Деревянные набережные Москвы-реки в XVIII столетии. Изображение с сайта www.nevsepic.com.ua
Первая каменная набережная напротив кремлевской стены была предусмотрена прожективным планом 1775 года, созданным примерно на 15 лет позже аналогичного плана для Парижа. В плане уделялось большое внимание рекам в черте города: он, в том числе, намечал трассировку грандиозного гидротехнического сооружения – водоотводного канала. Капитальные набережные, согласно плану, планировалось возвести перед Кремлем и Китай-городом, включая Воспитательный дом. На европейский манер эти набережные предписывалось обсадить двумя рядами деревьев.
В 1795 было начато строительство первой каменной набережной перед Кремлем (взамен старой, обшитой бревнами). Работы, проведенные Экспедицией кремлевского строения, заключались в облицовке диким камнем устроенных ранее деревянных «обрубов». До 1800 был сооружен лишь фрагмент набережной протяженностью около 1 километра. Тело стенки набережной было сложено из известняка, на известковой же основе с гидравлическими добавками. В облицовке был использован песчаник, а фундаментом для набережной служил деревянный свайный ростверк.
Одно из первых изображений набережной перед Воспитательным домом в исполнении художника мастерской Федора Алексеева. На пейзаже можно видеть место старейшей пристани на Москве-реке. Акварель из собрания ГЭ. 1800-е гг. С сайта http://www.artscroll.ru
В эти же годы (1796–1801) по проекту Матвея Казакова на высоком берегу реки напротив Хамовников было построено здание Голицынской больницы. Берег реки в этом месте был укреплен так называемой «Голицынской стенкой», включавшей подпорную стенку из известняковых плит разной величины с парапетом и две фланкирующие ее беседки. В XX веке партерный парк больницы вошел в состав Парка Горького. Во время комплексной реконструкции набережных в 1930-е гг. подпорная стенка была сохранена, поэтому сегодня это самый старый фрагмент московских набережных.
Вернемся в центральную часть Москвы – на Москворецкую набережную. Следующей благоустроенной набережной стал участок возле Воспитательного дома. В 1801 было «повелено» облицевать берег камнем так же, как это было сделано возле Кремля, однако деревья было позволено не сажать. Строительные работы растянулись до 1806 года, но даже после их окончания горожане долгое время не могли пользоваться набережной, отданной в полное распоряжение обитателей Воспитательного дома – сирот, подкидышей и детей, родившихся вне брака или у неимущих родителей.
Кремлевская набержная на картине Федора Алексеева «Вид Московского Кремля и Каменного моста». 1815. Из собрания ГИМ. С сайта http://www.artscroll.ru
Схема расположения сходов на старых набережных. Источник: П.И. Гольденберг, Л.С. Аксельрод. «Набережные Москвы. Архитектура и конструкции». М., 1940.
В течение следующих десяти лет была выстроена набережная напротив Китай-города протяженностью 405 м. Попутно была произведена подсыпка и регулирование низкого берега.
В рамках масштабных работ по восстановлению Москвы после пожара 1812 года, в 1832–1836 в дополнение к существующим Кремлевской и Москворецкой набережным были выстроены каменные Софийская и Раушская. Любопытно, что для Софийской набережной был утвержден необычный двухуровневый проект: с подпорной стенкой у воды и верхним ярусом, устроенным на арках над рекой.
Последние крупные работы по благоустройству набережных в дореволюционной Москве проводились в 1880, когда перед храмом Христа Спасителя по проекту инженера Н. М. Левачева было выстроено еще 516 метров набережной с лестничным спуском и купелью. В итоге на рубеже XIX–XX веков Москва имела всего 4 км благоустроенных набережных при общей длине береговой линии 40 км (в тогдашних границах города).
Устройство старых сходов московских набережных
Как и нынешние набережные в центре города, старые московские набережные представляли собой стены, отделяющие берег от воды. Они имели форму бутовой стенки на свайном основании и были облицованы татаровским камнем (песчаник, добывавшийся близ села Татарово, недалеко от села Крылатского) и ограждены тумбами с решетками. Высота стандартной тумбы составляла 1,36 м. Подпорная стенка имела уклон в 80 градусов и украшалась карнизом в виде вала диаметром в 25 см. Размер стандартной плиты равнялся примерно 100 см х 50–60 см, что значительно меньше современных облицовочных плит.
Важной характеристикой старых набережных было то, что сходы и съезды были углублены в тело набережной и не выдавались за линию регулирования, дабы не сужать речного русла. Ширина схода равнялась примерно 3 м, съезда – 7 м. Таким образом, они были заглублены в набережную на 10 м. Более импозантные сооружения такого типа были расположены на левом, кремлевском берегу, а утилитарные сооружения – грузовые съезды – устраивались на правом берегу, преимущественно ниже Кремля по течению.
При реконструкции набережных в 1930-е годы старые набережные были сохранены и включены в тело новых. Наружный профиль с почти вертикальной лицевой гранью был заменен на новый откосный. Источник: П.И. Гольденберг, Л.С. Аксельрод. «Набережные Москвы. Архитектура и конструкции». М., 1940.
После реконструкции 1930-х годов количество точек доступа к воде было сокращено. Например, на участке между Большим Каменным и Москворецким мостами изначально было 6 спусков к воде, а после реконструкции остался всего один, расположенный по оси Тайницкой башни Кремля, на противоположной стороне реки. На участке между Москворецким и Большим Устьинским мостом было 7 спусков к воде, после реконструкции остался также всего один сход – у Воспитательного дома.
Евгений Лансере. Волга у стен Кремля. 1937. Из собрания Донецкого областного художественного музея. С сайта http://moscowwalks.ru
Реконструкция набережных в 1930-е годы
Набережная-трибуна в ЦПКиО им. Горького была сооружена для наблюдения за водными соревнованиями на реке. Архитектор А.В. Власов. 1934. Источник: П.И. Гольденберг, Л.С. Аксельрод. «Набережные Москвы. Архитектура и конструкции». М., 1940.
Сегодняшние набережные и спуски к воде – это результат комплексной реконструкции водной инфраструктуры, проходившей с середины 1930-х годов в рамках реализации Генерального плана Москвы 1935 года. В этот период произошло кардинальное переосмысление роли реки в городе. Помимо утилитарной, транспортной функции, она стала пониматься как важнейший градообразующий элемент. Это качество дополнительно усиливалась двумя параллельными реке трассами: «Река заключена между двумя главными магистралями города: осью старого города (диаметром: Ленинградское шоссе – центр – ЗИС), осью нового города на Юго-западе (Рублевское шоссе – Каширское шоссе)» (Цит. из книги «Набережные Москвы. Архитектура и конструкции». М., 1940). Одновременно на транспортный каркас, важнейшим компонентом которого была Москва-река, накладывался зеленый каркас, одним из крупнейших «клиньев» которого становилась парковая зона, протянувшаяся от Воробьевых гор через ЦПКиО и Болотную площадь к Кремлю.
Транспортная функции также получила свое дальнейшее развитие за счет активного строительства новых каналов и гидротехнических сооружений, связывающих Москву с Волгой. В общей сложности в составе ансамбля канала Москва–Волга, растянувшегося на 128 километров, было построено более 240 сооружений, обладающих историко-культурным потенциалом, соизмеримым с ВДНХ.
В 1930-е русло Москвы-реки было реконструировано, чтобы приспособить его для прохода комбинированного волжского транспорта, нефтеналивных судов, грузовых караванов. В соответствии с трассой судового хода была скорректирована и частично спрямлена береговая линия. В литературе того времени указывается, что достичь идеального выравнивании линии регулирования удалось далеко не везде. Так, например, линия регулирования Крымской набережной (у нынешнего парка «Музеон») не была в достаточной степени спрямлена и сохранила небольшой излом, что объясняется крупной водопроводной трубой, проходящей вблизи от берега: ее решено было не перекладывать.
Транспортная роль реки наложила свой отпечаток и на конструкцию новых мостов. На раннем этапе проектирования за базовый тип моста предполагалось взять мост балочной конструкции, но такие мосты потребовали бы возведения дополнительных опор в русле реки, что ограничило бы свободу передвижения речных судов, поэтому в итоге предпочтение было отдано однопролетной конструкции арочного типа. В результате сегодня все мосты через Москву-реку имеют схожую конструкцию, исключение составляют лишь построенные ранее Бородинский и Новоспасский.
Основные типы московских набережных
Для реконструкции 1930-х годов характерно строгое деление набережных на общегородские, парковые и портовые. Такое разграничение до сих пор определяет характер береговой линии Москвы-реки на значительном ее протяжении.
Общегородская набережная подразумевала прежде всего устройство проездной дороги и новую красную линию с отступом в 40 м от линии регулирования набережной. В ходе строительных работ в первую очередь производилась реконструкция самих набережных, во вторую – примыкающей застройки, причем эта вторая очередь, включающая в себя возведение домов по новым красным линиям, была осуществлена лишь частично. Пожалуй, единственный пример, где она была доведена до идеала – это Фрунзенская набережная.
Особенность парковой набережной – отсутствие четкого отделения берега от воды при помощи стенки и отведение транзитного транспортного потока от реки. Набережная такого типа реализована в Москве только в Парке Горького. Она имеет два уровня: верхний – для ограниченного транзита (внутрипарковый проезд) и нижний, расположенный практически на уровне воды, что дает ощущение непосредственного контакта с водным зеркалом, что использовалось в середине XX века при организации спортивных мероприятий и торжеств. Подобные спуски планировалось возвести на нескольких участках Москвы-реки, в частности, у Новодевичьего монастыря, но этот план не был реализован.
Строительство набережной в ЦПКиО им. Горького. 1934. В некоторых местах набережная была отодвинута в сторону воды на 5 метров, чтобы сохранить существующие деревья. Фотография: А. Гринберг. С сайта samlib.ru
Портовые набережные предназначались для технических нужд, что автоматически исключало возможность транзита и общегородской характер использования. К таким набережным относятся территории Западного и Южных речных портов. Следует отметить, что по плану реконструкции Москвы 1935 года предполагалось также строительство новых грузовых пристаней на спрямляющих каналах (Дорогомиловском, Андреевском, Лужнецком). По всей видимости, в дальнейшем предполагался перенос технической функции с берегов основного русла Москва-реки на берега каналов, но этого не произошло. Сегодня территории промышленных набережных представляют серьезную проблему и, вместе с тем, значительный потенциал для развития.
Оформление подпорных стенок
Схема архитектурных профилей стенок московских набережных. Источник: П.И. Гольденберг, Л.С. Аксельрод. «Набережные Москвы. Архитектура и конструкции». М., 1940.
В соответствии с программой реконструкции 1930-х годов, набережные получили гранитное оформление на протяжении около 30 километров русла Москва-реки (от Краснопресненской набережной до Кожухова). При облицовке набережных были использованы профили разных типов. За базовый был принят наклонный тип стенки с переменной крутизной граней. Предпочтение этому типу было отдано ввиду того, что такая стенка меньше заслоняет здания на берегу при восприятии с зеркала воды, а также поскольку наклонная стенка хорошо подчеркивает плавность изгибов реки, что в случае с извилистым руслом Москвы-реки было весьма актуально. Применение профилей с различной степенью уклона было связано с различным конструктивным устройством набережных. Строго вертикальный тип стенки был использован лишь в одном месте: на набережной нереализованного Дворца Советов.
Сход у южной проходной ЗИЛа. Проект. Источник: П.И. Гольденберг, Л.С. Аксельрод. «Набережные Москвы. Архитектура и конструкции». М., 1940.
В облицовке набережных был использован гранит нескольких цветов из украинских и уральских месторождений. Так, набережная у Кремля была облицована породами серого оттенка, а стенка Раушской набережной выполнена из гранита серого цвета с парапетом розового оттенка. Такое сочетание цветов было признано критиками не очень удачным. Некоторые отрезки набережных (у Краснопресненской ТЭЦ, на территории ЗИЛа) облицованы красным гранитом.
Парапеты набережных были выполнены в двух вариантах: сплошные гранитные в центральной части города, в виде чугунных решеток с гранитными пилонами – за пределами центра. При этом сразу после окончания работ критиками замечалось, что сплошные стенки набережных хотя и делают ее более монументальной (что было основной задачей при решении облика набережных), закрывают вид на речное зеркало на узких фрагментах реки, например, у Воспитательного дома.
Архитектура сходов
Поскольку река в 1930-е годы воспринималась как транспортная магистраль, в первую очередь набережные должны были быть приспособлены для причаливания судов, и лишь затем – для доступа людей, причем только на отдельных участках. Возможность обустройства пониженных прогулочных уровней вдоль реки не предусматривалась совсем (за исключением набережной Парка Горького), чтобы не сужать и без того достаточно узкое (около 90 м в ширину) русло в центре столицы.
Сход у южной проходной ЗИЛа. Современное состояние. Фотография: Борис Кондаков
Насосная станция берегового дренажа. Архитектор Г.П. Гольц. Проектная графика. Источник: Антонов О.Н. Георгий Павлович Гольц. 1893-1946. Каталог выставки. М., 2006.
Если архитектура сходов в XIX в. была подчеркнуто утилитарна, то в 1930-е гг. ей придавалась гораздо большее значение: прежде всего она должна была быть выразительной. Приходится признать, мы редко обращаем внимание на архитектурное оформление спусков к воде (главным образом, ввиду их труднодоступности из-за автомагистралей). А ведь решение каждого схода должно было быть уникальным, пожалуй, сложно назвать два одинаковых схода на Москве-реке.
Перечислим архитекторов, участвовавших в создании спусков к воде (к сожалению, не везде удалось установить инициалы): Соколов (Дербеневская, Крутицкая, Москворецкая, Павелецкая набережные), И. А. Француз (Киевская, Бережковская, Смоленская, Ростовская, Котельническая, Гончарная набережные), Кириллов (Софийская набережная), А. В. Власов совместно с Москвиным и Шмидтом (Пушкинская набережная), А. М. Файфель (набережные Яузы), Г. П. Гольц (Высокояузская набережная Яузы), А. Д. Сурис (Краснохолмская стрелка). Конечно этот список далеко не полный и подлежит уточнению.
Насосная станция берегового дренажа. Архитектор Г.П. Гольц. Фотография, фиксирующая современное состояние. Изображение с сайта wikimapia.org
Берсеневская стрелка. Архитектор И.А. Француз. 1935. По первоначальному замыслу здесь должна была быть установлена скульптура В.И. Мухиной «Спасение челюскинцев», а в 1940 разрабатывался проект установки на Стрелке скульптуры «Рабочий и колхозница».
Схема центральной части Москвы с местами размещения более 30 сходов к воде. Источник: П.И. Гольденберг, Л.С. Аксельрод. «Набережные Москвы. Архитектура и конструкции». М., 1940.
Сходы к реке, служащие причальными площадками – остановками для речного транспорта, были выполнены с разным шагом, но расстояние между ними практически никогда не превышает 1000 м, что соответствует требованиям водно-транспортного сообщения. Исключение в центре города составляет лишь участок реки между Москворецким и Софийским сходами, достигающий длины 1100 м.
Проект жилого дома работников правительственных учреждений РСФСР на Ростовской набережной в Москве. Архитекторы А.В. Щусев, А. К. Ростковский. 1936. С сайта retromap.ru
Размещение сходов отнюдь не случайно. Перед архитекторами стояла задача их строгой привязки к осям зданий: по представлениям 1930-х годов, набережная мыслилась как стилобат монументальной застройки берега, и все элементы берегового устройства (подпорная стенка со сходами, мосты, здания на обоих берегах) должны были быть строго увязаны между собой и составлять единый ансамбль.
Следует отметить, что привязка зданий к набережным была осуществлена также далеко не везде. Так, жилой дом архитекторов напротив площади Киевского вокзала (архитекторы А. В. Щусев и А. К. Ростковский) так и остался отделен широкой плоскостью партера от водной глади и не получил доступа к воде.
Дом архитекторов. Современное состояние. Фотография: Борис Кондаков
Реализация этого плана растянулась на несколько десятилетий. Практически все запроектированные сходы были воплощены в жизнь, однако границы города продолжали расширяться, и единого осмысления береговой линии так и не произошло. Мощный импульс, который был дан осмыслению темы воды в городе в 1930-е годы, влиял на ситуацию два десятилетия и впоследствии постепенно угасал. Будет справедливым отметить, что некоторые идеи развития водной инфраструктуры декламировались и в генеральном плане 1971 года, но они так и остались идеями, и принципиально нового развития этого вопроса не произошло.
Сегодня нам предстоит заново открыть реку городу, который и создавался изначально как город на воде. Какими качествами должны обладать заново осмысленные московские набережные? В первую очередь, хочется надеяться, что набережные города на всем своем протяжении сформируют полноценный каркас со сбалансированной водной, пешеходной, велосипедной и автомобильной инфраструктурой. На большей части своей длины (а не только в парковых зонах, как это происходит сегодня) набережные должны предлагать городу доступную среду с «контактной» водой. Набережные должны стать комфортным пространством и дать городу новое качество жизни.
