Сергей Кузнецов: «Сверхзадача – сделать Москву городом, комфортным для жизни и интересным с точки зрения архитектуры»

Колонка главного архитектора Москвы: об архсовете, знаковых проектах и о планах изменения московских нормативов.

Беседовала:
Алла Павликова

03 Октября 2013
mainImg
Продолжаем задавать главному архитектору Москвы вопросы, интересующие наших читателей. В этом интервью в числе прочего мы обсудили с Сергеем Кузнецовым темы, предложенные Дмитрием Хмельницким, Виталием (FVV) и Evgeny Drozhzhin.
Фотография предоставлена PR Москомархитектуры

Архи.ру:
– У наших читателей вызывает много вопросов деятельность возобновленного архитектурного совета. Как Вы оцениваете его работу и можно ли сейчас говорить о конкретных результатах?

Сергей Кузнецов:
– За тот период, что я нахожусь на посту главного архитектора Москвы, нами был реализован ряд важных инициатив мэра и правительства: это и положение об АГР, и регламентация нашей собственной деятельности, и перевод всех услуг Москомархитектуры в электронный вид, что немаловажно с точки зрения оптимизации работы и взаимодействия бизнеса с властью, и многое другое. Возобновление работы архитектурного совета я считаю одним из главных достижений.

С одной стороны, процент одобренных советом проектов не слишком велик. Но, на мой взгляд, это говорит не столько о строгости совета, сколько об уровне проектирования, который, к сожалению, пока не вполне соответствует современным требованиям. К тому же мы, как правило, рассматриваем самые сложные и запутанные вопросы, на которые порой нет однозначного ответа. К примеру, на последнем заседании совета нам было представлено хорошее архитектурное решение гостиницы на Никитском бульваре, но, учитывая значимость и историю места, мы не могли его утвердить. Часто это даже не вопрос профессионализма архитекторов, но вопрос влияния многочисленных факторов – как, к примеру, нерешенность участка, окружение, транспортные проблемы и т.д.

С другой стороны, мне кажется, что все принятые советом решения были очень взвешенными и адекватными. В состав совета входят очень компетентные люди, их мнение весомо. И я не помню ни одного решения, о котором мы впоследствии пожалели бы или захотели пересмотреть.

Результатом же деятельности совета будут, конечно, здания, которые появятся в Москве.

Все, что строится после утверждения совета, как мне кажется, соответствует необходимому качеству. Конечно, судить об этом не мне, а москвичам и, как бы это пафосно не звучало, их потомкам. Но, по крайней мере, я не вижу серьезных провалов.

– Хотелось бы уточнить, каковы юридические основания деятельности архитектурного совета, и какими правами он наделен?

– Совет утвержден постановлением правительства Москвы, существует положение, регламентирующее деятельность и права архитектурного совета, которое также подтверждается постановлением правительства Москвы об АГР, и, конечно же, градостроительным кодексом Москвы (подробнее о юридических основаниях работы архсовета см. на сайте Москомархитектуры – ред.)  Нам удалось отстоять необходимость существования данного органа перед руководством города, и для города это, безусловно, благо. Большим успехом стала личная поддержка нашей инициативы Сергеем Собяниным. Я убежден, что для таких городов, как Москва или Санкт-Петербург, рассмотрение значимых и сложных архитектурных и градостроительных проектов должно быть обязательным условием, несмотря на то, что российский градкодекс, в отличие от московского, этого, увы, не подразумевает. Если есть коллеги, которые со мной не согласны и считают, что стоит просто выдавать ТЭПы, а строительство и архитектуру здания оставлять на совести застройщиков и инвесторов, то я готов с ними спорить.

Возобновление архсовета – это правильное решение не только с точки зрения закона, но и с точки зрения здравого смысла. Москва при всей своей разнородности и многоликости всегда была и остается одним из самых ярких в отношении архитектуры городов в мире. И во многом это связано с тем, что архитектура здесь всегда очень пристально рассматривалась.

– Как изменилась процедура рассмотрения проектов в сравнении с ранее существовавшей практикой?

– Это и качественные, и количественные изменения. Нам удалось наладить процесс рассмотрения проектов. Рабочие рассмотрения, как и архитектурные советы, проводятся регулярно. Мы работаем очень серьезно и в хорошем ритме, из-за чего можно с уверенностью говорить о качестве принимаемых решений. Но, как я уже сказал выше, оценивать это будем не мы, а жители города. При этом то, что мы сняли напряженность на рынке, связанную с огромным количеством вопросов, которые попросту никем не рассматривались, это факт. Меньше чем за год количество проектов, рассмотренных в Москомархитектуре увеличилось примерно в семь раз.

Кроме того, нужно добавить, что все рассмотрения, кроме регламентного, стали абсолютно открытыми. Это публичная процедура, и механизм принятия решений виден всем. Если сравнивать с тем, как это происходило раньше, то сегодня нами сделан огромный шаг в сторону открытости. Мы всегда приглашаем представителей прессы, но что более важно – на заседаниях совета могут присутствовать все желающие коллеги архитекторы. Таким образом, для всех становятся очевидными мотивация и аргументы членов совета при утверждении или отклонении того или иного проекта. Все происходит по единой форме, мы никого не выделяем и никого не притесняем. Архсовет – это не лобное место, куда люди приходят как на казнь. Это место, куда люди приходят за правильным советом. У нас общий интерес – город. Я уверен, что никто из моих коллег архитекторов не хочет, чтобы город получал новые «оплеухи» в виде некачественных построек. Напротив, все мы стремимся к тому, чтобы на территории Москвы появлялись только достойные образцы современной архитектуры.

– Можно ли считать недавно объявленный конкурс на разработку концепции развития территории завода «Серп и Молот» реальным достижением архсовета?

– Безусловно. И этот конкурс, и конкурс на проект торгового комплекса на Славянском бульваре – все это результат деятельности архитектурного совета. Именно по результатам заседания членов совета было принято решение о вынесении этих площадок на конкурс. Заказчики в обоих случаях пошли нам навстречу. Мы стараемся наладить диалог с инвесторами, и они к нам прислушиваются.

– Чего Вы ждете от конкурса «Серп и Молот», и может ли данная площадка стать своего рода образцом развития промзон, расположенных на территории Москвы?

– Я считаю, что это важный конкурс. И дело даже не в площадке. До этого был проведен достаточно полезный конкурс на проект территории завода ЗиЛ, но он не получил той огласки и того масштаба, которые мы сегодня обеспечиваем всем значимым конкурсам. А мне кажется крайне важным привлекать внимание профессиональной и непрофессиональной общественности к таким вопросам. Люди должны быть хорошо осведомлены о том, что происходит в городе и более того – они должны чувствовать свою причастность и ответственность за принимаемые решения, чтобы реализации не вызывали раздражения или удивления. Мы готовы всячески поддерживать активную гражданскую позицию населения, готовы выслушать любые мнения. Поэтому данный конкурс – это очередной шаг в сторону развития диалога с общественностью. Мы стремимся, чтобы люди через средства массовой информации или путем непосредственного участия в тех или иных процедурах, могли наблюдать, как и на основании чего принимаются решения, из какого количества и качества конкурсных проектов выбирается победитель. Это очень важно.

И, действительно, я думаю, что данный конкурс может стать образцово-показательным. При этом я не считаю, что все площадки нужно проводить через конкурсную процедуру. Конкурсы актуальны только для самых важных для города участков. И в этом случае конкурс становится самым лучшим инструментом для поиска максимально качественного решения. Но создавать конвейер мы не хотим. Далеко не все шедевры мировой архитектуры являются результатом конкурсного отбора. Мы реагируем по ситуации. Как только появляется значимая и одновременно сложная территория, готовая развиваться, мы вступаем в переговоры с инвестором и решаем вопрос о проведении конкурса. В настоящий момент, помимо территории завода «Серп и Молот», запущен еще один актуальный градостроительный конкурс на международно-финансовый центр в Рублево-Архангельском. По-моему, проведение двух столь знаковых площадок через конкурсную процедуру – это уже очень большое достижение. Еще пару лет назад трудно было даже представить себе, что эти территории получат такое развитие.

– В своих интервью Вы часто называли в качестве одной из перспективных задач развитие большого проекта «Москва-река». Сегодня уже известны какие-то детали и подробности этой работы?

– В настоящий момент мы уже приступили к разработке и подготовке первой концепции, которая станет заданием конкурса. В планах проведение большого международного конкурса на развитие территории вдоль Москвы-реки. Этот проект охватит и некоторые промышленные территории. Тем не менее, в отличие от вышеупомянутых конкурсов, данный конкурс будет более концептуальным. Мы понимаем, что полученные по его результатам решения сложно будет в точности реализовать, поскольку речь идет о гигантской территории. На основании полученных предложений планируется разработка общей программы развития Москвы-реки. В данном случае мы рассчитываем получить некий банк идей, в соответствии с которым будем постепенно осваивать и развивать эту территорию. Если оценивать объективно, то проект планировки Москвы-реки, учитывая огромные масштабы охватываемой территории, подготовить невозможно, равно как и утвердить такой документ. Эту глобальную задачу мы будем решать постепенно. Пока ясно только то, что, несмотря на сложность вопроса, его все равно надо как-то «двигать». Мы делаем первые шаги, надеясь, что в ходе интенсивной работы сможем найти верное решение и поймем, что делать дальше.

– Существует ли уже какая-то определенность по срокам и регламентам проведения данного конкурса?

– Мы уже стартовали, но обозначить точные сроки пока довольно сложно. Я думаю, что на подготовку и проведение уйдет не меньше года.

– Известно, что Москомархитектура готовит серьезные изменения нормативной базы. Расскажите поподробнее, какие это изменения?

– Да, изменения планируются. Нами была создана рабочая группа, деятельность которой сосредоточена на подготовке корректировок существующих нормативов. Однако надо понимать, что любое изменение должно быть тщательно взвешено, должны быть учтены все факторы. Это очень серьезная работа. Могу сказать, что на повестке дня есть целый ряд вопросов по нормативной базе. Речь идет, в частности, об изменении норм инсоляции, а также о переходе к новой системе застройки – от микрорайонной к квартальной.

Еще одна важная тема – расчет машиномест, который сейчас не привязан к возможностям дорожной сети, а, согласно нормативам, делается только на основании объемов застройки. Но строить гигантские парковки, понимая, что автомобили не смогут к ним подъехать, совершенно бессмысленно. В таких ситуациях необходимо сокращать либо объемы строительства, либо количество машиномест, предлагая людям пересесть на общественный транспорт. Также ведется работа по разделению понятий апартаментов и гостиницы, по узакониванию процедур творческого конкурса, который на сегодняшний день на законодательном уровне просто не существует как понятие. Это вакуум, провал, который необходимо восполнить. Мы считаем, что и форма ГПЗУ должна быть откорректирована. Одним словом – работа активно ведется, но сейчас мы находимся в самом начале пути.

– Сегодня предъявляются довольно жесткие требования к новой застройке. Затронут ли какие-то изменения застройку существующую? Например, в плане облагораживания фасадов или развития инфраструктуры?

– Вопрос существующего города, к сожалению, находится не совсем в нашей компетенции. Мы можем внедряться, только когда речь идет о некой реновации. В тех случаях, когда мы касаемся нового строительства в уже застроенных территориях, то всегда стараемся на уровне технического задания прописать необходимость развития прилегающих территорий, предусмотреть связанность новых объектов с существующей застройкой, например, при реновации жилого фонда. Таким образом, удается избежать эффекта точечной застройки, который всегда опасен. Мы стараемся распространить планирование на гораздо большую территорию, чтобы застройка постепенно превращалась в некую единую структуру, даже если вначале она выглядела как точечная. Все, что от нас зависит, мы делаем, но в целом вопросы благоустройства территории и ремонта фасадов Москомархитектура не решает.

– Читатели Архи.ру интересуются, не запланированы ли шаги по воссозданию уникальных, но утраченных памятников архитектуры на территории Москвы?

– Буквально на последнем архитектурном совете мы рассматривали проект гостиничного комплекса на Никитском бульваре. Прежде на этом месте располагался небезызвестный «Соловьиный дом», который в 1990-е гг. был снесен. По итогам обсуждения данного проекта мы попросили авторов и заказчиков разработать вариант не просто девелопмента этого участка, но воссоздания утраченного объекта. При этом, надо сказать, что в большинстве случаев я выступаю против воссоздания, потому что насколько бы воссозданный вариант не был близок к оригиналу, он все равно будет фальшивкой. Я всегда ратую за новое строительство, предлагая авторам создавать образцы хорошей современной архитектуры, которую можно воспринимать как знак своего времени. Что же касается проекта на Никитском бульваре, то в этом конкретном случае мы просто не могли не учесть всю важность и ответственность проекта и его местоположения. Именно поэтому было решено рассмотреть все варианты, в том числе, вариант воссоздания исторического облика «Соловьиного дома».

– Какие задачи для вас являются первостепенными на ближайшее будущее?

– Одна из главных задач – довести до конца то, что уже начато. Конечно, мы будем стараться завершить ряд знаковых и уже запущенных проектов – таких, как «ЗиЛ», недавно утвержденный на ГЗК, парк «Зарядье» и другие проекты, по которым москвичи будут судить о работе правительства Москвы и Москомархитектуры в том числе. Важно, что мы не стоим на месте, все наши инициативы (где-то в большей, где-то в меньшей степени) получают свое развитие.

То же самое можно сказать и о конкурсной практике, способствующей повышению уровня конкуренции, а вместе с этим – профессионализма. Конкурсы должны проводиться на все важные площадки города. К настоящему моменту конкурсы позволили нам сдвинуть с мертвой точки такие проекты, как Третьяковская галерея или Пушкинский музей. Проект Третьяковской галереи буквально недавно был представлен Владимиру Путину и одобрен им. Для меня это подтверждение того, что мы не просто решаем вопросы, но решаем их удачно. Для города это успех.

Но задача номер один – это генплан города. Он должен охватить присоединенные территории и должен быть разработан на разумных основаниях, отвечающих реалиям времени. Новый генплан города будет учитывать все те элементы планирования, которые до сих пор не были учтены или допускали неточности. А это и экономическая, и демографическая, и социальная составляющие. Если посмотреть генплан 2010 года, то он уже промахнулся в расчетах автомобилизации, роста и характера населения. Новый документ должен максимально учитывать все эти факторы, выступая неким кодексом подхода к планированию.

Одной из важных задач я считаю популяризацию российской архитектуры в мире. Не менее важно привлекать мировых топовых специалистов в нашу страну, чтобы создавать высококлассные объекты. Сверхзадача – сделать Москву городом, комфортным для жизни и интересным с точки зрения архитектуры. Это позволит привлечь сюда новых людей и удержать тех, кто здесь живет. Известно, что главный ресурс, за который борются все города –  человеческий. Мы будем бороться за качество населения – за профессиональных, квалифицированных людей, способствующих развитию столицы по всем направлениям. Вся наша работа направлена на то, чтобы привести застройку города к европейским стандартам, чтобы город был именно городом, а не набором разрозненных территорий, спальных микрорайонов и промзон. Конечно, это сверхзадача, но именно с ее решением связаны все наши инициативы.


03 Октября 2013

Беседовала:

Алла Павликова
comments powered by HyperComments
Пресса: В «Зарядье» прошла встреча главных архитекторов Москвы...
2 июня в инфопавильоне будущего парка «Зарядье» прошла встреча главного архитектора Москвы с правительственной делегацией из Белграда. Сергей Кузнецов рассказал сербским гостям об архитектурной политике и работе Москомархитектуры, в частности, о проекте парка «Зарядье» и разработке паспорта фасадов для зданий.
Пресса: «Чем дальше мы уйдём от типизации, тем лучше»
Москва – сердце России – огромный мегаполис, который постоянно меняет свой облик: благоустраивается и расширяется. Полтора года назад Сергей Кузнецов вступил в должность главного архитектора Москвы. Как изменилась Москва с назначением молодого, талантливого и инициативного архитектора, вы узнаете из этого интервью.
Пресса: Человеческие масштабы
Главный архитектор Москвы, 36-летний Сергей Кузнецов, хочет в корне преобразить город за счет новых парков, набережных и пешеходных зон – чтобы жители, наконец, смогли жить комфортно. Однако такие планы могут остаться нереализованными.
Комплекс открытости
13 ноября в Музее архитектуры начала свою работу выставка «Открытый город», иллюстрирующая основные принципы новой градостроительной политики Москвы и ее первые достижения.
Пресса: «Город — это гигантский экономический механизм»
Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов рассказал, насколько применимо к Москве понятие «устойчивое развитие», почему городу необходимо такое количество торгово-развлекательных центров и как должен выглядеть современный городской парк.
Пресса: Сергей Кузнецов: Мы наверстываем отставание от комфортных...
Редакция ПР продолжает подготовку номера журнала, посвященного московским паркам. В июле на нашем сайте мы выложили дискуссию между участниками международного конкурса на парк «Зарядье», посвященную вопросу, какими должны быть «зеленые» пространства. В начале осени же даем слово инициатору крупнейшего творческого соревнования этого года – главному архитектору Москвы Сергею Кузнецову.
Пресса: Между Церетели и Фостером
Прошел год с момента, как главным архитектором Москвы стал 35-летний Сергей Кузнецов. Что нового принесла с собой для развития российской столицы его молодая команда? Какие проекты зреют и реализуются в городе? Об этом шел разговор на "Деловом завтраке" в "РГ" с Сергеем Кузнецовым.
Пресса: Москва, 2013: новая идеология?
В конце лета исполняется год с момента назначения Сергея Кузнецова главным архитектором Москвы. Срок совсем небольшой, но уже налицо довольно масштабные изменения в градостроительной политике столичного мегаполиса.
Пресса: Вжик, вжик, вжик – уноси готовенького!
Давно прошли те времена, когда знаток искусств Григорий Ревзин воспевал стройные колоннады и гулкие анфилады. Сейчас он – боец, его слово – разящий булат. Именно такой человек нам был нужен, чтобы подвести итоги минувшего года в области архитектуры.
Утвержден новый состав архитектурного совета Москвы
Главный архитектор города Сергей Кузнецов прокомментировал это событие для Архи.ру и рассказал о том, каким образом составлялся список членов совета. В состав совета вошли Ханс Штиман, Сергей Чобан, Григорий Ревзин, Евгений Асс и другие. Смотрите / читайте подробности.
Пресса: Архитектор Москвы Сергей Кузнецов: Нам нужно больше...
В августе прошлого года, будучи только что назначенным на должность главного архитектора столицы, Сергей Кузнецов дал свое первое интервью в новой должности именно «Вечерней Москве». Теперь настало время подвести итоги и услышать из первых уст, что уже успел сделать и что только планирует главный зодчий столицы.
Пресса: Сиротский год
В этом году не только урбанистическая, но и архитектурная деятельность в России продемонстрировала свою бессмысленность. Не обошлось и без курьезов.
Технологии и материалы
«Том Сойер Фест» возрождает красоту старинных зданий
Вот уже 5 лет в разных регионах России проходит уникальный фестиваль по сохранению архитектурного наследия «Том Сойер Фест». Волонтеры и неравнодушные спонсоры помогают спасти здания, которые долгие годы стояли без реставрации и разрушались. И это не просто старые дома – это наше уходящее достояние. Более 40 городов принимают участие в фестивале. В Нижнем Новгороде партнером «Том Сойер Фест» стала австрийская компания Baumit.
Open Spaces
Проект Solo Houses, реализуемый в одном из живописных пригородных районов Испании – это двенадцать экспериментальных жилых домов, гармонично сосуществующих с природным окружением. Ярким дизайнерским акцентом некоторых из них становятся ванны Bette из глазурованной стали.
Пленение плетением
Самое известное применение перфорированной кирпичной стены, сквозь которую проникает солнечный свет, принадлежит швейцарскому архитектору Петеру Цумтору. Идею подхватили другие авторы. Новые тенденции в области кирпичной кладки и старые секреты красивых фасадов – в нашем обзоре.
Строительный материал от Адама
Представляем победителей премии в области кирпичной архитектуры Brick Award 20, учрежденной компанией Wienerberger. Ими стали шесть команд архитекторов из Польши, Руанды, Индии, Испании, Нидерландов и Мексики.
Креативный подход: Baumit CreativTop
Моделируемая штукатурка CreativTop – это насыщенные цвета, глубокие рельефные поверхности, интересные сочетания и комбинации текстур и огромные возможности дизайна.
Потолочные решения Knauf Armstrong для медицинских учреждений...
Линейка подвесных потолков серии Bioguard со специальным антибактериальным покрытием препятствует развитию всех видов возбудителей внутрибольничных инфекций и помогает поддерживать здоровый микроклимат для благополучия пациентов и персонала.
Сейчас на главной
Красная ботаника
Жилой комплекс рядом с петербургским Ботаническим садом невысок и уютно-контекстуален. На основе современного средового и орнаментального модернизма он совмещает аллюзии на соседние исторические здания и тему флорального декора, также продиктованную гением места.
Занавес из фибробетона
Реконструкция театра начала XX века в Эврё включает напоминающие занавес фасады из фибробетона толщиной 8 см и весом 11,2 тонн. Авторы проекта – бюро Opus 5.
Градсовет Петербурга 25.11.2020
Градсовет обсудил жилой квартал по проекту «Студии-44», интегрированный в историческую среду Бумагопрядильной фабрики, а также предложение по символическому восстановлению фабричных труб. Единодушную и высокую оценку работы сопровождали многочисленные сомнения относительно качества будущей жилой среды.
Власть – советам
На дискуссии «Создавая будущее: инструменты влияния на облик города» вопросы согласования проектов были рассмотрены в разных аспектах, от формального до эмоционального. Андрей Гнездилов и Александра Кузьмина заявили о необходимости вернуть понятие эскизной концепции в законодательное поле.
Лес и башни
Перед авторами проекта ЖК «В самом сердце Пушкино» стояла непростая задача: сохранить существующий на участке лесопарк, уместив на нем жилой комплекс достаточно высокой плотности. Так появились три башни на краю леса с развитыми общественными пространствами в стилобатах и элегантными «защипами» в венчающей части 18-этажных объемов.
Жить у воды
Рассказываем об итогах конкурса на проект ЖК «Кристальный» на берегу водохранилища в Воронеже и концепцию благоустройства прилегающей территории – Спортивной набережной.
И овцы сыты
Дом четы архитекторов, Каспера и Лесли Морк-Ульнес, в горах Норвегии использует традиционные методы строительства из дерева и служит также убежищем для овец.
ТПО «Резерв» в ретроспективе и перспективе
В новой книге ТПО «Резерв» издательства Tatlin собраны проекты за последние 20 лет. Один из авторов книги, Мария Ильевская, рассказала нам об основных вехах рассмотренного периода: от дома в проезде Загорского до ВТБ Арена Парка, и о презентации книги, состоявшейся 13 ноября на Зодчестве.
Шоу-рум в ландшафте
Павильон девелопера OCT представляет красоты пейзажа покупателям квартир в очередном «новом городе» на востоке Китая. Авторы проекта шоу-рума – шанхайское бюро Lacime Architects.
Бинокулярный взгляд на культуру
Музей Западной Австралии «Була Бардип» в Перте по проекту бюро Hassell и OMA предлагает экспозицию, одновременно учитывающую аборигенный и западный взгляд на историю и культуру.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
Театральный бастион
Бюро Nieto Sobejano выиграло конкурс на проект большого театрального центра на окраине Парижа: основой для него станут декорационные мастерские Шарля Гарнье конца XIX века.
Пресса: Игра на понижение, или в чем проблема нового «Нового...
Обсуждение на Архсовете Москвы второй итерации проекта бюро «Восток» для школы «Новый взгляд» в ЖК «Садовые кварталы» вышло ожидаемо резонансным. Оно подтвердило догадки, возникшие этим летом после победы в конкурсе первой итерации, и поставило ребром вопрос о том, по назначению ли российские заказчики используют такой эффективный инструмент повышения качества архитектуры, как архитектурные конкурсы.
Умер Сергей Бархин
Сегодня в возрасте 82 лет скончался Сергей Бархин, известный прежде всего как театральный художник, но также выпускник МАРХИ, участник «бумажных» конкурсов 1980-х, художник, поэт.
«Подделка под Скуратова»: Архсовет Москвы – 69
Архсовет Москвы отклонил новый проект школы в «Садовых кварталах», разработанный АБ Восток по следам конкурса, проведенного летом этого года. Сергей Чобан настоятельно предложил совету высказаться в пользу проведения нового конкурса. В составе репортажа публикуем выступление Сергея Чобана полностью.
Кирпич как связующее
Исторический комплекс почтамта – телеграфа – телефонной станции на юго-западе Берлина архитекторы GRAFT приспособили под офисы, магазины и рестораны, а также добавили два новых жилых корпуса.
Кирпич и фарфор
Музей Императорской печи в Цзиндэчжэне на юго-востоке Китая в прямом и переносном смысле построен вокруг тысячелетней традиции создания фарфора. Авторы проекта – пекинские архитекторы Studio Zhu-Pei.
Шкаф с культурой
Рассказываем о том, как районная библиотека в позднесоветском здании превратилась в актуальное общественное пространство и центр культурной жизни спального района.
Две школы: о лауреатах «Зодчества» 2020
Главную премию, Хрустальный Дедал, вручили школе Wunderpark Антона Нагавицына, премию Татлин за лучший проект получил кампус ИТМО «Студии 44» Никиты Явейна. Показываем и перечисляем все проекты и постройки, получившие золотые и серебряные знаки, а также дипломы фестиваля Зодчество.
Простор для творчества
Результат сотрудничества европейского заказчика и компании «Архиматика» – бизнес-центр со сложным фасадом, умными планировками и сертификатом BREEAM.
Градсовет удаленно 11.11.2020
На очередном дистанционном заседании Градсовет обсудил микрорайон рядом с Пулковской обсерваторией и жилой комплекс эконом-класса с видом на Неву.
Живее всех живых
В Гостином дворе открылся фестиваль «Зодчество» с темой «Вечность». Его куратор Эдуард Кубенский заполнил множеством смелых – и вообще разных – инсталляций пространство, освобожденное кризисным временем. Давая тем самым надежду на обновление и утверждая, надо думать, что фестиваль жив.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Спит кирпич, и ему снится
Великая московская стена, ограждающая Москву по линии МКАДа, дом-звонница, башня-рудимент, имитация воды и вышивка кирпичом. Представляем проекты-победители первого всероссийского архитектурного Кирпичного конкурса, в которых традиционный материал приобретает новые выразительные качества и смелое концептуальное осмысление.
На три счета
Складной дом Brette складывается на шарнирах и укладывается на платформу грузовика. Он состоит их трех модулей, его разбирают за три часа, площадь при этом увеличивается в три раза. Дом изготовлен в Латвии и уже выдержал один переезд.
Парение свечей
Проект установки памятного знака журналистам, погибшим при исполнении профессионального долга – победившая в конкурсе работа скульптора Бориса Чёрствого, умершего в этом году, и архитекторов Алексея и Натальи Бавыкиных – не слишком типичный для современной Москвы, и поэтому актуальный и важный памятник.
Магнитные линии
Магазин на флагманском автозаправочном комплексе компании KLO строится сейчас в Киеве по проекту Dmytro Aranchii Architects.
Архсовет Москвы – 68
Архсовет, состоявшийся во вторник и отправивший на доработку проект ЖК «Слава» архитектурной компании DYER Филиппа Болла и MR Group, вызвал достаточно бурное обсуждение в сети. Рассказываем, кто и что сказал, подробнее.
Архитектурная среда и дизайн-2020
Дипломные работы выпускников кафедры «Архитектурная среда и дизайн» Института бизнеса и дизайна: двухдневный туристический маршрут, реновация биологической станции, восстановление реки и интерьер квартиры в Доме Наркомфина.
Изгибы среди деревьев
Корпус визуальных искусств в пенсильванском колледже по проекту Стивена Холла получил криволинейный план, чтобы сберечь 200-летние деревья вокруг.
«Панельный дом для богатых»
Лучшим небоскребом мира за 2018–2020 годы Немецкий музей архитектуры выбрал башни Norra tornen в Стокгольме по проекту OMA: сборный бетонный жилой комплекс, напоминающий своими модульными «кубиками» Habitat’67. Публикуем его и небоскребы-финалисты.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Открытая структура
В Екатеринбурге сдано в эксплуатацию здание штаб-квартиры Русской медной компании, ставшее первым реализованным в России проектом знаменитого британского архитектурного бюро Foster + Partners. Об этой во всех смыслах очень заметной постройке специально для Архи.ру рассказывает автор youtube-канала «Архиблог» Анна Мартовицкая.
Башни «Спутника»
Шесть башен в крупном жилом комплексе рядом с берегом Москвы-реки в самом начале Новорижского шоссе совмещают ответ на целый ряд маркетинговых пожеланий и рамок, предлагая простой ритм и лаконичную форму для домов, которые заказчик предпочел видеть «яркими».
Кружево и кортен
Мастерская LMN Architects построила в Эверетте на северо-западе США пешеходный мост, соединивший оторванные друг от друга городские районы. Сооружение, первоначально задуманное как часть канализационной системы, превратилось в популярное общественное пространство.