Заказ, надзор и конкурсы

23 мая в рамках «Арх Москвы» прошел традиционный «Завтрак архитектора», участники которого обсудили изменения в градостроительной политике города, внедряемую систему конкурсов и вечную проблему взаимодействия заказчика, проектировщика и властей.

Автор текста:
Алла Павликова

mainImg

«Завтрак архитектора» – одна из многолетних традиций выставки «Арх Москвы», дающая проектировщикам и инвесторам возможность встретиться и пообщаться в непринужденной обстановке. В этом году мероприятие прошло в новом формате – к дискуссии подключились городские власти. Тема, которую Москомархитектура совместно с «Гильдией управляющих и девелоперов» предложила к обсуждению, была сформулирована так: «Ключевые изменения в градостроительной политике города». Ведущими дискуссии стали директор гильдии Екатерина Крылова и директор «Экспо-парка» Василий Бычков. 

«Завтрак архитектора» в зале ДНК центрального дома художника. Фотография А. Павликовой
Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов. Фотография А. Павликовой

Открыл мероприятие главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов, рассказав собравшимся об основных нововведениях. Так, изменился порядок рассмотрения проектов: теперь каждый проект в обязательном порядке должен получить свидетельство АГР, без которого не будет выдано разрешение на строительство. Также введены предварительные, рабочие рассмотрения проектов, которые проходят еженедельно, возобновлена работа архсовета. Особое внимание уделено развитию конкурсной практики. На сегодняшний день, по словам Сергея Кузнецова, конкурс является добровольной, но наиболее оптимальной процедурой проведения проекта, поскольку это самая правильная и контролируемая форма получения качественного решения за определенный отрезок времени (Подробнее об этих и других инициативах читайте в недавнем интервью Сергея Кузнецова для Архи.ру).
Андрей Грудин, гендиректор компании «Пионер». Фотография А. Павликовой

Свое видение современной градостроительной ситуации в Москве обозначил и Андрей Грудин, гендиректор компании «Пионер», при поддержке которой проходил «завтрак архитектора». Он отметил, что с приходом новой архитектурной и градостроительной власти произошло явное перераспределение приоритетов в развитии города, в особенности его центра. Теперь в центре запрещено строить офисы, но стало возможным строительство жилья, в фокус внимания попали промышленные территории, на первый план вышли развитие социальной и транспортной инфраструктуры. Что же касается интересов девелоперов, то сегодня основными направлениями их деятельности остаются комплексные инвестиционные проекты, как, например, развитие бывших промзон, качественное благоустройство территорий, а также участие в городских программах развития транспортной инфраструктуры, в частности – в строительстве коммерческих объектов, офисов и парковок в районе ТПУ. 

Вообще отметим, что присутствие на «завтраке» главного архитектора Москвы поначалу нарушило привычный формат встречи. Представители девелоперских компаний, обрадовавшись представившемуся случаю, буквально закидали чиновника вопросами. Будут ли определены правила ввода объектов в эксплуатацию с отделкой? Что будет с ветхим жильем? Каким должен быть функциональный состав осваиваемых промышленных зон? Есть ли у города планы по развитию крупнейших площадок в центре столицы, скажем, территории ГЭС №1, что напротив Зарядья? Спросили инвесторы и о планируемых изменениях статуса апартаментов, которые сейчас относятся к нежилому фонду, но будут пересматриваться в сторону увеличения социальной  «нагрузки» .

Сергей Кузнецов:
«По сути, апартаменты сегодня – это полулегальная схема, прореха в законодательстве, позволяющая строить жилье без какой-либо инфраструктуры. Ведь там тоже живут люди и, как правило, на вполне постоянной основе. Сейчас эти помещения не обеспечены даже элементарными объектами социального и культурного быта, из-за чего вся нагрузка ложится на существующие учреждения. Взамен мы планируем формировать такую типологию, как арендное жилье. У нас уже предусмотрен целый пакет мероприятий, внутри генерального плана создан раздел, посвященный внедрению института арендного жилья». 
Слева направо: Олег Артемьев, Тотан Кузембаев и Николай Лызлов. Фотография А. Павликовой

Андрей Гнездилов:
«В самом генплане мы не предполагаем создания районов или кварталов арендного жилья. Скорее речь идет о целом комплексе нормирования нового типологического сектора. Меня волнует, что в городе очень много «серых пятен», которые не описываются нормами. Проектирование гостиниц под видом апартаментов – это одна из таких «серых» зон. Задача градостроительства – четко выделить линии ответственности города и горожанина, частного и общественного».

Шквал вопросов остановил Василий Бычков, попросив собравшихся не превращать дискуссию в пресс-конференцию главного архитектора города, а вместо этого поделиться своими впечатлениями, связанными с уже произошедшими изменениями в сфере проектирования и строительства. В частности, директор  «Экспо-парка»поинтересовался у участников дискуссии, считают ли они, что самый тяжелый период, связанный с экономическим кризисом и сменой политического курса, уже преодолен. 

Андрей Грудин:
«Болевой шок уже прошел, мы видим, что рынок сегодня на подъеме, а происходящие изменения носят позитивный характер. И архитектурные власти, и градостроительный комплекс стали внимательнее относится к бизнес-сообществу. Хотелось бы, чтобы было больше информационного освещения. Чем больше будет информации и диалога, тем точнее мы сможем выполнять поставленные задачи».
Николай Шумаков и Андрей Гнездилов. Фотография А. Павликовой

Архитектор Левон Айрапетов смотрит на ситуацию куда менее оптимистично:
«Девелоперы – это люди, которые зарабатывают деньги, но деньги не интересуют конечного потребителя, его интересует качество продукта. Человек, который продает машину, к ее производству отношения не имеет, ее собирают другие люди, и он не должен рассказывать им, как это нужно делать. Девелоперы построили тот город, который сейчас никому не нравится, лет 25 строили. А архитекторам сегодня нужны понятные правила игры, архитекторы заинтересованы в том, чтобы создавать продукт, на который не стыдно повесить табличку со своим именем».

Сергей Кузнецов:
«Многие годы архитектурная практика развивалась таким образом, что создавать качественный продукт было невероятно сложно. Я пытаюсь переломить эту ситуацию. Сейчас мы проводим конкурс на развитие территории Зарядья, в котором может принять участие каждый высококвалифицированный архитектор. Информация о нем доступна всем. Организовать этот конкурс было непросто, мне это стоило огромных нервов и усилий. В России серьезно недооценивается этап планирования проектирования. Говоря о внедрении конкурсных процедур, я, на самом деле, пытаюсь сдвинуть тектонические пласты этого непонимания.

Что же касается участия девелоперов в строительстве города, «который сегодня никому не нравится», то нельзя сказать, что архитекторы здесь совсем ни при чем. Разве это Юрий Михайлович рисовал те дома, которые причисляют к «лужковскому стилю»? Это не его рукой нарисовано. У Сталина был примерно тот же вкусовой запрос, но архитекторы тогда смогли ответить по-другому, и сталинская архитектура стала лицом города».

Левон Айрапетов:
«Тогда запрос был культурный, а сегодня денежный... Почему на завтраке архитектора разговаривают девелоперы с девелоперами? Почему девелоперы мне рассказывают, как я должен проектировать? Я все это прекрасно знаю. Задача девелопера – дать деньги и получить прибыль, моя задача – создать качественный продукт».

Андрей Грудин:
«Я хотел бы защитить девелоперов. Архитектор  –это, безусловно, очень важное звено, но без девелопера никакое строительство вообще не состоится. Девелопер как никто другой понимает запросы сегодняшнего клиента. Невозможно создать качественный и эффективный продукт без девелопера. В противном случае это будет памятник амбициям архитектора».
Левон Айрапетов. Фотография А. Павликовой

Алексей Плохой из компании ALCON Development, в свою очередь, объяснил причины, по которым девелоперы относятся к конкурсам с большой настороженностью:
«По сути, по итогам конкурса мы вынуждены брать кота в мешке. А если, как предлагает уважаемый архитектор, мы будем подключаться на последнем этапе, то ситуация еще более осложнится. Получится, что конкурс провели без нас, дали нам непонятного человека, которому теперь мы должны платить деньги по контракту, что является обязательным условием конкурса. На мой взгляд, это не совсем корректно».


Сергей Кузнецов:
«Тематика конкурсного отбора, конечно же, предусматривает контракт с победившим архитектором. Контракт дает ему гарантию соблюдения авторского права в реализации проекта. Но проблема дефицита надежных и высокопрофессиональных архитекторов действительно существует. У нас слишком короткая скамейка запасных кадров производственных сил – в строительстве, в проектировании, в девелопменте. Однако это не означает, что нужно отказаться от конкурсной программы. Все критерии, которые позволяют прогнозировать результат, помогает определить подробное техническое задание, мы не призываем выбирать проекты только по внешнему виду. Конкурс позволяет выбрать проект, в котором соблюден правильный баланс внешней привлекательности, экономической целесообразности и качества исполнения».

Елена Гонсалес:
«Мне часто приходится сталкиваться с конкурсами – иногда в роли организатора, иногда в роли члена жюри. Как правило, у нас проводятся либо небольшие конкурсы для студентов и молодежи, либо очень крупные конкурсы, требующие от участников серьезного профессионального опыта, и понятно, что ни те, ни другие не рассчитаны на архитектора средней величины, каких в Москве большинство».

Сергей Кузнецов:
«Могу сказать, что мы всегда рекомендуем привлекать некоторое количество менее известных или молодых офисов. Например, в конкурсе на 4-й участок Москва-Сити выиграла довольно молодая компания UNK project».

Евгений Полянцев:
«Ровно год назад Москомархитектура объявила конкурс на проект развития территории Зарядья. По его итогам профессиональное жюри отметило десять проектных решений. Сменилась власть, но мы надеялись на какую-то преемственность. Этого не случилось, все начали с чистого листа. И если говорить о сегодняшней модели конкурса, то, по моему мнению, он только формально носит статус открытого, на деле же он ориентирован на западных архитектурных звезд. Заданы такие условия, при которых российские архитекторы вынуждено метаться как ошпаренные тараканы по миру в поисках звездных иностранных бюро для того, чтобы пролезть в это прокрустово ложе».

Сергей Кузнецов:
«Ситуация обратная: это западные архитектурные звезды мечутся как «ошпаренные тараканы» в поисках российских партнеров. Я это знаю доподлинно, потому что мы содействуем им в поиске. Плотность хороших архитекторов на Западе в десятки раз выше, чем в России. И они сейчас вынуждены искать сильные русские офисы, которые в свою очередь имеют огромный выбор партнеров. Я сам начинал свою карьеру с партнерства и считаю, что это нормальный путь к повышению собственной квалификации. Да, конкурс предполагает высокий статус участников. Я не считаю, что это дискриминация. Для любого из российских архитекторов, который сможет поучаствовать в данной работе, это будет успех. Я уверен, что в случае с такими топовыми объектами как Зарядье без инъекций звездного опыта обойтись нельзя. Кто создал сегодняшний Берлин? Разве только немецкие архитекторы? Город не сможет приобрести статус столицы первоклассной современной архитектуры без международного участия.

Что касается преемственности с предыдущим конкурсом, то, скажу откровенно, форму преемственности нам найти не удалось. Предыдущий конкурс был проведен из рук вон плохо. Не было даже хоть сколько-нибудь внятного ТЗ. Сейчас все принципиально иначе, ТЗ отработано до гвоздя, технические возможности прописаны детальнейшим образом. Мы понимаем, какой проект хотим получить. И если в итоге будут получены хорошие результаты, то данный конкурс станет показательным примером, позволяющим нам двигаться в сторону демократизации конкурсной практики».

Александр Подусков, компания KR Properties:
«За последний год мы провели четыре конкурса, в которых приняли участие самые разные архитекторы – как начинающие, так и профессионалы. Мы готовы работать с любыми проектировщиками. Вопрос в другом. В девелопменте очень часто работают специалисты с высшим градостроительным образованием, которые прекрасно понимают ситуацию в городе. А архитекторов, способных нас чему-то научить, на рынке очень и очень мало. Тон приходится задавать девелоперам, мы охотно перенимаем западный опыт, но с не меньшей охотой привлекали бы и отечественных специалистов, если бы они доказали нам, что могут не хуже».

Антон Надточий:
«Я помню предыдущие круглые столы, которые всегда проходили под флагом конфронтации архитекторов с девелоперами. Мне кажется, сегодняшнее заседание показывает, что девелоперы и архитекторы уже практически слились в едином порыве. Меня радует, что архитектура становится для заказчика не менее существенным фактором, чем коммерческие показатели, и что проблема диалога между девелопером и архитектором постепенно уходит на второй план. Но остается проблема взаимодействия с государственным заказом. Нам пришлось с этим столкнуться в своей практике. И здесь сразу на поверхности оказался чудовищно низкий статус профессии архитектора, лишенного всех механизмов контроля качества конечного продукта. Вторая проблема – это государственные тендеры, где самым важным критерием является стоимость. Если город хочет добиться появления качественной архитектуры, эту систему надо коренным образом менять».

Сергей Кузнецов:
«Я понимаю, насколько сильным бывает давление заказчика, сроков и денег. Но ответственным все равно остается архитектор. Я сам прошел через такие ситуации – и не только в Москве, но и в еще более сложных регионах. Например, в Казани мы построили Дворец спорта, получилось очень качественное сооружение. Но это потребовало колоссальных затрат энергии и сил. Новый регламент утверждения АГР несет в себе принципиально новый пункт: Мосгорстройнадзор не дает разрешения на строительство и не принимает в эксплуатацию не соответствующий проектному архитектурному решению объект. Это значит, что теперь государственный надзор является союзником архитектора в осуществлении авторского надзора. Я считаю, что это эпохальный шаг для всех нас в борьбе за контроль качества.

Что касается тендеров, то у нас действует ФЗ №94. Для нас он является большой проблемой, встроиться в этот закон с нашей конкурсной программой непросто. Но архитектура – это особенный продукт, который нельзя ставить в один ряд с закупкой консервных банок. Я верю, что только добившись хорошего результата, можно доказать необходимость пересмотра закона – не наоборот. Когда мы преодолеем начальный период, когда у нас будут определенные достижения, тогда двигаться дальше станет значительно проще. Сегодня прошло еще слишком мало времени. Не страшно двигаться медленно, страшно стоять на месте».

Александр Асадов и Алексей Бавыкин. Фотография А. Павликовой
Елена Гонсалес и Василий Бычков. Фотография А. Павликовой
У микрофона: Евгений Полянцев. Фотография А. Павликовой
Александр Подусков, компания KR Properties. Александр Подусков, компания KR Properties. Фотография А. Павликовой
Вера Бутко, Антон Надточий, Елена Гонсалес. Фотография А. Павликовой


30 Мая 2013

Автор текста:

Алла Павликова
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Марина Игнатушко: «Наш рейтинг – не про абсолютные...
Говорим с куратором, организатором и вдохновителем Нижегородского архитектурного рейтинга – единственной российской архитектурной премии, которой удается сохранять несерьезность; ведь победившее здание съедают в виде торта.
Опалубка для экзоскелета
Жилая башня One Thousand Museum в Майами по проекту Zaha Hadid Architects получила вынесенную на фасад бетонную конструкцию с постоянной опалубкой из стеклофибробетона.
Зеленый холм у Потамака
Пристройка, расширившая Кеннеди-центр в Вашингтоне, почти полностью спрятана в зеленом холме. Она выстраивает задуманную в 1960-е связь центра с рекой и не закрывает никаких видов.
Дом молодежи
Реконструкция Дома молодежи на Фрунзенской, анонсированная год назад, получила АГР Москомархитектуры. Проект предполагает строительство нового здания между МДМ и парком Трубецких.
Двенадцать формул
Два московских учебных заведения показывают в открытых мастерских Баухауза проект, посвященный общественным пространствам. Методы спекулятивного дизайна и «сенсорная урбанистика» помогли поставить правильные вопросы и получить серьезные выводы.
Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.