Новая морфология архитектуры. Зачем гены зданиям?

Эдуард Хайман – архитектор, дизайнер, один из основателей образовательного и исследовательского проекта параметрической архитектуры «Точка ветвления», аспирант отдела теории архитектуры НИИТиАГ, креативный технолог R'n'D Lab Digital October. Публикуем его статью о параметрической архитектуре, которая стремится быть не «сделанной», а «порожденной», подобно природному организму.

Объект
Архитектура
mainImg
Архитектура стремится отражать представления об окружающем мире. Последние 20 лет интерес архитекторов концентрируется на вычислительных технологиях, физических и биологических процессах. Наука о природе и вычислительные технологии переформировывают наше представление о бытие, а за этим и представление о том, как мы можем и должны работать с архитектурной формой и пространством. Это влечет за собой появление и развитие новых инструментов, способов и методов, что существенно меняет представление о том, какова морфология архитектуры, т.е. наука, изучающая строение архитектурной формы. Если, например, биологическая морфология это строение формы организма и особенности его структуры, а в математике это теория и техника анализа и обработки геометрических структур, основанная на теории множеств и топологии, то принципы современной архитектурной морфологии оказались где-то между теми, что в биологии и математике. Если архитектурные формы прошлого можно было рассматривать как конечную структуру, то теперь её необходимо рассматривать через развитие формы – морфогенез.

Процессы

На протяжении практически всей своей истории архитектура была увлечена конечным и статичным результатом. Но с возникновением постмодернизма проявился другой интерес: архитектура всё более увлекается процессом создания проекта. Сначала это были коллажи из аллюзий на большие исторические стили, античную ордерную систему и т.п., затем это перемещается в область игры с более абстрактными процессами: силами, энергиями, чистой геометрией, что сформировало образ деконструктивизма. Далее эта игра, выходя на просторы современности, воплощается в диаграммном мышлении, когда презентации архитекторов все более напоминают инструкцию по сборке и развитию архитектурного объекта. 

Такая попытка перевести архитектуру из плоскости субъективных представлений творца в рациональную плоскость объективных решений и задач отражает требования нового времени. В цепочках диаграмм, графиков, пояснений отражается то, почему и как появлялся архитектурный объект. Но в отличие от практики постмодернизма, отражающего иррациональную субъективность архитектора, это происходит на основе аналитики объема, полезных площадей, площади застройки, ориентации на солнце, распределения высоты, видовых точек, количества зелени и парковочных мест, транспортных и пешеходных путей и многих других объективных факторов. За примером можно обратиться к любому проекту именитых BIG, MVRDV, или OMA.

zooming
MVRDV и ADEPT Archi¬tects, схема сборки небоскреба ‘Sky Village’ в Копенгагене. Изображение с сайта http://www.dysturb.net
zooming
Инсталляция на воркшопе «Точки ветвления» в рамках фестиваля «Белая Башня 2011», Екатеринбург. Все изображения представлены Эдуардом Хайманом
Это очень хорошо соотносится с тем, как поменялись наши представления о природе нашего мира. Научная картина мира показала, что сложные объекты живой и неживой природы являются производными процессов. В них через последовательность процедур трансформации – слияние, деление и преобразование – порождаются новые сущности.

От деланья к порождению

Нам посчастливилось присутствовать в удивительное время глобальной перестройки «человека делающего» в «человека порождающего». В чём отличие первого от второго? Первый опирается на традиционный способ создания искусственного артефакта. Это когда существует конечный образ, план, решение, и человек, посредством определенных действий, достигает желаемого результата. Представьте, что необходимо создать супергероя. Затем представьте себе скульптора, относящегося к типу «человека делающего». Вначале он рисует или лепит эскиз будущей скульптуры, используя натурщика для схватывания правильной человеческой пластики. Затем берёт стамеску и обрабатывает кусок камня. На выходе получается не необходимый супергерой, но его неживое отражение, вряд ли способное на подвиги.

Это верно и при создании архитектуры. Например, архитектор первого типа сначала придумывает образ здания на основе субъективного представления и опыта. Это идеал, который, как думает архитектор, должен изменить жизнь людей к лучшему, и потому его надо построить везде. Потом он берёт стандартную сетку колон 6x6 метров, стандартные перекрытия, кирпич, и т.д. и собирает этот конструктор воедино, стремясь приблизиться к первоначальному идеалу. На выходе здание в малой степени приспособлено к жизни не только потому, что в процессе удалилось от идеала, но и потому, что сам идеал был выдумкой архитектора, лишь опосредованно связанной с реальной ситуацией. Такое здание возможно тиражировать как есть, или вручную внося небольшие изменения, но, в любом случае, это вряд ли может исполнить изначальный порыв сделать жизнь людей лучше.

Но как действует живая природа? И как подобно ей действует человек второго типа – «человек порождающий»? Объекты природы порождаются из взаимосвязей её элементов действующих на основе законов, правил и ограничений. Так живые организмы не имеют конечного образа, к которому они стремятся, но они имеют сочетание эффектов от действий генотипа, совокупности всех генов данного организма и онтогенеза, индивидуального развития организма от зарождения до смерти, большую часть времени проходящего в борьбе за выживание. Это приводит к образованию индивидуального организма имеющего собственный фенотип, т.е. совокупность всех внутренних и внешних признаков и свойств организма. Таким образом, видно, что действия, процессы и развитие – это то, на что сделала ставку природа в борьбе за выживание. В какой-то момент это стало очевидно и людям.

Для пояснения этого утверждения вернёмся к нашему супергерою. Для того чтобы создать реального супергероя нам необходимо разработать его генотип в котором будут заложены суперсвойства. Затем разовьём его в условиях борьбы за свое существование при условии, что его выживание напрямую будет зависеть от нашего выживания. Так мы получим необходимого и действующего, а не идеального супергероя.

Стремясь создать здание, которое улучшит жизнь людей,  «архитектор порождающий» создаст генотип для своего здания так, чтобы это здание развилось в условиях, близких к реальной действительности, в соответствии с принципами, заложенными в генотипе. На выходе мы получаем здание, которое приспособилось к окружающим условиям, и эффективно выполняет те задачи, к которым было предназначено. Такое здание можно тиражировать подобно организмам не через копирование, но через порождение новых зданий, используя тот же или чуть изменённый генотип, таким образом, обеспечивая устойчивую популяцию.

Перформативность

Всё более распространяется практика, при которой действия, выражающие задуманный процесс сами по себе, и являются тем, что предопределяет конечную сущность артефакта. Так вспенивание определяет основные качества пены. По сути, само вспенивание одновременно является как актом так и результатом акта, а то, что мы называем «пеной», лишь фиксирует конечное состояние происходящего действия. Такой перформативный подход, когда делание неотделимо от конечного результата, стал важной чертой современного искусства и архитектуры. При этом перформативный подход осуществляется через действия, осуществляемые как в реальности, так и в компьютерных программах, имитирующих действия в реальном времени.

Примером перформативного подхода, производимого в реальности, может служить экспонируемая по всему миру арт-инсталляция  «Тейп» (Tape) хорватско-австрийского коллектива Numen/For. Это не конечный проект, перевозимый с места на место или создаваемый по чертежам на месте, но процесс, в котором используются ленты широкого скотча, а также простые процедуры, правила и локальные решения, которые можно представить как мутации основного генома. В нём материал через действия, совершаемые в новой окружающей среде, материализуется в среду каждый раз уникальную, но имеющую общие пространственные характеристики с другими воплощениями  «Тейп». 

Окружающая среда используется как опора для постепенного выращивания через процесс наклеивания сначала продольных лент, а потом поперечных стягивающих лент скотча. Таким образом, скотч – это не просто один из вариантов материала, который можно при желании заменить на любой другой, но неотъемлемая часть процесса. Скотч – материал, предопределяющий производимые действия, свойства конструкции и формируемой среды. Это не что иное, как процесс эмбриологического онтогенеза, когда из одной клетки развивается целый организм! При этом то, в каких условиях развивается организм, влияет на его форму (фенотип). При одном и том же генотипе разные условия могут дать различные характеристики организму, вплоть до разного пола. В инсталляциях «Тейп» одни правила, действующие в разных условиях урбанистической среды, порождают разную форму инсталляций. Чтобы оценить сочетание общности и уникальности достаточно сравнить инсталляции в Белграде, Берлине, Мельбурне и Вене.

zooming
Numen/For, Инсталляция Тейп (Tape). С лева на право: в Белграде, в Берлине, в Мельбурне, в Вене
zooming
Numen/For, инсталляция «Тейп» (Tape) в Берлине
zooming
Numen/For, инсталляция «Тейп» (Tape) в Мельбурне
Процесс возникновения «Тейп» можно наблюдать на примере создания инсталляции в Москве:


Для того чтобы понять, как перформативный подход в архитектуре может реализовываться в компьютерных программах следует посмотреть на опыт Даниеля Пайкера, который участвовал в воркшопе «Точки ветвления» на «Стрелке» в этом году (см. видео его лекции). В своей лекции на воркшопе он рассказал о разрабатываемом им инструменте для архитекторов, где возможно создавать форму на основе физических взаимодействий, к которой применяются силы, подобные физическим силам. В таком случае конечная форма это производная процесса уравновешивания всех сил в системе.

Алгоритмы  

Много лет, и  особенно активно в последнее десятилетие, передовые архитекторы концентрируются на том, как с помощью вычислительных технологий разрабатывать алгоритмы, на основе которых производится архитектурная форма. Только перечисление образовательных центров исследующих эти вопросы говорит сам за себя: AA  (Architectural Association), IAAC (Instiute for Advanced Architect of Catalonia), SCI-Arc (The Southern California Institute of Architecture), University of Applied Arts Vienna, RMIT University, Columbia University GSAPP, Delft University of Technology с её лабораторией Hyperbody. Разрабтываемые алгоритмы отражают виденье того, как объект должен порождаться, какие взаимосвязи, правила и ограничения действуют в их системе. Такой процесс, выраженный в алгоритме и запечатанный в компьютерный код можно представить как геном объекта, который выдаёт разные результаты в зависимости от внешних условий, которые в алгоритмах представляют собой исходные данные. А результатом выполнения алгоритма является необходимая архитектурная форма. Такой принцип проектирования архитектурной формы раскрывает целый букет возможностей: процессы саморегуляции, адаптации формы к заданным условиям, возможность создания популяций объектов с разными характеристиками и многое другое. Такой подход во многом определяет понятие параметрического проектирования, ставшего основным трендом современной архитектуры.

Морфогенез

Исполнение алгоритма в разных условиях может давать целые популяции родственных объектов. Причём популяцию могут составлять как здания, так и структурные элементы здания, подобно популяциям живых организмов и клеток, составляющих живые ткани организма.

zooming
Популяция в природе и в архитектуре
В процессе подобного размножения может проявляться ещё одно важное свойство такого природного акта, как полиморфизм – способность некоторых организмов существовать в состояниях с различной внутренней структурой или в разных внешних формах. В архитектурных алгоритмах это будет выглядеть как способность выбрать способ обработки данных исходя из свойств входящей информации, и также в зависимости от обстоятельств выбрать путь порождения каждого конкретного объекта внутри одного вида[1].

В качестве примера проявления полиморфизма может служить ролик, в котором видно, как при изменении геометрии плана здания существенно меняется планировка.  


В определенном смысле алгоритм в этом проекте работает как включение и выключение, каких-либо генов в зависимости от условий, приводящих к разным состояниям организма.

Оболочка конструкции, созданной на воркшопе «Точки ветвления» в рамках фестиваля «Белая Башня 2011» в Екатеринбурге состояла из однородных элементов. Каждый элемент складывался из одного листа стали в подобие пирамиды. Сгибы элементов в шахматном порядке направлялись то в одну, то в противоположную сторону от поверхности оболочки. Таким образом, полиморфизм проявлялся не в форме, но в ориентации элементов. Такой принцип позволил создать жёсткую самонесущую конструкцию, где элементы при своей объёмности и большой кривизне оболочки произвольной формы не мешали друг другу.

zooming
Инсталляция на воркшопе «Точки ветвления» в рамках фестиваля «Белая Башня 2011», Екатеринбург
zooming
Инсталляция на воркшопе «Точки ветвления» в рамках фестиваля «Белая Башня 2011», Екатеринбург
В градостроительстве принцип морфогенеза даёт возможность гибкого планирования территорий. В качестве примера можно привести проект института Берлаге (Роттердаме, Нидерланды), где исследовался город Феникс. Прогностическая модель района разработана на основе карты излучения почвы пустыни, на месте которой должен возникнуть новый жилой район. В зависимости от уровня излучения формируются очертания жилых единиц так, чтобы излучения были минимальны для каждой единицы. Так появляются разнообразные свойства жилья. Каждый жилой комплекс оказывается не только разным по размеру и форме, но также включает в себя различные программы деятельности и различные формы организации [2].

zooming
Модель района. Исследовательская программа Питера Траммера в Институте Берлаге, проект студентов Мика Ватанабе и Лин Чиа-Янг
Для понимания того, как новый морфогенез проявляется в разработке архитектурных структур, нельзя не обратиться к опыту программы Emergent Technologies and Design Архитектурной Ассоциации в Лондоне. Там исследовали то, как вместе компьютерный код, математика, физические законы, материал и продвинутые технологии производства могут создавать новые немыслимые ранее сложные материальные структуры.

Примером того как морфогенез всего объекта зависит от морфогенеза его частей может послужить проект навеса для террасы на крыше Архитектурной Ассоциации AA ComponentMembrane, который был разработан, рассчитан, произведен и установлен всего за 7 недель. Навес должен был достаточно хорошо защищать от ветра и дождя, вместе с тем, необходимо было минимизировать горизонтальную ветровую нагрузку из-за слабой опорной конструкции и не загораживать виды с крыши[3]. При этом навес должен был иметь способность затенять по-разному в разные времена годав различное время суток. Форма каждого элемента навеса определялась через согласование всех этих критериев.

Ячеистая структура навеса состоит из набора элементов. Для каждого типа элемента навеса был выбран наилучший материал для выполнения своей роли: устойчивость к ветровым, гравитационным нагрузкам, обеспечение затенения. Для этого была сделана параметрическая модель, которая позволяла произвести эволюционный процесс поиска оптимального решения. В конечном счёте, в ходе такого цифрового морфогенеза был получен навес состоящий из 600 отличающихся конструктивных элементов и 150 различных по форме мембран.

zooming
AA Component Membrane, EmTech, Архитектурная Ассоциация
zooming
AA Component Membrane, EmTech, Архитектурная Ассоциация
В другом их проекте Porous Cast исследовалось диатомеи и радиолярии. Диатомеи – одноклеточные или колониальные водоросли. Клетка упакована в характерные и очень разные клеточные стенки, которые пропитаны кварцем. Скелет радиолярии состоит из хитина и оксида кремния, которые образуют пористую поверхность. Пористая масса этих двух типов клеток предлагает интересную модель для дифференцированного литья стен, что даёт новые специфические архитектурные возможности, как то проницаемость воздуха, света, температуры и прочее. Первая фаза эксперимента заключалась в литье гипса между надутыми подушками, чем достигалась форма, присущая натуральному минерализованному скелету клеток. Затем были проведены физические эксперименты и цифровой анализ воздушных потоков и освещённости, чтобы выявить изменения свойств в зависимости от разных характеристик формы, таких как размер ячеек и их проницаемость. Конечной целью проекта было создание производственной системы, которая может самоорганизовываться и создавать стену с различными характеристиками в разных её частях[4]. Также такой подход дает возможность пролиферации – разрастанию ткани организма путём размножения клеток, выражаемый в данном случае в возможности через один процесс разрастаться стене с дифференциальными характеристиками.

zooming
Porous Cast (Пористое литьё), Габриель Санчиз, AA, 3D модель
zooming
Porous Cast (Пористое литьё), Габриель Санчиз, AA, Аэродинамический анализ
zooming
Porous Cast (Пористое литьё), Габриель Санчиз, AA, Физическая модель
В прототипах оболочек, созданных на воркшопе «Точка ветвления: Взаимодействие» в августе 2011 г., параметрический морфогенез проявился не в форме элементов, а в геометрии связей. Концепция конструкции была разработана Даниелем Пайкером, создателем плагина Kangaroo для Grassopper и Димитрием Деминым. В модели с помощью имитации физических взаимодействий точки распределяются по поверхности двоякой кривизны так, чтобы равномерно заполнить её всю и образовать треугольники с максимально возможным равенством сторон. Уже в физической модели одинаковые равнобедренные треугольники сцепляются небольшими эластичными связями и при натяжении минимальной поверхности формируют заданную поверхность с минимальным зазором между элементами.

zooming
Воркшоп «Точка ветвления: Взаимодействие», прототип оболочки
zooming
Воркшоп «Точка ветвления: Взаимодействие», мокап оболочки
Изменчивость

Эти примеры показывают, каким образом морфогенетический подход может быть использован для создания формы, выращенной на основе окружающей среды, но при этом конечной и статической. В тоже время один из основных принципов живого организма, когда клетка деформируется и тем самым меняет форму всего организма, может быть использован и в архитектуре, в таком случае адаптация переходит из проекта в реальную жизнь здания. 

Прототипом деформируемого здания, форма которого реагирует на изменения условий, может послужить проект Muscle NSA (NonStandardArchitectures) созданный исследовательской группой Hyperbody[5]  под управлением Каса Остерхуза в Техническом Университете Делфта (TUDelft, Нидерланды). В 2003 году в Центре Помпиду был выставлен прототип здания, где пневматическая мембрана опирается на сетку индустриальных промышленных «мускул», образующих треугольные ячейки. Мускулы независимо сокращаются и расслабляются, согласуясь в реальном времени с общей управляющей программой, тем самым деформируя весь объём павильона. Павильон реагирует посредством расставленных вокруг сенсоров, реагирующих на перемещение людей разными способами[6]. В 2005 в Hyperbody создали следующую версию, названную Muscle Body где была усовершенствована система согласованной работы всех мускул, которая позволяла держать форму мембраны из натянутой лайкры, подобной той, какая используется в спортивной одежде. Мускулы меняют геометрию тента, сжимая и растягивая разные части ткани, тем самым изменяя их толщину и прозрачность. Павильон реагирует на то, как люди проникают внутрь: меняет освещённость и генерируемый звук, в соответствии с перемещением посетителей[7]. Таким образом характеристики среды становятся динамичными и неотделимыми от природы самого здания.

zooming
Кас Остерхуз и исследовательская группа Hyperbody, эксперименты с мускульной архитектурой: MuscleBody
zooming
Кас Остерхуз и исследовательская группа Hyperbody, эксперименты с мускульной архитектурой: инсталляция Muscle Non-Standard Architecture в Центре Помпиду, Париж

Двигаясь в этом направлении возможно создавать морфогенетические структуры, где каждый элемент сможет автономно, но согласуясь с соседями, менять форму так, что будут меняться свойства среды, такие как освещенность, температура, продуваемость, цвет, фактура и многое другое. А если это связать с природным принципом гибкости и эластичности в живой материи, то мы выходим на иной уровень формирования среды обитания. 

Примером такой немеханической деформации может служить проект Shape Shift, где разрабатывают элементы оболочки, которые деформируются под действием электричества. Совместно кафедра Автоматизации архитектурного проектирования в ETHZ и Швейцарская Федеральная Лаборатория Материаловеденья и Технологий в EMPA экспериментируют с электро-активным полимером (EAP), который сжимается и разжимается в зависимости от подаваемого на него напряжения. Их мембрана это сэндвич из нескольких слоёв материала. Когда площадь слоя EPA уменьшается, то вся мембрана деформируется из-за разности площадей на нижнем и верхнем слое мембраны[8].

Видео проекта ShapeShift:



Ещё один, но очень важный тип деформации это непосредственная реакция элементов на изменения окружающей среды через собственные свойства материалов и структуры. Это автономный и самоорганизующийся процесс. Он позволяет создавать оболочки, работающие как кожа, где каждая клетка чутко реагирует на изменения окружающей среды лучше, чем высокотехнологичный инженерный конструкт, состоящий и множества разрозненных деталей.

По такому принципу действует инсталляция «HygroScope – метеочувствительная морфология» созданная Ачимом Менгесом в сотрудничестве с о Штефаном Ричертом . Ими были исследованы свойства хвойной шишки открываться и закрываться при изменении влажности. Гигроскопические свойства древесных волокон позволяют им абсорбировать жидкость и высыхать, многократно проходя этот цикл без повреждений. После этого была создана конструкция из тонких слоев, анизотропные свойства которых позволяют пластине быстро скручиваться в одном направлении.  Таким образом, физически программируется реакция оболочки на изменение свойств окружающей среды [9].

Видео HygroScope - Centre Pompidou Paris:


Последним примером может стать инсталляция BLOOM, созданная архитектурной студией dO|Su. Поверхность состоит из элементов одного вида, представляющих собой биметаллические пластины. Биметалл при нагревании от прямого солнечного света начинает изгибаться, тем самым открывая поры в оболочке, позволяя проникать свежему воздуху под конструкцию.

Видео BLOOM Surface:


В этом и предыдущем проекте одновременно работает принцип цифрового морфогенеза, при котором каждый элемент немного отличается от соседей, так как в его образовании используются данные, немного отличающиеся от тех, которые образуют соседние. Но ещё этот элемент изменяет свою форму под действием уже не данных, но энергий или свойств окружающей среды. Такой принцип позволяет натуральным способом встроить архитектурный объект в экологическую систему.

Если ранее архитектура вдохновлялась природными формами, то теперь природа поставляет архитекторам свои методы и технологии работы с формой и материей. Сейчас морфогенез для архитектурной морфологии так же неотъемлем, как и в биологии. Процессы полиморфизма, пролиферации, эволюции, самоорганизации это уже реальный инструментарий для архитектора, использование которого позволяет более правильно выстраивать отношения между человеком, искусственной средой и природой. И, возможно, если поменять угол обзора, то мы увидим, что на самом деле намного дальше продвинулись в конструировании живого, чем нам кажется. Только живое появляется не в генной инженерии, а в архитектуре.

Сноски
[1] Hensel, Michael, Towards Self-Organisational and Multiple-Performance Capacity in Architecture. Techniques and Technologies in Morphogenetic Design, Architectural Design Vol.76 No.2, стр.8.
[2] Wiley, John.Morphogenetic Urbanism. Architectural Design: Digital Cities, стр.65
[3]  Hensel, Michael, Menges, Achim, Weinstock, Michael. Computational Morphogenesis, Emergent technologies and design, 2009, стр. 51-52.
[4] Porous Cast, URL: http://www.achimmenges.net/?p=4389
[5] MuscleBody – KasOosterhuis, 2005, URL: http://www.interactivearchitecture.org/musclebody-kas-oosterhuis.html
[6] Muscle Non-Standard Architecture, Centre Pompidou Paris, URL: http://protospace.bk.tudelft.nl/over-faculteit/afdelingen/hyperbody/publicity-and-publications/works-commissions/muscle-non-standard-architecture-centre-pompidou-paris/
[7] MuscleBody, 2005 http://www.bk.tudelft.nl/en/about-faculty/departments/hyperbody/research/applied-research-projects/muscle-body/
[8] ShapeShift, PDFдокумент, URL: http://dl.dropbox.com/u/1325890/shapeshift_booklet.pdf
[9] Menges, Achim, Reichert, Steffen Material Capacity: Embedded Responsiveness, Architectural Design: Material Computation: Higher Integration in Morphogenetic Design. Volume 82, Issue 2, стр.52–59, 2012

Хронология событий проекта ТОЧКА ВЕТВЛЕНИЯ:

2010 г., июль. Первый воркшоп и лекции Точки Ветвления на Стрелке http://branchpoint.ru/2010/09/05/tochka-vetvleniya-na-strelke-dolgozhdannyj-otchet/ 

2011 г., январь. Воркшоп и лекции на фествале Артерия 2010 http://branchpoint.ru/2011/01/31/vorkshop-na-arterii-2010/ 

2011 г., январь.Воркшоп и лекции на фестивале АРХИТЕКТУРА ДВИЖЕНИЯ 2010 (ЯРОСЛАВЛЬ) http://branchpoint.ru/2011/01/31/vorkshop-na-festivale-arxitektura-dvizheniya-2010-yaroslavl/

2011 г., август. Инсталляция BranchPointActSurf http://branchpoint.ru/2011/08/29/branchpointactsurf-ot-idei-do-realizacii/

2011 г., май. Серия лекций "5,5 ветвлений" на АрхМоскве 2011 http://archi.ru/events/extra/event_current.html?eid=4842 

2011 г., октябрь. Воркшоп состоящий из 4-х кластеров и лекции ТОЧКА ВЕТВЛЕНИЯ: ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ http://branchpoint.ru/2011/10/30/otchyot-po-vorkshopu-tochka-vetvleniya-vzaimodejstvie/

2011 г., ноябрь. Воркшоп на фествале "Белая Башня 2011" в Екатеринбурге http://archi.ru/events/extra/event_current.html?eid=5538&fl=2 

2012 г., февраль. Совместный воркшоп и лекции СО-ОБЩЕСТВО_2 на фестивале "Золотая капитель 2012" в Новосибирске. http://www.adaptik-a.com/events/item/56-community-workshop-report-2/2012   

2012, март. Воркшоп Processing. «Параметрическая архитектура» в галерее ВХУТЕМАС, Москва
http://archi.ru/events/extra/event_current.html?eid=6060

2012 г., март. Воркшоп и лекции в Красноярске по приглашению 1ln group 2012  
http://branchpoint.ru/2012/04/03/vorkshop-digital-fabrication-v-krasnoyarske/ 

18 Июля 2012

Похожие статьи
Объект
Гибкость и острота современности
Роскошные, текучие, большие кокошники и спиральные бочки-колонны как из цветной жевательной резинки: в Москве, кажется, нет других таких особняков стиля нео-рюс модерна. А Теремок на Малой Калужской, ранее, как кажется, малоизвестный, «заиграл» и стал заметен после реставрации для офиса «архитектурной экосистемы». Видно, что Юлий Борисов и архитекторы UNK вложили всю душу и в поиск нового офиса, и в его приведение в современный вид. Рассматриваем парадоксы истории особняка и его пластического решения. Спойлер: тут встречаются две современности, обе прямо на острие «лезвия актуального».
Объект
«Устойчивая» мода
Бюро gmp реконструировало сразу четыре небольших здания в историческом квартале Шанхая под модный кластер ICCF Group. Проект стал результатом более чем десятилетнего сотрудничества двух компаний.
Объект
Семейное древо
По проекту команды Алексея Полищука в Ленинградской области построен дом, в котором бок о бок живут четыре семьи. Архитекторы предложили систему из автономных жилых блоков и общих пространств, а также объединили требования дизайн-кода поселка с пожеланиями заказчика: за лаконичными фасадами из планкена и фибробетона прячется интерьер, характерный для традиционного деревянного дома.
Объект
Сады на высоте
Бюро HENN выиграло конкурс на проект вертикальной фермы, совмещенной с офисным зданием, в новом районе на месте промзоны на юго-востоке Берлина.
Объект
В основе – ромб
Арт-павильон в новом жилом районе Нанкина по проекту местного бюро azLa напоминает о 3-тысячелетней истории и столичном статусе этого мегаполиса.
Объект
Первая московская
«Качество образования во многом зависит от качества образовательной среды» – этот постулат последнего десятилетия Сергей Скуратов реализовал в проекте Первой московской гимназии на Ростовской набережной в Хамовниках. Здание легко встраивается в непростое городское окружение, откликаясь и на пешеходный поток горожан, и на тихий переулок; умело использует перепад высот; учитывает современные тенденции работы с образовательными пространствами. Рассматриваем.
Объект
Оленьими тропами
Бюро Snøhetta соединило в здании саамского культурного и образовательного центра Čoarvemátta в норвежском Заполярье, казалось бы, мало сочетающиеся функции: национальный театр, училище и школу оленеводства.
Объект
Смотрящий на воду
Участок виллы Sonata вытянут от дороги до кромки воды, у него есть собственный берег, пристань, хорошая речная панорама. Раскрывая виды, Роман Леонидов «срезал» фасад по диагонали параллельно реке: так у дома образовалось две главные оси и, как следствие, «две головы». А внутреннее ядро – два двусветных пространства, гостиная и оранжерея, и «мостик» над ними – делает дом и проницаемым, и светлым.
Объект
«Маленький лес» во дворе
Во дворе начальной школы в Шэньчжэне по проекту пекинского бюро Vector Architects растет роща китайского баньяна: архитекторам удалось сохранить ее при строительстве.
Объект
Обновление имиджа
Перехватывающая парковка на окраине Рена в Бретани от ateliers O-S architectes – современная версия пригородного паркинга.
Объект
Белое крыло
Никакое оно не белое. А бежевое, белокаменное; работает с цветом известняка – гладкий посветлее, шершавый потемнее. Объединяет: абсорбирует и интерпретирует, темы, увиденные вокруг. Реагирует на все, сохраняя цельность высказывания – непростая задача – и внедряет узнаваемые черты собственного почерка: например, энергичные вырезы внизу, вверху и посередине.
Объект
О рыбах и котиках
Бюро IN.X Space Design реконструировало специализированный ресторан Duyiwei · Grill Fish & Bistro в центре Пекина. Его современный, яркий интерьер открыт городу и полон романтики 1970-х.
Объект
Урбан-дюны
Команда XSA Ramps спроектировала и построила для парка в Ростове-на-Дону трехчастный спортивный хаб, куда может прийти человек любого возраста и физической подготовки. Скейт-плаза, памп-трек и детская площадка с одинаковым тщанием наполнены деталями, которые притягивают самых разных посетителей. А техническое воплощение фигур и уклонов превращает это пространство в подобие скульптурной композиции.
Объект
Дерево и свет
В центре трудовой деятельности для людей с ментальными особенностями в пригороде Парижа широкое использование древесины призвано обеспечить психологический комфорт. Авторы проекта – бюро DREAM.
Объект
Пропорциональный рост
Анонсирован проект четвертой очереди жилого района ÁLIA. Дома расположены на протяженном участке – почти «луче», который идет от центра территории к реке, а в их взаимном построении можно увидеть как отклик на историю московских предпочтений последних 15 лет, «от кварталов к башням», так и интерпретацию соседства бизнес-парка авторства SOM. И еще – лучшие квартиры здесь не в самом верху, а ближе к середине, и образуют светящуюся «талию».
Объект
Дом-лестница
Проектируя ЖК «Детали» в Новой Москве, Раис Баишев привил популярной московской теме дома-квартала идею из сюрреалистической графики Маурица Эшера – увидел в силуэтах ступенчатых повышений и спусков метафизическую мега-лестницу, сформировал внутри двора некую ключевую пустоту. Что дало проекту внутренний «стержень»: идея ощущается и в силуэте, и на фасадах.
Объект
Металлическая скорлупа
Все детали для паркового павильона по проекту XISUI Design на востоке Китая изготовлены с помощью станков с цифровым управлением, что позволило обойтись без сварки и сделать монтаж и демонтаж быстрее и проще.
Объект
Чудеса комбинаторики
Токийское бюро Akira Koyama + Key Operation Inc. / Architects построило в родном городе поразительно компактный многоквартирный дом. Площадь участка под застройку составила чуть больше 34 м2.
Объект
Проекция квартала
В том, что дом Владимира Плоткина в составе «Садовых кварталов» будет самым модернистским из всех, особенно сомневаться не приходилось. Он таким и получился: в рамках дизайн-кода сочетает кирпич и белый камень, ритмически откликается на соседний дом «Остоженки», и в то же время аккуратно, но настойчиво проводит свою линию. Тут и проекция идеального состава городской застройки 14–9–6, которую можно найти прямо по соседству, и математический расчет, в том числе разного рода террас, а может быть, и единственное воспоминание о советском прошлом завода Каучук. И легкие белые «крестики».
Объект
Балконы на Дунае
Комплекс муниципального жилья в Вене по проекту querkraft architekten максимально использует длинный участок вдоль берега Дуная.
Объект
С белого листа
В детском саду в Ханчжоу по проекту бюро CLOU нет обилия ярких цветов: архитекторы рассматривают здание как нейтральный фон для игр и учебы малышей.
Объект
Из детсада в сад
Опыт превращения заброшенного здания детского сада в комплекс доступного жилья в Ереване: проект Electric Architects.
Объект
Позвоночник курорта
Бюро AIM Architecture спроектировало курортный комплекс «Хэйлунтань» в китайском городе Мэйшань. Все его сооружения соединены извилистыми переходами с общей деревянной кровлей с черепичным покрытием.
Объект
Деревянный водоворот
Многофункциональная платформа по проекту индонезийского бюро RAD+ar на частном острове в Яванском море выстроена из вторично использованного дерева местных твердых пород.
Объект
Жилищный переворот
Бюро Philéas Architecture превратило бывшие корпуса инженерной школы Télécom Paris на юге Парижа в комплекс социального жилья, включающий доступные по арендной плате мастерские художников.
Объект
Domus Aurea
Рассматриваем дом Тессинский-1 Сергея Скуратова, завершенный в 2023 году. Расположенный в середине района Серебрянической набережной, на пересечении ее основных улиц, он берет на себя некую «узловую» роль: не только реагирует на все вокруг и не только сохраняет внутри себя много воспоминаний о заводе ЭМА, но сплетает это все в некий по-новому срежиссированный узор, примиряя яркое «золото» и темный кирпич, не в малой степени – с помощью нового, современно-архаичного кирпича Columba, который, если подумать, и есть тут самый драгоценный элемент.
Объект
Солярный символ
Жилой комплекс от бюро CEBRA расположен на месте старой паровой мельницы под Орхусом. Своей необычной формой он напоминает морскую звезду, нож для мясорубки или пиктограмму солнца.
Объект
Ярко-желтый дом
Корпус HAUS 1 авторства бюро MVRDV в модернизированной киностудии Atelier Gardens в Берлине отмечен премией best architects 25 award в категории «Реконструкция и расширение».
Тексты по событиям: семинар Воркшоп Nature-responsive / Натуральная отзывчивость, семинар Презентация результатов воркшопа Processing. «Параметрическая архитектура», семинар Воркшоп Processing. «Параметрическая архитектура», семинар Презентация результатов воркшопа «Точка Ветвления: взаимодействие», семинар Воркшоп «Точка Ветвления: взаимодействие», выставка Точка ветвления. BranchPointActSurf, круглый стол Неделя передовой архитектуры «Точка ветвления»
Объект
Новая морфология архитектуры. Зачем гены зданиям?
Эдуард Хайман – архитектор, дизайнер, один из основателей образовательного и исследовательского проекта параметрической архитектуры «Точка ветвления», аспирант отдела теории архитектуры НИИТиАГ, креативный технолог R'n'D Lab Digital October. Публикуем его статью о параметрической архитектуре, которая стремится быть не «сделанной», а «порожденной», подобно природному организму.
Объект
Смелость строит города
На город всегда можно посмотреть с разных сторон. Он шутливый и серьезный, проектируемый и строящийся, развиваемый и улучшающийся. В сегодняшнем обзоре событий – заключительное мероприятие фестиваля «Города», Форум-практикум по развитию города Черняховска, Санкт-Петербургский фестиваль «Артерия».
Технологии и материалы
​Архитектура света: решения для медиафасадов в...
Медиафасады – это инновационное направление, объединяющее традиционные архитектурные формы с цифровыми технологиями. Они позволяют создавать интерактивные здания, реагирующие на окружающую среду, движение пешеходов или даже социальные медиа. Российская компания RGC представляет технологию, интегрирующую медиа непосредственно в стеклопакеты.
Как уменьшить запотолочное пространство для коммуникаций?
Повысить уровень потолка за счет сокращения запотолочного пространства – вполне законное желание девелопера, архитектора и дизайнера. Но этому активно сопротивляются инженеры. Сегодня мы расскажем о красивом и нестандартном решении этой проблемы.
Холст из стекла
Открытие нового корпуса Третьяковской галереи на Кадашевской набережной в мае 2024 года ознаменовало не только расширение знаменитого музея, но и знаковое событие в области использования архитектурного стекла с применением технологии печати. О том, как инновационное остекление расширило границы музейной архитектуры – в нашем материале.
От эскиза до «Дракона»: творческая кухня «Новых Горизонтов»
Компания «Новые Горизонты», отметившая в 2024 году свое 25-летие, прошла путь от дистрибьютора известного финского производителя Lappset до разработчика собственных линеек детского игрового оборудования. За четверть века они эволюционировали от импортера до инновационного проектировщика и производителя, способного воплощать самые смелые идеи в реальность.
​Палитра вашего путешествия
Конкурс авторских палитр для интерьера «Время, место и цвет» в самом разгаре. Его проводит дизайнер, декоратор и преподаватель Виктория Малышева в партнерстве с брендом красок Dulux. Виктория рассказала об идее конкурса и собственных палитрах.
От плоскости к объему: революция в остеклении с помощью...
Моллирование стекла – технология, расширяющая границы архитектурного проектирования и позволяющая создавать сложные геометрические формы в остеклении зданий. Этот метод обработки стекла открывает новые возможности для реализации нестандартных архитектурных решений, сочетая эстетику и функциональность.
Девять правил работы с инженерами
Проектная компания «Траст инжиниринг», работающая с известными архитектурными бюро на знаковых объектах, составила топ-9 правил взаимодействия архитекторов и инженеров, чтобы снизить трудозатраты обеих команд.
Амфитеатры, уличное искусство и единение с природой
В сентябре 2023 года в Воронеже завершилось строительство крупнейшей в России школы вместимостью 2860 человек. Проект был возведен в знак дружбы между Россией и Республикой Беларусь и получил название «Содружество». Чем уникально новое учебное заведение, рассказали архитекторы проектного института «Гипрокоммундортранс» и специалист компании КНАУФ, поставлявшей на объект свои отделочные материалы.
Быстрее на 30%: СОД Sarex как инструмент эффективного...
Руководители бюро «МС Архитектс» рассказывают о том, как и почему перешли на российскую среду общих данных, которая позволила наладить совместную работу с девелоперами и строительными подрядчиками. Внедрение Sarex привело к сокращению сроков проектирования на 30%, эффективному решению спорных вопросов и избавлению от проблем человеческого фактора.
Византийская кладка Херсонеса
В историко-археологическом парке Херсонес Таврический воссоздается исторический квартал. В нем разместятся туристические объекты, ремесленные мастерские, музейные пространства. Здания будут иметь аутентичные фасады, воспроизводящие древнюю византийскую кладку Херсонеса. Их выполняет компания «ОртОст-Фасад».
Алюминий в многоэтажном строительстве
Ключевым параметром в проектировании многоэтажных зданий является соотношение прочности и небольшого веса конструкций. Именно эти характеристики сделали алюминий самым популярным материалом при возведении небоскребов. Вместе с «АФК Лидер» – лидером рынка в производстве алюминиевых панелей и кассет – разбираемся в технических преимуществах материала для высотного строительства.
A BOOK – уникальная палитра потолочных решений
Рассказываем о потолочных решениях Knauf Ceiling Solutions из проектного каталога A BOOK, которые были реализованы преимущественно в России и могут послужить отправной точкой для новых дизайнерских идей в работе с потолком как гибким конструктором.
Городские швы и архитектурный фастфуд
Вышел очередной эпизод GMKTalks in the Show – ютуб-проекта о российском девелопменте. В «Архитительном выпуске» разбираются, кто главный: архитектор или застройщик, говорят о работе с историческим контекстом, формировании идентичности города или, наоборот, нарушении этой идентичности.
​Гибкий подход к стенам
Компания Orac, известная дизайнерским декором для стен и богатой коллекцией лепных элементов, представила новинки на выставке Mosbuild 2024.
BIM-модели конвекторов Techno для ArchiCAD
Специалисты Techno разработали линейки моделей конвекторов в версии ArchiCAD 2020, которые подойдут для работы архитекторам, дизайнерам и проектировщикам.
Сейчас на главной
Репортаж
Словоформы
Архитекторы ATRIUM любят амбициозные задачи, вот и тридцатилетие бюро отмечают выставкой, смело играя со словарем в слова. Погружают свои проекты и – важнее – объекты в некий собственный глоссарий, как в поток. Течешь тут, как по венам чистого искусства, то и дело касаясь, то вертикального города, то образовательных пространств, на которых архитекторы собаку съели, то идентичности места. Но больше всего подкупает то, что Вера Бутко и Антон Надточий утверждают, в том числе своей выставкой: архитектура – это прежде всего искусство, работа с формой.
send.project
Бермудский треугольник
Дом в Чебоксарах, спроектированный бюро House and Flat, умещается на маленьком треугольном участке. Его площадь – 86 м2, план вписан в трапецию, а ширина одной из стен – всего полтора метра. Найти форму помог опыт японских архитекторов.
send.project
Сны на Вуоксе
Еще один ландшафтный отель в карельских лесах от бюро Rhizome, в котором немедленно хочется забронировать номер. Башня и «кабины» разместились на берегу Вуоксы, прямо на гранитных валунах, среди берез и сосен – архитекторы чествуют каждый кусочек природы и включают его в опыт путешественника.
send.project
Гайя
На самом деле никакая, конечно, не Гайя, а Гея, по имени богини земли – так называлась парфюмерно-экологическая инсталляция архитекторов бюро KOSMOS на прошлогодней биеннале дизайна в Цюрихе. Парфюмеры разработали для нее запах тающего льда, и о чем же это нам говорит?
Работы студентов
В атмосфере поля
Завтра, в субботу, еще можно посмотреть проекты студии МАРШ Атмосфēры: полē. Они созданы под кураторством Александры Боевой и Андрея Фомичёва, и на выставке итоговых проектов 2023/2024 года именно эту студию нам представили как одну из самых сильных. Показываем три избранные работы.
send.project
Изумрудная шкатулка
Бюро MDVA спроектировало для парка в Барнауле павильон, внутри которого располагается трехчастная театральная сцена с амфитеатром. Внешний контур строения формируют аркады из деревянных ламелей, а тентовый навес защищает зрителей от непогоды.
Объект
Гибкость и острота современности
Роскошные, текучие, большие кокошники и спиральные бочки-колонны как из цветной жевательной резинки: в Москве, кажется, нет других таких особняков стиля нео-рюс модерна. А Теремок на Малой Калужской, ранее, как кажется, малоизвестный, «заиграл» и стал заметен после реставрации для офиса «архитектурной экосистемы». Видно, что Юлий Борисов и архитекторы UNK вложили всю душу и в поиск нового офиса, и в его приведение в современный вид. Рассматриваем парадоксы истории особняка и его пластического решения. Спойлер: тут встречаются две современности, обе прямо на острие «лезвия актуального».
Интервью
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
send.project
Палубы и кессоны
Архитектурная мастерская Антона Литовского спроектировала дом-палубу: линейное устройство позволяет ему отгородиться от соседей протяженным глухим фасадом, а со стороны сада – раскрыться проницаемыми объемами разной конфигурации, объединяет которые кессонированный потолок.
Объект
«Устойчивая» мода
Бюро gmp реконструировало сразу четыре небольших здания в историческом квартале Шанхая под модный кластер ICCF Group. Проект стал результатом более чем десятилетнего сотрудничества двух компаний.
Объект
Сады на высоте
Бюро HENN выиграло конкурс на проект вертикальной фермы, совмещенной с офисным зданием, в новом районе на месте промзоны на юго-востоке Берлина.
send.project
В ожидании леса
Здание ресепшен курортного комплекса в Ленинградской области имеет сложную конфигурацию и конструктив. Архитекторы мастерской Kalinkahaus использовали несколько видов материалов на основе древесины: CLT-панели, LVL брус и фермы из клееной балки.
Объект
Семейное древо
По проекту команды Алексея Полищука в Ленинградской области построен дом, в котором бок о бок живут четыре семьи. Архитекторы предложили систему из автономных жилых блоков и общих пространств, а также объединили требования дизайн-кода поселка с пожеланиями заказчика: за лаконичными фасадами из планкена и фибробетона прячется интерьер, характерный для традиционного деревянного дома.
Объект
В основе – ромб
Арт-павильон в новом жилом районе Нанкина по проекту местного бюро azLa напоминает о 3-тысячелетней истории и столичном статусе этого мегаполиса.
Объект
Первая московская
«Качество образования во многом зависит от качества образовательной среды» – этот постулат последнего десятилетия Сергей Скуратов реализовал в проекте Первой московской гимназии на Ростовской набережной в Хамовниках. Здание легко встраивается в непростое городское окружение, откликаясь и на пешеходный поток горожан, и на тихий переулок; умело использует перепад высот; учитывает современные тенденции работы с образовательными пространствами. Рассматриваем.
Результаты конкурса
Студенты на склоне
По отзывам многих людей, «Древолюция» 2024 года получилась очень хорошей, едва ли не рекордной: 77 участников, 9 объектов – все на склоне северного берега у села Туровского. По итогам практикума они образовали парк «Древолюция», а в процессе еще и совпали с «национальным офф-роуд велопробегом». Показываем все девять объектов.
Объект
Оленьими тропами
Бюро Snøhetta соединило в здании саамского культурного и образовательного центра Čoarvemátta в норвежском Заполярье, казалось бы, мало сочетающиеся функции: национальный театр, училище и школу оленеводства.
send.project
Круглые бани
Камерный банный комплекс построен по проекту kub house в поселке Московской области на участке с другими объектами. Круглая форма обеспечивает уединение, а моллированное стекло и обожженное дерево в отделке фасада – слияние с ландшафтом.
Работы студентов
«Здесь и сейчас»: ночные клубы от студентов МАРШ
Бакалавры МАРШ, размышляя об «архитектуре клуба», что поначалу кажется даже консервативным, перевернули тему, сосредоточившись на культуре ночных клубов и рейв-вечеринок. Показываем три клуба: подземный, буквально – под оранжереей; совмещенный с фермой и рынком; и с легкоатлетическим манежем. С чем угодно, практически, клуб может вступить в симбиоз. Воспоминания девяностых и локации проектов в промзонах портов и вокзалов тоже подкупают.
Объект
«Маленький лес» во дворе
Во дворе начальной школы в Шэньчжэне по проекту пекинского бюро Vector Architects растет роща китайского баньяна: архитекторам удалось сохранить ее при строительстве.
Объект
Смотрящий на воду
Участок виллы Sonata вытянут от дороги до кромки воды, у него есть собственный берег, пристань, хорошая речная панорама. Раскрывая виды, Роман Леонидов «срезал» фасад по диагонали параллельно реке: так у дома образовалось две главные оси и, как следствие, «две головы». А внутреннее ядро – два двусветных пространства, гостиная и оранжерея, и «мостик» над ними – делает дом и проницаемым, и светлым.
Работы студентов
СПбГАСУ ДАС 2024: магистры
Четыре магистерские работы кафедры Дизайна архитектурной среды: развитие велопешеходной инфраструктуры на юго-западе Петербурга, парк на месте заброшенной железной дороги, ландшафтная организация центра Кронштадта и преобразование санаторно-курортных объектов Крыма.
Объект
Обновление имиджа
Перехватывающая парковка на окраине Рена в Бретани от ateliers O-S architectes – современная версия пригородного паркинга.
send.project
Бетонные сады
Первый пост-индустриальный парк в России появился в Острогожске по проекту консорциума Citizenstudio и Новая земля. Вместо дорогой и неэкологичной утилизации бетонных останков недостроенного завода архитекторы предложили сделать их частью ландшафта парка.
Наблюдения
Краеведение по следам Ленинианы
Два года назад художница из Санкт-Петербурга Ксения Клёнова придумала проект ПостLeniniana, приуроченный к столетию смерти Ленина. Она планирует посетить 100 городов России с необычными памятниками Ленину, поговорить о них с жителями и написать книгу. Сейчас она проехала 20 населённых пунктов и регулярно отчитывается, – так, по ходу дела, возникают путевые заметки. Показываем.
Объект
Белое крыло
Никакое оно не белое. А бежевое, белокаменное; работает с цветом известняка – гладкий посветлее, шершавый потемнее. Объединяет: абсорбирует и интерпретирует, темы, увиденные вокруг. Реагирует на все, сохраняя цельность высказывания – непростая задача – и внедряет узнаваемые черты собственного почерка: например, энергичные вырезы внизу, вверху и посередине.