Электрические колонны

Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.

Архитектор:
Александр Цимайло
Николай Ляшенко
Мастерская:
Цимайло Ляшенко и Партнеры http://www.tlp-ab.com/
Проект:
Клубный дом «Кутузовский XII»
Россия, Москва, Кутузовский проспект, 12

Авторский коллектив:
Руководители авторского коллектива: Александр Цимайло, Николай Ляшенко; главные архитекторы проекта: Павел Тютюнник, Антон Путилов, Алексей Шкудов; архитекторы: Татьяна Душина, Станислав Каптур, Наиля Латыпова, Кристина Никитина, Иван Пашкевич, Всеволод Хаблиев, Александра Якушенко; генпланист: Ольга Насырова

2016 — 2020 / 2016 — 2020

Заказчик: Capital Group
Клубный дом «Кутузовский, 12» построен в начале проспекта, если ехать от центра – справа, вскоре после гостиницы «Украина». Красную линию здесь удерживают два дома, фланкирующие новостройку: они построены вскоре после смерти Сталина, в момент прокладки этой части проспекта – так что верны классическим пропорциям, но уже затронуты редуцированием фасадного декора. Элитный дом, спроектированный и реализованный архитектурным бюро Цимайло и Ляшенко, заполняет лакуну в строе улицы, но существенно отступает от красной линии в глубину участка, прямо до границы территории Бадаевского пивзавода, о котором так много говорилось в прошедшем году. Девелопер у Бадаевского и «Кутузовского, 12» один – Capital Group.
Местоположение. ЖК «Кутузовский XII»
© Цимайло Ляшенко и Партнеры
Генеральный план. ЖК «Кутузовский XII»
© Цимайло Ляшенко и Партнеры
Главный фасад. ЖК «Кутузовский XII»
© Цимайло Ляшенко и Партнеры

Застройка Кутузовского вообще здесь устроена так: много кварталов, выходящих на красные линии, не то чтобы строгих и стройных, но равномерных, – и несколько лакун, где здания отступают к набережной Тараса Шевченко, оставляя перед собой скверы: одно из них английская школа №1232, другое башня «Багратион», а третьим стал клубный дом (архитекторы упоминают еще поликлинику Управделами, итого четыре здания, но ее градостроительное значение несколько меньше).
Концепция. ЖК «Кутузовский XII»
© Цимайло Ляшенко и Партнеры

Изначально, с учетом всех ограничений, на участке по Кутузовскому проспекту, 12 вырисовывался объем чуть меньшей высоты, вровень с 10-этажными соседями, большей ширины и толщины, то есть несколько кургузый. Архитекторы «собрали» разрешенную плотность в 13-этажную пластину и отодвинули ее к самому дальнему краю.
Формообразование. ЖК «Кутузовский XII»
© Цимайло Ляшенко и Партнеры

Как результат – вдоль фасада открылся вид на башню гостиницы «Украина».
Клубный дом «Кутузовский, XII»
Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры

Таким образом при восприятии с проспекта, благодаря перспективному искажению, дом встраивается в общую линию, хотя сквер-курдонер с магазинчиком Ламборджини придает ему несколько дворцовый вид: как будто по бокам крылья, а внутри, за деревьями, – там и есть настоящий дворец.

На самом деле так и есть. Дом выглядит как дворец хотя бы в том смысле, что, в отличие от соседей, он покрыт не штукатуркой и не пестрой ненадежной керамической плиткой – сталинские дворцы при всем желании редко могли позволить себе большее, – а недешевым плотным известняком контекстуально-бежевого, но чуть более прохладного оттенка, что в свою очередь обеспечивает некоторую степень аристократической дистанцированности дорогого жилья от старой советской элитки. Заметим, что в какой-то момент планировался темно-фиолетовый камень.
Концепция. ЖК «Кутузовский XII»
© Цимайло Ляшенко и Партнеры

В боковых и верхних простенках камень позволил создать декоративную «раму». Ее структура похожа на плетение ткани и напоминает как о пластике рельефов Кутузовки, среди которых есть, например, богатые волны лепных снопов на доме 23, – так и об опытах европейского ар-деко, нередко менее фигуративных и более орнаментальных, чем простодушная скульптура сталинских 1940-х. Так или иначе, а равномерный рисунок треугольных выступов обогащает поверхность и останавливает взгляд.
ЖК «Кутузовский XII»
Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры

Но главный признак дворца – конечно же, колонны. Архитекторы с достойной уважения тщательностью посчитали примеры проявления ордера на этой стороне проспекта аж до Третьего кольца, подчеркивая тем самым, что колонны уместны как проявление контекста.
Клубный дом «Кутузовский, XII»
Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры

Но как ни считай, а в доме Цимайло и Ляшенко колонн больше всех. Никакая классика не облепляла дом колоннами так обильно. Кроме того они не совсем колонны, нет ни баз ни капителей, не говоря уже о фризе и тем более фронтоне – скорее это стеклянные трубки, дерзко прошивающие фасад сквозь выступы межэтажных плашек снизу доверху. Лично мне они напомнили трубки пневмопочты и обнаженные внутренности центра Помпиду, деконструкцию и хайтек – последнее логично при соседстве со стеклянным Сити, хорошо видным со стороны, противоположной гостинице «Украина». [UPD: читатели подсказали отличную аналогию, а может быть даже и прототип – колонну Алексея Козыря, инсталляцию на Арх Москве]
ЖК «Кутузовский XII»
Фотография © Александр Цимайло

В какой-то момент думаешь – да никакие это не колонны. Колонна, даже в не слишком правдивой традиции античного Рима и итальянского Ренессанса, в любом случае – элемент тектоники, она что-то несет и как правило понятно, что. Эти ничего не несут, а неконтролируемо размножаются вдоль фасадов, заставляя предположить в общем замысле интонации постмодернизма. В принципе их можно понять как вариант лопаток на многоэтажках ар-деко, только лопатки обособились от плокости и вернули себе исходную круглую в сечении форму.
Схема колонн. Клубный дом «Кутузовский, XII»
© Цимайло Ляшенко и Партнеры

И в то же время череда колонн и межэтажных фризов сродни аркадам ренессансных дворов, пространству по определению внутреннему. А мы видим, что дом стоит внутри, в глубине квартала и обрамляет собой двор-сквер. Но если и так, это жёсткий вариант такого двора, спроекцированный на «железный» XXI век.
ЖК «Кутузовский XII»
Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры

Колонны светятся. Они отбрасывают рисунок лучей света на стены и фризы, отчетливо деля все этажи и проявляя рельеф каменных выступов. Фасад светится на всю катушку, с неимоверной силой, я бы даже сказала, самоотдачей. Эффект гипериллюминации неожиданный и довольно феерический.
  • zooming
    1 / 12
    ЖК «Кутузовский XII». Проект 2016 г.
    © Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    2 / 12
    ЖК «Кутузовский XII». Проект 2016 г.
    © Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    3 / 12
    ЖК «Кутузовский XII». Проект 2016 г.
    © Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    4 / 12
    ЖК «Кутузовский XII». Проект 2016 г.
    © Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    5 / 12
    ЖК «Кутузовский XII». Проект 2016 г.
    © Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    6 / 12
    ЖК «Кутузовский XII». Проект 2016 г.
    © Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    7 / 12
    ЖК «Кутузовский XII»
    Фотография © Александр Цимайло
  • zooming
    8 / 12
    ЖК «Кутузовский XII»
    Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    9 / 12
    ЖК «Кутузовский XII»
    Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    10 / 12
    ЖК «Кутузовский XII»
    Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    11 / 12
    ЖК «Кутузовский XII»
    Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры
  • zooming
    12 / 12
    ЖК «Кутузовский XII»
    Фотография © Илья Иванов / Цимайло Ляшенко и Партнеры

Мы, конечно, привыкли к окнам домов в ночи и к подсветке, которая в недавние годы силами главного архитектора Москвы приобрела в городе классические приоритеты, подчеркивая горизонтали карнизов и вертикали на стенах даже там, где их нет. Этому дому подсветка не нужна, он все решает сам: не только создает регулярную сетку вертикалей и горизонталей, но и щедро «делится» светом с городом. В общем-то он сам как огромный фонарь. Что заставляет думать о «колоннах» скорее как о световых трубках.
План типового этажа. ЖК «Кутузовский XII»
© Цимайло Ляшенко и Партнеры

И между тем они все-таки колонны, поскольку, утратив такие первичные признаки как база и капитель, сохранили ряд вторичных – прежде всего каннелюры, которые решены здесь интересным образом. Внутри колонны – несущая металлическая трубка, вокруг нее звездообразно, с семью лучами, уложен гнутый металл – в терминологии авторов проекта отражатель, он формирует подсветку, из-за него свет не ровный, а лучистый. На него надеты обручи золотистого металла, которые держат цилиндры моллированного стекла, по три штуки на этаж. На стекло нанесены полоски, которые усиливают эффект каннелюр и лучистость света.

С каннелюрами понятно, но золотые обручи, входящие в резонанс с золотыми же решетками балконов, работают не только на обозначение дороговизны и премиального статуса дома и похожи не только на пальцы, унизанные кольцами.

Они также удерживают в нашем сознании классическую идею, напоминая бронзовые и железные обручи креплений на античных колоннах. Одним из видов архитектурной драгоценности в античности была колонна из ценного камня – их дарили храмам поштучно, ими, конечно же, украшали дома, и тот кто не мог оценить пропорции портика, безусловно не оставался глух к ценности материала, из которого сделан ствол. «Хрустальные» колонны, наполненные восторгом перед электрическим светом, не утраченным нашей цивилизацией за прошедшие 150 лет, – сродни драгоценной колонне, только в новом, так и скажем, свете.

Дом трехсекционный, входы – с тыльной стороны, от Бадаевского. Квартиры начинаются со 2 этажа, их площадь растет к верхним этажам; большинство квартир сквозные, но самые маленькие обращены целиком к южному фасаду, как полагается. Дом рекламируют как меняющий отношение к квартирографии, по словам риелторского сайта, он «располагает не квартирами, а пространствами». Здесь как минимум есть двухъярусные пентхаусы и возможность объединиять квартиры на этаже вплоть до «семейной резиденции», которая займет весь этаж. Цены порядка 700 000 рублей за м2. И, что в наше время удивительно, сообщается, большинство квартир уже продано.

Поставщики, технологии

представительство компании Argentum Innovation Group (AIG) на Архи.ру Главный элемент дома – «Хрустальные колонны» – круглые в сечении тяги моллированного стекла CrystalVision компании AGC; стеклопакеты – стекло AGC 8мм Planibel Crystalvision (рамка- 4 М1\ рамка- 6мм Top N+T)
HILTI Фасадные системы и уникальные объектные решения – компания HILTI. HILTI – глобальная корпорация с 80-летним опытом работы; обладатель наград профессиональных международных конкурсов в области промышленного дизайна Red Dot Design Award и iF Design Award. Специалисты HILTI обеспечивают комплексную поддержку строительных проектов, предоставляя клиентам не только инструменты и сервисное обслуживание, но и консультации и тренинги, а также испытания предложенных решений на строительных объектах.
Архитектор:
Александр Цимайло
Николай Ляшенко
Мастерская:
Цимайло Ляшенко и Партнеры http://www.tlp-ab.com/
Проект:
Клубный дом «Кутузовский XII»
Россия, Москва, Кутузовский проспект, 12

Авторский коллектив:
Руководители авторского коллектива: Александр Цимайло, Николай Ляшенко; главные архитекторы проекта: Павел Тютюнник, Антон Путилов, Алексей Шкудов; архитекторы: Татьяна Душина, Станислав Каптур, Наиля Латыпова, Кристина Никитина, Иван Пашкевич, Всеволод Хаблиев, Александра Якушенко; генпланист: Ольга Насырова

2016 — 2020 / 2016 — 2020

Заказчик: Capital Group

27 Мая 2020

Похожие статьи
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Прием у залива
На новых намывных территориях Васильевского острова по проекту компании «БалтИнвест-Проект» построена поликлиника. По словам архитекторов, здание наследует традициям ленинградского модернизма, реагирует на близость моря и одновременно мимикрирует под соседние жилые кварталы. Среди которых есть и Golden City, и менее выразительные дома. Получается «средняя температура по больнице» – подход, отвечающий духу всей территории, застроенной без акцентов, силуэтов и иерархии пространств.
Зеркало арены
Трансформация территории у стадиона «Лужники», которая раньше была востребована только в дни спортивных мероприятий, должна привлечь дополнительные 17 миллионов человек в год. На первом этапе преобразований перед ареной появилась площадь с большим плоскостным фонтаном, лежаками и павильонами для ресторанов. Авторы проекта – компания Magly.
Так можно было?
Как нужно ломать стереотипы? Решительно – да, но совсем не обязательно делать это жестко. Психологически будет намного легче принять нечто радикально новое, если оно будет если не «белым и пушистым», то нежно розовым или солнечно желтым и округлым, как это получилось у бюро MUNO Design в шоуруме бренда Embody. Согласны?
Билибинские узоры
К 150-летию Ивана Билибина в Ивангороде открылась обновленная экспозиция, которая объединяет предметы из обширной семейной коллекции. Рассказываем, почему единственный музей художника оказался именно здесь, и какое архитектурное осмысление придал ему Сергей Падалко.
Деликатная интервенция
Интерьеры от бюро Kozeen+Rueda отличает декларативность авторского высказывания. И в новом пространстве бутика BERTA LINE они представили концепцию сосуществования аутентичного и временного, доведенную до абсолюта, инсталлировав внутрь исторических интерьеров серию радикально хай-тековских объектов.
Буква рядом с Малевичем
Проект Карена Сапричяна для Сколково возник еще в 2018 году как часть многолетней серии небоскребов-букв. Теперь, на фоне закрытого международного конкурса на вторую очередь кампуса Московской школы управления, автор вернулся к концепции и вновь предлагает башню с гигантской S в качестве вертикального акцента рядом с комплексом Дэвида Аджайе.
Внутри воспоминаний
Санкт-Петербург собирает коллекцию интерьеров авторства замечательного архитектора и художника Александра Бродского. К музею «Полторы комнаты» и кафе «Пища династии Минь» в этом году добавилось еще одно место, называющееся просто «Шалман». И пока вы вспоминаете значение этого сленгового слова, мы с удовольствием представляем вам пространство, дающее посетителям буквальную возможность оказаться внутри произведения искусства.
Бульвар течет
Бюро А4 выстроило пространство бульваров первой очереди ЖК «Шагал» как единый нарратив: от первого шага до игрового «водоворота» в его кульминации – всё подчинено логике движущейся воды, воплощённой в планировке, озеленении и авторских малых формах.
Связующая нить
Создавая интерьер многофункциональной чайной «Нитка», архитекторы бюро PAUM создали оригинальное пространство, в котором ассоциации со знаменитым Чайным домом Перлова, расположенным по соседству, переведены на актуальный и немного ироничный дизайнерский язык, презентующий новое прочтение почти забытой типологии.
Театр времен
Бюро Ahmadullin Architects предложило для села Верхотор на юге Республики Башкортостан парк, в котором руины заводского комплекса XVIII века становятся частью ландшафта. Проект победил во Всероссийском конкурсе комфортной городской среды 2023 года
Три слагаемых простоты
DO buro продолжает развивать собственный стиль, исследующий эмоциональные глубины смеси минимализма, брутализма и легкого намека на свингующие 60-е. Очередным доказательством успешности этого коктейля стал интерьер флагманского магазина бренда Sanchy.
Кофе без стресса
Архитектурная команда сети кофеен «Дринкит» разработала очередной интерьер для флагманской кофейни в Екатеринбурге, объединив фирменный стиль сети (чрезвычайно расслабленный), с локальной уличной культурой (достаточно напряжённой).
Добро пожаловать в мультфильм!
Студия ZARDECO с легкостью демонстрирует свой широкий креативный диапазон в интерьере ивент-пространства ONE TABLE art.studio, в котором с первого взгляда узнается источник вдохновения – знаменитый советский мультфильм «Алиса в Стране чудес».
Силуэты прошлого
Архитектурная мастерская ЕЛЬ разработала концепцию сквера, который поможет сформировать общественный центр в старинном селе Николаевка Ульяновской области. Дизайн малых архитектурных форм вдохновлен историко-культурным наследием этого края: деревянным зодчеством, ныне руинированными храмами и усадьбами, силуэтами кирпичного моста и винокуренного завода.
Гора знаний
Бюро Storaket разработало концепцию школы для села Дебет в родной Армении. Здание встроено в рельеф: в сторону долины оно раскрывается трехэтажным объемом, а к дороге обращено туннелеобразным входом и частично озелененной скатной кровлей. Адаптивные учебные пространства концентрируются вокруг центрального дворика.
Тихое великолепие
Бюро Kozeen + Rueda продолжает сотрудничество с ювелирным брендом компании АЛРОСА – ALROSA Diamonds, создав для нее второй бутик ювелирных украшений в Москве и ища вдохновение не в сиянии самых твердых на свете драгоценных камней, а в аутентичном контексте региона, где эти камни добываются вот уже почти 70 лет.
Ностальгия по стилю
Бюро Muno Design разработало дизайн для первой в Москве кофейни сети «Зацепи кофе», успешно развивающейся в Краснодарском крае и вышедшей на столичный рынок, уверенно заявив о себе интерьером, в котором найдет баланс между теплым консерватизмом и экстравагантным футуризмом.
Забайкальская огранка
В облике гостиницы для Читы бюро Megabudka предложило необычное сочетание мотивов Грановитой палаты с местным модерном. Треугольный объем основного здания окружен цветными деревянными домиками, воспроизводящими архетипы исторической застройки и восстанавливающими утраченный периметр.
Балтийская экосистема
Обновление бренда компании «Балтика» потребовало радикальной реконструкции офиса. Вместо архаичной системы кабинетов бюро DESIGNIC создало современную и стильную рабочую среду – полноценную «экосистему», в дизайне которой высокие технологии сочетаются с балтийской романтикой.
Лес в городе
В концепции Бизнес-центра Эко в Берёзовском под Екатеринбургом здание буквально отрывается от земли, а границы первого этажа намеренно нивелируются: так архитекторы из бюро Алкута подчеркнули роль БЦ как общественного центра, сделав пространство вокруг максимально приглашающим.
Балансируя на грани
Бюро NOWADAYS office разработало дизайн концептуального магазина SV Moscow в историческом особняке на Тверском бульваре, комбинируя старые и новые элементы и приемы, чтобы создать узнаваемый интерьер, способный удивить и восхитить настоящих знатоков экспериментальной моды.
Изумруд и терракота
Архитектурный образ клубного дом «Артефакт» на набережной Ростова-на-Дону бюро «Новая Р.А.С.А.» решила на контрастах: густого изумрудного оттенка фальца и старинного красного кирпича, протяженной горизонтали террас и острых «полущипцов» на торцах.
Безымянка: от промышленного спутника – к городу-саду
Самобытный район Самары Безымянка некогда был крупнейшим промышленным центром страны, а сегодня нуждается в системной реновации. Концепция комплексного развития, которую мы показываем, – это попытка бережно пересобрать ткань места: сохранить его исторический характер, вернуть ценность общественным пространствам и превратить промышленную окраину в привлекательный район с собственной аурой.
Вечный рассвет
Специализация на архитектуре и дизайне, предназначенных для детей, – это огромная радость и не меньшая ответственность. В России есть несколько бюро, которые относятся к детским объектам со всей возможной серьезностью. Одно из них – бюро UTRO, которое каждый раз находит все новые возможности и способы подарить детям настоящий праздник.
Форма следует за потоком
Транспортно-пересадочный узел – один из самых сложных объектов проектирования, где архитектор работает с движением как таковым. Пассажирский поток диктует планировочную схему, конструктивное решение и, в конечном счёте, форму здания. Смотрим, как это решено в проекте ТПУ Дмитровская авторства Ренпроекстстрой.
Технологии и материалы
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Сейчас на главной
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Пресса: Наши строят за границей
В честь Всемирного дня архитектуры, который весь мир отмечает в первый понедельник октября, Weekend изучил строящиеся проекты российских бюро за рубежом, а также выяснил, что герои этих проектов должны постичь еще более изощренную формулу жизни, чем персонаж бестселлера Элизабет Гилберт: «Сбеги, вознесись, наслаждайся».
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.