Новая морфология архитектуры. Зачем гены зданиям?

Эдуард Хайман – архитектор, дизайнер, один из основателей образовательного и исследовательского проекта параметрической архитектуры «Точка ветвления», аспирант отдела теории архитектуры НИИТиАГ, креативный технолог R'n'D Lab Digital October. Публикуем его статью о параметрической архитектуре, которая стремится быть не «сделанной», а «порожденной», подобно природному организму.

Эдуард Хайман

Автор текста:
Эдуард Хайман

mainImg
0 Архитектура стремится отражать представления об окружающем мире. Последние 20 лет интерес архитекторов концентрируется на вычислительных технологиях, физических и биологических процессах. Наука о природе и вычислительные технологии переформировывают наше представление о бытие, а за этим и представление о том, как мы можем и должны работать с архитектурной формой и пространством. Это влечет за собой появление и развитие новых инструментов, способов и методов, что существенно меняет представление о том, какова морфология архитектуры, т.е. наука, изучающая строение архитектурной формы. Если, например, биологическая морфология это строение формы организма и особенности его структуры, а в математике это теория и техника анализа и обработки геометрических структур, основанная на теории множеств и топологии, то принципы современной архитектурной морфологии оказались где-то между теми, что в биологии и математике. Если архитектурные формы прошлого можно было рассматривать как конечную структуру, то теперь её необходимо рассматривать через развитие формы – морфогенез.

Процессы


На протяжении практически всей своей истории архитектура была увлечена конечным и статичным результатом. Но с возникновением постмодернизма проявился другой интерес: архитектура всё более увлекается процессом создания проекта. Сначала это были коллажи из аллюзий на большие исторические стили, античную ордерную систему и т.п., затем это перемещается в область игры с более абстрактными процессами: силами, энергиями, чистой геометрией, что сформировало образ деконструктивизма. Далее эта игра, выходя на просторы современности, воплощается в диаграммном мышлении, когда презентации архитекторов все более напоминают инструкцию по сборке и развитию архитектурного объекта. 

Такая попытка перевести архитектуру из плоскости субъективных представлений творца в рациональную плоскость объективных решений и задач отражает требования нового времени. В цепочках диаграмм, графиков, пояснений отражается то, почему и как появлялся архитектурный объект. Но в отличие от практики постмодернизма, отражающего иррациональную субъективность архитектора, это происходит на основе аналитики объема, полезных площадей, площади застройки, ориентации на солнце, распределения высоты, видовых точек, количества зелени и парковочных мест, транспортных и пешеходных путей и многих других объективных факторов. За примером можно обратиться к любому проекту именитых BIG, MVRDV, или OMA.

MVRDV и ADEPT Archi¬tects, схема сборки небоскреба ‘Sky Village’ в Копенгагене. Изображение с сайта http://www.dysturb.net
zooming
Инсталляция на воркшопе «Точки ветвления» в рамках фестиваля «Белая Башня 2011», Екатеринбург. Все изображения представлены Эдуардом Хайманом
Это очень хорошо соотносится с тем, как поменялись наши представления о природе нашего мира. Научная картина мира показала, что сложные объекты живой и неживой природы являются производными процессов. В них через последовательность процедур трансформации – слияние, деление и преобразование – порождаются новые сущности.

От деланья к порождению

Нам посчастливилось присутствовать в удивительное время глобальной перестройки «человека делающего» в «человека порождающего». В чём отличие первого от второго? Первый опирается на традиционный способ создания искусственного артефакта. Это когда существует конечный образ, план, решение, и человек, посредством определенных действий, достигает желаемого результата. Представьте, что необходимо создать супергероя. Затем представьте себе скульптора, относящегося к типу «человека делающего». Вначале он рисует или лепит эскиз будущей скульптуры, используя натурщика для схватывания правильной человеческой пластики. Затем берёт стамеску и обрабатывает кусок камня. На выходе получается не необходимый супергерой, но его неживое отражение, вряд ли способное на подвиги.

Это верно и при создании архитектуры. Например, архитектор первого типа сначала придумывает образ здания на основе субъективного представления и опыта. Это идеал, который, как думает архитектор, должен изменить жизнь людей к лучшему, и потому его надо построить везде. Потом он берёт стандартную сетку колон 6x6 метров, стандартные перекрытия, кирпич, и т.д. и собирает этот конструктор воедино, стремясь приблизиться к первоначальному идеалу. На выходе здание в малой степени приспособлено к жизни не только потому, что в процессе удалилось от идеала, но и потому, что сам идеал был выдумкой архитектора, лишь опосредованно связанной с реальной ситуацией. Такое здание возможно тиражировать как есть, или вручную внося небольшие изменения, но, в любом случае, это вряд ли может исполнить изначальный порыв сделать жизнь людей лучше.

Но как действует живая природа? И как подобно ей действует человек второго типа – «человек порождающий»? Объекты природы порождаются из взаимосвязей её элементов действующих на основе законов, правил и ограничений. Так живые организмы не имеют конечного образа, к которому они стремятся, но они имеют сочетание эффектов от действий генотипа, совокупности всех генов данного организма и онтогенеза, индивидуального развития организма от зарождения до смерти, большую часть времени проходящего в борьбе за выживание. Это приводит к образованию индивидуального организма имеющего собственный фенотип, т.е. совокупность всех внутренних и внешних признаков и свойств организма. Таким образом, видно, что действия, процессы и развитие – это то, на что сделала ставку природа в борьбе за выживание. В какой-то момент это стало очевидно и людям.

Для пояснения этого утверждения вернёмся к нашему супергерою. Для того чтобы создать реального супергероя нам необходимо разработать его генотип в котором будут заложены суперсвойства. Затем разовьём его в условиях борьбы за свое существование при условии, что его выживание напрямую будет зависеть от нашего выживания. Так мы получим необходимого и действующего, а не идеального супергероя.

Стремясь создать здание, которое улучшит жизнь людей,  «архитектор порождающий» создаст генотип для своего здания так, чтобы это здание развилось в условиях, близких к реальной действительности, в соответствии с принципами, заложенными в генотипе. На выходе мы получаем здание, которое приспособилось к окружающим условиям, и эффективно выполняет те задачи, к которым было предназначено. Такое здание можно тиражировать подобно организмам не через копирование, но через порождение новых зданий, используя тот же или чуть изменённый генотип, таким образом, обеспечивая устойчивую популяцию.

Перформативность

Всё более распространяется практика, при которой действия, выражающие задуманный процесс сами по себе, и являются тем, что предопределяет конечную сущность артефакта. Так вспенивание определяет основные качества пены. По сути, само вспенивание одновременно является как актом так и результатом акта, а то, что мы называем «пеной», лишь фиксирует конечное состояние происходящего действия. Такой перформативный подход, когда делание неотделимо от конечного результата, стал важной чертой современного искусства и архитектуры. При этом перформативный подход осуществляется через действия, осуществляемые как в реальности, так и в компьютерных программах, имитирующих действия в реальном времени.

Примером перформативного подхода, производимого в реальности, может служить экспонируемая по всему миру арт-инсталляция  «Тейп» (Tape) хорватско-австрийского коллектива Numen/For. Это не конечный проект, перевозимый с места на место или создаваемый по чертежам на месте, но процесс, в котором используются ленты широкого скотча, а также простые процедуры, правила и локальные решения, которые можно представить как мутации основного генома. В нём материал через действия, совершаемые в новой окружающей среде, материализуется в среду каждый раз уникальную, но имеющую общие пространственные характеристики с другими воплощениями  «Тейп». 

Окружающая среда используется как опора для постепенного выращивания через процесс наклеивания сначала продольных лент, а потом поперечных стягивающих лент скотча. Таким образом, скотч – это не просто один из вариантов материала, который можно при желании заменить на любой другой, но неотъемлемая часть процесса. Скотч – материал, предопределяющий производимые действия, свойства конструкции и формируемой среды. Это не что иное, как процесс эмбриологического онтогенеза, когда из одной клетки развивается целый организм! При этом то, в каких условиях развивается организм, влияет на его форму (фенотип). При одном и том же генотипе разные условия могут дать различные характеристики организму, вплоть до разного пола. В инсталляциях «Тейп» одни правила, действующие в разных условиях урбанистической среды, порождают разную форму инсталляций. Чтобы оценить сочетание общности и уникальности достаточно сравнить инсталляции в Белграде, Берлине, Мельбурне и Вене.

zooming
Numen/For, Инсталляция Тейп (Tape). С лева на право: в Белграде, в Берлине, в Мельбурне, в Вене
zooming
Numen/For, инсталляция «Тейп» (Tape) в Берлине
zooming
Numen/For, инсталляция «Тейп» (Tape) в Мельбурне
Процесс возникновения «Тейп» можно наблюдать на примере создания инсталляции в Москве:


Для того чтобы понять, как перформативный подход в архитектуре может реализовываться в компьютерных программах следует посмотреть на опыт Даниеля Пайкера, который участвовал в воркшопе «Точки ветвления» на «Стрелке» в этом году (см. видео его лекции). В своей лекции на воркшопе он рассказал о разрабатываемом им инструменте для архитекторов, где возможно создавать форму на основе физических взаимодействий, к которой применяются силы, подобные физическим силам. В таком случае конечная форма это производная процесса уравновешивания всех сил в системе.

Алгоритмы  

Много лет, и  особенно активно в последнее десятилетие, передовые архитекторы концентрируются на том, как с помощью вычислительных технологий разрабатывать алгоритмы, на основе которых производится архитектурная форма. Только перечисление образовательных центров исследующих эти вопросы говорит сам за себя: AA  (Architectural Association), IAAC (Instiute for Advanced Architect of Catalonia), SCI-Arc (The Southern California Institute of Architecture), University of Applied Arts Vienna, RMIT University, Columbia University GSAPP, Delft University of Technology с её лабораторией Hyperbody. Разрабтываемые алгоритмы отражают виденье того, как объект должен порождаться, какие взаимосвязи, правила и ограничения действуют в их системе. Такой процесс, выраженный в алгоритме и запечатанный в компьютерный код можно представить как геном объекта, который выдаёт разные результаты в зависимости от внешних условий, которые в алгоритмах представляют собой исходные данные. А результатом выполнения алгоритма является необходимая архитектурная форма. Такой принцип проектирования архитектурной формы раскрывает целый букет возможностей: процессы саморегуляции, адаптации формы к заданным условиям, возможность создания популяций объектов с разными характеристиками и многое другое. Такой подход во многом определяет понятие параметрического проектирования, ставшего основным трендом современной архитектуры.

Морфогенез

Исполнение алгоритма в разных условиях может давать целые популяции родственных объектов. Причём популяцию могут составлять как здания, так и структурные элементы здания, подобно популяциям живых организмов и клеток, составляющих живые ткани организма.

Популяция в природе и в архитектуре
В процессе подобного размножения может проявляться ещё одно важное свойство такого природного акта, как полиморфизм – способность некоторых организмов существовать в состояниях с различной внутренней структурой или в разных внешних формах. В архитектурных алгоритмах это будет выглядеть как способность выбрать способ обработки данных исходя из свойств входящей информации, и также в зависимости от обстоятельств выбрать путь порождения каждого конкретного объекта внутри одного вида[1].

В качестве примера проявления полиморфизма может служить ролик, в котором видно, как при изменении геометрии плана здания существенно меняется планировка.  


В определенном смысле алгоритм в этом проекте работает как включение и выключение, каких-либо генов в зависимости от условий, приводящих к разным состояниям организма.

Оболочка конструкции, созданной на воркшопе «Точки ветвления» в рамках фестиваля «Белая Башня 2011» в Екатеринбурге состояла из однородных элементов. Каждый элемент складывался из одного листа стали в подобие пирамиды. Сгибы элементов в шахматном порядке направлялись то в одну, то в противоположную сторону от поверхности оболочки. Таким образом, полиморфизм проявлялся не в форме, но в ориентации элементов. Такой принцип позволил создать жёсткую самонесущую конструкцию, где элементы при своей объёмности и большой кривизне оболочки произвольной формы не мешали друг другу.

Инсталляция на воркшопе «Точки ветвления» в рамках фестиваля «Белая Башня 2011», Екатеринбург
Инсталляция на воркшопе «Точки ветвления» в рамках фестиваля «Белая Башня 2011», Екатеринбург
В градостроительстве принцип морфогенеза даёт возможность гибкого планирования территорий. В качестве примера можно привести проект института Берлаге (Роттердаме, Нидерланды), где исследовался город Феникс. Прогностическая модель района разработана на основе карты излучения почвы пустыни, на месте которой должен возникнуть новый жилой район. В зависимости от уровня излучения формируются очертания жилых единиц так, чтобы излучения были минимальны для каждой единицы. Так появляются разнообразные свойства жилья. Каждый жилой комплекс оказывается не только разным по размеру и форме, но также включает в себя различные программы деятельности и различные формы организации [2].

zooming
Модель района. Исследовательская программа Питера Траммера в Институте Берлаге, проект студентов Мика Ватанабе и Лин Чиа-Янг
Для понимания того, как новый морфогенез проявляется в разработке архитектурных структур, нельзя не обратиться к опыту программы Emergent Technologies and Design Архитектурной Ассоциации в Лондоне. Там исследовали то, как вместе компьютерный код, математика, физические законы, материал и продвинутые технологии производства могут создавать новые немыслимые ранее сложные материальные структуры.

Примером того как морфогенез всего объекта зависит от морфогенеза его частей может послужить проект навеса для террасы на крыше Архитектурной Ассоциации AA ComponentMembrane, который был разработан, рассчитан, произведен и установлен всего за 7 недель. Навес должен был достаточно хорошо защищать от ветра и дождя, вместе с тем, необходимо было минимизировать горизонтальную ветровую нагрузку из-за слабой опорной конструкции и не загораживать виды с крыши[3]. При этом навес должен был иметь способность затенять по-разному в разные времена годав различное время суток. Форма каждого элемента навеса определялась через согласование всех этих критериев.

Ячеистая структура навеса состоит из набора элементов. Для каждого типа элемента навеса был выбран наилучший материал для выполнения своей роли: устойчивость к ветровым, гравитационным нагрузкам, обеспечение затенения. Для этого была сделана параметрическая модель, которая позволяла произвести эволюционный процесс поиска оптимального решения. В конечном счёте, в ходе такого цифрового морфогенеза был получен навес состоящий из 600 отличающихся конструктивных элементов и 150 различных по форме мембран.

zooming
AA Component Membrane, EmTech, Архитектурная Ассоциация
zooming
AA Component Membrane, EmTech, Архитектурная Ассоциация
В другом их проекте Porous Cast исследовалось диатомеи и радиолярии. Диатомеи – одноклеточные или колониальные водоросли. Клетка упакована в характерные и очень разные клеточные стенки, которые пропитаны кварцем. Скелет радиолярии состоит из хитина и оксида кремния, которые образуют пористую поверхность. Пористая масса этих двух типов клеток предлагает интересную модель для дифференцированного литья стен, что даёт новые специфические архитектурные возможности, как то проницаемость воздуха, света, температуры и прочее. Первая фаза эксперимента заключалась в литье гипса между надутыми подушками, чем достигалась форма, присущая натуральному минерализованному скелету клеток. Затем были проведены физические эксперименты и цифровой анализ воздушных потоков и освещённости, чтобы выявить изменения свойств в зависимости от разных характеристик формы, таких как размер ячеек и их проницаемость. Конечной целью проекта было создание производственной системы, которая может самоорганизовываться и создавать стену с различными характеристиками в разных её частях[4]. Также такой подход дает возможность пролиферации – разрастанию ткани организма путём размножения клеток, выражаемый в данном случае в возможности через один процесс разрастаться стене с дифференциальными характеристиками.

zooming
Porous Cast (Пористое литьё), Габриель Санчиз, AA, 3D модель
zooming
Porous Cast (Пористое литьё), Габриель Санчиз, AA, Аэродинамический анализ
zooming
Porous Cast (Пористое литьё), Габриель Санчиз, AA, Физическая модель
В прототипах оболочек, созданных на воркшопе «Точка ветвления: Взаимодействие» в августе 2011 г., параметрический морфогенез проявился не в форме элементов, а в геометрии связей. Концепция конструкции была разработана Даниелем Пайкером, создателем плагина Kangaroo для Grassopper и Димитрием Деминым. В модели с помощью имитации физических взаимодействий точки распределяются по поверхности двоякой кривизны так, чтобы равномерно заполнить её всю и образовать треугольники с максимально возможным равенством сторон. Уже в физической модели одинаковые равнобедренные треугольники сцепляются небольшими эластичными связями и при натяжении минимальной поверхности формируют заданную поверхность с минимальным зазором между элементами.

Воркшоп «Точка ветвления: Взаимодействие», прототип оболочки
Воркшоп «Точка ветвления: Взаимодействие», мокап оболочки
Изменчивость

Эти примеры показывают, каким образом морфогенетический подход может быть использован для создания формы, выращенной на основе окружающей среды, но при этом конечной и статической. В тоже время один из основных принципов живого организма, когда клетка деформируется и тем самым меняет форму всего организма, может быть использован и в архитектуре, в таком случае адаптация переходит из проекта в реальную жизнь здания. 

Прототипом деформируемого здания, форма которого реагирует на изменения условий, может послужить проект Muscle NSA (NonStandardArchitectures) созданный исследовательской группой Hyperbody[5]  под управлением Каса Остерхуза в Техническом Университете Делфта (TUDelft, Нидерланды). В 2003 году в Центре Помпиду был выставлен прототип здания, где пневматическая мембрана опирается на сетку индустриальных промышленных «мускул», образующих треугольные ячейки. Мускулы независимо сокращаются и расслабляются, согласуясь в реальном времени с общей управляющей программой, тем самым деформируя весь объём павильона. Павильон реагирует посредством расставленных вокруг сенсоров, реагирующих на перемещение людей разными способами[6]. В 2005 в Hyperbody создали следующую версию, названную Muscle Body где была усовершенствована система согласованной работы всех мускул, которая позволяла держать форму мембраны из натянутой лайкры, подобной той, какая используется в спортивной одежде. Мускулы меняют геометрию тента, сжимая и растягивая разные части ткани, тем самым изменяя их толщину и прозрачность. Павильон реагирует на то, как люди проникают внутрь: меняет освещённость и генерируемый звук, в соответствии с перемещением посетителей[7]. Таким образом характеристики среды становятся динамичными и неотделимыми от природы самого здания.

zooming
Кас Остерхуз и исследовательская группа Hyperbody, эксперименты с мускульной архитектурой: MuscleBody
zooming
Кас Остерхуз и исследовательская группа Hyperbody, эксперименты с мускульной архитектурой: инсталляция Muscle Non-Standard Architecture в Центре Помпиду, Париж

Двигаясь в этом направлении возможно создавать морфогенетические структуры, где каждый элемент сможет автономно, но согласуясь с соседями, менять форму так, что будут меняться свойства среды, такие как освещенность, температура, продуваемость, цвет, фактура и многое другое. А если это связать с природным принципом гибкости и эластичности в живой материи, то мы выходим на иной уровень формирования среды обитания. 

Примером такой немеханической деформации может служить проект Shape Shift, где разрабатывают элементы оболочки, которые деформируются под действием электричества. Совместно кафедра Автоматизации архитектурного проектирования в ETHZ и Швейцарская Федеральная Лаборатория Материаловеденья и Технологий в EMPA экспериментируют с электро-активным полимером (EAP), который сжимается и разжимается в зависимости от подаваемого на него напряжения. Их мембрана это сэндвич из нескольких слоёв материала. Когда площадь слоя EPA уменьшается, то вся мембрана деформируется из-за разности площадей на нижнем и верхнем слое мембраны[8].

Видео проекта ShapeShift:



Ещё один, но очень важный тип деформации это непосредственная реакция элементов на изменения окружающей среды через собственные свойства материалов и структуры. Это автономный и самоорганизующийся процесс. Он позволяет создавать оболочки, работающие как кожа, где каждая клетка чутко реагирует на изменения окружающей среды лучше, чем высокотехнологичный инженерный конструкт, состоящий и множества разрозненных деталей.

По такому принципу действует инсталляция «HygroScope – метеочувствительная морфология» созданная Ачимом Менгесом в сотрудничестве с о Штефаном Ричертом . Ими были исследованы свойства хвойной шишки открываться и закрываться при изменении влажности. Гигроскопические свойства древесных волокон позволяют им абсорбировать жидкость и высыхать, многократно проходя этот цикл без повреждений. После этого была создана конструкция из тонких слоев, анизотропные свойства которых позволяют пластине быстро скручиваться в одном направлении.  Таким образом, физически программируется реакция оболочки на изменение свойств окружающей среды [9].

Видео HygroScope - Centre Pompidou Paris:


Последним примером может стать инсталляция BLOOM, созданная архитектурной студией dO|Su. Поверхность состоит из элементов одного вида, представляющих собой биметаллические пластины. Биметалл при нагревании от прямого солнечного света начинает изгибаться, тем самым открывая поры в оболочке, позволяя проникать свежему воздуху под конструкцию.

Видео BLOOM Surface:


В этом и предыдущем проекте одновременно работает принцип цифрового морфогенеза, при котором каждый элемент немного отличается от соседей, так как в его образовании используются данные, немного отличающиеся от тех, которые образуют соседние. Но ещё этот элемент изменяет свою форму под действием уже не данных, но энергий или свойств окружающей среды. Такой принцип позволяет натуральным способом встроить архитектурный объект в экологическую систему.

Если ранее архитектура вдохновлялась природными формами, то теперь природа поставляет архитекторам свои методы и технологии работы с формой и материей. Сейчас морфогенез для архитектурной морфологии так же неотъемлем, как и в биологии. Процессы полиморфизма, пролиферации, эволюции, самоорганизации это уже реальный инструментарий для архитектора, использование которого позволяет более правильно выстраивать отношения между человеком, искусственной средой и природой. И, возможно, если поменять угол обзора, то мы увидим, что на самом деле намного дальше продвинулись в конструировании живого, чем нам кажется. Только живое появляется не в генной инженерии, а в архитектуре.

Сноски
[1] Hensel, Michael, Towards Self-Organisational and Multiple-Performance Capacity in Architecture. Techniques and Technologies in Morphogenetic Design, Architectural Design Vol.76 No.2, стр.8.
[2] Wiley, John.Morphogenetic Urbanism. Architectural Design: Digital Cities, стр.65
[3]  Hensel, Michael, Menges, Achim, Weinstock, Michael. Computational Morphogenesis, Emergent technologies and design, 2009, стр. 51-52.
[4] Porous Cast, URL: http://www.achimmenges.net/?p=4389
[5] MuscleBody – KasOosterhuis, 2005, URL: http://www.interactivearchitecture.org/musclebody-kas-oosterhuis.html
[6] Muscle Non-Standard Architecture, Centre Pompidou Paris, URL: http://protospace.bk.tudelft.nl/over-faculteit/afdelingen/hyperbody/publicity-and-publications/works-commissions/muscle-non-standard-architecture-centre-pompidou-paris/
[7] MuscleBody, 2005 http://www.bk.tudelft.nl/en/about-faculty/departments/hyperbody/research/applied-research-projects/muscle-body/
[8] ShapeShift, PDFдокумент, URL: http://dl.dropbox.com/u/1325890/shapeshift_booklet.pdf
[9] Menges, Achim, Reichert, Steffen Material Capacity: Embedded Responsiveness, Architectural Design: Material Computation: Higher Integration in Morphogenetic Design. Volume 82, Issue 2, стр.52–59, 2012

Хронология событий проекта ТОЧКА ВЕТВЛЕНИЯ:

2010 г., июль. Первый воркшоп и лекции Точки Ветвления на Стрелке http://branchpoint.ru/2010/09/05/tochka-vetvleniya-na-strelke-dolgozhdannyj-otchet/ 

2011 г., январь. Воркшоп и лекции на фествале Артерия 2010 http://branchpoint.ru/2011/01/31/vorkshop-na-arterii-2010/ 

2011 г., январь.Воркшоп и лекции на фестивале АРХИТЕКТУРА ДВИЖЕНИЯ 2010 (ЯРОСЛАВЛЬ) http://branchpoint.ru/2011/01/31/vorkshop-na-festivale-arxitektura-dvizheniya-2010-yaroslavl/

2011 г., август. Инсталляция BranchPointActSurf http://branchpoint.ru/2011/08/29/branchpointactsurf-ot-idei-do-realizacii/

2011 г., май. Серия лекций "5,5 ветвлений" на АрхМоскве 2011 http://archi.ru/events/extra/event_current.html?eid=4842 

2011 г., октябрь. Воркшоп состоящий из 4-х кластеров и лекции ТОЧКА ВЕТВЛЕНИЯ: ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ http://branchpoint.ru/2011/10/30/otchyot-po-vorkshopu-tochka-vetvleniya-vzaimodejstvie/

2011 г., ноябрь. Воркшоп на фествале "Белая Башня 2011" в Екатеринбурге http://archi.ru/events/extra/event_current.html?eid=5538&fl=2 

2012 г., февраль. Совместный воркшоп и лекции СО-ОБЩЕСТВО_2 на фестивале "Золотая капитель 2012" в Новосибирске. http://www.adaptik-a.com/events/item/56-community-workshop-report-2/2012   

2012, март. Воркшоп Processing. «Параметрическая архитектура» в галерее ВХУТЕМАС, Москва
http://archi.ru/events/extra/event_current.html?eid=6060

2012 г., март. Воркшоп и лекции в Красноярске по приглашению 1ln group 2012  
http://branchpoint.ru/2012/04/03/vorkshop-digital-fabrication-v-krasnoyarske/ 

18 Июля 2012

Эдуард Хайман

Автор текста:

Эдуард Хайман
Похожие статьи
Всех накормить
На ВДНХ для выставки «Россия» силами Концерна КРОСТ был спроектирован и реализован «Дом российской кухни» – в рекордные сроки. Он умело выстроен с точки зрения современного общепита, помноженного на шумную культурную программу, – и столь же успешно интерпретирует разностилевой характер выставки достижений. В то же время значительная часть его интерьера восходит к прообразам 1960-х годов, хоть «про зайцев» тут пой.
Образовательные технологии
Бюро Vallet de Martinis architectes построило недалеко от Парижа корпус новой инженерной школы ESIEE-IT. Среда здесь стимулирует разноуровневую коммуникацию как неотъемлемую часть современного процесса обучения.
Вокзал в лесу
В основу проекта железнодорожного вокзала Цзясина, разработанного бюро MAD, легла концепция «вокзал в лесу».
Ансамбль у мечети
Бюро ОСА подготовило мастер-план микрорайона в южной части Дербента. Его задача – положить начало формированию современной комфортной среды в городе. Организация жилых кварталов подчинена духовному центру: в зависимости от расположения относительно соборной мечети дома отличаются фасадными и пластическими решениями. Программа также включает центр гостеприимства, административные здания, образовательный кластер и воздушный мост.
«Зеленая» сладкая жизнь
Zaha Hadid Architects представили типовой проект заправочной станции для прогулочных судов на водородном топливе. Сначала станции планируется возводить в Средиземноморье, а затем и в других популярных у любителей катеров и яхт регионах мира.
Дом за колоннадой
Жилой дом Highnote по проекту бюро Studioninedots в Алмере включает полуобщественные пространства, которые должны оживить центр этого основанного в 1970-х нидерландского города.
Спасти книжный
Бюро Wutopia Lab спроектировало в Шанхае книжный магазин для тех, кто не читает. Чтобы заставить потенциальных посетителей вынырнуть из своих смартфонов, для них создали целый вертикальный город и наполнили его жизнью.
Образовательный маяк
Здание мореходного училища в порту Свеннборга, спроектированное C.F. Møller Architects совместно с EFFEKT, получило жесткую сетку открытых бетонных конструкций. Решение позволило добиться функциональной гибкости и проницаемости пространства.
Форма немыслимого
Павильон АТОМ на ВДНХ хочется сопоставить с известной максимой архитекторов и критиков: «придумал? теперь построй!». Редко можно встретить столь самоотверженное погружение в реализацию, причем сложные конструктивные и инженерные задачи, поставленные UNK перед самими собой, тут представляются неотъемлемой, важной частью архитектурной идеи. Challenge соответствует месту – все же «выставка достижений», а павильон посвящен атомной энергетике. Рассматриваем: снаружи, изнутри и с изнанки.
Павильон – солнечные часы
Представлен публике проект летнего павильона-2024 галереи «Серпентайн» в Лондоне. В этот раз авторами стали южнокорейский архитектор Минсок Чо и его бюро Mass Studies.
Молочная тема
Концепция офиса компании, производящей сыр, предназначена для закрытой территории молокозавода, – это, хотя бы наполовину, промышленная архитектура. Возможно поэтому она очень проста, что кажется удачным. Здание оживляет буквально пара «штрихов»: разворот угла акцентирует вход, оттенок стекла откликается на тему «молочных рек».
Здание-черенок
В итальянском городке Рипа-Театина недалеко от адриатического побережья строится семейный центр по проекту LAP architettura.
Движение по кругу
Бюро Atelier Aconcept спроектировало детский сад и начальную школу в пригороде Парижа Л’Ай-ле-Роз. Комплекс должен стать «воротами» всей коммуны и драйвером развития нового, весьма перспективного жилого квартала.
Фактура бетона
Посетительский центр на американском военном кладбище Второй мировой войны недалеко от Маастрихта, спроектированный бюро KAAN, интерпретирует «модернистский классицизм» основного ансамбля.
Сборно-разборная модель
Новый корпус цифровых наук и индустрий LAB42 в Амстердамском университете спроектирован максимально гибким и удобным для использования и трансформации на всех стадиях «жизни», от строительства до демонтажа. Авторы проекта – Benthem Crouwel Architekten.
Водная рябь и амбиции
Бюро MAD представило проект арт-центра района Наньхай в Фошане. По замыслу архитекторов, кровля-покрывало соберет в единый «ландшафт» театр, спортивный центр и музей, а также позволит сформировать новые общественные пространства.
«Театр природы»
Бюро Coldefy и CRA-Carlo Ratti Associati представили свой проект национального павильона Франции для Всемирной выставки Экспо-2025 в Осаке.
Музыка и танец
Образовательные центры в Кемерово, Калининграде, Владивостоке и Севастополе – часть программы по созданию культурных кластеров, которая реализуется в регионах с 2018 года. В трех городах кампусы, построенные по проектам ПИ «АРЕНА», уже приняли первых воспитанников. Рассказываем об устройстве этих школ.
Склонение башен
Три башни ЖК «Новоданиловская 8» – новый, и самый высотный, сосед Даниловских мануфактуры, «форта», «плазы», дополнение целого куста современной архитектуры от известных мастеров. При этом они здесь единственные – жилые, самые высотные, и на непростом участке. Рассматриваем, как архитекторы Андрей Романов и Екатерина Кузнецова решили непростую задачу.
В духе РОСТа
Новый тракторный завод Ростсельмаш, концепцию которого подготовило бюро ASADOV, прямо сейчас достраивается в Ростове-на-Дону. Отсылки к советской архитектуре 1920-х и 1960-х годов откликаются на миссию и стратегическое значение предприятия, а также соответствуют пожеланию заказчика: отдать дань уважения ростовскому конструктивизму.
Трехчастная задача: Мытный двор
Петербургский Мытный двор – торговые ряды сложной судьбы – по проекту «Студии 44» планируют превратить в премиальный жилой комплекс. В проекте три части: реставрация исторических корпусов, восстановление утраченной части исторического контура и новые дома. Все они срифмованы между собой и с городом, найдены оси и «лучи света», продуманы уютные уголки и видовые точки. Мы специально проинтервьюировали авторов проекта реставрации исторических корпусов – и рассказываем обо всех, разных, задачах из числа решенных здесь.
Новая морфология архитектуры. Зачем гены зданиям?
Эдуард Хайман – архитектор, дизайнер, один из основателей образовательного и исследовательского проекта параметрической архитектуры «Точка ветвления», аспирант отдела теории архитектуры НИИТиАГ, креативный технолог R'n'D Lab Digital October. Публикуем его статью о параметрической архитектуре, которая стремится быть не «сделанной», а «порожденной», подобно природному организму.
Смелость строит города
На город всегда можно посмотреть с разных сторон. Он шутливый и серьезный, проектируемый и строящийся, развиваемый и улучшающийся. В сегодняшнем обзоре событий – заключительное мероприятие фестиваля «Города», Форум-практикум по развитию города Черняховска, Санкт-Петербургский фестиваль «Артерия».
Технологии и материалы
Стоимостной инжиниринг – современная концепция управления...
В современных реалиях ключевое значение для успешной реализации проектов в сфере строительства имеет применение эффективных инструментов для оценки капитальных вложений и управления затратами на протяжении проектного жизненного цикла. Решить эти задачи позволяет использование услуг по стоимостному инжинирингу.
Материал на века
Лиственница и робиния – деревья, наиболее подходящие для производства малых архитектурных форм и детских площадок. Рассказываем о свойствах, благодаря которым они заслужили популярность.
Приморская эклектика
На месте дореволюционной здравницы в сосновых лесах Приморского шоссе под Петербургом строится отель, в облике которого отражены черты исторической застройки окрестностей северной столицы эпохи модерна. Сложные фасады выполнялись с использованием решений компании Unistem.
Натуральное дерево против древесных декоров HPL пластика
Вопрос о выборе натурального дерева или HPL пластика «под дерево» регулярно поднимается при составлении спецификаций коммерческих и жилых интерьеров. Хотя натуральное дерево может быть красивым и универсальным материалом для дизайна интерьера, есть несколько потенциальных проблем, которые следует учитывать.
Максимально продуманное остекление: какими будут...
Глубина, зеркальность и прозрачность: подробный рассказ о том, какие виды стекла, и почему именно они, используются в строящихся и уже завершенных зданиях кампуса МГТУ, – от одного из авторов проекта Елены Мызниковой.
Кирпичная палитра для архитектора
Свыше 300 видов лицевого кирпича уникального дизайна – 15 разных форматов, 4 типа лицевой поверхности и десятки цветовых вариаций – это то, что сегодня предлагает один из лидеров в отечественном производстве облицовочного кирпича, Кирово-Чепецкий кирпичный завод КС Керамик, который недавно отметил свой пятнадцатый день рождения.
​Панорамы РЕХАУ
Мир таков, каким мы его видим. Это и метафора, и факт, определивший один из трендов современной архитектуры, а именно увеличение площади остекления здания за счет его непрозрачной части. Компания РЕХАУ отразила его в широкоформатных системах с узкими изящными профилями.
Топ-15 МАФов уходящего года
Какие малые архитектурные формы лучше всего продавались в 2023 году? А какие новинки заинтересовали потребителей?
Спойлер: в тренды попали как умные скамейки, так и консервативная классика. Рассказываем обо всех.
​Металл с олимпийским характером
Алюминий – материал, сочетающий визуальную привлекательность и вариативность применения с выдающимися механико-техническими свойствами.
Рассказываем о 5 знаковых спорткомплексах, при реализации которых был использован фасадный алюминий компании Cladding Solutions.
Частная жизнь в кирпиче
Что происходит с обликом малоэтажной застройки в России? Архи.ру поговорил с экспертами и выяснил, какие тренды отмечают архитекторы в частном домостроении и почему кирпич остается самым популярным материалом для проектов загородных домов с очень разной экономикой.
Новая деталь: 10 лет реконструкции гостиницы «Москва»
В 2013 году был завершен третий этап строительства современной гостиницы «Москва» на Манежной площади, на месте разобранного здания Савельева, Стапрана и Щусева. В этом году исполняется ровно 10 лет одному из самых громких воссозданий 2010-х. Фасады нового здания выполнялись компанией «ОртОст-Фасад».
Уникальные системы КНАУФ для крупнейшего в мире хоккейного...
9 и 10 декабря 2023 года в новом ледовом дворце в Санкт-Петербурге состоялся «Матч звезд КХЛ». Двухдневным спортивным праздником официально открылась «СКА Арена» на проспекте Гагарина. Построенный на месте СКК комплекс – обладатель нескольких лестных титулов «самый-самый», в том числе в части уникальных строительных технологий. На создание сооружения ушло всего 36 месяцев.
Устойчивый малый
Сделать город зеленым и устойчивым – задача, выполнить которую можно только сообща, а в ее решении все средства хороши: и заложенный в стратегию развития зеленый каркас, и контейнер для сортировки мусора, и цветочная грядка на балконе. Рассказываем о малых архитектурных формах, которые помогают улучшить экоповестку.
Baumit: продлевая строительный сезон
Не случайно стройку считают сезонной работой: с приходом холодов часто встает вопрос – можно ли продолжать отделочные работы или надо ждать весны. Baumit разработал специальные штукатурки, которые позволяют отделывать фасад и при минусовых температурах.
Масштаб впечатляет: 7 проектов в Китае, построенных...
Китайские архитектурные объекты давно впечатляют весь мир масштабом и цельностеклянными фасадами. Вместе с менеджером по архитектурным проектам Larta Glass Петром Ивановским рассмотрим применение стекла на самых ярких из них.
Сейчас на главной
Действенная архитектура
Финалисты премии Мис ван дер Роэ-2024 – общественные сооружения, нацеленные на развитие периферийных районов крупных городов, а также деревень и городков.
На нулевом уровне
Кэнго Кума построил в префектуре Эхиме небольшой отель Itomachi 0 с нулевым уровнем потребления энергии из внешних источников. Это первый подобный объект на территории Японии.
Медь и глянец
Универмаг Hi-light в торговом центре Екатеринбурга объединяет несколько универсальных корнеров для брендов-арендаторов, а посетителей привлекает глянцевыми материалами отделки и акцентными объектами.
Опал Анны Монс
Проект небольшого бизнес-центра рядом с Туполев плаза и улицей Радио прокламирует необходимость современной архитектуры в отдельно взятом месте Немецкой слободы и доказывает свой тезис проработанностью деталей, множеством отвергнутых вариантов формы и даже – описанием района. Можно согласиться и интересно, что получится.
Всех накормить
На ВДНХ для выставки «Россия» силами Концерна КРОСТ был спроектирован и реализован «Дом российской кухни» – в рекордные сроки. Он умело выстроен с точки зрения современного общепита, помноженного на шумную культурную программу, – и столь же успешно интерпретирует разностилевой характер выставки достижений. В то же время значительная часть его интерьера восходит к прообразам 1960-х годов, хоть «про зайцев» тут пой.
Образовательные технологии
Бюро Vallet de Martinis architectes построило недалеко от Парижа корпус новой инженерной школы ESIEE-IT. Среда здесь стимулирует разноуровневую коммуникацию как неотъемлемую часть современного процесса обучения.
Кофе со сливками
Бистро в центре Белграда с дубовыми панелями, бордовым мрамором, патио и лестницей-диваном. Интерьером занималось московское бюро Static Aesthetic.
Пресса: Морфотипы как ключ к сохранению и развитию своеобразия...
Из чего состоит город? Этот вопрос, который на первый взгляд может показаться абстрактным, имел вполне конкретный смысл – понять, как устроена историческая городская застройка, с тем чтобы при реконструкции центра, с одной стороны, сохранить его своеобразие, а с другой – не игнорировать современные потребности.
Бетон и море
В Светлогорске в одном из помещений берегового лифта открылся гастрономический бар. Архитекторы line design studio сохранили брутальный характер места, добавив дихроичное стекло, металл и бетон, а главный акцент сделали на изменчивом пейзаже за окном.
Ширма для автомобиля
Микрорайон “New Питер” отличается от других новостроек Петербурга тем, что с ним работают разные архитекторы. Паркингами, например, занималось молодое бюро Bagratuni Brothers, которое предложило складчатые фасады из металлической сетки, превратившие утилитарную постройку в достойный красной линии объект.
5 утверждений Нормана Фостера: о «зеленом» строительстве,...
Журнал Dezeen опубликовал интервью с 88-летним основателем бюро Foster+Partners. Норман Фостер делится своими мыслями о «зеленом» строительстве, рассказывает о преимуществах бетона и пытается восстановить репутацию авиасообщения. Публикуем ключевые моменты этой беседы.
Поэт, скульптор и архитектор
Еще один вопрос, который рассматривал Градсовет Петербурга на прошлой неделе, – памятник Николаю Гумилеву в Кронштадте. Экспертам не понравился прецедент создания городской скульптуры без участия архитектора, но были и те, кто встал на защиту авторского видения.
Памяти Анатолия Столярчука
Автор многих зданий современного Петербурга, преподаватель Академии художеств, Член Градостроительного совета и человек, всегда готовый поддержать.
Вокзал в лесу
В основу проекта железнодорожного вокзала Цзясина, разработанного бюро MAD, легла концепция «вокзал в лесу».
Крестовый подход
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел проект дома на Шпалерной, 51, подготовленный «Студией 44». Жилой комплекс располагается внутри квартала, идет на уступки соседям, но не оставляет сомнений в своем статусе. Эксперты отметили крестообразную композицию и суровую стилистику, тяготеющую к 1960-х годам.
Ансамбль у мечети
Бюро ОСА подготовило мастер-план микрорайона в южной части Дербента. Его задача – положить начало формированию современной комфортной среды в городе. Организация жилых кварталов подчинена духовному центру: в зависимости от расположения относительно соборной мечети дома отличаются фасадными и пластическими решениями. Программа также включает центр гостеприимства, административные здания, образовательный кластер и воздушный мост.
Дом на взморье
Перевоплощение кафе «Причал» на берегу залива в Комарово в ресторан Meat Coin отразило смену тенденций в оформлении загородных домов: на месте темная облицовка фасадов, открытые деревянные конструкции и бетон в интерьере, натуральные материалы, а также фокус на природном окружении.
«Зеленая» сладкая жизнь
Zaha Hadid Architects представили типовой проект заправочной станции для прогулочных судов на водородном топливе. Сначала станции планируется возводить в Средиземноморье, а затем и в других популярных у любителей катеров и яхт регионах мира.
Шоколад в шоколаде
Интерьер петербургского ресторана Theobroma, где все блюда готовятся с применением какао-бобов, выдержан в стиле Людовика XIV. Мебель и посуду в духе рококо балансирует фактура потертого бетона на стенах и обилие естественного света.
Домики в саду
Детский сад, спроектированный бюро WALL для нового района Казани, отвечает нормативам, но далеко уходит от типовых вариантов. Архитекторы предложили замкнутую на себе структуру с зеленым двором в центре, деревянными домиками-ячейками и галереей вместо забора. Получилось по-взрослому и уютно.
Парголовский протестантизм
В Петербурге по проекту бюро SLOI architects строится протестантская церковь. Одна из главных особенностей здания – деревянная кровля с 25-метровыми пролетами, которая в числе прочего формирует интерьер молельного зала. Но есть и другие любопытные детали – рассказываем о них подробнее.
Дом за колоннадой
Жилой дом Highnote по проекту бюро Studioninedots в Алмере включает полуобщественные пространства, которые должны оживить центр этого основанного в 1970-х нидерландского города.
Пресса: Вернуть человеческий масштаб: проекты реконструкции...
В 1978 году Отдел перспективных исследований и экспериментальных предложений был переименован в Отдел развития и реконструкции городской среды. Тема развития через реконструкцию, которая в 1970-е годы разрабатывалась отделом для районов сложившейся застройки в центре города, в 1980-е годы расширяет географию, ОПИ предлагает подходы для реконструкции периферийных районов, т.н. «спальных» районов - бескрайних массивов массового жилищного строительства. Цель этой работы - с одной стороны, рациональное использование городской среды, с другой - гуманизация жилой застройки, создание психологически комфортных пространств.
Спасти книжный
Бюро Wutopia Lab спроектировало в Шанхае книжный магазин для тех, кто не читает. Чтобы заставить потенциальных посетителей вынырнуть из своих смартфонов, для них создали целый вертикальный город и наполнили его жизнью.
Стрит-арт на стройке
Магазин уличной одежды в петербургском пространстве Seno Валентина Дукмас оформила граффити, заборами из профлиста, строительными лесами и пластиковыми стульями. Контраст им составляют старинные деревянные балки и кирпичные стены.