Борьба за авангард: итоги и перспективы

На прошлой неделе Московское общество охраны архитектурного наследия (MAPS) собрало в МУАРе пресс-конференцию, пригласив представителей разных охранных организаций, частных благотворительных фондов и общественности, чтобы поговорить о результатах совместной деятельности за последние два года, прошедших с момента проведения крупнейшей международной конференции «Heritage at Risk» (Наследие в опасности) в апреле 2006 года

author pht

Автор текста:
Наталья Коряковская

25 Апреля 2008
mainImg

Встреча была приурочена к 18 апреля – Международному дню охраны памятников, учрежденному ICOMOS в 1982 году. Символично, что она проводилась в том же самом муаровском зале, где в 2004 году был организован первый круглый стол по сохранению архитектурного наследия Москвы. Как отметила выступавшая на пресс-конференции Наталья Душкина, член-основатель Международного научного комитета ICOMOS по сохранению наследия ХХ века, «дискуссия тогда вылилась в протестное движение и борьбу за сохранение наследия в целом. Тогда же было написано и подписано знаменитое письмо московской общественности. На этой волне был основан MAPS, стали работать общественные организации и сайты. Мне кажется, с 2004 года в Москве в целом началась некая иная эпоха и отношение к наследию изменилось».

На пресс-конференции были обозначены эти пусть еще немногочисленные победы, что были достигнуты силами ICOMOS, MAPS, Москонаследием и другими организациями и частными людьми за минувшие годы. Дискурс получился довольно-таки оживленным и охватил широкий круг проблем, которые условно можно разделить на общие, такие как вопросы политики охранных организаций, и частные, касающиеся конкретных памятников.

Пресс-конференцию открыла Марина Хрусталева, председатель правления MAPS, коротко рассказав о том, как изменилось положение памятников авангарда за последние годы. Она напомнила собравшимся об одном из первых проектов MAPS «Москва под угрозой» (http://sos.archi.ru), запущенном совместно с Архи.ру в конце 2005 года.

Марина Хрусталева:
«Мы выпустили в свет этот проект, но быстро поняли, что он требует несколько иного подхода, и отложили его, переключив все силы на Отчет «Московское архитектурное наследие: Точка невозврата», который уже был в работе. Недавно мы вновь заглянули на сайт «Москва под угрозой» и обнаружили, что получился некий статистический срез. Два года назад нами было выложено около 30 памятников из общего списка более чем в 150 адресов. Пяти из этих 30 зданий уже нет, пять отреставрированы, а из оставшихся более половины так или иначе находятся в работе. И что самое приятное для нас, в процессе реставрации большей частью находятся памятники авангарда. Как бы плохо ни было их состояние, за последние годы ни один из них не уничтожен». Как обычно, MAPS действует по принципу «показывать успехи, а если нет успехов, то хотя бы возможности».
Во многом поворотным событием в истории борьбы за сохранение авангарда стала крупнейшая международная конференция «Heritage at Risk», прошедшая в Москве в апреле 2006 года. Ее проведение было инициировано Натальей Олеговной Душкиной, внучкой известного советского архитектора Алексея Душкина – автора проектов ряда станций московского метро. Естественно, резонанс от конференции, прошедшей с участием президентов известных международных организаций и под патронатом мэра Москвы, был велик и дал импульс к действию как частным инвесторам, так и государству. Какие задачи стоят перед ICOMOS сегодня – об этом Наталья Душкина рассказала в своем выступлении.

Наталья Душкина:
«Первая задача – спасти руины, затормозить процесс разрушения памятников. Вторая, остающаяся до сих пор нерешенной – это повышение статуса памятников наследия XX века. Речь идет о том, чтобы придать им федеральный статус охраны, согласно вкладу этих мастеров в мировую культуру, при этом они могут находиться в любой собственности – муниципальной, федеральной, корпоративной, частной. Третье – это сформировать грамотные реставрационные концепции, соответствующие высоким международным стандартам. В предыдущий период здесь были допущены ошибки – где-то вопросы были недообсуждены, где-то решения были продавлены заказчиком. Есть море примеров, я не хочу никого обидеть, но это здание московского Планетария. Мы потеряли этот уникальный памятник. Как бы там ни была сохранена структура, но он от нас ушел, ушла авторская работа, очень крупная. А таких всего две постройки и существовало, Планетарий в Москве, и в Потсдаме – башня Эйнштейна, построенная Мендельсоном».

Четвертая проблема, которую отметила Наталья Душкина – это включение памятников советского авангарда в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Пока ни одна постройка официально не внесена в него, несмотря на принятую в ходе конференции «Heritage at Risk» Московскую декларацию о сохранении культурного наследия XX века. В ней были названы семь памятников: здание Наркомфина, дом Мельникова, клуб им. Русакова, клуб «Каучук», дом-коммуна Николаева, башня Шухова, станция метро «Маяковская». Проблему не сдвинули с места даже появившиеся за два года три рабочие группы. Наталья Душкина перечислила их: это проведенное при совете по культуре президента официальное заседание по наследию XX века; специальная подсекция по наследию ХХ века, впервые созданная в рамках Федерального научно-методического совета по культурному наследию Министерства культуры; и экспертная группа при Союзе архитекторов.

По этому поводу выступавший следом Александр Петрович Кудрявцев, президент Российской академии архитектуры и строительных наук (РААСН), зампредседателя Федерального научно-методического совета по культурному наследию Министерства культуры заметил, что подсекция методсовета по авангарду старается сделать все возможное, чтобы поднять статус памятников XX века на более высокий уровень. Однако до сих пор приходится преодолевать инерцию комиссии, составляющей заявки для списка ЮНЕСКО – российские эксперты не готовы заниматься памятниками авангарда, хотя иностранцы давно ждут, когда мы их предложим. Во всяком случае, ни на один из семи объектов, предложенных в 2006 году, заявки еще не составлены.
 
Сегодня состояние названной «семерки» главных московских памятников авангарда различно, что отметила Наталья Душкина: «Из них по двум постройкам идут проекты. Это Наркомфин и Дом Мельникова. Созданы два частных фонда – фонд «Наркомфин» (основатель Группа компаний МИАН – Н.К.) и фонд «Русский авангард» (основатель Сергей Гордеев – Н.К.), в частной собственности которого находится половина уникального сооружения – дома Мельникова, и клуб «Буревестник», в котором располагается штаб-квартира фонда. Ситуация с клубом Русакова и «Каучук» непонятная. Башню Шухова Лужков недавно предложил объявить «объектом бедствия». Переходя к 7-му пункту – станции метро «Маяковская», я должна сказать, что из всех семи объектов это единственный, на котором шло интенсивное строительство. Станция очень много потеряла: появился новый вестибюль, изменен старый, наконец, проведены реставрационные работы на семи отсеках станции при том, что проект реставрации не был ни согласован, ни утвержден Москомналедием. И главное, не решена огромная инженерная проблема – станции 1930-50-х годов текут. После реставрации, затраты колоссальных денежных средств, при замене подлинного старого родонита, замене подлинного мраморного пола, проведении вычинок и желании всю станцию раздеть и поменять на ней всю авиационную сталь – это будет вторая «Рабочий и колхозница»! Вот в каком направлении движется эта станция. Однако проекта как такового нет».

Подробнее о сегодняшнем состоянии дома Мельникова рассказала дочь и наследница Виктора Константиновича Мельникова Екатерина Каринская: «Хорошо бы нам ко времени создания музея сохранить дом. В связи с намечающимся строительством в 30 метрах от дома и рытьем котлована глубин  ой более 15 метров памятнику угрожает опасность. Когда этот вопрос рассматривался на научно-методическом заседании в августе 2007 года, признали, что рытье рядом двух котлованов в 1990-е гг. было ошибкой и нанесло дому серьезный урон. Сейчас продолжается процесс оседания грунта и перекашивается главная витрина – окно высотой в 4 метра, которое в 1996 году еще открывалась. Если сейчас не будет прекращено строительство подземного пространства за домом, то памятнику будут угрожать грунтовые воды. Мосгоргеотрест дал информацию, что эта территория опасна в карстовом отношении. Пробурили две скважины, в одну из них провалился инструмент. Этих данных никто не видит. Два раза вопрос с общественного совета снимался, и что будет с домом дальше –неизвестно».

В свою очередь, совладелец дома, фонд «Русский авангард» также пытается принять меры к его сохранению. В частности, по словам Марины Великановой, руководителя исследований по проекту «Дом Мельникова», «фонд предпринимает активные усилия, чтобы была остановлена стройка на участке Арбат, 39-41». Фонд  также выкупил помещение в соседнем доме № 12 для размещения в нем предварительной небольшой экспозиции, посвященной истории дома Мельникова, в то время как о музее в самом памятнике говорить явно рано.

Марина Великанова ответила и на вопрос о клубе «Буревестник»:
«Наша задача – провести научную реставрацию этого здания. Интерьеры там забиты гипсокартоном и за этими гладкими панелями, а также за обшивкой потолка, к счастью, остались оригинальные бетонные стены и потолки с «лепестками». Пока нет окончательной концепции и проекта реставрации, мы ничего не делаем. В театральном зале мы также ничего не меняли, просто привели его в порядок. Там сохранились оригинальные конструкции, ферма – все это вы можете увидеть».

Про состояние ряда других сооружений Мельникова в Москве собравшимся рассказала эксперт Москомнаследия Наталья Владимировна Голубкова. В начале этого года завершился комплекс ремонтно-реставрационных работ в Клубе Дорхимзавода, продолжавшихся около трех лет. Клуб был выстроен в 1927-28 годах, а в следующие пару лет к нему пристроили помещение фабрики-кухни. За много лет здание было перестроено до неузнаваемости, почти полностью заложены окна первого этажа – а ведь это был «конек» Мельникова, большие проемы, допустимые при использовании специально разработанной им системы калориферного отопления. Сегодня она сохранилась лишь в его собственном доме в Кривоарбатском. Фабрику-кухню, по словам Голубковой, не так давно сожгли выселенные оттуда арендаторы. В ходе реставрации удалось не просто воссоздать внешний облик клуба Дорхимзавода, но и его пространственное ядро – трансформируемый театральный зал.
Отдельная тема – гаражи, выстроенные по проектам Мельникова в Москве. По Бахметьевскому гаражу, по словам Натальи Голубковой, существует проект реставрации.

Наталья Голубкова:
«Сейчас территория Бахметьевского гаража используется еврейской общиной с проектом строительства целого ряда сооружений и превращением гаража в досугово-развлекательный центр…. Единственным сооружением, не подвергшимся ни реконструкции, ни реставрации является до сих пор функционирующий гараж для грузовых машин на Новорязанской улице. Проекты приспособления подобных сооружений направлены в основном на создание в них современных музеев».

Еще одним объектом, о котором на пресс-конференции говорили особо, стала Шуховская радиобашня. С коротким отчетом по наследию знаменитого инженера Шухова выступил его правнук Владимир Шухов, президент фонда «Шуховская башня». Свою речь он начал с приятной новости – спасения башни Шухова в Нижегородской области. До реставрации от нижних опор башни оставалась одна треть, не было одного кольца между нижней секцией и следующей. Как рассказал Владимир Шухов, Нижегородский архитектурно-строительный институт подготовил все отчеты, привлекли немецких специалистов – в результате башня была восстановлена на средства собственника – РАО ЕЭС, сейчас ведутся работы по укреплению берега Оки рядом с башней.

Владимир Шухов:
«По поводу Шуховской башни в Москве ничего не сделано. Я обращался дважды к президенту, в Министерство культуры, в чьем ведении находится объект. Главное, что мы требовали – чтобы была произведена экспертиза объекта, и после, создав экспертную комиссию с привлечением зарубежных и отечественных специалистов понять, как можно отреставрировать башню. Единственным, кто нас поддержал в этом вопросе, было правительство Москвы. Они выразили готовность привести в порядок памятник, отреставрировать и использовать как туристический объект».

Несмотря на то, что в целом пресс-конференция была посвящена авангарду, не смогли обойти вниманием и следующий за ним исторический пласт – архитектуру сталинской эпохи, которая сегодня оказалась под угрозой уничтожения.

Наталья Душкина:
«В отличие от эпохи авангарда, сталинская архитектура уже проходит через сносы, сносятся знаковые постройки в центре города. Я напоминаю о гостинице «Москва», о сносе Института курортологии А. Самойлова. Самойлов вообще уничтожается как архитектор, как будто бы не было такой фигуры. Сносятся его санатории в Сочи, и это никак не отслеживается. Проводятся беспрецедентные реконструкции, которые продавливаются заказчиком. Я должна назвать здание И. Жолтовского на Моховой, как великолепный пример неопалладианства. Так вот, от этого здания остается одна фасадная стена. К сожалению, я связана сейчас с сохранением наследия моей семьи. Идет проект Детского мира, и от него в лучшем случае останется одна наружная скорлупа. Мне кажется, задача следующего периода – работать не только с авангардом, но и с 1930-50-ми годами. Они уходят быстрее, чем авангард, несмотря на свою внешнюю фундаментальность».
В связи с этим Наталья Душкина поделилась с собравшимися своим замыслом созвать вторую конференцию «Наследие в опасности», посвященную на этот раз московскому метро: «Нам нужно выработать концептуальные подходы в сохранении этих памятников. 10 лет назад шла борьба в Берлине за сохранение метро, которое имеет мелкое заложение, там проблемы несравнимые. Я хочу собрать международную конференцию в Москве и совместно выявить подходы к спасению подземных пространств. Прежде всего это Лондон, Париж, Чикаго и.т.п.»

Проведенная MAPS пресс-конференция в целом держалась положительного настроя – полученные за несколько прошедших лет результаты убедительно доказали, что даже в самой критической ситуации можно найти пути выхода при верно выбранной тактике. Как правильно заметил Александр Кудрявцев, «мы все время действуем либо по вертикали – пишем прямо Лужкову, президенту, либо обсуждаем проблемы в своем тесном кругу». Между тем, как надо бы обратиться к общественности, показать ей эти памятники, «внедрить в умы горожан, управ, префектур, интеллигенции ценность авангарда». В этой связи Кудрявцев отметил как знак успеха «неожиданным образом родившуюся из MAPS инициативу римского университета Ла Сапиенца сделать совместно с МАРХИ полуторогодовую программу». Так, в феврале этого года на деньги Европейского союза стартовал проект «Москонструкт», направленный как раз на расширение знаний об этом ценном периоде нашей архитектурной истории. 

Наталья Душкина,
член-основатель Международного научного комитета ICOMOS по сохранению наследия ХХ века, руководитель подсекции наследия ХХ века Федерального научно-методического совета по культурному наследию Министерства культуры и массовых коммуникаций РФ, профессор МАРХИ.)
Александр Кудрявцев, Президент Российской Академии Архитектуры и Строительных Наук, зампредседателя Федерального научно-методического совета по культурному наследию Министерства культуры и массовых коммуникаций РФ.
Марина Хрусталева, председатель правления Московского общества охраны архитектурного наследия (MAPS)
фотографии Натальи Коряковской
Внучка К. Мельникова Е. В. Каринская рассказывает о состоянии дома в Кривоарбатском пер.
zooming
К.Мельников. Бахметьевский автобусный гараж
zooming
К. Мельников. Дом в Кривоарбатском пер.
zooming
М. Барщ, М. Синявский. Московский планетарий
zooming
И. Николаев. Общежитие студентов Текстильного института
zooming
А. Самойлов. Институт Курортологии
zooming
А. Душкин, Г. Аквилев, И. Потрубач. Магазин «Детский мир»


25 Апреля 2008

author pht

Автор текста:

Наталья Коряковская
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Зеленый холм у Потамака
Пристройка, расширившая Кеннеди-центр в Вашингтоне, почти полностью спрятана в зеленом холме. Она выстраивает задуманную в 1960-е связь центра с рекой и не закрывает никаких видов.
Дом молодежи
Реконструкция Дома молодежи на Фрунзенской, анонсированная год назад, получила АГР Москомархитектуры. Проект предполагает строительство нового здания между МДМ и парком Трубецких.
Двенадцать формул
Два московских учебных заведения показывают в открытых мастерских Баухауза проект, посвященный общественным пространствам. Методы спекулятивного дизайна и «сенсорная урбанистика» помогли поставить правильные вопросы и получить серьезные выводы.
Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.