на 45 минут. Так что мы серьезно готовились и сделали детальную видеопрезентацию.

Ролик ATRIUM для жюри WAF:


Она показывала главное: описывала специфику территории и проектной задачи, основные принципы проекта, показывала визуальную часть. Пока мы готовили презентацию, стало понятно, что наработанного материала хватает, чтобы заявиться в еще одной номинации. Мы потратили еще полтора месяца и сделали компьютерный фильм с интересным сценарием и образными решениями, который подали на WAF Visualisation Prize и заняли первое место.

Я понимаю, почему мы не дотянули до первого места в категории Образование – собственно из-за смешанной типологии проекта. Но проект получил Highly commended – а их дают не во всех категориях, это своего рода исключение, когда жюри расходится во мнениях о первом месте.

Ваши впечатления от фестиваля этого года? Он чем-то отличался от предыдущих?

Как ни странно, по моим представлениям он практически ничем не отличался от того, что было год и два назад. У WAF выработался слаженный и четкий формат, изменений я не наблюдал. По-прежнему они дают премии не только и не столько за архитектуру.

А за что?

Я бы сказал, что там важнее аспекты, которые можно назвать гуманистическими: энергосбережение, социальная значимость, ответственность и тому подобное. Достаточно вспомнить «Здание года»-2017 года – проект реконструкции дома в китайской деревне после землетрясения – да и других победителей фестиваля. С моей точки зрения – далеко не лучших. Рассматривались гораздо более впечатляющие проекты – например, религиозный комплекс в Абу-Даби от Cebra или объекты Томаса Хизервика в Лондоне и в Нью-Йорке, или StudioGang, да и многие другие. Сильные, экспериментальные, необычные проекты – а побеждают, я бы сказал, проекты попроще. Все об этом знают, но мероприятие все равно очень интересное. Формат очень плотный, ты можешь попасть только на одну презентацию из пятнадцати проходящих одновременно, и сам уровень презентации очень высокий.

Дадите совет коллегам, которые тоже хотели бы участвовать и побеждать?

Мы не в первый раз ездили, но выставлялись впервые, так что я бы поостерегся давать советы. Думаю, не надо слишком переживать за победу. Критерии оценки расходятся. Надо максимально качественно презентовать свой проект, но волноваться– победишь, не победишь – не стоит.

В том году нам помог сам проект: он красивый, выставочный, с уникальной спецификой. Не каждый год попадается такая тема. Участвовать понравилось – как я уже сказал, очень заряжает! Так что мы только раззадорились и думаем, как и с чем нам участвовать в этом году. Надеюсь, что текущая ситуация в мире не разрушит наших планов.
***

zooming

Александр Попов, Архиматика /|\



Как вы считаете, почему именно вам удалось получить приз «за цвет», проект, определенно, очень цветной, но сыграла ли какую-то роль подача?

Думаю, если идея достойная, четкая и ясная, она сама выстраивает презентацию себя, остается только ей не помешать. Однако, честно говоря, не уверен, что смогу объективно и взвешено оценить наше собственное выступление.

Присутствие в составе жюри Питера Кука для меня и Александра Симонова (нашего архитектора и жителя «Комфорт Тауна», с которым мы представляли проект) было сюрпризом. Он звезда мирового масштаба, я в предыдущие поездки на WAF каждый раз с интересом слушал его лекции, а тут увидел его и понял, что на этот раз Питер Кук будет слушать меня. И он так же, как и другие члены жюри, задавал много вопросов, очень требовательных. Например: «Почему вы не выстроили плавные переходы цвета, а выбрали такой цветовой хаос?». Мы ответили, что не располагали палитрой для создания плавных переходов, градиентов, поэтому решили сыграть на цветовых контрастах. И поскольку кроме цвета мы оперировали еще разными объемами, то смогли сделать улицы разнообразными. А Питер Кук задает все новые и новые вопросы. Если честно, я думал, что он нас «заваливает». Показывает нам, как далеки мы со своим уездным менталитетом от мирового уровня. И я выходил с защиты уверенным, что Питер будет голосовать против, тем более, что работы наших конкурентов были более чем достойными. И когда нас внезапно вызвали на сцену, и Кук вручил награду, это было неожиданно. Уже потом за бокалом шампанского мы разговаривали с Акселем Дембергером, представителем компании EASTMAN, которая является партнером номинации «Лучшее использование цвета». И он рассказал, что именно Питер Кук был нашим главным сторонником. Хотя споры были настолько жаркими, что просто стены надувного павильона тряслись. И этот момент признания стал кульминационным в истории проекта. Да, мы сделали качественный проект, и это теперь подтверждено на мировом уровне. Это важно! Ведь десять лет мы отбивали критику тех, кто считал, что нельзя архитектуру делать такой красочной. Мы в шутку объясняли критикам, что у них просто в детстве отобрали краски.
  • zooming
    1 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015 © Архиматика
  • zooming
    2 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015 © Архиматика
  • zooming
    3 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015 © Архиматика
  • zooming
    4 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Генеральный план © Архиматика
  • zooming
    5 / 5
    Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015 © Архиматика

Как была построена ваша презентация проекта? 

Мы постарались за десять минут рассказать десятилетнюю историю объекта. Начали с кадра презентации нового планшета Apple в сентябре 2019, когда Тим Кук показал фото «Комфорт Тауна» для демонстрации возможностей нового I-pad. А потом вернулись на десять лет назад в кризисный 2009, когда получили 50 гектар заброшенного завода на спальном левом берегу Киева и задачу: создать нового качества жилье, доступное по антикризисной цене.

Мы предложили впервые в Украине, вместо ставших традиционными 25-этажных микрорайонов, строить квартальную застройку со средней этажностью в восемь этажей, сквозными подъездами. А также создали невиданное доселе многообразие планировок квартир: из 1200 квартир первой очереди 600 отличались друг от друга! Мы убедили застройщика и дальше не привязывать ранее разработанные секции, а проектировать каждую следующую очередь индивидуально, реагируя на изменяющийся спрос и особенности размещения секций и композиции комплекса.
zooming
Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015
© Архиматика

Когда рациональная программа была собрана, мы задумались над архитектурным образом проекта. И, признаться, долго не могли найти решения: территория комплекса окружена безнадежно унылыми серыми советскими и постсоветскими спальниками, на фоне которых любая наша архитектурная надежда меркла.

И вот однажды мы с Дмитрием Васильевым поехали на площадку новой дорогой и наткнулись на советскую мозаику на фасаде института Химии. На мозаике были изображены люди с колбами и другими химическими атрибутами, но это все был только антураж. Главный сюжет, заложенный автором: «мечта о яркой красочной жизни». Краски мозаики на фоне всей этой окружающей серости буквально горели манифестом надежды. И ведь в 70-е, когда создавалась мозаика, спальные районы были точно такими же унылыми, как и 40 лет спустя! И нам захотелось воплотить в жизнь эту мечту советского художника, которую цветная смальта донесла до нас через все социально-экономические трансформации и пертурбации, которые увы, ничуть приблизили мечту к воплощению. На следующий день мы представили заказчику эскиз застройки разновысотных цветных домиков со скатными крышами. Надо отдать должное Игорю Никонову, руководителю KAN Development, который сразу поверил в нашу идею, а потом мужественно помогал находить и технологические и экономические и даже политические решения для реализации проекта.

Когда через восемь лет практически все 50 гектар были застроены «цветными домиками», мы добрались до предусмотренной нашим генпланом средней и старшей школы Гимназии А+. Мы хотели сделать школу акцентом на фоне жилой застройки, и задумались, каким же должен быть архитектурный акцент сравнительно небольшого объекта на фоне яркой цветной среды, которую мы сами создали? Использовать еще более яркие цвета? Нет! Мы с Ольгой Черновой (главным архитектором проекта школы) решили использовать диаметрально противоположный прием – сделать объем школы серым!
zooming
Гимназия А+, проект
© Архиматика

На фоне ярких цветов строгий ахроматический объем выглядел интервентом, революционером, который, контрастируя с заданной нами же палитрой, создал архитектурный акцент. Это единственное на 50 га «не-цветное» здание. С другой стороны, как нам кажется, наша ахроматическая гимназия возвращает в архитектуру жилых районов благородство серого цвета, который раскрывает достоинства качественных фасадных материалов. Нам удалось использовать на фасаде специальную штукатурку Baumit, а также армянский базальт, и выполнить фальцевую кровлю из металла со специальным покрытием, которое выбрали из огромного количества образцов, чтобы создать самое классное сочетание с материалом фасада.

Вот такая получилась десятилетняя история двух архитектурно-колористических революций: хроматической и ахроматической.

Вы продолжаете работать над проектом, как на ваш взгляд, мешает цвет или помогает? С одной стороны он теплый и веселый, с другой известно, что яркий цвет может надоесть... Была заложена в окраску проекта какая-то программа, о которой можно дополнительно рассказать? 

Надо признаться, цветовой хаос «Комфорт Тауна» на самом деле тщательно срежиссирован. Мы несколько месяцев моделировали архитектурно-пространственные колористические композиции, чтобы собрать гамму, в которой были и акцентные, и фоновые цвета, искали такую композиции, чтобы не надоедало, не повторялось, было не слишком много холодных и не слишком много теплых цветов рядом. Эта работа только в базе опиралась на колористическую теорию, которую мы проходили в институте – эта теория 2D. В 3D, в пространстве, цвет работает не совсем так, и это был действительно великий интуитивный поиск, с котором мы бы наверняка не справились, если бы в нашей команде не было замечательного архитектора и художника Марины Босенко (Нестерук), которая выступила настоящим колористическим камертоном. Мы все делились нашими смутными ощущениями, оценивая очередной вариант размещения цветов и выкраски образцов, и только Марина могла осмысленно сказать, что тут не так, и что надо сделать.
zooming
Жилой квартал «Комфорт-таун». Постройка, 2015
© Архиматика

В «Комфорт Тауне» активный архитектурный цвет сработал как фильтр: критики, «у которых в детстве отобрали краски», просто не покупали квартиры в комплексе. Покупали только те, кому по душе яркие цвета в архитектуре. Цвет сформировал коммьюнити – объединил людей, которым нравятся яркие краски и цветная архитектура, с общими ценностями и схожими вкусами. Неожиданно даже для нас цвет оказался мощной платформой для формирования сообщества единомышленников.

Уникальность проекта подтолкнула нас активнее изучать BIM-проектирование, работать с 3D-моделями, чтобы диджитализировать процессы. Обычно, когда речь идет о больших объемах, то стараются все унифицировать, типизировать. А новые технологии 3D, BIM и следующая ступень – параметризация, позволяют работать быстро, и в то же время не жертвовать индивидуальностью. Мы стремились сделать хорошую архитектуру, поэтому ускорили переход на новые технологии проектирования.

Проекту уже исполнилось 10 лет, но он до сих пор остается актуальным, продолжает выигрывать престижные международные награды. Весной в Los Angeles Times вышла целая статья о проекте.

Ваши впечатления от WAF в целом? Меняется ли что-то или все устоялось?

Мне нравится WAF неизменным год от года форматом и процедурой и постоянно меняющимся содержанием. К примеру, в какой-то год неожиданно находишь прямо десяток проектов с одним архитектурным приемом, а в следующем году совершенно другие приемы, и чувствуешь, насколько бескрайне творческое пространство архитектуры в глобальном измерении.

Получить награду на World Architecture Festival – все равно что взять «Оскар», но архитектурный. С 2008 года WAF считается самой крупной международной платформой, в рамках которой происходят десятки презентаций, семинаров, лекций и встреч с участием топ-архитекторов мира. И конечно, конкурс WAF – эталонный с точки зрения профессионализма. Это состязание, где лучшие архитекторы-судьи выбирают лучшие проекты.

Сейчас украинские девелоперы стремятся скопировать европейские проекты. Но для Европы все это уже давно воспринимается как базовый, общепринятый уровень. Для них интересно прежде всего то, что выделяется из ряда.

На первой защите «Комфорт Тауна» на WAF, где мы также вышли в финал в номинации Housing – Completed Buildings, одна из судей задала нам вопрос: «Скажите, а вам пришлось как-то специально согласовывать с вашим муниципалитетом применение таких ярких цветов в данном районе?» Я думаю, наша ситуация в Киеве, когда мы не связаны подобными ограничениями, вызывает у европейцев некое недоумение. Потому что реализовать подобный проект у них было бы очень сложно из-за длительной процедуры согласований, градостроительных ограничений, которые касаются и цветовых кодов. Наш собственный международный опыт проектирования показывает, что каждая локация, каждый город, его менталитет, культура и порядки создают неповторимое окно возможностей для творческой реализации. И архитектор должен своим проектом его найти и раскрыть!

Ваши впечатления от победителей, выиграли ли те проекты, которые вам понравились и как вы оцениваете в сумме срез выигравших?

Выбор победителя из десятка лучших проектов шорт-листа – это почти всегда лотерея, зависящая не только от выразительности презентации, но и от собрания судей в конкретной номинации, их настроения, даже погоды. И я уже давно перестал удивляться, что мои фавориты далеко не всегда совпадают с выбором жюри. Поэтому отмечу всего пару приятных совпадений. Мы очень рады за Атриум и признание их замечательного проекта парка будущих поколений в Якутске. А также я бы выделил проект из номинации Small Project of the Year, бюро Studio Link-Arc. Мне кажется, эти проекты иллюстрируют попытку найти ответ на новый вызов, который еще только ищет своего определения, чтобы встать в ряд с такими «канонизированными» целями современной архитектуры, как как sustainability и социальная ответственность, и который я бы сформулировал так: «поиск новой гармонии».
***

zooming

Herzog & de Meuron /|\



Вы стали финалистом WAF 2019 в номинации проект жилого здания и были отмечены (highly commended) за мастер-план. Прокомментируйте, пожалуйста, вторую награду, за что именно, на ваш взгляд или по вашей информации, ее дали – речь о переосмыслении типологии «дома на ножках» в городском пространстве, как сказано в комментарии жюри, или о чем-то еще? 

Проект развития территории Бадаевского пивоваренного завода отвечает на три актуальных вопроса развития современных мегаполисов:
  • Как сохранить наследие и интегрировать его в современную городскую среду?
  • Как создать качественное общественное пространство, открытое для всех?
  • Как интегрировать новое строительство в сложившуюся городскую застройку?
Наш проект это настоящий Mixed-Use: фрагмент города во всем разнообразии функций современной городской среды. Место, где можно жить, работать, ходить за покупками, отвести детей на занятия, в спортивные секции или просто расслабиться в общественном парке, объединяющем все эти функции. Когда-то этот участок был закрытым производственным предприятием. Благодаря проекту развития территории и созданию общественного парка он станет связующем звеном, соединяющим Кутузовский проспект и новую прогулочную территорию вдоль набережной Москвы-реки. Таким образом, он станет открытым городским кварталом и общественным пространством, а не приватной закрытой территорией.

Нам кажется, что как раз концепция проекта заинтересовала жюри, и эксперты по достоинству оценили вклад проекта в городскую среду, а также его актуальность в решении современных градостроительных вопросов.
zooming
Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Как была построена ваша презентация и какие вопросы вам задавали? Какой была реакция жюри на ваш проект? Долго ли вы выступали?

Для каждой номинации, в которой был представлен проект, предполагались презентация и экспертная дискуссия. На защиту в каждой номинации отводилось 20 минут. Всего мы провели три презентации, каждая из них подчеркивала определенные аспекты проекта в соответствии с требованиями категории.

В номинации Masterplan наша презентация делала акцент на развитие городской среды, качестве общественных пространств и многофункциональности проекта. В номинации Residential – на архитектурном решении проекта, особенностях квартирографии, качестве и разнообразии типологий жилья. Сохранение, реставрация и приспособление объектов культурного наследия для размещения новых функций с учетом оригинальных конструкций зданий и их характера выделялись в презентации для категории WAF X-Reuse Award.
zooming
Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Профессиональное жюри высоко оценило проект в каждой из представленных номинаций. В категории Residential проект стал абсолютным победителем благодаря нестандартному архитектурному решению – использованию колонн в городском пространстве, чтобы подчеркнуть роль исторического наследия и повысить проницаемость территории. Эксперты особо отметили проработанность проектного решения, лаконичное сочетание наследия и нового строительства. Они были приятно удивлены уровнем диалога, которого удалось достичь в совместной работе с коллегами из Capital Group и Департаментом культурного наследия Москвы. В специальной номинации WAFX эксперты особо подчеркнули детальную проработку вопроса реставрации и приспособления объектов культурного наследия в рамках развития территории. Подтверждением тому стала награда специальной номинации WAFX в категории Re-USE.
zooming
Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Смысл замечания жюри о «критической консервации», смелом противопоставлении старого и нового, в целом ясен. Такое противопоставление в вашем проекте скорее восхищает – красиво получилось. Но вы сносите большую часть зданий пивоваренного завода, и, строя образ на «нависании» или даже «парении» новых объемов над старыми, на самом деле выстраиваете корпуса не над, а вдоль сохраненных частей и на месте сносимых. Неужели совсем не было возможности сохранить всё или сохранить больше? Сделать, как у Ионы Фридмана, чтобы новый город по-настоящему нависал на старым? Потому что сейчас вы скорее имитируете идею, чем действительно реализуете ее: опоры красиво пронизывают лишь небольшой объем, который будет снесен и восстановлен ради того, чтобы быть «проткнутым»… Не профанируется ли таким образом красивая футуристическая идея?

И не жалко ли вам заводские корпуса, которые будут разрезаны «по живому» и получат со стороны реки новые, никогда не существовавшие фасады? И зачем строить новодел с фасадом, восходящим к чертежам архитектора Вебера, на месте советского строения 2?
Нет ли в такого рода «критической консервации» внутреннего противоречия, более глубокого, чем только проблема протестов против сноса? Вы строите сюжет на противопоставлении старого и нового, но в составе «старого» появляются имитации-новоделы…

Время идет вперед, города развиваются, меняются и адаптируются к новой современной реальности. Москва как город сочетает в себе историю и современность. Как и в любом крупном мегаполисе, городской ландшафт Москвы непрерывно и динамично развивается. Ответственность архитектора заключается в том, чтобы в своей работе сопровождать эти процессы. Работая над проектом в черте города, особенно в исторической его части, архитектор, в первую очередь, должен тщательно оценить и проанализировать сложившийся ландшафт, позаботиться о сохранении наследия как важной части истории города, и в то же время создать возможность для будущего развития: интегрировать современную архитектуру, а так же качественные общественные пространства, в уже сложившуюся городскую среду.

Архитектурный ансамбль Бадаевского пивоваренного завода развивался типичным для производственного комплекса XIX века образом. Он характеризуется, с одной стороны, кирпичной индустриальной архитектурой с монументальным лаконичным фасадом, с другой стороны, разнообразными хаотичными вспомогательными пристройками со стороны реки. За всю историю существования завода корпуса не раз разрушались, перестраивались и видоизменялись. В результате архитектурный ансамбль утратил свой первозданный вид. Все существующие здания на участке Capital Group (инвестор проекта) площадью 6 га были неоднократно проанализированы и оценены профессиональными квалифицированными экспертами, их статус как объектов архитектурного наследия был определен и подтвержден, и это гарантирует полную неприкосновенность этих зданий. По закону объекты культурного наследия могут только реставрироваться.

Важно отметить, что статус памятника архитектуры определяет множество комплексных параметров, в частности, год постройки, архитектурные особенности здания, его значимость в ансамбле, количество изменений объекта за время его существования, фактическое физическое состояние конструктива и многое другое. То есть, не все здания, построенные в позапрошлом веке, сегодня имеют одинаковую историческую ценность. Такой подход практикуется и в оценке других ансамблей европейской промышленной архитектуры.

Сегодня на участке Capital Group расположены три строения: 1 и 3 строения обладают статусом объектов культурного наследия и будут отреставрированы, 2 строение, не имеющее статус памятника, восстановлено по историческим документам по инициативе инвестора. Площадь реставрации и восстановления архитектурного ансамбля Бадаевского завода составит 40 000 м2.

Мы работаем над проектом развития территории Бадаевского завода уже более двух лет. Для нас это удивительная возможность, а также большая ответственность: корпуса за всю историю существования завода ни разу не были комплексно отреставрированы и сегодня находятся в аварийном состоянии. Огромные усилия и крупные инвестиции необходимы для того, чтобы восстановить исторический ансамбль, вдохнуть в него новую жизнь и функции, сделать так, чтобы он был доступен для публики и стал частью современной Москвы.
zooming
Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода. Изображение
© Herzog & de Meuron

Важно подчеркнуть, что нашей целью никогда не являлось расположение новых зданий непосредственно над памятниками архитектуры. Новое строение как раз и было поднято вверх, чтобы гарантировать сохранность и просматриваемость силуэта объектов культурного наследия со стороны реки, чтобы обеспечить проницаемость и открытость участка.

Настоящее расположение «горизонтального небоскреба» крайне точно просчитано. Он расположится вдоль набережной реки, отражая контуры объектов культурного наследия, при этом на определенном расстоянии от исторических корпусов, тем самым создавая необходимое пространство вокруг них и подчеркивая их важность. К тому же расположить новый объем над объектами культурного наследия просто невозможно ввиду правовых ограничений. Было принято решение разместить новое строительство ближе к реке.
  • zooming
    1 / 3
    Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода. Фасады
    © Herzog & de Meuron
  • zooming
    2 / 3
    Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода. Генплан
    © Herzog & de Meuron
  • zooming
    3 / 3
    Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода. Разрез
    © Herzog & de Meuron

Когда мы внимательно изучили корпуса 1 и 3 и проанализировали все переданные нам исторические документы, мы поняли, что ансамбль был бы неполным без исторического облика строения 2, сердца пивоварни. Строение 2 фигурирует почти на всех исторических чертежах и всегда было центральной частью архитектурного ансамбля. Однако в 70-е годы, когда завод наращивал свои мощности, прямо на месте этого корпуса было возведено стандартное многоэтажное административное здание. В процессе анализа площадки экспертами и историками был обнаружен исторический фрагмент строения 2, скрытый под многоэтажной пристройкой советского периода. На базе этого фрагмента было решено воссоздать исторический вид строения 2, чтобы возродить утраченное «сердце» завода. Мы уверены в том, что это поможет вернуть исторический облик, подчеркнуть характер и композицию первоначально задуманного архитектурного ансамбля.

В рамках проекта корпус 2 будет возведен заново, и даже если его фасады будут соответствовать историческим, он не приобретет статус объекта наследия. Как раз поэтому, это то единственное место в проекте, где два мира, мир современной архитектуры парящего здания наверху, и мир кирпичной промышленной архитектуры внизу, пересекаясь, входят в физический диалог.
zooming
Схема интеграции колонн и объектов культурного наследия. Развитие территории бывшего Бадаевского пивзавода
© Проектное бюро АПЕКС

Мы считаем, что как раз ряд внимательных наблюдений и выбор точных проектных решений – задача архитектора при работе в существующей городской среде. Когда все детали тщательно продуманы, создается диалог между наследием, современной архитектурой и общественным пространством, где все три составляющих дополняют друг друга.

Расцениваете ли вы победу в WAF как существенную поддержку в деле продвижения проекта?

Наш проект уникален в своем роде и говорит сам за себя. Однако всегда приятно получить признание от профессиональных экспертов, которые оценивают его качество и ценность.

Ваши впечатления от WAF в целом? Меняется ли что-то или все устоялось?
Ваши впечатления от победителей, выиграли ли те проекты, которые вам понравились и как вы оцениваете в сумме срез выигравших? Что вы думаете о гран-при?

Мы не первый раз посещали Всемирный архитектурный фестиваль, но впервые участвовали в конкурсе. Мы впечатлены масштабом этого события и тем, насколько профессиональной, насыщенной и разнообразной была его программа. Было интересно побывать там, увидеть множество новаторских, современных проектов, презентованных профессионалами.

Жюри Всемирного архитектурного фестиваля – это экспертное сообщество, которое выбирает лучшие проекты со всего мира, основываясь на профессиональной экспертизе. Выбор победителей, как правило, отражает тенденции и основные направления развития современного общества, а именно сохранение наследия, социальную ответственность и устойчивое развитие.

24 Марта 2020

Похожие статьи
Интервью
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
Интервью
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Интервью
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Интервью
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Интервью
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Интервью
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Интервью
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Интервью
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Интервью
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
Интервью
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Интервью
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Интервью
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Интервью
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Интервью
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
Интервью
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Интервью
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Интервью
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Интервью
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
Интервью
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Интервью
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Интервью
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Интервью
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Интервью
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
Интервью
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Интервью
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Интервью
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
фестиваль Всемирный фестиваль архитектуры 2019: другие тексты
Интервью
Пол Флауэрс: «Инвестиции в архитекторов – это инвестиции...
Поговорили с вице-президентом по дизайну корпорации LIXIL, в состав которой с 2014 года входит GROHE, о новой премии WAF Water Research Prize, о микро- и макротрендах и о том, почему архитекторы и производители вместе смогут сделать для этого мира больше, чем по отдельности.
Мнение
WAF 2019: в ожидании финала
Говорим c авторами проектов, вышедших в финал премии WAF: об их взгляде на фестиваль, о проектах и вероятных способах презентации.
Технологии и материалы
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Сейчас на главной
Работы студентов
Друзья по крыше
В честь 270-летия Александринского театра на крыше Новой сцены откроется общественное пространство. Варианты архитектурной концепции летней многофункциональнй площадки с лекторием и камерной сценой будут создавать студенты петербургских вузов в рамках творческой лаборатории под руководством «Студии 44». Лучшее решение ждет реализация! Рассказываем об этой инициативе и ждем открытия театральной крыши.
send.project
На воскресной электричке
Для поселка Ушково Курортного района Санкт-Петербурга архитектурная мастерская М119 подготовила проект гостиницы с отдельно стоящим физкультурно-оздоровительным центром. Ячейки номеров, деревянные рейки на фасадах, а также бетонные блоки, акцентирующие функциональные блоки, отсылают к наследию советских санаториев и детских лагерей.
Объект
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
send.project
Идеалы модернизма
В Дубне благодаря инициативе руководства местного научного института реконструировано модернистское здание. По проекту Orchestra Design в бывшем Доме международных совещаний открылся выставочный зал «Галерея ОИЯИ», чья деятельность будет проходить на стыке науки и искусства. И первой выставкой, иллюстрирующей этот принцип, стала экспозиция одного из самых известных художников современности, пионера российского кинетизма Франциско Инфантэ.
Конкурс
Мембрана для мысли: IND
Бюро IND предложило для ФИЦ биомедицинских технологий проект, вдохновлённый устройством нейронной сети: многогранные полупрозрачные объёмы, сдвинутые относительно друг друга, образуют «живую структуру» – с «синапсами» общих дворов, где случайный разговор в атриуме может превратиться в научную коллаборацию.
send.project
Сплав мировых культур
Гостевой дом, построенный по проекту Osetskaya.Salov на окраине Переславля-Залесского, предлагает путешественнику насыщенное пространство, которое дополнит опыт пребывания в древнем городе. Внутри – пять номеров, отсылающих к славянской, африканской, индуистской, европейской и латиноамериканской культурам. Их расширяют общие пространства – терраса с коммунальным столом, эскуплуатируемая кровля с видом на город, укромный сад. Оболочка здания транслирует универсальное высказывание, вбирая в себя черты всех культур.
Исследование
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.
Новость
КиноГолограмма
Не так давно московскими властями был одобрен проект нового комплекса Дома Кино от архитекторов Kleinewelt. Старое здание 1968 года сохранить не удалось – зато авторы сберегли витражи, металлические рельефы, а также объемные параметры здания, в котором разместится Союз кинематографистов и кинозалы. А главным акцентом станет жилая башня. Изучаем ее пластику и аллюзии в московском контексте.
Результаты конкурса
Форма как метод: ТПО «Резерв»
В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.
send.project
Консервация как комментарий
Для руинированной усадьбы Сумароковых-Миллеров, расположенной недалеко от Тарусы, бюро Рождественка предложило концепцию противоаварийных работ, которая помогает восстановить целостность объекта, не нарушая принципов охраны наследия. Временная мера не только стабилизирует памятник и защищает его от дальнейших разрушений, но также позволяет ему функционировать как общественный объект.
Исследование
Хроника Шуховской башни
Над шаболовской башней сгущается, теперь уже всерьез. Ее собираются построить в новом металле – копию в натуральную величину. Сейчас, вероятно, мы находимся в последней точке невозврата. Айрат Багаутдинов, основатель проекта «Москва глазами инженера», собрал впечатляющую подборку сведений по новейшей истории башни: попытки реконструкции, изменения предмета охраны и общественный резонанс. Публикуем. Сопровождаем фотографиями современного состояния.
send.project
Лесные травы
Студия 40 создала интерьер ресторана FOREST в Екатеринбурге, руководствуясь необычным принципом – дизайн должен быть высококлассным и при этом ненавязчивым, чтобы все внимание посетителей было сосредоточено на кулинарных впечатлениях.
Объект
Земельные отношения
Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.
Объект
Курган памяти
Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.
Объект
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
send.project
Баня по-царски
Бюро «Уникум» создало собственную версию идеального банного интерьера, отказавшись от расхожих трендов в пользу собственного уникального стиля – нео-русской готики, одновременно роскошной, интригующей и сказочной, что делает поход в эту баню настоящим побегом от серой реальности.
send.project
«Заря» над волнами
В проекте реконструкции муниципального пляжа «Заря» в Сочи от бюро V6 GROUP – террасирование, «текучий» бетон и открытый бассейн стали ответами на главные вызовы курорта: нехватку места, капризы моря и модернистскую айдентику местной инфраструктуры.
Конкурс
Белый конгломерат: AI-Architects
Белые цилиндры «слипаются», расширяются кверху и подсвечиваются изнутри, как гигантские лабораторные колбы. Внутри – атриум-амфитеатр, где наука становится зрелищем. Мы продолжаем публиковать конкурсные проекты ФИЦ оригинальных и перспективных биомедицинских и фармацевтических технологий и показываем концепцию от консорциума «АИ-АРХИТЕКТС+ТОЛК+ZLT+АрТех Лаб».
Результаты конкурса
Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ
Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – с проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.
send.project
Типографика пространства
Консорциум ab Plombir и проект «ДАЛЬ» разработали комплексную концепцию развития исторического квартала «Нижполиграф» в Нижнем Новгороде. Бывшая типография превращается в креативный кластер и федеральный технопарк профессионального образования. Проект сохраняет промышленную идентичность места, деликатно работает с объектом культурного наследия и программирует 45 000 м2 как единую экосистему для встреч, коллабораций и городской жизни.
send.project
За холмами
Бюро Анастасии Томенко спроектировало для участка в районе Жигулевских гор загородный дом. Он одновременно подражает холмистому рельефу и заявляет о своем статусе выразительной скульптурной оболочкой, предлагает уединение и широкие виды, а также разные сценарии использования – от бутик-отеля до частной резиденции.
Рецензия
Фолиант большого архитектора
Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.
Архитектура в девелопменте
Взгляд сверху
Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.
Результаты конкурса
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Объект
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
send.project
Звенья одной цепи
Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.
Объект
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
send.project
DELO’вой подход
Компания DELO успешно ведет дела во многих архитектурно-дизайнерских областях. Для того чтобы наилучшим образом представить все свои DELO’вые ипостаси, она создала специальное пространство, в котором торговая, маркетинговая и рабочая функции объединены в единый, очень органичный и привлекательный формат.
Объект
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
Конкурс
IAD Awards 2026
В этом году среди призеров премии International Architecture & Design Awards целая россыпь российских проектов, преимущественно от московских бюро. Рассказываем подробнее об обладателях платиновых наград и показываем всех финалистов из номинации «Архитектура».