Мария Трошина: «Творческие индустрии нивелируют зазор между Россией и Западом»

Главред Проект international Мария Трошина – о креативных индустриях, новой теме следующего блока журналов, и о выступлениях представителей этого жанра из Нидерландов, которым посвящен свежий номер.

mainImg
Выступления Робина Кемме, креативного директора дизайнерского агентства Fabrique, и Мартина Пола из space&matter, архбюро, занятого в равной мере творческими реконструкциями зданий и не лишенными левого эпатажа выставочными проектами, состоятся как в Трёхгорной мануфактуре, так и в МАРШе и даже в Нижнем Новгороде. Мы задали несколько вопросов организатору этого турне.

14 октября, пятница, 16:30 – презентация Пi41 «Креативные индустрии Нидерландов» на Трёхгорке

14 октября, пятница, 19:30 – лекции Робина Кемме и Мартайна Пола в МАРШе // на английском языке

15 октября, суббота, 15:00 – лекция Робина Кемме в Гараже

15 октября, суббота, 14:00 – лекция Мартайна Пола в Арсенале, Нижний Новгород
 

Мария Трошина, главный редактор Пi

Архи.ру: 
– Креативные индустрии сейчас – страшно актуальное понятие. Судя по всему, предполагается, что они спасут наш постиндустриальный мир в период кризиса. А как бы ты определила это явление, что в нём главное?

Мария Трошина: 
– Мне кажется, главное в творческих индустриях – это их обращенность к индивидуальности, к конкретному человеку с его желаниями, мыслями. Это стало особенно очевидным после работы над номером, посвященном этой, не побоюсь сказать, отрасли в Нидерландах. Именно отрасли, так как в этой стране сейчас на всех уровнях созданы условия, благоприятствующие развитию творческих инициатив.

– Почему Пi именно сейчас взялся за серию журналов, посвященных креативным индустриям?

– За пару лет моей работы над журналом, который был задуман как дайджест, мне стало понятно, что интересно говорить и читать о трендах. О мировых трендах. Особенно нашим читателям.

Поясню. У нас существует какой-то странный перекос: где-то мы опаздываем на десять лет, если сравнивать с Европой, а где-то бежим «впереди паровоза». Мне кажется, что тема творческих индустрий как-то нивелирует этот зазор. Описывая зарубежную архитектуру в нашей стране, всё время чувствуешь, что мы на периферии, так как в технологиях и материалах мы безнадежно опаздываем, а кризис только усугубляет ситуацию. Бесспорно, что у нас есть прекрасная архитектура, но её мало, а с кризисом стало еще меньше. Мне кажется, креативные индустрии – тот момент, в котором мы схожи с зарубежными странами. При этом мы всё-таки архитектурный журнал. И архитектура становится в один ряд с творческими индустриями, обогащаясь схожими идеями и смыслами.

Я вижу нашу серию как чужой опыт, который нам может быть интересен и полезен, а не как картинку на тему «что у нас могло бы быть, но почему-то нету». Это какая-то волна, которая идёт не от профессионалов, диктующих миру, каким он должен быть. Профессионалы вынуждены быть чувствительными к запросам обычных людей. И мне кажется, что это происходит повсеместно. Такая смена парадигмы. В этом смысле мне симпатична тема Венецианской биеннале, заявленная Аравеной. Reporting from the front – это касается всех.

И да, мы живем вот так, как это показано в нашем павильоне. Архитектура – самый главный индикатор времени и места. Это то, чем они маркируются.

– По какому принципу ты выбираешь героев публикаций?

– Всегда есть свобода выбора. Номер по Нидерландам мы планировали с Бартом Голдхорном. Он, конечно, в курсе всего, что происходит у него на родине. Но потом контент менялся. Хотелось сказать больше, но журнальный формат – вещь достаточно суровая и не терпит излишеств. Именно поэтому мы пригласили наших героев в Россию, чтобы лучше понять то, что происходит «у них» и насколько это действительно резонирует «с нами».

Герои публикаций в разных рубриках, если мы говорим о персонах и бюро – попытка понять разные стороны Нидерландов. Многих из них я знаю давно, мы публиковали их проекты, и было интересно наблюдать, как они растут. Но всё же надо говорить о проектах как о главных действующих лицах. И в этом смысле мы старались взять проекты, способные показать, каким образом архитектура и дизайн, если они чувствительны к запросам людей, могут трансформировать общество.

При этом мы не на секунду не забывали, что всё это на самом деле – бизнес. Но основанный на каких-то других механизмах, чем у нас. И, что самое интересное, эти механизмы не сами собой родились. Они были выстраданы и отвоёваны. Этот момент для меня лично очень важен в отношении Нидерландов.
zooming
Сайт Рейксмузеума © Fabrique

– Среди выступающих – Робин Кемме из Fabrique, дизайн-агентства, совмещающего работу над супер-сайтами, ориентированными на мобильники и приложениями к ним же, с брендированием городов. Они придумали бренд города Агры в виде буковки А с силуэтом Тадж-Махала и размножили его повсюду в городе. Напоминает брендирование Москвы… А вот от их сайта Рейксмузея я не могла оторваться, это, прямо скажем, восхитительный сайт. А у тебя есть любимый проект Fabrique?

– В этом пристрастии мы с тобой, видимо, схожи, не зря заканчивали Отделение истории искусств МГУ. Это восторг встречи с прекрасным. Но надо сказать, что подход этого агентства подкупает тем, что они создают, простите, «продукты», которые вас делают причастным практически любому процессу, будь то искусство живописи или музыка, превращая это в увлекательную историю. Высокие искусства – это понятно, но когда ты проходишь досмотр в аэропорту без напряжения, это уже касается всех.

Что касается Агры, то я не вижу сходства с Москвой – мне кажется, они смогли уловить ритм и множественность образов города прошлого, настоящего и будущего и встроить его в ту систему, которая будет понятна и местным, и гостям города.
zooming
Бренд города Агра © Fabrique

– Честно говоря, портфолио space&matter мне понравилось меньше. Идея ограничить развитие аэропорта Хитроу, устроив по соседству кладбище членов Гринписа, которых в год умирает в среднем 300 человек, кажется какой-то чрезмерной… Хотя их архитектурные проекты неплохи, вот к примеру дизайн-код для города из домов на воде или мини-гостиницы в домиках смотрителей мостов, которые стали не нужными с развитием новых технологий – очень даже ничего. Почему позвали именно их?

– Признаться, это и есть то самое бюро, которое я наблюдаю в течение последних несколько лет. Они молоды, но у них какое-то правильное понимание пространства не только в физическом, а отчасти и в метафизическом смысле: мы все живём вместе, и важно слышать друг друга. Иногда для этого не хватает медиатора, и они готовы стать им. И становятся. Их проекты, где они становятся посредниками между людьми и физическими пространствами – это и есть настоящая современная архитектура. Делать непонятное понятным и своим – в этом я вижу путь архитектуры. Ведь мы видим прекрасное там, где мы видим своё – то, что мы можем понять и принять.
zooming
Проект SWEETS, мини-гостиницы из домиков смотрителей мостов в Амстердаме © space&matter
zooming
Проект Rest in Greenpeace © space&matter

– Голландия – страна, креативная индустрия которой известна как одна из самых развитых, то, что начали с неё, понятно. Какие страны следующие?

– Конечно всё понятно. Отец-основатель нашего журнала Барт Голдхорн – голландец (смеется). Пока будем сохранять интригу. В наше время сложно прогнозировать. Но я точно знаю, есть несколько тем из номера про Нидерланды, очень актуальных для нашей страны, и они обязательно будут освещены в следующем выпуске. Но уже в другой стране. Проблемы везде одни и те же.
 

14 октября 2016

Евгений Богомазов: «Уже ведём переговоры»
Ещё один материал вдогонку «Зодчеству»: о перспективах реализации концепций воркшопа школы «Эволюция» и развития городского поселения Шексна, и об отношениях отношениях между главой администрации и главным архитектором района.
Пресса: Проект МГСУ по благоустройству Яузы получил награду...
Проект благоустройства Яузы, разработанный студентами Московского государственного строительного университета (МГСУ) и НПО "Вектор", отмечен "Золотым знаком" на международном архитектурном фестивале "Зодчество", сообщил корреспондент РИА Новости
Эволюция на Зодчестве
Пётр Виноградов – о работе проектов «Продвижение», «Погружение», школе «Эволюция» и о выставке, запланированной для фестиваля «Зодчество».
Евгений Богомазов: «Уже ведём переговоры»
Ещё один материал вдогонку «Зодчеству»: о перспективах реализации концепций воркшопа школы «Эволюция» и развития городского поселения Шексна, и об отношениях отношениях между главой администрации и главным архитектором района.
Входы для Трёхгорки
Публикуем результаты воркшопа, проведенного архитектурным бюро «Рождественка» совместно с «Трёхгорной мануфактурой» на фестивале Зодчество 2016 и посвящённого разработке входных групп будущего кластера.
Поле зрения
Новое здание музея «Куликово поле» на территории Тульской области – далеко не первая «волна» мемориализации места знаменитого сражения. Однако же и самая «ударная», вобравшая в себя силу всех предыдущих. Заставляющая по-новому взглянуть на то, каким вообще может быть военный музей. Рассказываем о здании, получившем «Хрустальный Дедал» 2016 года.
Успех архитектора
Видео-запись и стенограмма дискуссии «Архитектурный бизнес. Стратегии успеха», организованной Архи.ру и СМА на фестивале «Зодчество».
Эволюция на Зодчестве
Пётр Виноградов – о работе проектов «Продвижение», «Погружение», школе «Эволюция» и о выставке, запланированной для фестиваля «Зодчество».
Технологии и материалы
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Сейчас на главной
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Основательница бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все время существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». Комьюнити-директор «ОАМ» Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Начитанное место
Да, «все течет, все меняется», но иногда так приятно обнаруживать, что какие-то вещи остаются неизменными. Например, книжная лавка Союза писателей на Кузнецком мосту сохранила свою функцию и свое очарование, даже пережив обновление по проекту бюро AXIOMA, в котором традиционные элементы сочетаются с современным дизайном.
Праздничное измерение реконструкции
Дорогие читатели, вы, вероятно, заметили, что мы редко замечаем праздники. А тут в свете обещания иногда рассказывать про историю решили заметить. Сегодняшний праздник по церковному – осенняя Казанская, а по сравнительно древнему – «день московского очищения», что, согласитесь, красиво звучит. Пользуясь поводом, рассказываем о Казанском соборе на Красной площади, включая кафе Савельева и Стапрана и восстановление по проекту Журина.
Особняком стоять
Клубный дом на улице Грязнова в Иркутске, построенный по проекту бюро «Мегаполис», вписан в сложившуюся застройку без прямых стилистических заимствований. Разделение здания на два кирпичных объема, соединенных стеклянной вставкой, мансардные кровли из зеленой меди и рельефная кладка позволяют переосмыслить исторический код средствами современной архитектуры.
Школа как центр сообщества
Архитектурное бюро akvk+partners выпустило книгу, в которой соединило свой опыт проектирования образовательных пространств с исследованием концепции школы как центра городского сообщества. Книга предлагает экскурс в историю педагогики и сопутствующую реакцию архитектуры, богатый иллюстративный материал, а также практические рекомендации, собранные в удобные схемы и диаграммы.
Майолика, бревно, аптека
По проекту компании «М.Г. Прайват Реконстракшн» в Петербурге вернули к жизни особняк Эдуарда Бремме – редкий для города памятник деревянного зодчества. Реставрацию провели методом полной переборки сруба: пригодными для сохранения оставалось не более 30% бревен, недостающие собирали в Ленинградской области. Теперь здание стало частью жилого комплекса Amo.
Пресса: Дым сгоревшего Отечества
Узкое: кто ответит за пожар? Координатор Архнадзора Константин Михайлов - о "поразительном молчании московских и федеральных властей относительно пожара усадебного дома в Узком".
Псевдопериптер
По проекту БЮРО ЧЕЛЫ в Городском парке культуры и отдыха города Ярцево построен деревянный павильон. Архитектурные решения отсылают к утраченной сцене в неоклассическом стиле, а также бумагопрядильным станкам местной фабрики Хлудовых – оба этих явления удалось связать с помощью псевдопериптера. Павильон стал одним из победителей IX Всероссийского конкурса лучших проектов создания комфортной городской среды в 2024 году.
Сити на Фабричной
Под руководством основателя бюро «Яузапроект» Ильи Заливухина в Новосибирске завершился воркшоп, в котором участвовали студенты нескольких вузов. Итогом стал мастер-план развития территории в районе улицы Фабричная – центральной по расположению, но периферийной по содержанию. Среди предложений: совмещение высокоплотного сити с исторической и малоэтажной застройкой, развитие зеленого каркаса и речной марины, интеграция ТПУ с наземным метро и подключение образовательной типологии.
Общность надежд
Mecanoo использовали архитектуру общежития для торонтского Тринити-колледжа для формирования устойчивого студенческого сообщества, объединив традиции и экологичный, ответственный подход к жизни.
Морская линия
Бюро СИВИЛ спроектировало малоэтажный комплекс апартаментов для участка, расположенного в селе Мысхако, на склоне у Черного моря. Корпуса следуют за рельефом, образуя камерные дворики, а в рельеф встроены бассейн и подземный паркинг. Работая над выразительной лаконичностью фасадов, архитекторы стремились подчеркнуть красоту окружающего пейзажа.
Чашка Петри
Для сотрудников и посетителей ОЭЗ «Технополис Москва» в Алабушево открылся Сквер фармацевтики, спроектированный бюро 8 LINES и АФА. Сад с гладью водоема ограничивает кольцо с медитативной подсветкой и оросительной системой, а ландшафтные композиции перемежаются с малыми архитектурными формами – сочетание всех этих элементов напоминает чашку Петри, которую ученый рассматривает под микроскопом.
Пористая программа
Здание Центра досуга трудящихся в Хайкоу использует муссонные ветра для вентиляции, а дождевую воду – для полива висячих садов. Авторы проекта – Проектно-исследовательский институт зеленой архитектуры в составе китайской компании CADG.
Расщепление света
Бюро Le Atelier создало шоурум для производителя лакокрасочных материалов TALATU как антитезу типичным шоурумам. Демонстрация ассортимента здесь происходит опосредованно, а сами образцы становятся составными элементами общей дизайнерской концепции, скорее подходящей научной лаборатории, чем представительству компании.
Два города, два сада
Усадебные сады Екатеринбурга и многонациональные слободы Астрахани стали отправной точкой для двух проектов благоустройства Бюро А4. В одном случае исторический контекст подсказал характер прогулочных маршрутов и озеленения, в другом – саму структуру двора.
Как к себе домой
Придумывая концепцию благоустройства для жилого комплекса в Тюмени архитекторы бюро «ВЕЩЬ!» вдохновились его названием – «Домашний». Дворы превратились в интерпретацию гостиной, кухни, игровой или балкона, а общий бульвар стал коридором, который соединил все «комнаты». Идею поддерживают огород в виде разделочной доски, огромная мебель на детских площадках, «ковер» из мощения, люстры и другие оригинальные МАФы.
Застывшее движение
Клубный дом «Пушкарев, 12» по проекту GAFA Architects имеет все шансы стать новой городской достопримечательностью благодаря необычному фасаду. Волнообразная оболочка из глазурованной керамики делает здание похожим то ли на шкатулку, то ли на застывший театральный занавес, то ли на арт-объект.
Фрачная пара с гвоздикой
На прошлой неделе Анатолий Борисов и Borisov Architects презентовали новое пространство своего офиса. Он расположен в здании начала XX века с кирпичной кладкой стен и сдвоенными арочными окнами – а решен подчеркнуто графично: белый, черный, серый. С небольшими, но зато очень яркими, красными акцентами.