Сказка смыслов

Экспозиция павильона России в этом году как капуста: и надо постараться, чтобы обнаружить за ворохом смыслов главные.

mainImg
Всё размещают между строк, у них расчет на долгий срок…
Владимир Высоцкий

В этом году Россия показывает на биеннале в Венеции «Ярмарку идей» (кураторы – институт «Стрелка»: преподаватель Дарья Парамонова, куратор публичной программы Антон Кальгаев и директор института Брендан МакГетрик).
Девиз павильона, игра слов. Фотография Анны Мартовицкой

Fair Enough – так в оригинале называется проект, принесший нашему павильону Специальное упоминание (special mention) жюри биеннале, и, строго говоря, это словосочетание можно перевести как «вполне справедливо». Между тем, как мы уже рассказывали, в названии присутствует игра слов, fair – ярмарка, enough – достаточно. «Достаточно ярмарки» – не вполне перевод, но похожий смысл в названии определенно присутствует. Игра слов заложена также и в девизе экспозиции (он написан розовыми неоновыми буквами над балконом на фоне лагуны; такая же ярко-розовая форма у девушек-консультантов): «Russia`s past, our present» – это и «Прошлое России – наше настоящее», и «Прошлое России – наш подарок». Иными словами, уже на уровне названия наш павильон намекает: все, что вы в нем увидите, не так однозначно, как кажется на первый взгляд. И именно с этим пониманием лучше всего отправляться внутрь.

Внутреннее пространство павильона нарезано на небольшие стенды, обрамленные характерными алюмиевыми рамками c типовыми заголовками, – такие можно увидеть на любой из многочисленных ЭКСПО во всем мире. Решение стендов, каждый из которых оформлен в собственном стиле, также имеет узнаваемый «коммерческий» налет. Это и обилие рекламной печатной продукции, и броский, если не кричащий графический дизайн, и, конечно, широко улыбающийся представитель «компании», по первому зову готовый поведать о выпускаемой продукции. Правда, в роли продукции здесь выступают русские архитектурные идеи XX (и начала XXI) века, якобы поставленные на успешные коммерческие рельсы, а в роли представителей – архитекторы, критики и историки архитектуры. Для каждой темы был придуман фирменный стиль, слоган и логотип, форменный костюм «продавца» и написан шутливый текст, призванный «продавать продукцию» – работа коммерческой выставки имитирована по полной программе и сопровождена столь же кичевым каталогом с пестрым дизайном страниц и разными шрифтами.

К слову, наличие «консультантов» как части экспозиционного перформанса – важная особенность выставки; во время вернисажа она превратилась в праздник общения: «представителей» слушали охотно, а так как люди подобрались включенные в тему, способные поддержать разговор, то и раздражающие внешние атрибуты «продажников» приятно контрастировали с тематикой – на самом-то деле говорили не о товарах, а об идеях (надо сказать, что похожий формат «консультирования» был также использован в павильоне Швейцарии, но там обстановка скорее архивная, спокойная, а в русском павильоне, наоборот, очень шумная; впрочем, консультанты разъехались и теперь выставка работает без своей важной вернисажной части).
Экспозиция российского павильона. Фото Николая Зверькова
Стенды Дача, Лисицкий и Estetika Ltd. Фотография Юлии Тарабариной
Стенды Метро, Тур по архипелагу, Ковчег-строй. Фотография Юлии Тарабариной
Карта стендов. Фотография Юлии Тарабариной

Отобрать знаковые темы века «Стрелке» помогли 50 консультантов, в числе которых Анна Броновицкая, Владимир Паперный, Григорий Ревзин, Марк Хидекель, Марина Хрусталева, Александр Ложкин, Дмитрий Швидковский, Марк Меерович, Дмитрий Фесенко и многие другие, – их имена перечислены длинным списком при входе в павильон.

Каждая идея предлагается для «продажи» и распространения по всему миру: причем если пойти направо (дача, дворцы пионеров, ВХУТЕМАС, Чернихов) предложение поначалу выглядит серьезным, слева же от входа (новодельный Военторг, ретроразвитие) как-то сразу легко понять, что участвуешь в розыгрыше. Впрочем стенды перемешаны, есть более, есть – менее очевидные.

Список «продаваемых на ярмарке» русских идей получился довольно пестрым. Предсказуемо важное место, примерно четверть, занял авангард: мультимедийный выставочный дизайн Лисицкого («пространство Лисицкого не описывает существующую реальность, оно представляет желаемое будущее и организует массы в коллективном усилии по его достижению»); образовательные методики ВХУТЕМАСа; идеи Чернихова (в каталоге опубликовано воображаемое интервью с ним), «самодостаточный» дом Наркомфина, «рамаблоки» из мусора, предложенные во время войны переквалифицировавшимся в архитекторы художником-супрематистом Лазарем Хидекелем, и круглые бани архитектора Никольского (одну из которых недавно спасали от сноса в Тюмени).
Внук Лазаря Хидекеля Роман на стенде рамаблоков. Фотография Юлии Тарабариной

Проекты знаменитых круглых бань архитектора Никольского легли в основу «бизнес-идеи» компании Circularity, предлагающей строить похожие бани в странах, испытывающих недостаток в пресной воде и не имеющих развитой культуры гигиены. Выразительная и предельно эргономичная форма круглой бани позволяет убить двух зайцев – поясняет консультант Константин Бударин, – возвести знаковое сооружение и способствовать более экономному расходу воды. Многочисленные диаграммы, украшающие стенд, во-первых, агитируют за поход в баню (принимая душ, человек на такое же наведение чистоты в среднем тратит в 3-4 раза больший объем воды), а во-вторых, анализируют, в каких странах мира круглые термы были бы особенно уместны. Нельзя не оценить и английский слоган проекта Therms for good terms («Бани во имя улучшения условий быта», но «крылатость» фразы в переводе, конечно, теряется), а также прекрасно сделанные макеты со съемными кровлями, позволяющими заглянуть внутрь построек Никольского.
Разборные макеты круглых бань. Фотография Николая Зверькова

Дом Наркомфина одноименная «компания» называет на своем стенде универсальным примером городской застройки, подходящим для размещения практически любых функций: из проекта Моисея Гинзбурга предлагается сделать «Наркомфин-велнес», офисный комплекс «Наркомфин» и даже исправительную колонию, что, в свою очередь, наводит на мысли.
Стенд дома Наркомфина. Фотография Юлии Тарабариной
***

Между тем показать в павильоне только «наш великий авангард» было бы, вероятно, слишком академичным, так что остальные три четверти экспозиции заняты совершенно другими вещами.

На полюсе, противоположном авангарду – идея ретроразвития «последнего утописта» Бориса Ерёмина; ее представляет на стенде Retroactive development – с бордовыми стенами, бидермайровским фарфором и акварельками зданий, которые можно было бы восстановить в прежних формах, критик и журналист Александр Острогорский. Примерами служат ХХС и строящееся здание берлинского дворца. В каталоге можно найти карту уничтоженного во всем мире наследия (каковое предполагается восстановить), в том числе не только разрушенные талибами афганские статуи Будды, но и памятник Сталину в Праге, например.
Александр Острогорский – консультант на стенде «Ретроразвитие». Фотография Юлии Тарабариной

Рядом еще более острая тема – Financial Solutions с девизом «Так же, только лучше» представляют Военторг и гостиница Москва, символизирующие практику создания новоделов с расширенными подземными площадями.
Стенд Financial Solutions (девиз «То же самое, только лучше». Слева Военторг, справа гостиница «Москва». Фотография Юлии Тарабариной

Круг ретроидей замыкает стенд Estetika Ltd. (он встречает посетителя сразу на входе, – чтобы, вероятно, сразу и посильнее огорошить) – стенд посвящен русскому стилю и предлагает украсить «что угодно» допетовскими резными орнаментами. Напротив – стенд Shape inspirations, где в виде макетов собраны знаковые формы российских зданий за 100 лет (формы также предназначены для тиражирования и продажи). Консультант стенда Estetika Александр, рассказывая о своей теме национальной идентичности, прикладывал кусочек резьбы к любому объему на соседнем стенде, доказывая таким образом, что орнамент может преобразить совершенно все. Эта пара «форма – орнамент», фланкирующая вход, вместе смотрится изумительно и тоже, вероятно, обозначает два полюса века: национальный орнамент и авангардная пластика (хотя среди макетиков представлена не только она) противостоят друг другу как два столпа русского XX века.
Стенд Estetika Ltd. Фотография Юлии Тарабариной
Стенд ′Shape inspirations′. Фотография Юлии Тарабариной

Центр главного зала занят, – иначе не скажешь, – «Мавзолеем Щусева»: это серый куб Shchusev architects с лестницей, на которую можно подняться и посмотреть на суетящиеся головы посетителей сверху, как Брежнев с трибуны; каждый может ощутить себя немножко в роли члена Политбюро. Ассоциация неслучайна, Щусев построил и Мавзолей, и павильон России в Джардини, – в этом году павильон отмечает свое столетие.
Макет мавзолея перед стендом Щусева, который тоже «сам себе Мавзолей», или же, во всяком случае, трибуна. Фотография Юлии Тарабариной

Идеи послевоенного времени представлены на выставке домом на Тульской, «Домом нового быта» Натана Остермана и проектом Prefab, – последний, логически развивая идеи панельного домостроения, предлагает услуги по промышленному демонтажу и переработке отслуживших свое «хрущевок»; в каталоге эта тема представлена полным переводом речи Никиты Сергеевича об излишествах, теперь ее смогут прочитать многие иностранцы.
Стенд Prefab. Фотография Николая Зверькова

«Дом-корабль» на Тульской отдан «компании Ark-Stroy»: Ark переводится как «ковчег», а дом был в свое время построен (для работников министерства Атомной энергетики) очень прочным, в сущности это дом-бункер, символ холодной войны – кураторы представили его способным пережить любую катастрофу: землетрясение, Кракена, и всякие войны.
Стенд «Ковчег-строй» – дом на Тульской в экстремальной ситуации. Фотография Юлии Тарабариной

Пример «Дома нового быта» на стенде «компании» New Byt Lab «продает» методики «анализа больших объемов данных» для рыночного планирования инвестиций в жилье. Дом, строительство которого было завершено в 1969 году, в свое время был призван, ни много ни мало, приблизить строительство коммунизма и выработать новые стандарты социалистического быта: обобществленного, но снабженного современными удобствами. В 1960-е над проектом работало больше 20 исследовательских институтов и еще потом два года ученые наблюдали за жизнью в доме – сообщает нам стенд. Процесс наблюдения наглядно продемонстрирован на макете: мы можем заглянуть в жилые ячейки со снятой крышей, и, почувствовав себя «большим братом», понаблюдать на мини-экранах за живущими в квартирах людьми. То ли ирония, то ли ошибка при сборке заставляет людей входить-выходить сквозь стены, минуя двери.
Стенд New Byt Lab, где на макете можно наблюдать за жизнью людей в квартирах. Фотография Юлии Тарабариной

Есть и темы, которые не вполне вписываются в хронологию, а представляют собой архетипы русского и советского мышления в целом: дача, дворцы пионеров, метро, ВДНХ и «Тур по Архипелагу». Последний посвящен постройкам русских и советских архитекторов за рубежом, здесь главный герой – бассейн для пингвинов, построенный в 1934 году эмигрантом Бертольдом Любеткиным в лондонском зоопарке. Поэтому символ воображаемой «туристической компании» – пингвин, он же украшал и шапку девушки-консультанта и придуманный паспорт путешественника, нарисованный на буклете. Зарубежных построек получилось прискорбно мало, даже с Афганистаном и Кубой; особенно если сравнивать с американским павильоном, который показывает в этом году то же самое, но всерьез.
Стенд Archipelago tour, девушка с пингвином на шапке. Фотография Юлии Тарабариной

Идея стенда ВДНХ, прямо скажем, не вполне ясная при первом рассмотрении, – живучесть выставки-парка, который, несмотря на ни что, в последние годы посещают все больше.
Стенд ВДНХ. Фотография Юлии Тарабариной

Московское метро подано как мощное средство агитации (к примеру, пробуждения национальной гордости: на витражах, отсылающих к «Новослободской», в Лондоне изображены девочки с хиджабах, в Бостоне – железная нога инвалида, а на центральной мозаике, сюжет которой заимствован из «Комсомольской», лица строителей оказались узнаваемо таджикскими). На стенде советских дворцов пионеров – их представляла историк Анна Броновицкая, с девизом «Просвещение вместо развлечения», – сурово зачеркнут Диснейленд и показаны рисунки детей из архитектурной школы-студии «Старт» (многие посетители вернисажа хотели их купить).
Мария Фадеева – консультант на стенде Метро. Фотография Юлии Тарабариной
Анна Броновицкая – консультант на стенде Дворца пионеров. Фотография Юлии Тарабариной

Юмор «дачного» стенда (Dacha Co-op) заключен в том, что дача трактована как прежде всего «место хранения» (а не жилья) – только более гуманное и гибкое, в отличие от «холодного и типового индустриального хранения». Аналог распространенных в мире, а теперь уже и в Москве сити-боксов, в которых – бонус! – еще и можно жить. Многие свозят на дачу всякий хлам, так что юмор будет близок… Типология «дачных хранилищ» разработана досконально и включает все варианты от сарая до «поместья» на 2,5 тысячи кв. метров.
Стенд Dacha Co-op. Фотография Юлии Тарабариной

А еще (по слухам, не подтвержденным документально, да и вообще никак не подтвержденным) в проекте был стенд Гулага, но кураторы сняли его (самостоятельно, безо всяких указаний сверху).

«Друзья, да и абсолютно все, с кем мы советовались, говорили: что вы делаете? Нельзя везти такую выставку в Венецию! Но мы рискнули и были поняты» – рассказала нам во время вернисажа сокуратор павильона Дарья Парамонова. Впрочем, из объяснений сокуратора следует, что не только пародийно-коммерческая стилистика, но и многие, очень многие детали и смыслы в проекте павильона были продуманы и, значит, совершенно осознанны. В частности: консультанты «работали на стендах», создавая суетную, но увлекательную атмосферу бесконечного общения, только в дни вернисажа, уже 8 июля павильон опустел. «Это был рассчитанный эффект – объясняет Дарья Парамонова, – на коммерческих ЭКСПО происходит то же самое, шум и суета дней открытия сменяется легкой полузаброшенностью потом, мы хотели поймать и это ощущение тоже».
Сокуратор павильона Дарья Парамонова перед брендволом с логотипами воображаемых фирм. Фотография Юлии Тарабариной
***

Так или иначе, авторы павильона показали себя как тонкие мастера шифрования смыслов, передачи и переосмысления их через пародию и иронию – пестрая ткань выставки неоднородна и нелогична, чему оправданием служит образ коммерческой ЭКСПО, где объединение тем происходит по случайному, рыночному принципу. За очевидным рыночным флером следует повсеместная и, вероятно, виртуозная игра английских слов (она здесь везде, в названиях, слоганах каждого стенда как минимум), которая переносит нас куда-то к Алисе в стране чудес: что за страна такая? Когда «сказка лопнет», когда Алиса вырастет и чудная страна идей станет для нее тесной?

Зрителя постоянно подстерегает что-то вроде балагана, фокуса, обмана, перевертыша: бренды и компании – придуманы, консультанты – не коммерсанты и ничего не продают, продать это невозможно, да и надо ли это покупать? Европейское жюри биеннале увидело верхний слой – ироническое прочтение «языка коммерциализации архитектуры», но нет ли за ним еще другого слоя?

Мы, к примеру, привыкли за отсутствием материальных достижений гордиться великими идеями, которые Россия подарила миру в XX веке. Выставка Fair Enough, ярмарка, навязывающая эти идеи как товар, – прекрасный повод задуматься: а какие именно великие мысли мы миру подарили? Насколько они прекрасны и, вообще, – безопасны ли?

За буффонадой местами (даже после исключения легендарного стенда Гулага) проглядывает образ злого клоуна: за big data прячется big brother, Наркомфин отлично подходит для колонии, баня Николаева, шедевр и драгоценность, предлагается третьим странам как «машина для мыться»; многое наизнанку, и многое следует понимать наоборот (как, например, в телевизоре – к чему россияне привычны). Детям зачеркнули Диснейленд, и просвещаться им, не развлекаясь, теперь во дворце пионеров. Ярмарка идей оборачивается праздником идеологии: аванградной-революционной, сталинской, ретроспективной лужковской – набором идеологических паттернов, которые Россия, как то следует из пародийной концепции павильона, «продает» теперь всему миру. Иностранцы, судя по отзывам, довольны, им предложили новую матрёшку, да еще и с самоиронией в комплекте. Купят ли? Возьмут ли поиграть? Или откровенно-яркая обложка отпугнет и «сказка лопнет» наконец... Не довольно ли ярмарки?
 
Стенд Lisitsky. В центре – министр культуры Австрии Йозеф Остермейер, слева – Харальд Досси, генеральный секретарь Парламента Австрии © Peter Ebner
Вини Мас в павильоне России, июнь 2014. Фотография Юлии Тарабариной


16 Июня 2014

author pht author pht

Авторы текста:

Анна Мартовицкая, Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments

Статьи по теме: XIV Архитектурная биеннале в Венеции

Прививка современности
В национальном павильоне Италии на венецианской биеннале историю «усвоения современности» рассказывает не критик, не историк, а архитектор – Чино Дзукки. Он интерпретирует этот процесс в Италии термином из области садоводства: «Innesti/Grafting» означает «прививки».
Сквер имени Москвы
6 июня в Венеции открылась выставка «Moskva: urban space» – проект параллельной программы XIV Международной биеннале архитектуры.
Сказка смыслов
Экспозиция павильона России в этом году как капуста: и надо постараться, чтобы обнаружить за ворохом смыслов главные.
Премия хранительнице
«Золотой лев» за вклад в архитектуру 14-й Венецианской биеннале присужден Филлис Ламберт – заказчице Мис ван дер Роэ и основательнице Канадского центра архитектуры.
Павильон MOSKVA
На XIV Международной биеннале архитектуры в Венеции Москва представит собственную экспозицию.
Исследовательский подход
Куратор 14-й Венецианской биеннале архитектуры Рем Колхас представил название будущей выставки — «Основы» (Fundamentals) — и пообещал объединить все экспозиции в национальных павильонах общей темой.

Технологии и материалы

Condair – партнёр архитекторов
Награждать архитекторов деловыми профессиональными поездками мы решили на постоянной основе. Это даст возможность архитекторам совершенствоваться, получать новые знания и посмотреть на мир с позиции людей, создающих качественный воздух в архитектурных пространствах.
Life Challenge 2020: проекты российских архитекторов борются...
Стартовал международный конкурс Baumit на лучшие европейские фасады Life Challenge 2020, в котором принимают участие более 300 работ из 25 стран. Раз в два года профессиональное жюри выбирает самый яркий и неповторимый проект. В этом году за престижную премию будут бороться российские архитекторы. С февраля по апрель также проходит открытое голосование за лучшее оформление здания.
ArchYouth-2020: объявлены победители III сезона
Каждый из победителей детально разобрался в тонкостях остекления своего проекта, правильно рассчитал формулы стеклопакетов, подобрал стёкла и профильные системы.
Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.

Сейчас на главной

Сечение «Армады»
Клубный дом в историческом центре Екатеринбурга превращает разновысотность в основу образа: скос его силуэта созвучен скатным кровлям старых зданий, но он же становится ярким и современным пластическим акцентом.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Александра Черткова: «Для нас принципиально важно...
В преддверии выставки «Город: детали», которая должна была открыться сегодня на ВДНХ, а теперь перенеслась на неопределенный срок, архитектор и партнер бюро «Дружба» Александра Черткова рассказала об основных принципах создания комфортного пространства для детей, ключевых трендах в проектировании детских площадок, а также о том, как москвичи принимают участие в городском развитии.
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Каменная мозаика
Универмаг Galleria по проекту бюро OMA в южнокорейском Квангё получил «мозаичный» фасад из 12 000 гранитных и 2500 стеклянных треугольников.
Салют Кикоину!
Проект-победитель конкурса Малых городов для Новоуральска прославляет знаменитого физика, а также превращает бульвар на окраине в одно из главных общественных пространств.
WAF: «Оскар», но архитектурный
Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.
Лестница без конца
Берлинское бюро Barkow Leibinger создало декорации для постановки оперы «Фиделио» Людвига ван Бетховена в венском Театре ан дер Вин. Режиссер – Кристоф Вальц, дважды лауреат «Оскара» за роли в фильмах Квентина Тарантино.
Пресса: Выживет ли урбанистика в России
Урбанистика сегодня в России — синоним воровства. Если человек посадил дерево или построил дом, то понятно зачем. Чтобы стибрить, вот зачем. Отсюда вопрос об урбанизме в России будущего — по крайней мере, если мы исходим из надежды, что дальше должно быть как-то лучше,— решается однозначно: его не будет <...>
Мрамор среди домн
Библиотека Люксембургского университета на территории бывшего сталелитейного завода – это перестроенное мастерской Valentiny Hvp Architects хранилище для руды.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Дискуссия о Дворце пионеров
Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.
«Дом бездомных»
Католический приют для социально незащищенных людей в деревне на юго-востоке Польши построен по проекту бюро xystudio с бережным отношением к окружающей среде.
Драгоценное пространство
Evotion design и T+T architects сообщили о завершении интерьера штаб-квартиры Сбербанка на Кутузовском проспекте. В центре атриума здесь парит переговорная-«Диамант», и все похоже на шкатулку с драгоценностями, в том числе высокотехнологичными.
Берег Дона
Проект из числа победителей конкурса Малых городов посвящен благоустройству берега реки Дон в промышленой части городка Данков, небольшого, но экономически успешного.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Живописное жилье
В новом нью-йоркском комплексе Denizen Bushwick – 900 квартир, из которых 20% доступных, а высокую плотность смягчает монументальное искусство, озеленение и разнообразная инфраструктура. Авторы проекта – бюро ODA.
Верста на соляных берегах
Пешеходный маршрут с уклоном в туризм и исторические реконструкции, но не без спорта: проект-победитель конкурса Малых городов для Соликамска.
Большая маленькая победа
В небольшой по масштабу школе в Домодедове бюро ASADOV_ мастерски справилось с ограничениями в виде скромного бюджета и жестких лимитов площади, спроектировав светлые классы, гуманные рекреации и даже многосветный атриум с амфитеатром, ставший центром школьной жизни.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Здание как Интернет
В культурно-общественном центре Forum Groningen по проекту NL Architects на севере Нидерландов можно бродить и находить информацию по всем областям знаний так же свободно, как во Всемирной сети.
Высокая горка
Начинаем публикацию проектов, победивших в конкурсе «Исторические поселения и малые города». Первый присланный – проект для Новохопёрска. Он соединяет две части города, вписан в пешеходные маршруты и эффектно использует ландшафтные красоты.
АБ Крупный план: «Важно, чтобы форма не была случайной,...
Беседа с Сергеем Никешкиным и Андреем Михайловым, партнерами-сооснователями архитектурно-инжиниринговой компании «Крупный план» – о ее структуре и истории развития, принципах, поиске формы и понятии современности.
Коворкинг под вуалью
Бюро Cano Lasso Arquitectos дало фасаду лондонского коворкинга полимерную «вуаль», а интерьер превратило в фантастический ландшафт – в соответствии с идеями заказчика, борющейся со скукой арендаторов компании Second Home.
Искушение традицией
В вилле по проекту Simone Subissati Architects в итальянской области Марке соединены геометрия традиционных сельских домов и идеи радикальной архитектуры 1970-х.
Градсовет 4.03.2020
Как паркинг привел к разговору об энергоэффективности, а памятник Федору Ушакову поднял проблему восстановления собора.
Социо-биология ландшафта
Список новых типологий общественных пространств и объектов вновь пополнился благодаря бюро Wowhaus. На этот раз команда предложила кардинально новый для России подход к созданию места общения людей и животных
Старое и новое на техасском солнце
Промышленный комплекс начала XX века в пригороде столицы Техаса Остина, сохранив свой облик, вместил после реконструкции по проекту бюро Cushing Terrell рестораны, магазины, учреждения сервиса и общественные пространства.
Малые города: 2020/2021
В конце февраля Минстрой объявил 80 победителей конкурса «Малых городов», призовой фонд которого теперь, на третий год проведения, увеличен вдвое, с 5 до 11 млрд рублей. Перечисляем победителей, рассматриваем несколько проектов.
Под взглядом ангелов с небес
Юбилейная выставка «Студии 44» в эрмитажном Генштабе амбициозна, масштабна и разнообразна. Ее задача – показать архитектуру со всех сторон: через кино, макет, чертеж, инсталляцию, и наконец через произведение, саму Анфиладу, которую выставка раскрывает, интенсифицирует и заставляет работать так, как было с самого начала задумано.
Имена многократного использования
Дублинское бюро Grafton стало лауреатом Притцкеровской премии-2020: это лишь последняя из града наград и других знаков признания, который сыпется на основательниц этой мастерской в последние годы.
Проект «в рубчик»
Бюро FTA Group превратило фабрику по производству вельвета в Шанхае в комплекс офисных и сервисных пространств, сохранив историю места – в общем и в деталях.
Новая версия старого города
Дом на Малой Ордынке, 19 идеально вписался в строй улицы и даже как будто выправил ее, задал новый тон – фактуры, блеска, «солнечного» тепла и одновременно сдержанной гармонии всех этих необходимых составляющих архитектуры дорогого современного дома.
Горки Дружбы
Детская площадка дома на Малой Ордынке, 19, подается и авторами, и девелопером как произведение с отдельной ценностью. Она, действительно, насыщена: как функциями, так и пространством, и пластикой.
Гай Имз: «У Альметьевска есть возможность стать аналогом...
Международный куратор конкурса на мастер-план Альметьевска, глава совета по экостроительству, на примерах рассказывает о перспективах конкурса и города, а также о состоянии и возможностях движения по охране среды в России.
Проектируя себя
В марте в МАРШ стартуют два интенсива, которые помогут архитекторам выстроить бизнес-стратегию, а также найти и сформулировать миссию. Подробности от куратора курса.
Огород на крыше
В центре Оберхаузена на западе Германии бюро Kuehn Malvezzi построило здание центра занятости с теплицей на крыше: там муниципалитет выращивает салат, зелень и клубнику, а институт Фраунгофера – исследует «закольцованные» производственные системы.