Экспорт социал-демократии и другие истории

Страны, города и аэропорты на XIV Венецианской биеннале архитектуры.

mainImg
Куратор биеннале Рем Колхас в дни вернисажа признался, что заданная им тема для экспозиций в национальных павильонах – «Поглощение современности» – была намеренно провокационной. Поглощение, которое он имел в виду – весьма агрессивного и болезненного свойства: так тело боксера поглощает удар противника. При этом он дал всем участникам право выбора конкретного сюжета – можно было рассказывать и о конкретных персоналиях, и об одном десятилетии из рассматриваемого века – 1914 – 2014. Он доволен получившимся результатом, однако поспешил отметить, что ни одна из национальных выставок не посвящена одному из крупных мастеров XX столетия: ни Ле Корбюзье, ни Мис ван дер Роэ, ни других гениев там не найти. Это, считает Колхас, свидетельствует о том, как мало отдельные личности влияли и влияют на развитие архитектуры в целом, и должно научить архитекторов смирению.
Павильон Скандинавии. Выставка «Формы свободы» © Нина Фролова

Одной из таких лишенных блеска «харизматиков» выставок стала экспозиция в павильоне Скандинавии «Формы свободы: африканская независимость и скандинавские образцы». Она рассматривает малоизученное даже в Северной Европе явление: работу норвежских, шведских, датских и финских архитекторов в Восточной Африке – Кении, Танзании и Замбии – сразу после обретения этими странами независимости в 1960-е – 1970-е годы. Тогда Совет Скандинавских стран оказывал всестороннюю помощь этим молодым государствам, стремясь экспортировать свою модель социал-демократии, а те, в свою очередь, хотели создать у себя подобное северному благополучие с партнерами, не отягощенными колониальным прошлым.
Павильон Скандинавии. Выставка «Формы свободы» © Нина Фролова
zooming
Павильон Скандинавии. Выставка «Формы свободы» © Нина Фролова

На выставке подробно рассматриваются знаменитый конгресс-центр Кениаты в Найроби (Карл Хенрик Нёствик), программа расширения старых и строительства новых школ в Замбии, генплан города Танга в Танзании и нереализованный проект «Тройной башни» – еще одна работа Нёствика для Найроби, 500-метровый небоскреб с резервуарами для воды, офисами и вращающимся рестораном. Ее большой макет служит центральным компонентом экспозиции. Историческая часть дополнена современными фотографиями «скандинавских» зданий в Африке и их пользователей, сделанными Иваном Бааном.
zooming
Павильон Скандинавии. Выставка «Формы свободы» © Нина Фролова

Слабым моментом экспозиции стал ее дизайн: всегда впечатляющее пространство павильона Сверре Фена в этот раз оказалось грубо разрезано на две части шеренгой огромных «планшетов», причем в остальном интерьер остался практически пуст.
zooming
Павильон Скандинавии. Выставка «Формы свободы» © Нина Фролова

Британский Совет представил в английском павильоне экспозицию «Заводной Иерусалим», где сделана попытка реабилитировать послевоенное градостроительство модернизма и вписать его в более длинную линию создания новых – образцовых – городов, в реальности или в сфере идей. Кураторы, архитекторы FAT и историки архитектуры Crimson (они уже развивали эту тему на биеннале-2012), начинают ее от Уильяма Блейка с его мечтой о Новом (или просто новом) Иерусалиме на зеленых лугах Англии взамен «темных фабрик Сатаны», и завершают Милтон-Кинсом, последним из «Новых городов», создававшихся в Британии с 1946. Именно оттуда привезены две бетонные коровы, фланкирующие вход в павильон: это талисман города.
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Cristiano Corte for the British Council
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Cristiano Corte for the British Council
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Нина Фролова
«Досуг в Милтон-Кинс», Филлип Касл, 1971 © Professor Derek Walker
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Нина Фролова

Слово «заводной» в названии – отсылка к фильму «Заводной апельсин», снимавшемуся в одном из передовых жилых массивов – Темзмиде в Большом Лондоне. Главный элемент экспозиции – огромный холм, напоминающий и о древних курганах, и о искусственном рельефе, создававшемся вокруг новых домов из обломков снесенных трущоб, существовавших там ранее.
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Нина Фролова
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Нина Фролова
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Нина Фролова
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Нина Фролова
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Нина Фролова
zooming
Павильон Великобритании. Выставка «Заводной Иерусалим» © Нина Фролова

На выставке в палаццо Бембо немецкое бюро gmp рассказывает о двух своих берлинских аэропортах – Тегеле и Берлин-Бранденбурге. Первый должен навсегда закрыться, когда откроется второй, хотя пока это открытие отложено на неопределенный срок. По тону прекрасно оформленной экспозиции чувствуется, что архитекторы очень расстроены и из-за грядущей гибели любимого многими Тегеля (как вариант спасения они предлагают превратить его в центр новых технологий), и из-за эпопеи неудач с огромным проектом BER; о проблемах с Берлин-Бранденбургом партнер бюро фон Геркан даже написал книгу.
zooming
Выставка бюро gmp Too good. Two. Be true о аэропортах Тегеле и Берлин-Бранденбург © Нина Фролова
zooming
Выставка бюро gmp Too good. Two. Be true о аэропортах Тегеле и Берлин-Бранденбург © Нина Фролова
Выставка бюро gmp Too good. Two. Be true о аэропортах Тегеле и Берлин-Бранденбург © Нина Фролова
zooming
Выставка бюро gmp Too good. Two. Be true о аэропортах Тегеле и Берлин-Бранденбург © Нина Фролова

Попутно архитекторы рассказывают и об изменившемся под влиянием «авиационной» коммерции устройстве аэропортов (теперь маршруты от входа в здание до выхода на посадку должны быть максимально длинными, чтобы человек проходил мимо множества магазинов), и о других своих «воздушных» работах, включая конкурсный проект «Шереметьево-2» в 1976.
zooming
Выставка бюро gmp Too good. Two. Be true о аэропортах Тегеле и Берлин-Бранденбург. 8-угольные панели рассказывают о 8-угольном Тегеле © Нина Фролова
Выставка бюро gmp Too good. Two. Be true о аэропортах Тегеле и Берлин-Бранденбург. Конкурсный проект «Шереметьево-2» © Нина Фролова
zooming
Выставка бюро gmp Too good. Two. Be true о аэропортах Тегеле и Берлин-Бранденбург. Чертежи Берлин-Бранденбурга © Нина Фролова

В открытой галерее Палаццо дожей устроен маленький павильон Лондона: он напоминает о многовековом диалоге британской столицы и Венеции (в XVII веке на англичан влиял Палладио, в XIX столетии на Рескина и Морриса – венецианская готика, а в прошлом веке заявленные этими двумя принципы обращения с памятниками трактовали в Венеции Росси и Скарпа.
zooming
Павильон Лондона во Дворце дожей © Нина Фролова

В Лондоне в рамках Фестиваля архитектуры сейчас установлен больший по размеру павильон Венеции, и между ним и Дворцом дожей устроен видеомост: в реальном времени можно увидеть, что происходит в «братском» городе.
zooming
Галерея Дворца дожей, где устроен Павильон Лондона © Нина Фролова

Павильон Германии в этом году превратился в здание-гибрид – «Бунгало Германия». Его основа, здание в духе тоталитарной архитектуры (перестройка 1938 года) с вывеской Germania (итальянское название этой страны напоминает об гигантоманских архитектурных планах Гитлера), соединено с другим архитектурным символом – бунгало канцлера ФРГ в Бонне, построенным в 1964 для Людвига Эрхарда его другом, архитектором Зепом Руфом. Это был дом в «американском стиле», жилье, но не официальная резиденция: прозрачный, довольно скромный по размеру, но в то же время эффектный, вполне в духе послевоенных демократических ценностей.
zooming
Павильон Германии. Выставка Bungalow Germania. Фото © Нина Фролова
zooming
Павильон Германии. Выставка Bungalow Germania. Фото © Нина Фролова
zooming
Павильон Германии. Выставка Bungalow Germania. Фото © Нина Фролова

И теперь части этого бунгало, быстро ставшего «национальной гостиной», фоном для официальной съемки и местом решения вопросов государственной важности, вписаны в масштабе 1:1 в здание павильона. Такой коллаж олицетворяет «поглощение модернизма» Германией в прошлом столетии, а также заставляет задуматься о роли архитектуры в политике и в ее визуальном выражении. Дополняет картину Mersedes последнего жильца бунгало Гельмута Коля (оно перестало принадлежать канцлерам в 1999) перед павильоном и расстеленная на ступенях его парадной лестницы красная ковровая дорожка.
Павильон Германии. Выставка Bungalow Germania. Фото © Нина Фролова
zooming
Павильон Германии. Выставка Bungalow Germania. Фото © Нина Фролова
zooming
Павильон Германии. Выставка Bungalow Germania. Фото © Нина Фролова

06 Июня 2014

Прививка современности
В национальном павильоне Италии на венецианской биеннале историю «усвоения современности» рассказывает не критик, не историк, а архитектор – Чино Дзукки. Он интерпретирует этот процесс в Италии термином из области садоводства: «Innesti/Grafting» означает «прививки».
Сквер имени Москвы
6 июня в Венеции открылась выставка «Moskva: urban space» – проект параллельной программы XIV Международной биеннале архитектуры.
Сказка смыслов
Экспозиция павильона России в этом году как капуста: и надо постараться, чтобы обнаружить за ворохом смыслов главные.
Премия хранительнице
«Золотой лев» за вклад в архитектуру 14-й Венецианской биеннале присужден Филлис Ламберт – заказчице Мис ван дер Роэ и основательнице Канадского центра архитектуры.
Павильон MOSKVA
На XIV Международной биеннале архитектуры в Венеции Москва представит собственную экспозицию.
Исследовательский подход
Куратор 14-й Венецианской биеннале архитектуры Рем Колхас представил название будущей выставки — «Основы» (Fundamentals) — и пообещал объединить все экспозиции в национальных павильонах общей темой.
Технологии и материалы
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Сейчас на главной
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Земля как материал будущего
Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Рога и море, цветы и русский стиль
Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Конный строй
На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
В ритме Бали
Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.
Манифест натуральности
Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Маленький домик, русская печка
DO buro разработало линейку модульных домов, переосмысляя образ традиционной избы без помощи наличников или резных палисадов. Главным акцентом стала печь, а основой модуля – мокрый блок, вокруг которого можно «набирать» помещения, варьируя площадь дома.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Софт дизайн
Студия «Завод 11» разработала интерьер небольшого бабл-кафе Milu в Новосибирске, соединив новосибирский конструктивизм, стилистику азиатской поп-культуры, смелую колористику и арт-объекты. Получилось очень необычное, но очень доброжелательное пространство для молодежи и не только.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
Красная нить
Проект линейного парка, подготовленный мастерской Алексея Ильина для благоустройства берега реки в одном из жилых районов, стремится соединить человека и природу. Два уровня набережной помогают погрузиться в созерцание ландшафта и одновременно защищают его от антропогенной нагрузки. «Воздушная улица» соединяет функциональные зоны и противоположные берега, а также создает новые точки притяжения: балконы, мосты и даже «грот».
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Домашние вулканы
В Петропавловске-Камчатском по проекту бюро АТОМ благоустроена территория у стадиона «Спартак»: половина ее отдана спортивным площадкам, вторая – парку, где может провести время горожанин любого возраста. Все зоны соединяет вело-пешеходный каркас, который зимой превращается в лыжню. Еще одна отличительная черт нового пространства – геопластика, которая помогает зонировать территорию и разнообразить ландшафт.
Тактильный пир
Студия дизайна MODGI Group радикально обновила не только интерьер расположенного в самом центре Санкт-Петербурга кафе, входящего в сеть «На парах», но, кажется, перепрограммировала и его концепцию, объединив в одном пространстве все, за что так любят питерские заведения: исторический антураж, стильный дизайн, возможность никуда не бежать и достойную кухню.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Каменный фонарь
В конкурсном проекте православного храма для жилого комплекса в Москве архитекторы бюро М.А.М предлагают открытую городскую версию «монастыря». Монументальные формы растворяются, превращая одноглавый храм в ажурный светильник, а глухие стены «галереи» – в арки-витрины.