Поле зрения

Новое здание музея «Куликово поле» на территории Тульской области – далеко не первая «волна» мемориализации места знаменитого сражения. Однако же и самая «ударная», вобравшая в себя силу всех предыдущих. Заставляющая по-новому взглянуть на то, каким вообще может быть военный музей. Рассказываем о здании, получившем «Хрустальный Дедал» 2016 года.

Автор текста:
Юлия Шишалова

18 Ноября 2016

Объект

Архитектура

Архитектор:

Мастерская:

Архитектура и культурная политика ПНКБ https://пнкб.рф

Проект:

Государственный музей-заповедник «Куликово поле»
Россия, д. Моховое

Авторский коллектив:
Архитекторы: С.В. Гнедовский, А.А. Любимкин, Е.С. Любимкина, И.В. Бушминский, при участии А.В. Бехтиной, Е.В. Хромовой, И.М. Лапина
Конструктор: С.Ю. Гнедовский

2010 — 2015 / 2014 — 2016

Генпроектировщик – Зарубежпроект (Абадеев Андрей Юрьевич)
Проектная документация – ООО «Стройэкспертиза»

Если не считать деревянной церкви, воздвигнутой на месте общей могилы павших – и тоже давно уже «павшей смертью храбрых», – это четвёртое сооружение, возводимое специально в память о славном сражении Мамаевых орд и войск московских князей. Первым был мемориал Дмитрию Донскому по проекту Александра Брюллова – чёрная колонна с золотым куполом появилась спустя 470 лет на Красном холме, где, как считалось, располагалась ставка монгольского хана. Пятисотлетний юбилей отметили установкой храма Рождества Богородицы – на сей раз там, где стояли русские войска, возле села Монастырщино (архитектор А.Г. Бочарников). Православный праздник, в честь которого назван храм, из-за совпадения дат многие века ассоциировался на Руси именно с «Мамаевым побоищем».

В начале XX века снова пришел черёд Красного холма – проект еще одного храма, освященного именем Сергия Радонежского, заказали Алексею Щусеву. В выстроенной аккурат к революции белокаменной композиции с зелёными главками некоторые увидели образ застывших русских богатырей в необычных «шлемах». Едва пережив войну, в 1970-х храм был восстановлен, и в 1980-м возобновились службы. Однако, когда в 1996 году издали официальный указ о создании музея-заповедника «Куликово поле», первая экспозиция разместилась в более древнем храме – в том, что в Монастырщино.

Эта «эстафета» могла бы передаваться и дальше – от ордынской ставки к русской, от Богородицы с Сергию. В 2000 году Сергей Гнедовский, возглавлявший проектное научно-консультативное бюро (ПНКБ) «Архитектура и культурная политика», вернул «мяч» на ту часть поля, что была закреплена за Монастырщино: оформил по случаю 620-й годовщины в храме Сергия Радонежского выставку, посвященную Куликовской битве как литературному памятнику. «Там были миниатюры, сказания, летописи, – вспоминает архитектор. – Делали списки икон, относящихся к битве. Экспозиция строилась как рассказ о легенде».

Но именно Гнедовскому было суждено прервать цепочку: храм стал частью подворья Троице-Сергиевой Лавры, экспозицию разобрали, а в 2010 году бюро «Архитектура и культурная политика» выиграло конкурс на строительство нового здания. И на сей раз площадка была ровно посередине «меж двух огней», на месте бывшего скотного двора разрушенной деревни Моховое.

zooming — Государственный музей-заповедник «Куликово поле». Архитектор: Сергей Гнедовский. Реализация, 2015

Фотография © Роман Солопов

Заветный участок искали долго, стараясь учесть всё множество факторов. Организация Гнедовского недаром своим названием намекает на нетривиальную культурную политику: еще 20 лет назад, когда в России само словосочетание «междисциплинарный подход» отсутствовало в лексиконе архитектора, Сергей привлекал к проектированию социологов, антропологов, экономистов и философов. Он справедливо полагал, что когда речь идет о культурных объектах, то им необходима глубокая связь с контекстом, который, таким образом, требует самого тщательного изучения.

В данном случае было очевидно, что главным экспонатом должно быть само поле, подлинные декорации трагедии – здание просто не имело права над ними доминировать. Поэтому выбрали пространство на берегу озера с удачным возвышением, благодаря которому была возможность «сровнять», «срастить» музей с землей, сделав его в виде холма, поросшего ковылем (2 гектара ковыля поверх наклонных кровель высаживали специально). Единственное выдающееся место – смотровая площадка, наличие которой оказалось непременным условием: после посещения экспозиции только отсюда, возвысившись над полем на 11 метров, можно восстановить полную картину давних событий.

Впрочем, «вышка» смотровой, к которой плавно подводит серия пандусов-лестниц, из-за растянутости и «распластанности» музейных объемов вовсе не выглядит высокой. Издалека стены музея даже похожи на хорошо сохранившиеся развалины форта или крепости – отчасти благодаря технологии отделки, позаимствованной у реставраторов. «Этот прием свойственен архитектуре XIV-XV веков, – объясняет Сергей Гнедовский. – Мы намеренно брали плохой кирпич и обмазывали известкой и кварцевым песком». Причем обмазывали так, как это делают реставраторы, – вручную, «голыми ладонями». А для еще большей достоверности в кладку интегрировали двухсотлетние «древние камни» – найденные в окрестностях остатки Епифанских шлюзов, описанных в одноименной повести Андрея Платонова.

Но самая талантливая драма разыграна в горизонтальном измерении: два корпуса музея, две густые белые массы готовы вот-вот ринуться друг на друга – точь-в-точь как сошедшиеся в бою враждебные друг другу воины. Один, что пониже и «покоренастее», агрессивно посверкивает узкими «глазами»-бойницами. Второй, с гордо поднятой «головой» смотровой, явно чувствует под собой опору православных ценностей – по планировочному принципу «восьмерик на четверике» на Руси долгие годы строили церкви.

К пролегающей между ними «линии фронта», рассекшей холм надвое, ведёт самая прямая дорога в музей. Если оказаться на ней на закате, кровавый диск солнца застынет ровно по центру. Чем гуще сумерки – тем зримее и острее конфликт: вдоль мощёной тропы, ведущей к месту символического архитектурного «сражения», начинают светиться зарядившиеся за день уличные фонари. Затем и вовсе смыкаются над головой темнеющие древки копий. А когда подступаешь к самой «передовой», с обеих «противоборствующих» сторон небо прорезают «острия» стержнеобразных прожекторов.

С наступлением дня на передний план выходит другая история, рассказанная уже стенами. Собственно, здесь, между двух корпусов, и начинается «научная» часть музейной экспозиции. Архитекторы нашли около 50 монет с гербами княжеств, которые участвовали в Куликовской битве, сделали их копии и вставили в кладку: получилась отдельная мини-выставка для экскурсантов. Появились здесь и каменные панно, повторяющие сюжеты отделки храма Покрова на Нерли – одного из красивейших примеров древнерусского зодчества. Наконец, в стену врезали точный слепок знаменитого новгородского креста – в конце XIV века в честь победы русского войска над Мамаем его выпилили из белого камня по заказу архиепископа Алексия.

Солнце всходит – и картина меняется: стены до бесконечности уходят в поле, копья перестают быть такими уж зловещими, а между потухшими прожекторами просматриваются силуэты «щитов», которые работают, как световые мечи «наоборот». Напомним: основные помещения музея – почти под землей. Традиционные световые фонари с обширным остеклением архитекторами тоже не рассматривались (иначе бы не удалось «срастить» музей с ландшафтом). Поэтому озеленённые поверхности крыш, наравне со светильниками-клинками, изрешечены световодами с мощной системой улавливающих солнце зеркал и линз. В течение дня они направляют потоки света не в небо, а в обратную сторону – внутрь музея. Из-за этого в выставочных залах возникают разной мощности световые столбы и круги.

Их дополняют лучи светодиодной природы, подчеркивающие архитектуру пространства: стены, пол, потолок, лестничные пролеты, лабиринты коридоров. Нынешняя экспозиция – в 7 раз больше той, что была в храме в Монастырщине, а именно 2000 м². Еще 300 м² пространства предназначены для временных акций и выставок. Все они размещены в корпусе со смотровой (другой корпус отдан под административные помещения). Часть выставочных залов расположены на верхнем уровне – те, что рассказывают о великих сражениях по всему миру и подробно иллюстрируют самый известный литературный источник о Куликовской битве «Сказание о Мамаевом побоище».

Другая часть экспозиции занимает, напротив, самый нижний этаж: посетителю будто дают ощутить себя археологом. И познакомиться с реконструкцией ландшафта Куликова поля времен XIV века, а также с центральным экспонатом нижнего зала – витриной-пирамидой с панорамой битвы, позволяющей восстановить всю хронологию событий 8 сентября 1380 года.

Впрочем, закончить путешествие по музею лучше на уже упоминавшейся смотровой – по следам полученных знаний поле, раскинувшееся внизу, предстанет в ином свете. После того, как вы проиграете в своем воображении кровавую битву во всех деталях, и страсти поулягутся, открывшиеся взгляду просторы станут именно тем, чем пытались их сделать создатели этого музея. Местом, куда можно приехать с семьёй и прогуляться по многочисленным тропинкам, которые с высоты так хорошо видны из-за пунктира лавочек. Местом, где можно провести несколько дней, остановившись в одном из пяти гостевых домов на территории заповедника – или посетив деревню Моховое, которую восстановили и наделили полной инфраструктурой. Местом, пропитанным «вечной памятью» и всевозможной символикой войн – но мы же знаем: только прочувствовав их каждой порой, фиброй и клеткой, можно обрести подлинные умиротворение и покой.

Архитектор:

Мастерская:

Архитектура и культурная политика ПНКБ https://пнкб.рф

Проект:

18 Ноября 2016

Архитектура и культурная политика ПНКБ: другие проекты

Объект

Поле жизни

Новый проект от бюро ПНКБ Сергея Гнедовского и Антона Любимкина для Музея-заповедника «Куликово поле» посвящен Полю как таковому, самому по себе. Его исследование давно, тщательно и успешно ведет музей. Соответственно, снаружи форма нового музейного здания мягче, чем у предыдущего, тоже от ПНКБ, посвящённого исторической битве. Но внутри оно уверенно ведет посетителя от светового колодца по спирали – к полю, которое в данном случае трактовано не как поле битвы, а как поле жизни.

Статьи по теме: Зодчество 2016

Интервью

Евгений Богомазов: «Уже ведём переговоры»

Ещё один материал вдогонку «Зодчеству»: о перспективах реализации концепций воркшопа школы «Эволюция» и развития городского поселения Шексна, и об отношениях отношениях между главой администрации и главным архитектором района.

Обзор

Входы для Трёхгорки

Публикуем результаты воркшопа, проведенного архитектурным бюро «Рождественка» совместно с «Трёхгорной мануфактурой» на фестивале Зодчество 2016 и посвящённого разработке входных групп будущего кластера.

Видео

Видео: Дмитрий Фесенко о перспективах расселения...

Лекция на Зодчестве-2016.

Видео

Видео: cерый пояс Петербурга

Презентация всех проектов конкурса «Серый пояс. Преобразование» на Зодчестве.

Видео

Видео: Войцех Поплавский о редевелопменте

Ведущий архитектор польского бюро OP Architekten – о проекте превращения фабричных корпусов в отель Андельс в городе Лодзе.

Видео

Видео: Евгений Асс об Арсенале

Лекция Евгения Асса об одном из самых ярких реализованных объектов последних лет: реконструкции нижегородского Арсенала для ГЦСИ.

Стенограмма

Успех архитектора

Видео-запись и стенограмма дискуссии «Архитектурный бизнес. Стратегии успеха», организованной Архи.ру и СМА на фестивале «Зодчество».

Видео

Видео: модель города Ильи Заливухина

Первая лекция спецпроекта «Эффективный город»: пространственная модель эффективного города на примере Санкт-Петербурга и Краснодара.

Видео

Видео: реконструкция Главного штаба для Эрмитажа

Олег и Никита Явейны рассказывают о своем знаковом проекте реконструкции восточного крыла Главного штаба в Санкт-Петербурге.

Интервью

Николай Шумаков: «Необходимо объединиться и заявить...

Интервью с новым президентом САР содержит призыв к региональным подразделениям.

Репортаж

Следуй за белым кроликом

Эксперимент с обновлением фестиваля Зодчество путём его переноса на Трёхгорную мануфактуру, пожалуй, надо признать удачным.

Интервью

Алексей Новиков: «Мы работаем с «невидимым» городом»

Президент компании Habidatum Алексей Новиков – о спецпроекте компании на фестивале «Зодчество»–2016.

Интервью

Мария Трошина: «Творческие индустрии нивелируют зазор...

Главред Проект international Мария Трошина – о креативных индустриях, новой теме следующего блока журналов, и о выступлениях представителей этого жанра из Нидерландов, которым посвящен свежий номер.

Обзор

Семь вещей, которые надо сделать на «Зодчестве»

Путеводитель по фестивалю, который открывается в пятницу 14 октября. В новом формате.

Интервью

Огромная голова

WOWHAUS – о своём проекте для «Зодчества».

Интервью

Александр Старков: «Осознанные горожане – основа...

Исполнительный директор Форума Живых городов Александр Старков – о спецпроекте форума на фестивале «Зодчество»–2016.

Интервью

Наринэ Тютчева: «Трехгорная мануфактура и подобные...

Руководитель бюро «Рождественка» Наринэ Тютчева рассказала Архи.ру о своем кураторском спецпроекте «Трехгорка ПОТОМ» на фестивале «Зодчество»-2016.

Интервью

Илья Заливухин: «Вокруг крупных российских городов...

Архитектор и градостроитель Илья Заливухин рассказал Архи.ру о своем кураторском спецпроекте «Эффективный город» на фестивале «Зодчество»-2016.

Интервью

Андрей Киселев: «Никто не учит архитекторов говорить...

Куратор SYNTHESIS Андрей Киселев рассказал Архи.ру о своей образовательной программе и ее презентации на фестивале «Зодчество»–2016.

Интервью

Эволюция на Зодчестве

Пётр Виноградов – о работе проектов «Продвижение», «Погружение», школе «Эволюция» и о выставке, запланированной для фестиваля «Зодчество».

все статьи по теме:Зодчество 2016

Технологии и материалы

От модерниста – экологисту

Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».

Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции

Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.

Пищевые производства: логистика и температура

Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.

Тепло и форма

Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.

Угольная пыль вместо цемента

Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.

Материал с характером

За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».

Архитектура воздухообмена

В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.

Инновационное остекление для идеального микроклимата:...

В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.

Опоры из грибницы

В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.

«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo

Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.

Полы, выращенные бактериями

Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.

Живой металл

Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.

Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора

Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.

Стальное зеркало терруара

Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.

Осознанный выбор

С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.

Сёрфборд для жилья

Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.

Бетон со знаком «минус»

В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.

Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины

Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.

Полимеры: завтрашний день строительства

Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.

Земля плюс картон

Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.

Сейчас на главной

Объект

Балконы в небо

Компактная жилая башня Cielo в индийском Нагпуре напоминает колос: необычную форму создают придуманные Sanjay Puri Architects двухэтажные балконы.

send.project

Гипербола в кирпиче

Апарт-комплекс «Маки» – третья очередь комплекса «Инские холмы» в Новосибирске. Проектная артель 2ПБ создала в ней акцент за счет контраста материалов и форм: в кирпичном объеме, тяготеющем к кубу, сделаны два округлых стеклянных «выреза», в которых отражается город. Специально для проекта разработан кирпич особого цвета и формовки. Рельефная кладка в сочетании с фибробетоном, моллированным стеклом и гранитом делают архитектуру «осязаемой». Также пространство на уровне улицы усложнено рельефом.

Объект

Офис без границ

Офисное здание Delta под Барселоной задумано авторами его проекта PichArchitects как проницаемое, адаптивное и таким образом готовое к будущим переменам.

Репортаж

Маяк славы

Градостроительный совет Петербурга рассмотрел эскизный проект 40-метровой стелы, которую бюро Intercolumnium предлагает разместить в центре мемориального комплекса, посвященного Ленинградской битве. Памятный знак состоит из шести «лепестков», за которыми прячется световой столп. Эксперты высказали ряд рекомендаций и констатировали недостаточное количество материалов, чтобы судить о реализуемости подобного объекта.

send.project

Теплый берег

Проектная группа 8 и Институт развития городов и сел Башкортостана во взаимодействии с жителями района на окраине Уфы благоустроили территорию вокруг пруда. Зонировние учитывает интересы рыбаков, любителей наблюдать за птицами, владельцев собак и, конечно, детей и спортсменов. Малые архитектурные формы раскрывают природный потенциал территории, одновременно делая ее более безопасной.

Объект

Квартиры вместо машиномест

Гараж 1930-х у подножия Монмартра в Париже превращен NZI Architectes в социальный жилой комплекс.

send.project

Жизнерадостный декаданс

Ресторан «Машенька», созданный бюро ARCHPOINT, представляет еще один взгляд на интерьерный дизайн, вдохновленный русскими традициями и народными промыслами. Правда, в нем не так много прямых цитат, а больше вольных фантазий в духе «Алисы в стране чудес», благодаря чему гости могут развлечься разгадыванием визуальных шарад.

Объект

Я в домике

Работая над новым зданием школы «Летово Джуниор» – оно открылось для учеников осенью 2025 года в Долине МГУ – архитекторы UNK, следуя за видением заказчика, подчинили как фасады, так и интерьеры теме дома. Множество версий скатных кровель, силуэт города на стеклянных ограждениях, деревянные фактуры и целая серия микропространств для уединения в общественных зонах – к услугам учеников младшей и средней школы. Изучаем новое здание школы – и то, как оно интерпретирует передовые тенденции образовательных пространств.

Объект

Под знаком красного

Nefa Architects обустроили образовательный хаб для компании ДКС на территории фабрики «Большевик». Красный амфитеатр в самом центре – рифмуется с биографией места и подает концентрированный сигнал о том, где именно в этом пространстве происходит главное.

send.project

Приближение таинства

Бюро Ивана Землякова ziarch спроектировало для Новой Москвы небольшой храм для венчаний и крещений, который также включает приходское кафе в духе «Антипы». Автор ясно разделяет мирскую и храмовую части, опираясь на аналоги из архангельских деревень. Постройка дополнит основной храм, перекликаясь с ним схожими материалами в отделке.

Интервью

«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»

В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.

send.project

Легкая степень брутализма

Особенные люди собираются в особенных местах. Например, в кофейне St.Riders Coffee, спроектированной бюро Marat Mazur interior design специально для сообщества райдеров и любителей экстрима, с использованием материалов и деталей, достаточно брутальных, чтобы будущие посетители почувствовали себя в своей стихии.

Исследование

Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...

Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.

send.project

Текстильный подход

Бюро 5:00 am создало для фабрики «Крестецкая строчка» и бренда Alexandra Georgieva московский шоу-рум, продолжив эксперименты со стилизацией под классические жилые интерьеры XIX века, в которых благодаря переосмыслению культуры быта и прикладной эстетики актуальные тренды сочетаются с народными традициями, атмосферностью и тактильностью.

Объект

Здание-губка

Проектируя модульные спортивный центр и центр искусств Старшей школы Хундин в Шэньчжэне, архитекторы O-Office устанавливали связь с окружающей природой и создавали внутренние связи.

Объект

Парный разряд

Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».

Объект

Повышение ценности

На японском острове Сагисима открылась гостиница сети Not a Hotel: это три виллы по проекту бюро BIG.

Репортаж

Холстом и маслом

В галерее «Солодовня» – новой точке на культурной карте Москвы – открылась выставка «Холст, масло». Это выставка-знакомство: она демонстрирует посетителю и новое пространство в историческом здании, и разнообразие коллекции. Куратор Павел Котляр разделил картины русских художников на контрастные пары, что усилило каждое высказывание, а архитектор Полина Светозарова искала способы сближения художников друг с другом и с залами галереи. Главным «связующим» стал холст – сам по себе очень выразительный элемент.

Объект

Микродинамика макропроцессов

Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.

Репортаж

Пространство посткубизма

Сергей Чобан и Александра Шейнер, Студия ЧАРТ, создали для выставки «посткубистической» скульптуры Беатрисы Сандомирской – автора талантливого и мейнстримного, но почти не известного даже историкам искусства – пространство, подобное ее пластике: крепко сбитое, уверенно-стереометрическое и выразительное подспудно. Оно круглится, акцентируя крупный объем скульптуры, обнимает собой зрителя и ведет его от перспективы к перспективе, от «капища» к «Мадонне».

Объект

Ценность открытого места

Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.

send.project

Еловый храм

Бюро Ивана Землякова ziarch для живописного участка на берегу Волги недалеко от Твери предложило храм, которые наследует традициям местного деревянного зодчества, но и развивает их. Четверик поднят на бетонный подклет, вытянутая восьмискатная щипцовая кровля покрыта лемехом, а украшением фасада служат маленькие оконца. Сочетание материалов, форм и приемов роднит храм с окружающим лесным пейзажем.

send.project

Сезонные настроения

Бюро «Уголок» разработало интерьер одного из филиалов ресторана «М2 Органик клуб», специализирующегося на экологически чистой продукции и органической кулинарии, проиллюстрировав при помощи дизайна каждое из четырех времен года.

Новость

Прощай, эпоха

Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.

Пресса: От «русской бионики» в Коммунарке до Храма Вооруженных...

Объект

Форма воды

Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.

Конкурс

Пришедшие с холода

Фестиваль «АрхБухта» – все еще один из немногих в России, где участники проходят через все этапы создания объекта от концепции до стройки. И делают это на берегу Байкала и ему же в посвящение. В этом году бюро GAFA приняло участие и рассказало о своем опыте: местная легенда, дизайн-код для команды, друзья, а также катание на коньках и испытание морозом помогли получить не только награду, но и нечто большее.

Объект

Сложная композиция

Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.

send.project

Фахверк в формате барнхауса

В проекте загородного дома Frame Wood от AGE architects тектоника мощного фахверкового каркаса освобождена от стереотипов и заключена в лаконичный силуэт барнхауса. Конструкция по-прежнему – главное средство выразительности, но она становится более вариативной, а дом приобретает не характерную для фахверка легкость.

Работы студентов

Цифры Вавилона

Публикуем магистерскую диссертацию Хаймана Хунде, подготовленную на Факультете архитектуры и дизайна Кубанского государственного университета. Она посвящена разработке градостроительных принципов развития города Эль-Хилла в Ираке с учетом исторического наследия и региональных особенностей. Например, формируя современные кварталы, автор обращается к планам древних городов, орнаменту и даже траектории движения небесных тел.