Заметим, тем не менее, вот что. Появилось несколько любопытных проекта. Во-первых, megabudka поделились своим видением храма для зумеров – его так чесались руки поанализировать, чем мы и занялись почти сразу же.
С коллегами, впрочем, возникла дискуссия на предмет того, насколько все увиденные в проекте смыслы были действительно заложены туда авторами? Как бы то ни было, мой ответ такой: заложены или не заложены намеренно в проект, но если считываются, значит, они в проекте есть. Наивно думать, что в проекте присутствует только то, что автор туда намеренно «прошил». И еще смешнее позиция авторов, кричащих: мы этого не закладывали в проект! Уберите немедленно из текста! Нет уж, если сюжет, идея, тема, нюанс или аллюзия в проекте считывается внешним наблюдателем – она там есть. Живите теперь с этим.
Спросили у megabudka, вот ответ:
Кирилл Гудков, ГАП
«Безусловно щусевская марфомариинская обитель стала источником вдохновения для общего свежего настроения и пропорции декоративных деталей, философии в целом проекта. Родоначальник пропорционального поиска была церковь Климента в Новгороде, потом на нее повлияла идея сделать преувеличенную главку как в храме в Спасо-Преображенском храме в селе Владимировское проекта архитектора Щусева, потом ступенчатость, потом желание сделать главку тоже такой ступенчатой что стало потом похоже на пиксели, а ступенчатость это был такой компьютерный результат попытки сделать нарядную пушистую главку как в храме Василия Блаженного
Про свет в своде – это намек на окна в барабане для подсветки, а крест вверху случайно получился за счет формирования главки такой формы, а элемент случайности это вообще часть культуры православного строительства
Про вырезы на углах – для подчеркивания пропорций так захотелось, сознательной отсылки не было».
Другое наблюдение: стилистика высоток со стеклянной головой «пробралась» из коммерческого строительства в программу реновации. Конечно, пролезая туда, в реновацию, она немного ободралась о края узкого отверстия игольного ушка госзаказа, стала бледнее и несколько кряжистее; но, удивительно не это, а то – что выжила! Все ищут стиль, а вот он вам, если влияет на низшую сферу заказа, значит, есть направление... Да.
Однако если говорить всерьез, то жаль, что доступное жилье в нашей богохранимой столице делается «на отвяжись». Что пропали втуне все пилотные проекты реновации, инициированные в формате конкурсов почившей МКА. Если мы посмотрим на европейский опыт – то там доступное жилье давно превратилось из падчерицы более заметных страт в отдельное направление для архитектурного творчества. У нас – пока нет. Пока что дома по реновации гордятся сходством с премиальными, но не центральными и демонстрируют ту же чуткость к предпочтениям начальства, как, впрочем, и их премиальные прообразы и образцы.
Ну и наконец – пара объектов показывает, что спокойная, но приличная архитектура в городе еще возможна. Это я о проекте .ket.
Не все потеряно, товарищи, место для разумного творчества есть. Если, конечно, найдется упорство.
Храм «для зумеров»
Кроме того кубики напоминают пикселы вообще, как таковые. Снимают проблему избыточного блеска луковицы; такую не поднимется рука покрыть титановым золотом. Внутри получается ступенчатое крестообразное пространство, буквально-таки складывается тонкий крест над головой. Дважды, большой и маленький. Можно себе представить, что авторы предложили современный вариант крещатого свода, того самого, для которого даже нет толком названия в английском языке, но в XVI веке его придумали в Москве итальянцы…
Так вот. Приземистый грибообразный силуэт некоторым из нас напоминает Георгиевский собор Юрьева-Польского в реставрации Василия Дмитриевича Ермолина 1470-1471 годов. Впрочем, напомним, Ермолин не был архитектором (!), а был подрядчиком. Собор собрал криво, но впоследствии тот стал романтическим символом русского духа. Особенно с его поздней пучинистой главой.
Силуэт юрьев-польского собора угадывается, но контур фасадов – уже скорее новгородско-псковский. Хотя «ползучие арки» превращены в ступеньки, одновременно напоминающие уступчатые фронтоны северной готики ганзейских городов – что неожиданно ярко проявляет источник северо-западной архитектуры XIV–XV веков.
Окон, как и там, по-новгородски минимум, и даже меньше. Ну, не так, как в Спасе на Ковалеве, чтобы не было ни одного окна в четверике. Все, что мы видим, это одно небольшое окно в боковом северном фасаде – позволяющее предположить, что на южном тоже есть одно окно. Светящейся акцент над западным входом – ниша. Восточный фасад с апсидой нам не показали. Зато видны углы, презабавнейшие, с выемкой, но с этаким плинтом сверху: наша версия – это парафраз крещатых столбов из интерьеров ранних новгородских храмов. Софии или начала XII века, например. Впрочем, все может быть не так точно.
Молодцы, словом. Тут работа и со светом, и с пропорциями, и даже с любимой авторами темой «русского стиля».
Вопрос – насколько проект фантастичен или имеет реальную подоснову – задан авторам. Говорят, что не фантастика, реальный проект.
ЖК на Берниковской набережной
Сами авторы называют свою архитектуру «монументальной» и «поддерживающей величественную застройку вдоль набережных города». Величественного в ближайшем окружении – высотка на Котельнической. Иностранка не маленькая, но по-модернистски скромна; еще рядом есть 12-этажный панельный дом. Собственно спроектированный 80/88 жилой комплекс состоит из двух объемов, соединенных стилобатом, и разыгрывает две пластические темы. Корпус, выдвинутый вперед, меньше по высоте – в нем 9 этажей, и он заворачивает во двор. Его фасады покрыты сеткой переплетающихся между собой стеклофибробетонных «чашелистиков», каждый 2-этажной высоты. Что напоминает дом американца Эрана Чена на Саввинской набережной, почти построенный в Новодевичьих прудов; в просторечии известный как «дом с унитазами», он, тем не менее, многих восхищает пластикой стеклянно-бетонного леса на своем фасаде.
На Берниковской получилось похоже, но несколько менее объемно, все «бокалы» существенно уплощены, хотя все равно объемны. Зато они переплетаются – и в той же теме решена как пилонада, так и часть стилобата.
ЖК Обручева 27
Рядом большой ЖК EVER построен по проекту GAFA Григория Гавалидиса, на другой стороне улице строится – тоже немаленький – от бюро KAMEN Ивана Грекова. На данный момент сложно, вероятно, сказать, чего тут будет больше, офисов или жилья; впрочем жилья, похоже, больше.
Проект .ket, который в третий раз появился в инфополе – бюро Тиграна Даниэляна и Карена Биляна, известного участием в конкурсах, объектами, частными домами – коллеги уже назвали интересным. Он состоит из пяти башен, объединенных стилобатом вокруг двора, куда с кровли стилобата спускаются два амфитеатра (или один большой). Силуэт башен трапециевидный, или асимметрично-пирамидальный, напоминает пирамиды ЦЛП в Казани; фасады с легкой живописностью чередуют балконы со стеклянным ограждением и стеклянные же эркеры, расставленные между межэтажными выступами из полированного металла создают полупрозрачную, несколько «тюлевую» двухслойность фасадов. Колористика современная: терракота без кирпича, серебристо-серый и бежевый.
Дом по программе реновации на Тюменской улице, 5
Но встречаются в рамках реновации приятные примеры. В частности, дома на Онежской улице, спроектированные Моспроектом-4 под руководством Вадима Грекова. Пусть конкурс на пилотные проекты реновации в Головинском районе, как и во всех других, ни к чему не привел, но эти конкретные дома получились симпатичными: башни из темного кирпича, со скругленными углами. Хотя и «выкосили» всю дикую растительность на своих площадках. Но стартовые дома, они такие стартовые дома…
Сейчас СИТ показал дом по реновации того же – Моспроекта-4 – авторства, на Тюменской улице, 5, и он тоже привлекает внимание. Как мы видели выше, реновация абсорбирует актуальные течения архитектуры города. Так вот, этот проект приспособился уже не к квартально-кирпичной теме, а к башенно-стеклянной, хотя, казалось бы, та принадлежит «премиальному», так сказать, сегменту.
Дом отчетливо напоминает современные высотные проекты – и не только наличием 47-этажной башни, а это не меньше 150 метров, скорее 160 м – но и ступенчатой «стеной» секций, которая следует на башней, как «хвост» или «тело бронтозавра»; у башни даже есть стеклянная «голова», заставляющая вспомнить ЖК MOD, но не только его. Ступеньки «хвоста» крупные; жаль только, на них не обозначено эксплуатируемых террас – вероятно, проектам по реновации не полагается такая роскошь, хотя, казалось бы, почему? Другой причиной можно посчитать трассы МЦК и МСД, которые проходят здесь совсем рядом.
С противоположной, западной стороны дом реновации соседствует с ЖК «Преображение», ярким красно-желтым, спроектированным архитекторами ATRIUM.
БЦ Сущевский вал, 31
коллектив
Собственно здание – достаточно спокойное, стеклянное, хотя любопытное в силу нескольких особенностей. Первый объем выше чем дальний, это раз. Его стеклянные фасады поделены на четыре группы с разным ритмом очень тонких вертикальных полос. Оба по контуру приподняты на «ножки». Продольные фасады дальнего корпуса, того, что поменьше, превращены в равномерную стеклянную гармошку. Словом, если он и выделяется в ряду недавних офисных проектов – то, пожалуй, отсутствием террас и скругленных углов.
Жилой комплекс на Большой Ордынке, 25
Авторы пишут, что «пропорции, материалы и детали фасадов воссоздают образ купеческих усадеб», а также планируют интегрировать в проект 12 мозаик с изображением церквей, снесенных в Замоскворечье в советские годы. Сейчас эти мозаики украшают фасады пристроенного к АТС в 1990-х годах корпуса.
Вариант с сохранением АТС ранее разработало бюро Borisov Architects. Также в 2021 году идентичная АТС на Бакунинской улице стала частью комплекса Tatlin Apartments, проект принадлежит AI Studio.
АК
ЖК Ленинградское 65-67
коллектив
За избыточное украшение можно принять, однако, фигурирующие на рендерах озелененные террасы: они видны и у домов высотой поменьше, расположенных у реки, и на речном фасаде башни. Зелень на террасах неопределенного выноса это, конечно, да, сингапурский прием. Осталось вколоть что-ниубдь сингапурским растениям, чтобы они росли в нашей полосе так же интенсивно, как у себя на родине. Впрочем, можно попробовать и с местными. Но на языке вертится поднадоевшее замечание – заросли на террасах это один из самых легко сокращаемых элементов проекта.
