Со всего мира по павильону. Часть I

В Шанхае открылась Всемирная выставка ЭКСПО-2010.

mainImg
Тема выставки — «Лучший город, лучшая жизнь» — подразумевает обращение к экологическому градостроительству и принципам «устойчивого развития», к идее «города будущего», обеспечивающего своим жителям оптимальный уровень жизни. Но она не слишком явно реализовалась в шанхайской ЭКСПО: ее пространство площадью более 5 км2 на берегу реки Хуанпу ранее занимали жилые районы и промзона. Все существовавшие там постройки (в общей сложности 270 предприятий, в том числе – огромная верфь «Цзян нань», где работало 10 000 человек, а также дома 18 000 семей) были снесены. Возведенные сейчас павильоны также будут разобраны после 31 октября 2010 года — даты закрытия выставки, и хотя предполагалось, что их проекты должны были учитывать такой исход, вряд ли это будет абсолютно «зеленым» решением. Затем на этой территории возведут офисы и торговые центры. В результате, пройдет несколько циклов строительства и сноса (к тому же надо учитывать строительство новых сооружений для выселенных горожан и заводов в другой части Шанхая), а именно эта сфера человеческой деятельности — лидер по загрязнению окружающей среды, и львиная доля этого загрязнения приходится на Китай. Безусловно, строить и демонтировать можно и экологическими способами, но надеяться на их масштабное применение в этом случае не приходится.

Несмотря на это, Всемирная выставка-2010 призвана вернуть престиж этому виду мероприятий, постепенно терявшему привлекательность начиная с 1970-х годов. Шанхай должен в ее ходе предстать как очередная «мировая столица», и для этой цели китайские власти потратили около 50 млрд. долларов: перед ЭКСПО город подвергся значительной реконструкции, в первую очередь была расширена и модернизирована его транспортная система. С такой же энергией страна-хозяйка утверждает свои позиции на территории самого комплекса выставки. Центральное место там занимает ее национальный павильон «Венец Востока», 60-метровое сооружение, напоминающее традиционные храмы и ворота, снабженное ярко-красными бетонными кронштейнами-доугунами (обычно их делают из дерева и в гораздо меньшем масштабе). Такой подход — соединение этнической традиции с современностью в разных пропорциях — оказался ключевым для павильонов многих других стран (всего свои экспозиции представили 192 государства, из них 97 возвело собственные сооружения, остальные заняли секции в общих корпусах, например Африканском; также участие в выставке приняли 50 общественных организаций, таких, как ООН и Красный крест).

Но Китай также готов показать, что идет в ногу со временем: высокотехнологические решения отличают другие его постройки. «Экспо-бульвар», главная ось выставочного комплекса, перекрыт «крупнейшей в мире крышей-мембраной» площадью 100 м х 1000 м (проект штутгартских инженеров Knippers Helbig). Интерактивные фасады украшают павильоны Dream Cube (Шанхайский корпоративный павильон, где город рекламируется себя как центр мирового бизнеса), созданный бюро ESI Design и FCJZ, Информации и коммуникаций, возведенный по заказу ведущих китайских операторов мобильной связи, и Magic Box, посвященный китайской государственной компании State Grid (проект Atelier Brückner, Штутгарт). Выраженные таким образом передовые позиции Китая в сфере технологий будущего заставили многие страны-участницы также обратиться к ним в проектах своих павильонов, и там, кажется, были достигнуты в целом большие успехи, чем в этно-стилизациях. Именно к этой линии, сочетающей, достижения НТП с простотой решения, принадлежит, без сомнения, лучший павильон ЭКСПО – британский, проект Томаса Хезервика: огромный куб, названный «Собор семян», покрыт 7-метровыми прозрачными «иголками» из оргстекла, в конце каждой из которой запечатано одно из семян 60 000 различных растений, выделенных для этой цели ботаническим садом Кью. После окончания выставки все они будут переданы в дар китайской стороне. Фоном для павильона служит небольшая темно-серая «долина», имитирующая оберточную бумагу, в которой «подарок» прибыл в Шанхай.

Великобритания кажется победителем Всемирной выставки, удержавшимся на грани между популярным и элитарным, острооригинальным и привлекательным, но про многие другие страны-лидеры международного развития это, к сожалению, сказать нельзя. Ниже всякой критики — павильон США, возведенный на деньги спонсоров (государству с 1990-х годов запрещено выделять на ЭКСПО значительные средства) по проекту канадского архитектора Клайва Граута (Clive Grout): он напоминает ангар или пригородный торговый центр, а ключевой его экспонат — снятый в Голливуде фильм об «устойчивом развитии». Банальны немецкий (бюро Schmidhuber + Kaindl) и французский (архитектор Жак Феррье, Jacques Ferrier) павильоны: первый из них — в духе «дигитальной архитектуры», второй — в русле «эко-шика», с классическим садом на крыше. Архитекторы павильона Италии (бюро Iodice Architetti и другие), фасады которого частично выполнены из прозрачного бетона, явно переоценили эффектность этого материала: в остальном их проект напоминает максимально упрощённую вариацию на тему творчества Даниэля Либескинда.

Гораздо более успешно по линии неомодернизма «выступили» более скромные страны — Австрия (элегантный объем в цветах национального флага, бюро SPAN и Zeytinoglu), Австралия, Канада (многогранный решетчатый деревянный фасад; инженеры Snc-Lavalin, архитекторы Saia, Barbarese & Tapouzanov), Финляндия (белый «валун» мастерской Jkmm), Дания, привезшая из Копенгагена знаменитую «Русалочку» (павильон-трек для катания на велосипедах; бюро BIG), Мексика, превратившая свою постройку в зеленое общественное пространство под разноцветными зонтиками (архитекторы Slot), Бразилия, чей зеленый во всех смыслах слова павильон возведен из вторично использованного дерева (архитектор Фернандо Брандао, Fernando Brandao), Южная Корея, построившая свой павильон из кубиков с буквами корейской азбуки — хангыль (бюро mass studies), и, конечно Япония. Ей удалось, не прибегая к этническим и традиционным аллюзиям, построить узнаваемый, чрезвычайно «национальный» павильон — сиреневый «космический корабль», который является самым технологичным сооружением на ЭКСПО: в его полимерную оболочку и даже в стекло окон «вживлены» тонкие и гибкие солнечные батареи, три «эко-трубы» собирают дождевую воду и солнечный свет для освещения интерьера, поверхность пола в интерьере вырабатывает электроэнергию при воздействии веса проходящих по ней посетителей; его экспозиция посвящена, помимо прочего, строящимся в Японии новым эко-городам.

Но немалой части участников, также отказавшихся от отсылок к традиции, изменило чувство меры, что нанесло немалый ущерб вполне достойным идеям. Это можно сказать о Нидерландах, выстроивших павильон в виде «Счастливой улицы» (таково его название) из небольших домиков, помещенных на подобие «американских горок». Такое решение архитектора Йона Кермелинга (John Körmeling) призвано привлечь внимание к тому факту, что (лучший) город начинается с улицы, но скорее вызывает недоумение, как и улавливающая солнечную энергию «вуаль» швейцарского павильона (Buchner Bründler Architects), древообразные структуры Норвегии (бюро Helen & Hard) и «волшебный замок» Люксембурга (архитектор Франсуа Валентини, François Valentiny).

Обращение к стилю этно, ставшее на ЭКСПО-2010 альтернативой неомодернизму, стало основой немалого числа очень удачных по решению павильонов. Среди них лидерство принадлежит сдержанной постройке Польши, воплотившей в дереве народную традицию резных украшений из бумаги (архитекторы Войцех Каковски, Wojciech Kakowski, Наталия Пашковска, Natalia Paszkowska, Марцин Мостафа, Marcin Mostafa). К этой же линии относится павильон России, перенесший в более прочный материал орнаментальные мотивы традиционного текстиля (бюро Paper Architectural Team), и павильон Сербии, фасады которого повторяют узор ковра (архитекторы Наталия Миодрагович, Natalija Miodragovic, Дарко Ковачев, Darko Kovacev).

Однако, как показала выставка, использование национальной традиции таит в себе гораздо больше опасностей, чем потенциальная банальность модернизма. Примеры тому — копия ступы в Санчи, служащая павильоном Индии, и уменьшенный вариант форта в Лахоре — павильон Пакистана, иранский «дворец», по чьему-то недомыслию оказавшийся рядом с «коллегой» по «оси зла» — Северной Кореей (эта страна участвует во Всемирной выставке впервые; ее павильон сочетает классические формы с элементами национального зодчества), и замысловатые сооружения Таиланда и Непала.

Следует отметить, что многие участники отнеслись к теме выставки формально: принципы «устойчивого развития» отражены в их павильонах только в виде зеленых крыш или установленных наверху солнечных батарей, кажущихся лишней «галочкой» в анкете экспонента.
zooming
Вид павильона КНР от «Экспо-Бульвара»
zooming
Общий вид комплекса ЭКСПО
zooming
Общий вид комплекса ЭКСПО
zooming
Экспо-Бульвар
zooming
Фасад Dream Cube
zooming
Фасад павильона Информации и коммуникаций
zooming
Павильон Magic Box
zooming
Павильон Великобритании на ЭКСПО-2010
zooming
Павильон Великобритании на ЭКСПО-2010
zooming
Павильон Великобритании на ЭКСПО-2010. Фото: Kimon Berlin via Wikimedia Commons. Лицензия CC-BY-SA-2.0
zooming
Павильон Великобритании на ЭКСПО-2010
zooming
Павильон США
Павильон Германии
zooming
Павильон Франции
zooming
Павильон Италии
Павильон Австрии
zooming
Павильон Австралии
zooming
Павильон Канады
zooming
Павильон Финляндии
zooming
Павильон Дании на ЭКСПО-2010. photos: Iwan Baan
zooming
Павильон Дании на ЭКСПО-2010. photos: Iwan Baan
zooming
Павильон Мексики
zooming
Павильон Бразилии
zooming
Павильон Южной Кореи
Павильон Японии
zooming
Павильон Нидерландов
zooming
Павильон Швейцарии
zooming
Павильон Норвегии
zooming
Павильон Люксембурга
zooming
Павильон Польши
Павильон России на ЭКСПО-2010
Павильон Сербии
zooming
Павильон Индии
zooming
Павильон Пакистана
zooming
Павильоны Северной Кореи и Ирана
Павильон Таиланда
Павильон Непала

04 Мая 2010

BIG, TOTEMENT/PAPER: другие проекты
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Оперный жанр в wow-архитектуре
Два известных оперных театра, в Гамбурге и Дюссельдорфе, получат новые здания по проектам BIG и Snøhetta, соответственно; существующий дюссельдорфский театр, возведенный в 1950-х, пойдет под снос, а его «коллега» и ровесник в Гамбурге будет продан.
Защитный «паркипелаг»
Бюро BIG создает на набережной Ист-Ривер в Нью-Йорке систему парков и спортивных площадок, которые одновременно защищают манхэттенский район Нижний Ист-Сайд от наводнений.
Пиранези для первокурсников
В калифорнийском Клермонтском колледже открылось первое из запланированных зданий по проекту BIG: Научный центр имени Роберта Дея, где масштабные стальные фермы снаружи обшиты стеклофибробетоном, а внутри – древесиной.
Pro forma
Появились фотографии реализованной в Черняховске вискикурни архитекторов TOTEMENT / PAPER – объекта, продолжающего их же Музей коньяка. Из простого, в общем-то, технически промышленного, объема и пространства, архитекторы сделали целый театр, насыщенный впечатлениями. Смотрим. Всем советуем экскурсию на вроде бы завод, а на самом деле – эксперимент по театрализации темы приготовления крепких напитков. И не только ее, а и «чистого искусства», способного развиваться где угодно.
На пути к осознанности
Бюро BIG представило проект Международного аэропорта Гелепху – ключевую часть своего мастерплана «Город осознанности» для Бутана.
Бюро эпохи Возрождения
В проектировании новой штаб-квартиры компании BIG в Копенгагене были задействованы все ее подразделения: архитекторы, конструкторы, городские планировщики, ландшафтные архитекторы и промышленные дизайнеры.
Крыша-листок
Архитекторы BIG представили проект трансформации здания супермаркета на севере Дании в Музей бумажного искусства.
Диалог культур на острове
Этим летом стартует бронирование номеров в спроектированной BIG гостинице сети NOT A HOTEL на острове Сагисима во Внутреннем Японском море. Строительство отеля должно начаться чуть позже.
Высотная биофилия
The Spiral в Нью-Йорке, первый «сверхвысокий» небоскреб, спроектированный бюро Бьярке Ингельса BIG, – эксперимент в высотном озеленении: его террасы с кустарником и деревьями достигают высоты в 300 м и более.
Сигналы в будущее
Представлены финалисты премии высотных зданий International Highrise Award 2022: в их числе всего одно европейское сооружение.
Небоскреб с оазисами
В Сингапуре завершено строительство небоскреба по проекту архитекторов BIG. Управляющим системами здания искусственным интеллектом и другими цифровыми компонентами занималось бюро CRA – Carlo Ratti Associati.
Деревянные новации
Консорциум во главе с BIG победил в конкурсе на проект нового пирса аэропорта Цюриха. Большую часть сооружения выстроят из дерева.
Один большой плюс
Для новой фабрики норвежской мебельной компании Vestre бюро BIG выбрало простую, но функционально оправданную и многозначную форму в виде огромного знака плюс посреди лесного массива.
Активная мозговая деятельность
Архитекторы BIG спроектировали здание для Датского неврологического центра: там планируют изучать и лечить соматические заболевания головного и спинного мозга и нервной системы в комплексе с психическими проблемами.
Форма диалога
Конкурсный проект Музея современного искусства для Уфы от архитекторов ТОТЕМЕНТ / PAPER отличается пластичной диалогичностью и скульптурностью формы, не чуждой wow-эффекта, что не мешает зданию быть «укорененным» как в ландшафте, так и в контексте.
В поисках устойчивости
На прошлой неделе стали известны итоги Всемирного фестиваля архитектуры WAF-2021. Главные призы получили проекты, которые вносят выдающийся вклад в устойчивое развитие городов, фокусируясь на чистой энергии, повторном использовании и биоразнообразии. Рассказываем о работах, взявших гран-при, и победителях основных номинаций.
Толерантная эстетика терраформирования
Всемирная выставка – гигантское мероприятие, ему сложно дать какое-то одно определение и охватить одним взглядом. Тем более – такая амбициозная и претендующая на рекорды, которая, несмотря на превратности пандемии, открыта сейчас в Дубае. Не претендуя на универсальность, делаем попытку рассмотреть экспо 2020, где за эффектными крыльями «звездных» архитекторов и восторгом от исследований Космоса проступают приметы эстетической толерантности девелоперского проекта.
Кортеновая спираль
Смотровая башня Marsk Tower по проекту BIG открывает любителям природы виды датского национального парка «Ваттовое море».
Крыша «фестонами»
Бюро BIG представило проект транспортного узла для шведского города Вестерос: он свяжет разделенные железнодорожными путями части города.
Похожие статьи
Курган памяти
Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.
Земельные отношения
Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Белые террасы в зеленом предгорье
Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.
Конопляный фасад
Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.
«Лотус» над пустыней
В Бенгази, втором по величине городе Ливии, российско-сербское бюро Padhod спроектировало многофункциональный центр «Лотус». Биоморфная архитектура здесь работает и как инженерная система – защищает от пыли, создает тень – и как новый урбанистический символ, знаменующий возвращение города к мирной жизни.
Балконы в небо
Компактная жилая башня Cielo в индийском Нагпуре напоминает колос: необычную форму создают придуманные Sanjay Puri Architects двухэтажные балконы.
Офис без границ
Офисное здание Delta под Барселоной задумано авторами его проекта PichArchitects как проницаемое, адаптивное и таким образом готовое к будущим переменам.
Я в домике
Работая над новым зданием школы «Летово Джуниор» – оно открылось для учеников осенью 2025 года в Долине МГУ – архитекторы UNK, следуя за видением заказчика, подчинили как фасады, так и интерьеры теме дома. Множество версий скатных кровель, силуэт города на стеклянных ограждениях, деревянные фактуры и целая серия микропространств для уединения в общественных зонах – к услугам учеников младшей и средней школы. Изучаем новое здание школы – и то, как оно интерпретирует передовые тенденции образовательных пространств.
Под знаком красного
Nefa Architects обустроили образовательный хаб для компании ДКС на территории фабрики «Большевик». Красный амфитеатр в самом центре – рифмуется с биографией места и подает концентрированный сигнал о том, где именно в этом пространстве происходит главное.
Парный разряд
Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».
Здание-губка
Проектируя модульные спортивный центр и центр искусств Старшей школы Хундин в Шэньчжэне, архитекторы O-Office устанавливали связь с окружающей природой и создавали внутренние связи.
Микродинамика макропроцессов
Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Панорама готическая
ЖК «Панорама» известен тем, что никакой панорамы в нем нет, и на него панорамы нет – а есть «смотровая щель», приоткрывающая вид на неоготическую польскую церковь. И собственно прогал – готический, S-образный. И еще именно с этой постройки с Москве началась мода на цветные пиксельные фасады и цветное стекло; но она так и осталась лучшей. Анатолий Белов – об иронии в ЖК «Панорама». Памяти Валерия Каняшина.
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Технологии и материалы
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Сейчас на главной
Казанские перформансы
В последние дни мая в Казани в шестой раз пройдет независимый фестиваль медиаискусства НУР, объединяющий медиахудожников, музыкантов и перформеров со всего мира. Организаторы фестиваля стремятся показать знаковые архитектурные объекты Казани с другого ракурса, открыть скрытые исторические части города и погрузить зрителей в новую реальность. Особое место в программе занимают музыкально-световые инсталляции. Рассказываем, что ждет гостей в этом году.
Друзья по крыше
В честь 270-летия Александринского театра на крыше Новой сцены откроется общественное пространство. Варианты архитектурной концепции летней многофункциональнй площадки с лекторием и камерной сценой будут создавать студенты петербургских вузов в рамках творческой лаборатории под руководством «Студии 44». Лучшее решение ждет реализация! Рассказываем об этой инициативе и ждем открытия театральной крыши.
На воскресной электричке
Для поселка Ушково Курортного района Санкт-Петербурга архитектурная мастерская М119 подготовила проект гостиницы с отдельно стоящим физкультурно-оздоровительным центром. Ячейки номеров, деревянные рейки на фасадах, а также бетонные блоки, акцентирующие функциональные блоки, отсылают к наследию советских санаториев и детских лагерей.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Идеалы модернизма
В Дубне благодаря инициативе руководства местного научного института реконструировано модернистское здание. По проекту Orchestra Design в бывшем Доме международных совещаний открылся выставочный зал «Галерея ОИЯИ», чья деятельность будет проходить на стыке науки и искусства. И первой выставкой, иллюстрирующей этот принцип, стала экспозиция одного из самых известных художников современности, пионера российского кинетизма Франциско Инфантэ.
Мембрана для мысли: IND
Бюро IND предложило для ФИЦ биомедицинских технологий проект, вдохновлённый устройством нейронной сети: многогранные полупрозрачные объёмы, сдвинутые относительно друг друга, образуют «живую структуру» – с «синапсами» общих дворов, где случайный разговор в атриуме может превратиться в научную коллаборацию.
Сплав мировых культур
Гостевой дом, построенный по проекту Osetskaya.Salov на окраине Переславля-Залесского, предлагает путешественнику насыщенное пространство, которое дополнит опыт пребывания в древнем городе. Внутри – пять номеров, отсылающих к славянской, африканской, индуистской, европейской и латиноамериканской культурам. Их расширяют общие пространства – терраса с коммунальным столом, эскуплуатируемая кровля с видом на город, укромный сад. Оболочка здания транслирует универсальное высказывание, вбирая в себя черты всех культур.
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.
КиноГолограмма
Не так давно московскими властями был одобрен проект нового комплекса Дома Кино от архитекторов Kleinewelt. Старое здание 1968 года сохранить не удалось – зато авторы сберегли витражи, металлические рельефы, а также объемные параметры здания, в котором разместится Союз кинематографистов и кинозалы. А главным акцентом станет жилая башня. Изучаем ее пластику и аллюзии в московском контексте.
Форма как метод: ТПО «Резерв»
В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.
Консервация как комментарий
Для руинированной усадьбы Сумароковых-Миллеров, расположенной недалеко от Тарусы, бюро Рождественка предложило концепцию противоаварийных работ, которая помогает восстановить целостность объекта, не нарушая принципов охраны наследия. Временная мера не только стабилизирует памятник и защищает его от дальнейших разрушений, но также позволяет ему функционировать как общественный объект.
Хроника Шуховской башни
Над шаболовской башней сгущается, теперь уже всерьез. Ее собираются построить в новом металле – копию в натуральную величину. Сейчас, вероятно, мы находимся в последней точке невозврата. Айрат Багаутдинов, основатель проекта «Москва глазами инженера», собрал впечатляющую подборку сведений по новейшей истории башни: попытки реконструкции, изменения предмета охраны и общественный резонанс. Публикуем. Сопровождаем фотографиями современного состояния.
Лесные травы
Студия 40 создала интерьер ресторана FOREST в Екатеринбурге, руководствуясь необычным принципом – дизайн должен быть высококлассным и при этом ненавязчивым, чтобы все внимание посетителей было сосредоточено на кулинарных впечатлениях.
Земельные отношения
Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.
Курган памяти
Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
Баня по-царски
Бюро «Уникум» создало собственную версию идеального банного интерьера, отказавшись от расхожих трендов в пользу собственного уникального стиля – нео-русской готики, одновременно роскошной, интригующей и сказочной, что делает поход в эту баню настоящим побегом от серой реальности.
«Заря» над волнами
В проекте реконструкции муниципального пляжа «Заря» в Сочи от бюро V6 GROUP – террасирование, «текучий» бетон и открытый бассейн стали ответами на главные вызовы курорта: нехватку места, капризы моря и модернистскую айдентику местной инфраструктуры.
Белый конгломерат: AI-Architects
Белые цилиндры «слипаются», расширяются кверху и подсвечиваются изнутри, как гигантские лабораторные колбы. Внутри – атриум-амфитеатр, где наука становится зрелищем. Мы продолжаем публиковать конкурсные проекты ФИЦ оригинальных и перспективных биомедицинских и фармацевтических технологий и показываем концепцию от консорциума «АИ-АРХИТЕКТС+ТОЛК+ZLT+АрТех Лаб».
Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ
Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – с проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.
Типографика пространства
Консорциум ab Plombir и проект «ДАЛЬ» разработали комплексную концепцию развития исторического квартала «Нижполиграф» в Нижнем Новгороде. Бывшая типография превращается в креативный кластер и федеральный технопарк профессионального образования. Проект сохраняет промышленную идентичность места, деликатно работает с объектом культурного наследия и программирует 45 000 м2 как единую экосистему для встреч, коллабораций и городской жизни.
За холмами
Бюро Анастасии Томенко спроектировало для участка в районе Жигулевских гор загородный дом. Он одновременно подражает холмистому рельефу и заявляет о своем статусе выразительной скульптурной оболочкой, предлагает уединение и широкие виды, а также разные сценарии использования – от бутик-отеля до частной резиденции.
Фолиант большого архитектора
Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.
Взгляд сверху
Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Звенья одной цепи
Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
DELO’вой подход
Компания DELO успешно ведет дела во многих архитектурно-дизайнерских областях. Для того чтобы наилучшим образом представить все свои DELO’вые ипостаси, она создала специальное пространство, в котором торговая, маркетинговая и рабочая функции объединены в единый, очень органичный и привлекательный формат.
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.