«Там архитектор играет первую скрипку»

Сергей Туманин – о различии российской и американской архитектурной практики, по следам выступления Леонида Кравченко, который работает теперь в США.

Автор текста:
Сергей Туманин

06 Мая 2016
mainImg
Когда-то, кажется очень давно, в середине 80-х, точно в то время, когда Советский Союз дошел до черты и ему понадобилась перестройка, мы закончили институт; на год раньше, если быть точным. Это было золотое время «Гражданпроектов» и системы послевузовского «распределения». Лучшее место в Нижнем Новгороде (Горьком) для архитекторов «до» этого и ещё немного «после» был, конечно, «Горьковгражданпроект». В нём работал весь «цвет» архитектуры Нижнего Новгорода и главным архитектором к тому времени стал Александр Харитонов. Он сам и отбирал кадры архитекторов и сам распределял их по мастерским. Так образовался некий «Харитоновский призыв»: в 1985 г. – это Б. Тарасов, О. Рыбин, С. Поливанов, В. Вагин, а в 1986 г. – Л. Кравченко, в 1989 я вернулся из Твери и тоже попал на орбиту «Гражданпроекта». Фактически там и сформировалась будущая «Нижегородская школа». Уже работали в разных должностях: С. Тимофеев, А. Дехтяр, В. Бандаков, В. Никишин, В. Быков, А. Сазонов, Ю. Чакрыгин, Ю. Карцев, А. Степовой, М. Ногинов, А. Худин, А. Копылов, Е. Пестов, В. Коваленко, С. Хвиль, Ю. Болгов. Позже картину дополнили Д. Волков и А. Каменюк. Этот контингент просуществовал примерно до середины 90-х. Потом постепенно оттуда отпочковались собственные архитектурные мастерские. И к нулевым наш цех выглядел уже достаточно убедительно для того, чтобы можно было о нём говорить как о явлении. Сначала о нижегородских архитекторах вышел номер «Архитектурного вестника» Дмитрия Фесенко, а позже №4 журнала «Проект-Россия» Барта Голдхоорна и это был настоящий бенефис для «Нижегородской школы» – в это время пошли награды, госпремии, академические звания.

Говорю об этом не сколько из ностальгии, а потому что это были действительно единомышленники и годы непрерывного общения, обмена информацией и обсуждения абсолютно всего, что проектировалось в Нижнем Новгороде тогда.

В 1999 г. ушел Харитонов, но остались и продолжают работать практически все мастерские, созданные тогда. Этот рассказ может показаться лишним, но на мой взгляд он многое объясняет в наших взаимоотношениях друг с другом и тех связях, которые незримо присутствуют до сих пор.

Леонид Кравченко стал одним из ведущих нижегородских архитекторов и одним из учредителей нижегородского бюро «Ваш дом» (Д. Волков, А. Королев). В 2002 Леонид продолжил свою творческую деятельность уже в Америке...

Мы не виделись все эти годы, только наблюдали какие-то моменты в ленте фейсбука. И вот наконец появилась возможность узнать из первых уст о том, как Леонид провел эти четырнадцать лет и как устроена профессиональная практика в Нью Йорке.

Мне кажется мы все, кто творит сегодня в России, просматривая архитектурные новости или бывая в поездках за рубежом, испытываем некий комплекс неполноценности из-за нашего образования и нашей не очень интегрированной в мировую практики. Тем более интересно было узнать то, о чём каждый, наверняка, задумывался: можем ли мы, могу ли я занять достойное место там, где открыт мир и существуют правила игры в глобальном понимании, они живут и практикуют везде – на всех континентах.

Леонид работает в компании, по американским меркам не старой, основанной в 1978 году, и, может быть, не самой большой: около 160 человек (в зависимости от ситуации в экономике состав меняется), но эта компания находится в самом сердце Нью-Йорка на Манхэттене. В 14 кварталах от Эмпайр Стейт Билдинг, между 5 и 6 Авеню.
zooming
Финансовый центр короля Абдаллы, Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Участок 4.11. 2014 © FXFOWLE Architects
zooming
Гринвич-лан, Нью-Йорк © FXFOWLE Architects
zooming
Башня Индия, Мумбаи © FXFOWLE Architects

Компания FXFOWLE Architects основывается на инновационных стратегиях и принципах ответственного отношения к планете, устойчивого развития. Её основатель Брюс Фауэл был одним из первых в США, кто начал претворять эти принципы в жизнь. Они были реализованы в первой зелёной высотке в Шанхае (Промышленный и коммерческий банк Китая 1992 г.) и в Нью-Йорке – Conde Nast Building на Таймс Сквер, 4 (1999 г.) – постройке, которая стала катализатором «Зелёной сертификации зданий LEED». Среди реализации в портфолио компании уже 6 платиновых и 9 золотых сертификатов LEED за разные объекты. Компания – эксперт в области разработок «зелёных кодов» для Нью-Йорка. Входила в целевую группу мэра Блумберга по этим стандартам. 90% сотрудников аккредитованы по системе LEED. Компания первая получила приз ENERGY STAR Small Business Award за нейтральный уровень эмиссии углерода в 2008 году. Говоря об этих фактах надо учитывать, что у нас ни один архитектурный вуз или факультет не готовит специалистов в области зелёных стандартов. Это образование можно получить только индивидуально на платных курсах. И сертификация зданий по стандартам, разработанным в разных странах, не получила пока должного развития в России.

Тем более впечатляет то, как за небольшой отрезок времени Леонид сумел интегрироваться в такую «продвинутую» компанию и занял там место высокого уровня. Ему доверяют наставничество молодых коллег и решение нетривиальных проектных задач. Например, сейчас заканчивается проектирование очень сложного по функциональной насыщенности и по сложной реконструкции жилого квартала в Greenwich Village – проект Greenwich Lane, в котором с самого начала Леонид принимает самое непосредственное участие. На этом историческом месте располагался огромный больничный комплекс Saint Vincent. Сейчас это будет разнотипное жильё высокой комфортности с фитнес-центром, бассейном, кинозалом, шеф кухней для приема гостей, внутренним зелёным двором, с фонтаном на крыше паркинга и фитнеса и даже пятью четырехэтажными особняками-пентхаусами, каждый из которых оборудован лифтами, винными холодильными камерами и установками для выпечки пиццы (общей площадью 68000 м2) – комплекс из 11 зданий.

Помимо многочисленных проектов в Нью Йорке он принимал участие в международных проектах: 34-этажного высотного здания Maritime в Дубае; офисных и жилых зданий в King Abdullah Financial District, строящихся в Эр Рияде, Саудовская Аравия (62000 м2); самого высокого здания в Мумбае (Индия) 191 м (40 этажей) Ruby Mills, интересного тем, что на офисные этажи поднимаются лифты с автомобилями, тем самым парковка получается под боком; ещё не построенного 60-этажного небоскреба в Мумбае.
zooming
Лекция Леонида Кравченко. Фотография © ГСТ
zooming
Лекция Леонида Кравченко. Фотография © ГСТ

Чем же отличается проектная практика американской компании от нашей отечественной? Не только такой глобальной географией и разнообразием климатических зон, часовых поясов, метрической и британской системой измерения (imperial system). Главное всё же в том, что архитекторы там играют первую скрипку независимо от того, кто назначен «генпроектировщиком» – его может вообще не быть, но архитектор в любом случае является «первой скрипкой» – основным, ведущим звеном и все смежные разделы согласовываются с ним.

Второй факт, влияющий может быть более всего на качество объекта, – это чрезвычайно подготовленный заказчик и его службы. Там заказчик не прячется за «армией» менеджеров, как у нас. Заказчик – осведомленный и вникающий не только в экономику, но и в детали объекта человек. Кстати, маркетинговый департамент заказчика – это одна из служб, которая разрабатывает стратегии по объектам, помогая клиенту сформировать свой план-задание на проектирование, очень подробный, всеобъемлющий документ, отличающийся от наших детализацией.

Все части проекта собираются как пазл, исходя из архитектуры, и все детали с ней согласовываются, чертежи выпускаются очень подробные. Интересно, что в Штатах все материалы для строительства имеют свои цифровые коды и на архитектурных чертежах вместо привычных нам спецификаций присутствуют таблицы с кодами практически всех материалов, применённых в объекте.

Конечно за 2,5 часа рассказа об американской практике не удастся показать все различия и особенности в наших системах, тем не менее некоторые соображения можно сказать определенно: где бы ни находился человек: в нашей среде, получившей казалось бы не самое лучшее архитектурное образование, или в среде выпускников Гарварда, Массачусетса и др. известных архитектурных вузов, от его целеустремленности, открытости к общению и познанию, способности ставить и достигать цели – зависит его успешное встраивание в совершенно другую систему.

Кое-что можно уверенно поставить в плюс нашему образованию – это наша художественная составляющая, способность делать эскизы руками, зарисовки и наброски, которые являются самым понятным архитектурным языком. Леонид мастер этого дела. Выставка его скетчей демонстрировалась в 2006 году в рамках программы Дней Архитектуры в Нижнем Новгороде. А в Нью-Йорке только что завершилась его персональная выставка акварелей и скетчей.

Но в остальном наша практика проигрывает из-за главенства финансовых интересов заказчика, а не развития территорий, безумной бюрократической машины, которая бесконечно долго и не по существу согласовывает всё до деталей, и может изменить свое мнение в любой момент (как в случае с конкурсами). Ещё у нас есть экспертиза, которая должна касаться только бюджета, но касается всего на свете. В целом можно сказать: мы не можем двигаться вперед, внедрять новые технологии, развивать экологичность строительной отрасли и наших территорий потому, что вынуждены отстаивать интересы девелоперов, а они не заинтересованы в инновациях, считая их лишними затратами, не приносящими прибыль.

Да, наши практики отличаются и уровень заказчика разный, но в целом мы движемся в правильном направлении как и глобальный мир, и всё получается, если мы разговариваем на одном языке – языке архитектуры.

06 Мая 2016

Автор текста:

Сергей Туманин
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Питеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Все дело в центре притяжения
На развитие рынка недвижимости, в особенности загородной, все больше стали влиять инфраструктурные факторы. Все чаще центром притяжения загородных кластеров становятся самостоятельные объекты, жизнедеятельность которых не зависит от спроса на загородную недвижимость: натуральные хозяйства, фермы и лесопарковые зоны. Так постепенно пригород миллионников обрастает комплексной инфраструктурой и современными архитектурными решениями.
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Сейчас на главной
Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...
«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.
Облако на холме
Бюро Alvisi Kirimoto завершило реконструкцию разрушенной землетрясением музыкальной школы в итальянском Камерино. Реализовать проект удалось менее чем за 150 дней.
От пожара до потопа
Награждение одиннадцатого АрхиWOODа прошло в виде конференции zoom, но не менее продуктивно и оживленно, чем всегда. Гран-при получил Сожженный мост, многозначная масленичная затея из Никола-Ленивца, а призы в главной номинации – Тотан Кузембаев за свой собственный дом в деревне Лиды и Денис Дементьев за дом на склоне в деревне Ромашково. Вашему вниманию – репортаж с награждения, которое длилось 4 часа, предоставив возможность высказаться всем заинтересованным профессионалам.
Деревянный рай
Квартал по проекту по проекту Querkraft и Berger + Parkkinen в районе Асперн в Вене выстроен из дерева – как клееной, так и обычной древесины на бетонном каркасе, причем очень многие элементы конструкции – сборные, предварительно изготовлены на заводе.
Путь к новой орнаментальности
Клубный дом-дворец «Аристократ» у соснового парка перед началом Рублевского шоссе представляет собой новый этап развития московской декоративно-исторической архитектуры: респектабельно украшенной, но тяготеющей к легким светлым тонам и умело использующей романтический флёр майоликовых вставок.
Реновация по-дальневосточному
Конкурсный проект реновации двух центральных кварталов Южно-Сахалинска, 7 и 8, разработанный UNK project, получил звание победителя в номинации «архитектурно-планировочные решения застройки».
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Ближе к людям
Южнокорейский город Чхонджу планирует расчистить почти 3 га в историческом центре от существующих зданий XX века для строительства новой ратуши по проекту бюро Snøhetta, который победил в международном конкурсе.
Портфолио поколения Z
Студенты второго курса МАРШ оформили свои портфолио в виде web-страниц, на которых демонстрировали навыки и умения, а архитекторы как работодатели оценили удобство формата и рассказали о своих предпочтениях при выборе кандидатов.
Контакт
В Риме, в Центральном институте графики, открылась выставка Сергея Чобана «Оттиск будущего. Судьба города Пиранези». Она включает четыре гравюры, чьим источником послужили римские ведуты XVIII века, дополненные футуристическими вкраплениями, и много рисунков, исследующих ту же тему, подчас очень экспрессивно. Вопросы выставка ставит, а ответов, как кажется, не дает. Поскольку в Рим сейчас съездить проблематично, рассматриваем картинки.
Новый старый Серпухов: работы студентов Алексея Бавыкина
Бакалавры подошли к теме реконструкции комплексно: рассмотрев центр города в целом, создали проекты отдельных кластеров с разными функциями, призванными оживить историческую среду, на месте двух заброшенных заводов, тесной школы и больницы.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Владимир Плоткин: «Мы старались привить студентам...
Три проекта группы бакалавров МАРХИ Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: музей антропологии в Мневниках; школа нового типа, разработанная в согласии с принципами современного образования, и «легальный туннель» для мигрантов из Мексики в США.
От театра до музея: дипломы бакалавров группы Владимира...
Четыре проекта бакалавров МАРХИ группы Владимира Плоткина, Валерия Грубова и Светланы Трифоненковой: театральный комплекс, плавающий по Москве-реке, дом на Песчаной улице, музей-остров из кораллов на старой нефтяной платформе в Адриатическом море и кинофестивальный центр с фестивальной улицей и «мостом» к реке.
Пресса: Сергей Чобан — о том, почему петербуржцы не терпят...
15 октября Сергей Чобан открывает в Риме выставку, где покажет несколько «испорченных» им гравюр великого Джованни Баттиста Пиранези. По этому случаю он написал колонку о том, почему наше благоговение перед исторической архитектурой Петербурга пронизано двойной моралью.
Клином красным
Невзирая на неурядицы 2020 года в Гостином дворе открылась Арх Москва. Она состоит из тех же частей в иных пропорциях, и, как всегда, ставит абмициозные задачи: а) увидеть в архитектуре искусство, б) резюмировать последние тридцать лет. А «никакой архитектуры» – в этом, конечно, есть доля шутки.
Выход за пределы
Жилой комплекс для исторической части города от бюро ОСА: многоуровневое дворовое пространство и стремящаяся к абсолюту свобода фасадов.
Кирпичный дом в большом городе
Сознавая весь романтизм и харизматичность кирпичной архитектуры, Степан Липгарт поработал с темой кирпичного дома в Петербурге и решил две теоремы, предложив башни американского ар-деко для более высокого ЖК Alter на Магнитогорской улице и чувственную пластику ар-деко в коктейле с лофтовой эстетикой для дома на Малоохтинском проспекте.
Природа – и храм, и мастерская…
Если классический словарь разных эпох – революционную дорику и палладианский руст – скрестить со скандинавским деревянным домом и модернистским пространством, то получится лесная деревянная классика Артема Никифорова, построившего архитектурный коворкинг под Петербургом.
Лунный город
Бюро BIG, ICON и SEArch+ заняты разработкой проекта «Олимп» – строительных технологий и плана первого поселения на Луне. Работа идет под эгидой НАСА.
Город солнца
Комплекс ВТБ Арена Парк, спроектированный и реализованный совместно Сергеем Чобаном и Владимиром Плоткиным, претендует на роль эталонного эксперимента по снятию вековых противоречий между архитектурой традиционного направления и модернизмом. Рамки дизайн-кода и интеллигентный, творческий характер пластической дискуссии сформировали несколько идеализированный фрагмент городской ткани.
Журналисты как архитекторы
В Берлине открылось новое здание издательского дома Axel Springer, куда входят Die Welt, Bild и множество других газет и журналов. Авторы проекта, Рем Колхас и его бюро OMA, разработали его с учетом непредсказуемости цифрового будущего.
Пресса: Архитектура должна быть искусством
Владимир Плоткин – руководитель известного и признанного в России и Москве бюро ТПО «Резерв», которое в этом году отметило свое 33-летие. Последние да и многие предыдущие его проекты стали по-настоящему громкими – КЗ «Зарядье», административный центр и больница в Коммунарке. Разговор состоялся накануне открытия выставки «АРХ Москва», чьим лозунгом в этом сезоне станет «Архитектура – искусство»
Коронавирус не подточил деревянную архитектуру
Премия АРХИWOOD собрала рекордные 207 заявок, в шорт-лист прошло 54. Хотя организаторы премии до сих пор не решили, в каком формате пройдет церемония награждения победителей, Экспертный совет определил шорт-лист премии, а на ее сайте началось голосование. О вышедших в финал номинантах, а также о внутренних проблемах премии, которые, среди прочего, отражают новые тенденции в деревянной архитектуре, рассказывает куратор Николай Малинин.
Планирование и политика
Публикуем отрывок из книги Джона М. Леви «Современное городское планирование», выпущенной Strelka Pressв рамках образовательной программы Архитекторы.рф. Этот авторитетный труд, выдержавший 11 изданий на английском, впервые переведен на русский. Научный редактор этого перевода – Алексей Новиков.
Дай мне напиться железнодорожной воды*
В проекте третьей очереди микрорайона «Лиговский Сити» в «сером поясе» Петербурга консорциум KCAP & Orange Architects & «А.Лен» поставил перед собой задачу сохранить дух места через консервацию контуров железнодорожных путей и уподобление объемов жилой застройки контейнерам, сложенным на товарно-разгрузочной станции.
Стоянка у петроглифов
Проект туристического комплекса рядом с беломорскими петроглифами: нейтральная архитектура для будущего объекта из списка ЮНЕСКО
Корпоративная пещера
Пекинское бюро Atelier Alter устроило в штаб-квартире компании Yingliang на юго-востоке Китая музей окаменелостей, найденных при добыче ею камня.
Разделительная полоса
Центр выставок и конгрессов MEETT в Тулузе по проекту OMA отделяет урбанизированную окраину от сельской местности, предохраняя ее от стихийного «расползания» города.
Львы на стекле
Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.
Климатические зоны для искусства
В Роттердаме закончено строительство фондохранилища Музея Бойманса – ван Бёнингена по проекту MVRDV. Впервые в мире в таком здании все экспонаты из музейного собрания будут доступны посетителям для осмотра, а на крыше высажена березовая роща.