Автор-реконструктор

Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.

Нина Фролова

Автор текста:
Нина Фролова

mainImg
Дэвид Чипперфильд принадлежит к поколению британских архитекторов, пришедших в профессию в 1980-е, во время господства постмодернизма. Не желая идти в ногу со временем, они работали там, где было больше, чем в Англии, стилевого разнообразия. Чипперфильд нашел тогда признание в Японии, где обогатил свой неомодернистский язык опытом тонкой работы с архитектурным бетоном и с материалами в целом. Внимание ко всем аспектам контекста и к деталям тоже стало частью его творческого метода.

Однако этот архитектор, в отличие от многих соотечественников-ровесников, много экспериментирует с формой, композицией, материалом, выступает то сдержанно, то энергично, то в духе «классического» модернизма, то с отсылками к истории. Достаточно вспомнить такие разные его постройки, как павильон регаты на Кубок Америки в Валенсии, социальное жилье в Мадриде, музей реки и гребли в Оксфордшире, художественный музей в Айове.

По крайней мере, так можно было с полным правом сказать лет пятнадцать назад. С тех пор заказов у Чипперфильда значительно прибавилось, он окончательно присоединился к архитекторам первого эшелона, но работы его стали в целом «ровней» – крупные объемы, чаще всего – с однородной или даже монолитной поверхностью, или варианты неорационалистической фасадной «решетки».
Музей Jumex
Фото: Lirva Vallens via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International
Музей Уэст-Банд
Фото © Simon Menges

Нельзя сказать, что Дэвид Чипперфильд изменил себе, но сложно представить, что одна из его недавних работ отмечена главной наградой ЕС, премией Мис ван дер Роэ, как его Новый музей в Берлине (2009), или же стала «зданием года» Великобритании, получив премию Стерлинга – как литературный музей в Марбахе (2006).
Литературный музей современности
Фото: Bgabel via Wikimedia Commons. Лицензия GNU Free Documentation License, Version 1.2

Учитывая то, что в Москве он будет заниматься важнейшей достопримечательностью, зданием Центрального телеграфа Ивана Рерберга на Тверской, интересно вновь взглянуть на опыт работы Дэвида Чипперфильда с контекстом и наследием. Он автор, возможно, самой важной (на сегодняшний день) реконструкции XXI века – Нового музея в Берлине. Его задачей тогда было «возродить» военную руину на Музейном острове для полноценного использования. Он не стал превращать ее в новодел, но тщательно законсервировал следы бомбежек и пожаров, десятилетий дождей и ветров на фасадах и интерьерах, лишь заменив полностью утраченные части здания на новые, лаконичные. В результате, сам музей стал памятником сложной, тяжелой истории XX столетия.
Новый музей в Берлин
Фото © Achim Kleuker
Новый музей в Берлине
Фото © Ute Zscharnt
Новый музей в Берлине
Фото © Ute Zscharnt

Редкая по силе воздействия работа еще на стадии проектирования вызвала яростные споры – многим в Германии не нравилась эта «фиксация травмы» там, где планировалось выставить «самую красивую берлинку» – Нефертити – и другие сокровища древнего искусства. Однако смелый, бьющий в болевую точку подход Чипперфильда кажется особенно ценным, если учесть: в нескольких сотнях метров воссоздают с нуля Городской дворец: бессмысленное по форме и функции огромное сооружение с копиями исторических фасадов, вызывающее – какая ирония! – еще больше дебатов. В таком контексте Чипперфильду можно простить ничем не сдерживаемую мощь интерьеров, которые не могут не отвлекать посетителя от экспонатов, что для музея – немалый грех.
zooming
Городской дворец в Берлине в процессе строительства. Лето 2019 года
Фото: Paweł Drozd via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International

А совсем рядом – его же новая постройка, Галерея Джеймса Симона (2018), общий вестибюль для Музейного острова, который поражает своей несомасштабностью и неуместностью среди старых и новых – в том числе авторства самого Чипперфильда – зданий. Его неоднозначность, судя по всему, очевидна и самим David Chipperfield Architects, которые распространяют среди СМИ фото без снимков в самом важном ракурсе, через канал, так как он же – и самый неудачный.
 
zooming
Галерея Джеймса Симона в Берлине в процессе строительства. 2016 год
Фото: Fridolin freudenfett via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 International
Галерея Джеймса Симона в Берлине. Октябрь 2018 года
Фото © Archi.ru

Или есть реконструкция Нового музея с его оттенками смысла – и есть почти современный ему проект для исторического квартала Рокбунд в Шанхае (2011) с коммерческой и культурной программой, где здания оказались полностью «обеззаражены».

Чипперфильд может чутко уловить контекст, выступить приглушенно: недаром его позвали в приморский Маргит сделать новый проект галереи Turner Contemporary. На этом побережье самым важным был и остается вид, который писал Тернер – и новое здание не нарушает его, избегая «жеста», но оставаясь интересным.

В то же время, на другом берегу, Нобелевский центр в Стокгольме (2013) вызвал энергичное противодействие со всех сторон, от местных жителей и охранителей наследия до политических партий и редко комментирующего острые вопросы шведского короля. Крупный и заметный проект в самом сердце исторического города был в итоге остановлен судом. Так как у здания для вручения четырех из пяти Нобелевских премий поддержка тоже солидна (среди меценатов – семья Валленберг и владельцы H&M), для него выбрано новое место, и с Чипперфильдом вновь ведутся переговоры.
Нобелевский центр
© David Chipperfield Architects
Нобелевский центр
© David Chipperfield Architects

Дэвид Чипперфильд, с 2007 член Королевской академии художеств, для которой недавно завершил бережную реконструкцию ее комплекса в Лондоне (2018), высоко оцененную критиками. Также он лауреат Золотой медали Королевского института британских архитекторов, был куратором Венецианской биеннале архитектуры-2012, на протяжении 2020-го занимает должность главного редактора журнала Domus.
Мастерплан для Королевской академии художеств. Лекторий Бенджамена Уэста
Фото © Simon Menges

В России архитектор не раз участвовал в конкурсах – на проект комплекса «Набережная Европы», на реконструкцию фабрики «Красное знамя» (победа, завершившаяся ничем) и «Новой Голландии» в Санкт-Петербурге, а также Пермского театра оперы и балета (победа 2010 года, которая тогда не принесла плодов, хотя в 2017-м Чипперфильду и предложили заняться новым вариантом проекта – опять безрезультатно), московского Политехнического музея. Архитектор был наряду с другими зарубежными «звездами» членом градостроительного совета иннограда «Сколково». В сухом остатке – совсем немного, но, судя по этому интервью, иллюзии относительно российских перспектив у Чипперфильда если и были, то иссякли довольно быстро. Как закончится история с Центральным телеграфом – покажет время, но если опираться на описанные выше отечественные и мировые эпизоды, особых оснований для оптимизма ни у архитектора, ни у горожан быть не должно.

27 Мая 2020

Нина Фролова

Автор текста:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Офис для концентрации идей
​Бюро «Т+Т Architects» спроектировало офис французской ИТ-компании, где сотрудники в любой точке помещения могут обсудить с коллегами или записать на стене новые идеи.
Пост-комфортный город
С появлением в программе традиционной конференции Москомархитектуры термина «пост-комфортный» стало очевидно, что повестка «комфортности» в пандемию если и не отменяется, то значительно корректируется.
Архитектурная лаборатория
Архитектурное бюро «А.Лен» разработало и запатентовало программу «Идеальные квартиры», которая позволяет строить дома без плохих планировок. Рассказываем, как программа появилась, что из себя представляет, кому и чем она полезна.
Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...
«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.
В поисках визуальной ясности
Рассказываем о дискуссии, посвященной непростому для российских просторов вопросу дизайна элементов городского пространства. Обсуждение организовал Институт Генплана Москвы на Арх Москве.
Новое в Никола-Ленивце
В конце прошлой недели состоялся 15-й, юбилейный фестиваль «Архстояние», и территория арт-парка Никола-Ленивец пополнилась тремя новыми объектами. Рассказываем о них.
Архсовет Москвы-67
Проект реконструкции советского здания АТС в начале Нового Арбата под гостиницу – от ТПО «Резерв», и жилой комплекс на Шелепихинской набережной – от АБ «Остоженка», были поддержаны архсоветом Москвы 5 августа.
Архитектура в объективе: 14 фотографов
Мы собирали эту коллекцию два месяца: о начале увлечения архитектурой как предметом фотографирования, об историях профессиональной карьеры и о недавних проектах, о пользе сетей для поиска заказчиков – но и о традиционном отношении к фотографии. Российские архитектурные фотографы рассказывают о себе и делятся опытом. Всё это в контексте обзора instagram-аккаунтов, но не ограничиваясь им.
Введение в параметрику
В нашей подборке: вдохновляющие ресурсы, книги, курсы и люди, которые помогут познакомиться с алгоритмической архитектурой и проектированием.
5 «дистанционных» экскурсий по знаменитым зданиям:...
Экскурсия по «двойному дому» Фриды Кало и Диего Риверы, игра «в современное искусство» от Центра Помпиду, видеотур по монастырю Ле Корбюзье, а также пятиминутные прогулки по проектам Ф.Л. Райта и виртуальный «Лего-дом» от BIG.
Что будет с городом после пандемии
Два с половиной месяца изоляции не прошли даром для осмысления устройства современных городов, оказавшихся не подготовленными ко встрече с пандемией. Рассматриваем группы мнений и позиции экспертов, высказанные в прессе, блогах и видеоконференциях.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Остоженка: первая виртуальная
Две виртуальные экскурсии, с десяток лекций, интервью и круглых столов – подводим итоги выставки, посвященной 30-летию бюро и знаковому проекту реконструкции московского центра – району Остоженки. Выставка прошла полностью в «карантинном» он-лайн формате. Постарались собрать всё вместе.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Малые города: 2020/2021
В конце февраля Минстрой объявил 80 победителей конкурса «Малых городов», призовой фонд которого теперь, на третий год проведения, увеличен вдвое, с 5 до 11 млрд рублей. Перечисляем победителей, рассматриваем несколько проектов.
Технологии и материалы
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Сейчас на главной
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платорме профессиольное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Масштаб 1:1
Пять разноплановых объектов бюро «А.Лен», снятых на квадрокоптер: что нового может рассказать съемка с высоты.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.
Пресса: Модернизированная сельская идиллия: Джозеф Ганди...
В 1805 году британский архитектор Джозеф Майкл Ганди опубликовал две книги, «Проекты коттеджей, коттеджных ферм и других сельских построек» и «Сельский архитектор». Этот жанр — сборники проектов сельских домов — среди архитекторов уважением не пользуется, люди строили и сейчас строят такие дома без помощи архитектора. Немногие числят Ганди в истории архитектурной утопии, из недавно опубликованных назову прекрасную книгу Тессы Моррисон «Утопические города 1460–1900». Но, видимо, именно с Ганди начинается особая линия новоевропейской утопии — утопии сельской жизни
Музей в «холодной куртке»
Корпус Киндер Хьюстонского музея изобразительных искусств по проекту Steven Holl Architects: фасады из полупрозрачного стекла отражают 70% солнечного жара.
Красный дом
В районе Новослободской появился Maison Rouge – комплекс апартаментов по проекту ADM, который продолжает начатую БЦ «Атмосфера» волну обновления квартала в сторону улицы Палиха