Марк Григорьевич исследовал проблемы расселения и градпланирования с точки зрения как истории XX века, так и современности, хорошо понимая связность этих двух тем. Несколько своих исследований Марк Григорьевич опубликовал на Архи.ру, что мы считаем это удачей и признательны ему. Это Новые материалы к дискуссии по соцрасселению (часть I и часть II), исследование к 80-летию Гипрогора (часть I и часть II), заметки о Щусеве. Полную биографию и список трудов можно найти здесь, здесь и в списке выдающихся ученых, некоторые статьи и главы из книг здесь. О кончине Марка Григорьевича сообщили несколько иркутских СМИ, но надо сказать, что его работа была важна далеко не только для Иркутка, но и в целом – для современной урбанистики и исторической науки.
Марк Григорьевич исследовал всё – даже к своей болезни относился как к объекту, не без иронии рассылая сообщения о состоянии дел своему списку контактов: «НЕ нужно ничего! Абсолютно НИЧЕГО! Спасибо, всем Вам, что бы были в моей жизни!». Не знаю, кому как, я в этом вижу мужество смотреть в глаза реальности. Последнее письмо: «...сегодня 15 октября – «планово-расчётный срок моей кончины», – страшно, но смело. Прошло три дня.
Между тем хочу здесь процитировать заметку, написанную Марком Григорьевичем в память Вячеслава Леонидовича Глазычева, поскольку гиперссылка на нее больше не работает, а сказано живо и актуально:
Итак, Марк Меерович о Вячеславе Глазычеве,
да в общем-то и о себе:
[Письмо Марка Мееровича: Вячеслав Леонидович Глазычев (1940 – 2012) // Объединение планировщиков (RUPA), 08.06.2012]
«Наше знание сформировано теми, кто возрождал запрещенную историю советского архитектурного авангарда, безоглядно конфликтуя с официальной идеологией. Наши идеи впитаны от наших учителей – реформаторов-шестидесятников, безоглядно веривших в то, что архитектура способна создавать нового человека и улучшать общество. Наша убежденность, во многом, результат наших споров и сотрудничества с нашими старшими коллегами, впоследствии ставшими близкими товарищами и даже друзьями. Наша надежда в том, что наши ученики станут нашими последователями...
Но этого не произойдет. Следующие за нами поколения – совсем другие, нежели мы. Они талантливые, они умные, они деловые. Но они другие. Они значительно острее, чем мы, видят за ситуацией проектирования заказчика, с которым нельзя испортить отношения из-за будущих заказов. Они обостреннее ощущают бурление денег, которые позволяют им содержать подчиненных, офис, технику. Они глубже ощущают за ситуацией проектирования свою беззащитность – все почти мгновенно может обернуться так, что в этом городе у них уже никогда не будет работы...
Мы, создавая архитектурный облик или планировку, прежде всего, решаем социальную проблему или осуществляем культурную инициацию. За ярким образом или эффектной формой мы всегда стремимся разглядеть гения места или городскую проблему. Мы разгребаемся в городской сумятице до тех пор, пока не поймем, зачем здесь возникает та или иная постройка. И должна ли она здесь быть вообще...
<…>
В послеперестроечные годы мы также, как он, встали грудью перед изламывающей смысл проектирования лавиной профессиональной подлости и лжи, когда наши коллеги и сокурсники в угоду новых капиталистов готовы были «творить» все, что те от них требовали и «научно» обосновывать все, что повелевала власть.
Мы боролись с точечной застройкой и протестовали против уничтожения общественных пространств. Мы бились за сохранение исторической среды наших городов, выгорающей из-за целенаправленных поджогов и догнивающей из-за наплевательского отношения муниципальных властей. Мы противостояли вакханалии землеотводов...
<…>
И если раньше они самовыражались в уютной тиши офисов, то теперь именно они выходят один на один с отвердевшей и окрепчавшей системой частно-государственной коррупции, когда городская территория воспринимается теми, кто избран рачительно руководить ею, исключительно как место безмерного обогащения и кормления приближенных. Системой, которой архитектор не нужен. Он, как реликтовый пережиток прошлого, заполняет своей суетой случайно сохраняющееся за ним место в процессах инвестирования денег в строительство недвижимости. В подавляющем большинстве ситуаций он необходим лишь как вынужденная ступень комплектования документов, разрешающих строительство, а потом все начинает происходить без его участия и без его контроля, а часто, просто вопреки, его замыслам, воплощенным в чертежах. Его знания, его мысли, его предложения «по улучшению и совершенствованию» никому не нужны – все и так расхватают, раскупят, распилят...
Нам некому передать выстраданную позицию, «сдать пристрелянный окоп».
Нам некому перепоручить журналы, которые мы издаем.
Нам некому передать наши фирмы.
Нам некому наследовать наши профессиональные взгляды.
Все наше уходит вместе с нами».
***
Очень точно, очень щемяще и больно. Светлая память.
Прощание состоится в воскресенье (21.10.2018), с 10 до 12 часов по адресу г. Иркутск, ул. Байкальская 253а (Сибэкспоцентр), павильон 2.
Марк Меерович, 1956-2018
