Большой обвал грунта был зафиксирован на этом же склоне Николиной горы в 1908 году. Тогда оползень располагался в 37 м от собора и имел площадь около 230 кв. м. Комиссия из компетентных инженеров пришла к выводу, что собору ничего не угрожает, и городские власти ограничились лишь устройством дренажных лотков и укреплением склонов холма.
Второе известное сползание грунта на том же склоне произошло в 1995 году. Но, как помнится мне, никаких профилактических работ в то время произведено не было. Чиновники от культуры и можайская администрация не приняли никаких мер к укреплению склона холма. Понадеялись на Бога. И правда, Бог помог в тот раз, и собор устоял. Продержался он семнадцать лет.
Сейчас, похоже, ситуация сложней. 15 апреля оползень имел ширину около 20 метров вверху, но за три дня увеличился метров до 30. Длина его по склону около 40 м и такая же ширина внизу, у подошвы холма. По площади он примерно в шесть раз больше оползня 1908 года. Каждый день грунт все больше и больше надвигается на строения и на частные дома Бородинской улицы.
Похоже, что это только начало. В Можайске еще лежит снег, и река Можайка только начинает разливаться. Берегов она не подмоет, но поднимет уровень грунтовых вод, что грозит увеличением оползня, или же еще новыми обрушениями грунта. А это уже серьезная причина для беспокойства – удастся ли спасти Новоникольтский собор от полного или частичного обрушения?
Юго-западный угол собора начал обваливаться. В верхней части здания появились угрожающие трещины. Сколько еще простоит собор уникальной псевдоготической архитектуры? Год, два... или начнет разрушаться уже этой весной?
Как мне видится спасение собора?
Вопрос о спасении собора дальновидные и болеющие душой за свое культурное наследие люди поднимали давно. Лет десять назад даже были составлены проекты укрепления склонов и полной реставрации объекта. Работы были оценены примерно в 200 миллионов рублей. Уже тогда было очевидно, что угроза обвала близка. Но государство не выделяло денег и местные чиновники, проявив удивительное равнодушие к архитектурному памятнику, бездействовали.
Сейчас, когда угроза обрушения стала очевидной, началось некоторое движение. Выражается оно в том, что чиновники, прежде всего, стали выяснять, кому же принадлежит памятник? Раньше он числился в реестре архитектурных памятников, потом его передали РПЦ. Но Николина гора осталась в реестре археологических памятников. Похоже, не обойтись без длительных согласований относительно того, кто и за что должен платить. Для чиновников сейчас главное не спасение собора, а решение вопроса о том, кто же должен выложить огромные деньги на его сохранение?
Вся эта бюрократическая машина очень неповоротлива и нерасторопна, поэтому не стоит ждать скорого решения. Потом начнется длительный процесс изыскания средств и получения разрешения на их освоения. Собор может и разрушиться к этому времени.
Могли бы можайские власти проявить инициативу и собственными силами, не обращаясь к государству, спасти Никольский.собор? Думаю, что это было бы наиболее быстрым и наиболее достойным решением вопроса.
Как это можно сделать?
Во-первых, районные и городские власти могли бы обратиться к жителям района и города и предложить совместными усилиями, не ожидая нерасторопной помощи властей области и различных ведомств, спасти собор. Считается, что в районе постоянно проживает около 70 тысяч и около 200 тысяч дачников. Можно было бы организовать сбор средств. Предположим, с детей и пенсионеров по 100 рублей, с остальных по их материальным возможностям. Если бы глава Можайского района Беланович и глава города Можайска Сунгуров заявили, что отдают на спасение собора по 100 тысяч рублей, то это бы послужило примером для всех можайцев. В том числе для административных работников и можайских нуворишей. И деньги были бы собраны быстро и в достаточном количестве.
Во-вторых, следовало бы подойти к своему культурному достоянию не только с любовью, но и с изрядной долей бережливости. И как следует пересчитать предложенные проектировщиками сметы.
Я работал в проектных организациях и имею представление о том, как неимоверно завышаются сметы на подобные работы. Раньше еще были контрольные органы, которые как-то сдерживали этот процесс. Сейчас же таких органов нет, и вопрос сбережения денег зависит только от заказчика и его компетентности в этих вопросах. Думаю, что на спасение Никольского собора хватило бы и половины той суммы, которая заложена в сметы. А то и меньшей.
В-третьих, следовало бы опереться в восстановительных работах на силы можайцев. У нас в городе живет большое количество грамотных специалистов. Есть архитекторы, проектировщики, геологи, строители и т.д. Есть свои строительные организации и строительные бригады. Следовало бы создать штаб для организации и координации работы добровольцев. Уверен, что если бы можайцы почувствовали в действиях администрации бескорыстную и искреннюю любовь к культурному достоянию города, то многие с энтузиазмом включились бы в работу. В этом случае можно было бы отказаться от дорогих услуг московских организаций. Это было бы и дешевле, и патриотичней по отношению к собственной истории. Стоило бы отказаться и от привлечения мигрантов к данным работам, поскольку затрагивается слишком деликатная область. Здесь должна, прежде всего, проявляться личная ответственность человека за свои духовные святыни.
Думаю, что осуществление этой небольшой программы не только позволило бы спасти памятник архитектуры, но и значительно сблизило бы народ и власть.
Но, к сожалению, все это из области фантазии. Все эти планы предусматривают одну существенную деталь – высокий авторитет властей в глазах жителей района. Притом, авторитет не административный, а моральный. А за последние четыре года власть настолько утратила свой авторитет в глазах можайцев, что никакие благородные призывы не способны восстановить взаимное доверие. На призыв сбора средств и предложение дружной совместной работы с администрацией мало кто откликнется. И не потому, что можайцы жадны, равнодушны и ленивы, а в силу того, что мы им просто не верим.
Но и эта ситуации не безнадежна. Наши Можайские чинуши сейчас на различных мероприятиях с восторгом и умилением говорят о дореволюционных традициях, о дворянском и купеческом честном слове и бескорыстии в поступках. Сейчас самое время им вспомнить традиции меценатства, которые были сильны в обществе той поры. И пожертвовать частью своего состояния на спасение Можайского собора.
В Никольском соборе служит сам о. Даниил (Жирнов), Благочинный Можайского района. Несколько месяцев назад, по случаю торжественных мероприятий на Бородинском поле, он о щедро раздавал можайским чиновникам и предпринимателям от имени Церкви Патриаршие юбилейные медали в честь 200-летия Бородинского сражения. Сейчас настало время убедиться в том, достойны ли награжденные такой высокой чести, и смогут ли они оправдать чаяния и упования о. Даниила. Другими словами, пожертвовать частью своей собственности на благое дело.
Предположим, можно было бы продать вот этот строящийся в центре города магазин:
Никольский собор в можайске. Фотография: ladoga-centr.ru
Владелец его, будь он патриотом своего города, продал бы строение с землей, а на вырученные деньги спас бы уникальный архитектурный памятник! Таких магазинов в городе десятки, но Никольский собор один. Да и можайцы, видя такое бескорыстие, быстро бы откликнулись на доброе дело и бесплатно выполнили бы часть работ.
Можайское историческое общество могло бы бескорыстно взять на себя геодезическое обеспечение работ. Если жалко продавать магазин, то можно было бы продать вот этот незастроенный участок площадью в несколько гектар, расположенный в центре города.
Но, к сожалению, не пойдет владелец и этого магазина, и этого участка на такие жертвы! В этом можайцев убедили последние четыре года. Владеет этой собственностью мэр города и кавалер церковных наград В.Сунгуров. И как показала жизнь, он охотно принимает награды, но для своего города не способен на благородные поступки. Это только гражданин Минин пожертвовал всем своим достоянием во имя святых целей. А Сунгуров не из той породы.
Видимо, нужно обращаться к районным чиновникам. Тем более, что церковной награды удостоен и Д. Беланович, глава районной администрации. Теперь ему самое время порадеть за разрушающийся собор.
Рассуждая умозрительно, приходишь к выводу, что у района деньги есть. За последние четыре года с молчаливого согласия районной администрации было продано под дачное строительство (неизвестно кем и неизвестно кому!) около 8000 гектар можайской земли. В том числе, и на Бородинском поле. А там земля наиболее дорогая. Говорят, что стоимость одной сотки земли в наиболее престижных местах достигает 10-20 тысяч долларов (от 300 до 600 тысяч рублей). В этом случае стоимость гектара может быть от 30 до 60 миллионов рублей. Думаю, что денег от продажи гектар 20-50 (это около 0.5 % от всех проданных земель), вполне хватило бы для спасения не только Никольского собора, но и многих других исторических объектов района. Но только в том случае, если положить их не в собственный карман и не отправить в зарубежные банки, а отдать на спасение памятника культуры.
Это Бородинское поле, на котором главы сельского поселения Чурикова и Склюева разрешили продать земли под дачи. Деньги от продажи могли бы спасти наш уникальный архитектурный памятник
Но и эти надежды, похоже, беспочвенны. Стоимость проданной в районе за последние годы земли оценивается в несколько миллиардов рублей (если не десятков миллиардов!). Но эти деньги не превратили наш район в оазис стабильности и процветания. И не спасли наше историческое достояния. Этих денег просто нет. А глава района вряд ли последует примеру гражданина Минина и отдаст свое нажитое...
А раз нет денег и нет бескорыстных патриотов, то будущее Никольского собора начинает вырисовываться с особой четкостью.
Снимки 18 апреля
Из стен собора стали рушиться камни. Пока еще в небольшом количестве, но это указывает на то, что происходят подвижки фундамента.
Здесь разрушение серьезней. Кто-то из сердобольных служителей храма поставил палочку для удержания вываливающихся кирпичей. Помогло. Но, надолго ли?
Хотя это и старая трещина, но она заметно расширилась.
Это новая трещина.
Верх оползня начинается у северо-западного угла собора и находится от него всего в 8 метрах. Еще два дня назад это расстояние было равно метрам 15.
Вид оползня снизу.
Верхняя часть каменного контрофорса, который удерживает грунт от сползания с 1804 года. Долго ли еще он может продержаться?
За последний год эта ель сильно наклонилась. Она растет как раз под контрофорсом. Грунт заметно смещается.
Владимир Куковенко, председатель Можайского исторического общества
