English version

Примирение

Реставрация Соляного склада для Звенигородского музея-заповедника, с одной стороны, достаточно точно реализована по проекту бюро «Народный архитектор» – а, с другой стороны, она не обошлась без дополнительных исследований и корректировок, которые в данном случае, скорее, во благо. Обнаружен исходный цвет покраски, детали фасадов, лучше изучена история перестроек. Итог – проявлен импозантный характер ампирного здания, самого старого в городе, проявлены отличия поздних пристроек. Но, главное, город получил новое культурное и общественное пространство, которые уже «работает» вовсю.

mainImg
Архитектор:
Дмитрий Селивохин
Алексей Курков
Антон Ладыгин
Мастерская:
Народный архитектор https://nrdn.ru/
Проект:
Проект реставрации Звенигородского манежа
Россия, Звенигород, ул. Некрасова, 2

Авторский коллектив:
Дмитрий Селивохин, Алексей Курков, Антон Ладыгин

2018 / 11.2022
Реставрировать Звенигородский Манеж по проекту АБ «Народный архитектор» начали в 2018 году; в  2022 в него въехал Звенигородский государственный историко-архитектурный музей-заповедник, которому здание передали в 2007, вскоре после того, как музей выехал из части зданий Саввино-Сторожевского монастыря.

О проекте реставрации Манежа мы рассказывали: для архитекторов он стал крупной и сложной работой, совмещенной с исследованием здания. 
Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Проект Манежа для нас – во многом знаковый. Опыт «погружения» в музейную сферу и задачи музейщиков у нас был, мы и раньше много работали для музеев: с навигацией, графическими решениями, экспозиционным дизайном. Но тут – целое здание. И к тому же реставрация. Это всегда множество слоев и сюрпризы на каждом шагу. Когда сняли штукатурку, кирпичная стена под ней оказалась совершеннейшим лоскутным одеялом; переделок в процессе функционирования здания было больше, чем мы предполагали, и каждая, как нарочно, на новом месте. Удалось найти цвет первоначальной покраски, двухуступчатые обрамления ампирных окон, подлинные решетки.
 
Думаю, нам удалось «раскрыть» Манеж, показать городу его особенности. До реставрации он был похож на провинциальный дом культуры, сейчас историческая ценность здания и его принадлежность достаточно раннему для городской среды Звенигорода периоду ощущается намного острее. И тут, безусловно, не только наша заслуга: в работе очень активно участвовали сотрудники музея, в том числе заместитель директора музея по науке Дмитрий Седов. Он первым начал изучать историю звенигородского Манежа, опубликовал исследование его истории по архивным материалам, следил за всеми работами.

С другой стороны, за прошедшее время изменился и сам городской центр Звенигорода: неподалеку появился парк, благоустроили Московскую улицу – поскольку музей подходит к Манежу в значительной степени как к общественному пространству и делает акцент на мероприятиях, лекциях, мастер-классах и прочем, обновленное здание органично встроилось в эти преобразования. Музей стал частью общественной жизни города, это мы тоже считаем очень важным.

Всегда приятно, когда заброшенная территория включается в городскую ткань, с Манежем произошло именно это: сейчас он вместе с церковью Александра Невского уверенно «держит» начало Московской улицы, демонстрирует «венецианский» по ощущениям, почти глухой ампирный торец. Что это у нас там? Ну точно, музей. 
Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Псевдореспектабельное окружение: рынки, офисы, «элитные» дома – по контрасту заметно проигрывает. Всё это – в основном желтое, реже, как церковь, белое. В Звенигороде даже советский ящик гостиницы «Звенигород» и пятиэтажку 1970-х годов в желтый цвет покрасили. 

Неудивительно, что поначалу авторы предлагали очистить фасады до кирпича, чтобы проявить древность стен: Манеж – не Городок и не Саввинский монастырь, но в собственно Звенигороде самое старое каменное здание. 
  • zooming
    Проект реставрации Звенигородского манежа. Вид с ул. Московская (существующее положение) 2018 г.
    Предоставлено Архитектурным бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    Проект реставрации Звенигородского манежа. Вид с ул. Московская (проектное положение) 2018 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Раскрыв стены, нашли оттенок первоначальной окраски. По счастью, он оказался не ярким, как желток, и не мрачноватым «достоевским», а светлым, чем-то средним между ампирным желтым и бежевым. Это стало серьезным аргументом в пользу того, чтобы покрасить старые стены в исходный цвет. 

Разумеется, в результате изменился весь колорит проекта, хотя замысел – разделить через фактуру и окраску старые и поздние части, остался прежним. Но все стало мягче и от этого, пожалуй, выиграло. Пристройки и надстройки стали почти белыми, различие ордерных деталей и фона стен в них едва различимо, отчего в фасаде фойе, пристроенного для советского кинотеатра в 1960-е, но почему-то в стилистике начала 1950-х, если не 1930-х, с пилястрами и лоджией входа, – проявились палладианские черты. Пионерский дух не то чтобы совсем, но в значительной степени куда-то ушел, усилилась «дворцовость», здесь среди лип, опять же, напоминающая о Венеции. Ну то есть может он и пионерский, но теперь – почти что как в Джардини. 
Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Пристройка стала почти белой, и ее фасады покрыты ровной штукатуркой. 

По контрасту старые стены не только ярче, они еще и не заштукатурены. Зная историю здания, по фактуре кирпичной можно разглядеть, где старая кладка, где заложенные проемы. Ну и в косом свете рельеф стены «работает» хорошо. 
Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Решение с покраской удачное: во-первых, оно историчное, желтый цвет характерен для ампира, и если уж склад таким был, то справедливо восстановить покраску. Во-вторых, повсеместно расчищенные кирпичные стены за последние 15 лет немного поднадоели – прием заимствован у практики обновления кирпичного прома, то есть из несколько иного, более позднего контекста. Ну а если говорить об ампирных аналогиях, то, пожалуй, не следует соревноваться с Пунта Догана. Словом, стало теплее и уютнее, нюансы отличия пристройки и надстройки сохранились, но теперь они не так бросаются в глаза и проявляют себя уже при рассматривании. 

И еще что любопытно в проекте: если растесанные окна Манежа заложили, то окна фойе – растесали немного в нижней части, чтобы привести их «в пол». 
  • zooming
    1 / 8
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    2 / 8
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    3 / 8
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    4 / 8
    Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    5 / 8
    Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    6 / 8
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    7 / 8
    Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    8 / 8
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Внутри различия между разновременными частями тоже проведены, причем в два уровня. Первый – это когда мы входим в фойе и видим внешнюю стену склада, но изнутри: здесь она тоже желтая, но арки окон выкрашены терракотовым цветом – то, что осталось от идеи раскрыть кирпич.

Надо сказать, что часть дверей авторы перенесли: планировалось, что все проемы будут расположены регулярно, под арками, но, когда нашли контуры преждебывших дверей, входы передвинули, подчеркнув сложность истории здания. 
  • zooming
    Двери планировали разместить под арочными окнами, но, найдя следы прежних проемов, сместили их. Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

И, наконец, внутри, в двух экспозиционных залах стены белые, с проявленным рельефом кладки, а архивольты терракотовые. Так авторы, работая в целом на «светлой» ноте, подчеркивают сходства и различия впечатлений снаружи, внутри и перехода между ними. 
  • zooming
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    Арки снаружи и внутри. Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Отдельная история – потолок. Он и был стропильным, наклон кровли в проекте сохранен, только в каждый зал добавили по два зенитных окна. Собственно балки и стропила новые, это красивая конструкция, в основном из клееной древесины, не такая огромная и яркая, как в московском Манеже – вообще говоря, она стоит в ряду множества современных конструкций такого рода, это давно уже актуальный прием, – но о Манеже, учитывая перекличку в названии, все же напоминает. «Может быть и о питерском тоже», – уточняют авторы и становится понятно, что сходство с целым рядом музейных манежей тут, конечно, имелось в виду. 

Дерево деревом, но все металлические части от фонарей до креплений черные, плюс черные трубы воздуховодов – нет-нет, да напомнят о синих трубах ГЭС-2, похожим образом размещенных за нижним уровнем балок. Иными словами, не то чтобы очень явно, но тут можно усмотреть цитаты: и те, и эти. 
  • zooming
    1 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    2 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    3 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    4 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    5 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    6 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    7 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    8 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    9 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    10 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    11 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Сейчас, вероятно, можно напомнить читателю, что звенигородский Манеж никогда не был манежем, да и дата его строительства точно не известна. По косвенным письменным источникам и по архитектуре его можно датировать 1830-ми годами, вначале он был государственным соляным складом – затем «винным», то есть на самом деле водочным, так было принято их называть. Потом пустовал примерно 30 лет подряд в XIX веке, город стремился передать заботу о здании военным, а они мало что делали, хотя целых три раза планировали обустроить бывший склад под казармы, вероятно, тогда и прижилось название «Манеж». Ну и из-за внешнего сходства тоже. 

Привести здание в порядок удалось в начале XX века театру, который затем уступил место кинотеатру, который после реконструкции в 1960-е был разделен на 2 зала и получил упомянутое выше фойе. 
  • zooming
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    Объем фойе, пристроенного в 1960-е годы, сверху. Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Во время исследования открылись некоторые детали архитектуры старого здания: так, часть окон, как оказалось, имели двухуступчатые арки – их раскрыли, что заметно оживило лаконичный фасад бывшего склада. В семи окнах обнаружили первоначальные металлические решетки – их сохранили, но новыми дополнять не стали. 
Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Такой аккуратный подход к истории здания можно только приветствовать; вот только «складские» двери, выстроенные, впрочем, по образцам XIX века, кажутся какими-то чересчур «киношными», восходят к каким-то реконструкциям 1980-х годов. Ну ничего, может, состарятся. 

Два музейных зала наследуют структуре кинотеатра 1960-х. Между ними – не очень большая зона хранения и офисы сотрудников. По словам «Народного архитектора», они вместе с музейщиками довольно-таки долго обсуждали, сколько места отвести экспозициям, сколько хранению, и в конечном счете залам достался максимум пространства. Кого немного потеснили ради экспонатов – так это сотрудников; но если посмотреть на схему, очевидно, что выставочных площадей намного больше – музей, теперь расположенный в центре, делает акцент на работе с горожанами и туристами. Зал в Царицыных палатах Саввинского монастыря скорее туристический и даже исследовательский, а Манеж в большей степени общественный, рассчитан на работу с людьми, – поясняет Алексей Курков. 

Кроме того в процессе работы между залами произошла рокировка: тот, что поменьше и с углубленным амфитеатром в центральной части, предназначался для выставок, а большой зал для постоянной экспозиции. Получилось наоборот. Постоянная экспозиция – результат работы других авторов, щедро насыщенная макетами  и медийным контентом, разместилась по периметру малого зала. Тут разливают виртуальный борщ по фаянсовым тарелкам, светят проекцией на модель колокола, тут какие-то березовые стволы, в общем, много всего на небольшой площади, хотя есть и подлинные фрески начала XV века. Посередине, в амфитеатре, отгороженном шторкой, установлен, тоже в окружении большого экрана, макет Саввинского монастыря. Все используется несколько не так, как было задумано.
  • zooming
    Малый зал с амфитеатром. Реализация. Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    Малый зал с амфитеатром. Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Большой зал теперь – для временных выставок и общественных мероприятий. В начале октября там открылась совместная с Русским музеем выставка Левитана. 
  • zooming
    1 / 7
    Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    2 / 7
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    3 / 7
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    4 / 7
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    5 / 7
    Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    6 / 7
    Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    7 / 7
    Проект реставрации Звенигородского манежа 2021 г.
    © Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Впрочем не так велика разница в размерах между залами. 

Направленность нового здания на современные тренды работы с посетителями ощущается достаточно остро. В этом смысле можно, вероятно, понять и рокировку залов: выставочно-лекционный оказался ближе к Московской улице и к площади с той же стороны на территории музейного двора, которая запланирована как место для мероприятий на открытом воздухе. Окна фойе, как мы помним, продлены до пола, а ступенька перед ними может служить небольшой сценой. 
Площадь внутри музейного двора. Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Площадь со стороны Московской улицы. Реставрация Звенигородского манежа
Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Продолжением темы стало благоустройство, в котором АБ «Народный архитектор» – мастера. 

В данном случае они довольно-таки тонко сочетали две темы, продиктованные, в числе прочего, историей здания: уездную и советскую. За первую отвечают черные фонари, таких теперь много повсюду, тут они перекликаются с листообразными креплениями дверей. За вторую – простое мощение, лаконичные скамейки и урны, покрытые каменной крошкой, по ним не сразу даже догадаешься, что они из не из семидесятых. И отодвинутый в северный угол, но сохраненный бюст Карла Маркса, очень красивый, как всегда, со своей объемной бородой. 
  • zooming
    1 / 6
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    2 / 6
    Благоустройство территории музея. Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    3 / 6
    Благоустройство территории музея. Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    4 / 6
    Благоустройство территории музея. Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    5 / 6
    Благоустройство территории музея. Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    6 / 6
    Благоустройство территории музея. Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»

Благоустройство получилось спокойным – по словам архитекторов, намеренно спокойным; тут большую роль сыграло наследие старых лип, как и в здании – старые стены. Может быть, примирение: разных эпох, частей, да подходов к музейной работе, тут ключевое слово. 

Интересно, что в 2000-е и 2010-е, когда Манеж передали музею, притом что здание уже имело статус регионального ОКН, предлагали очень разные проекты его реконструкции, от полной обстройки до «ничего не трогать, все восстановить».
  • zooming
    Проекты 2000-х годов. Из статьи: Д.А. Седов. Манеж – казарма – погреб. История злоключений одного из старейших зданий Звденигорода // Саввинские чтения. Сборник трудов по истории Звенигородского края. Вып. 3. Звенигород, 2015. С. 386.
    Фотография: Юлия Тарабарина, Архи.ру
  • zooming
    Проект архитектора А.В. Андрюшенко, 2012 г. Из статьи: Д.А. Седов. Манеж – казарма – погреб. История злоключений одного из старейших зданий Звденигорода // Саввинские чтения. Сборник трудов по истории Звенигородского края. Вып. 3. Звенигород, 2015. С. 387.
    Фотография: Юлия Тарабарина, Архи.ру

Реализованный проект АБ «Народный архитектор» – безусловно, ближе ко второму подходу, если скрестить его с по-прежнему актуальным в наше время вниманием к общественным пространствам. Самое старое здание города, который может похвастаться древней историей, но сам по себе не очень древний, – приобрело полагающуюся ему стать, сделалось заметным, хотя и не кричащим, уравновесило парадокс советской и ампирной составляющей.

А что будет дальше – будет видно.  
  • zooming
    1 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    2 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    3 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    4 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    5 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    6 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    7 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    8 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    9 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    10 / 11
    Реставрация Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
  • zooming
    11 / 11
    Проект реставрации Звенигородского манежа
    Фотография © Арсений Россихин / предоставлена Архитектурное бюро «Народный архитектор»
Архитектор:
Дмитрий Селивохин
Алексей Курков
Антон Ладыгин
Мастерская:
Народный архитектор https://nrdn.ru/
Проект:
Проект реставрации Звенигородского манежа
Россия, Звенигород, ул. Некрасова, 2

Авторский коллектив:
Дмитрий Селивохин, Алексей Курков, Антон Ладыгин

2018 / 11.2022

16 Октября 2023

Народный архитектор: другие проекты
Интерьер для нового формата образования
Проект нового корпуса ТЮМГУ был сделан до пандемии, а затем переработан для новых требований: университет перешел на систему «2+2+2», без разделения на группы и потоки, а с индивидуальными программами. Изменения удалось ввести очень быстро, в начале строительства. Сейчас корпус готов, рассмотрим его.
Грот многоликий
Небольшое, на первый взгляд невзрачное, полуразрушевшееся и даже не очень древнее здание – Грот в Саду имени Баумана – АБ «Народный архитектор» отреставрировало со всей тщательностью, применимой к памятнику наследия. Сохранили романтическую привлекательность руины, добавили медийное содержание, исследовали каскадный фонтан, который, как оказалось полностью сохранился. Это целая история, рассказываем.
Где лебеди живут
В парке Горького по проекту бюро «Народный архитектор» благоустроили Малый Голицынский пруд. Здесь появились набережные-палубы и локальная доминанта – плавучий павильон для лебедей.
Подмосковный манеж
Команда бюро «Народный архитектор» подготовила проект реставрации манежа в Звенигороде. Зданию вернут исторические формы, здесь расположится звенигородский историко-архитектурный музей, обогащенный функциями культурного центра и общественного пространства.
Похожие статьи
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Второе рождение Телеграфа
В итоговой версии проекта приспособления здания Телеграфа под университет – стартовавшей от концепции Чипперфильда – архитекторы СКиП на стадии РД выступили в роли разработчиков и генпроектировщиков. И проект глобальной «звезды» оказался удивительно похож на концепцию, предложенную самим СКиП в 1997–1999 годах. В публикуемой статье Игорь Шварцман и Татьяна Груздева рассказывают о двух проектах для Телеграфа – прежнем и реализованном сейчас.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.
Камень и дерево
Офисное здание в Париже «актуализировано» бюро DTACC architectes с опорой на градостроительную схему Османа и японские традиции деревянной архитектуры.
Найдется ли 10 отличий?
Рядом с бизнес-центром Тэндзин I в центре Фукуоки построен его «близнец» Тэндзин II: оба проекта выполнены в нью-йоркском филиале OMA под руководством Сёхэя Сигэмацу.
Океан для всех
CRA-Carlo Ratti Associati и миллиардер-девелопер Джефф Грин, владеющий 30,3 га во флоридском городе Уэст-Палм-Бич, представили проект жилого дома MiMar из бетона и инженерного дерева, где фасад-гармошка должен обеспечить каждой квартире вид на Атлантику, не разделяя жильцов на «элитных» и «остальных».
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Технологии и материалы
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Сейчас на главной
Пресса: «Я» и «Мы». О невозможности стиля сегодня
25 августа объявили итоги конкурса на небоскреб в «русском стиле», который проводил тг-канал «Небоскребы» по заказу ГК «Стратегия Развития». Месяцем позже, 2 октября, состоялась церемония награждения победителей в ММДЦ «Москва-Сити».
Живительный вдох
Бюро Snøhetta трансформировало старое здание компании Laerdal Medical в норвежском Ставангере в экологичный и удобный живой офис, сохранив или повторно использовав все что можно.
Коттеджный флер
Бюро Le Atelier выступило разработчиком дизайнерского оформления для нового формата кафе all-day dining, которое создало два пространства для сети ABC: одно в Санкт-Петербурге, второе – в Подмосковье на Новой Риге. Расположение за городом позволило использовать кантри-стилистику в ее облегченном варианте.
Цумтор. Идеальные дни
Вим Вендерс снял документальный фильм «Изнутри наружу: архитектура Петера Цумтора», который предлагает зрителю на два часа погрузиться в мир архитектуры в киноформате 3D. Это путешествие, в котором здания предлагается не столько рассматривать, сколько переживать.
Звезды Московского зоопарка
В Московском зоопарке появилась «Аллея звезд» – 75-метровый барельеф из цветного архитектурного фотобетона по проекту Евгения Леонова, бюро «Архип». На 10 панно изображены любимцы публики: манул, белый медведь, панда и другие герои. Для формирования рельефа, который для многих посетителей оказался тактильно притягательным, использовали 3D-принтер, зеленый мраморный песок в бетонной смеси и шлифовку. Изначально задумывался также оптический эффект движения фигур.
30-летие «Золотой капители»
В начале октября в Новосибирске прошли мероприятия 30-го, юбилейного национального независимого архитектурного рейтинга «Золотая капитель». Как и все предыдущие десятилетия, финал конкурса включал презентации проектов-финалистов, объявление лауреатов и обладателя Гран-при.
Выход через ЖК
Жилой комплекс KJ Den Haag по проекту Powerhouse Company формирует парадный выход в город из Центрального вокзала Гааги.
Эклектика как модель пространства
Образовательный комплекс в московском районе Коммунарка объединяет школу и детский сад, в совокупности рассчитанные на 1700 детей. Чтобы уйти от крупного масштаба, бюро ГОРОЖАНЕ/ CITIZENSTUDIO организовало учебные пространства в три луча, каждый из которых оформлен одинаковыми материалами, но в индивидуальной манере. Корпуса объединяет центральное ядро, снаружи напоминающее старинный киноаппарат – на «экране» действительно демонстрируют фильмы как для учеников, так и для жителей района. И это не единственное решение, соединяющее школу с жилой средой.
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Дизайн терапия от стресса
В интерьере студии телесных практик «Алхимия» зашифрован секретный дизайнерский рецепт обретения мира и покоя в бесконечной череде суетливых будней, проживаемых жителями северной столицы, – от бюро AN Design.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Пресса: Наши строят за границей
В честь Всемирного дня архитектуры, который весь мир отмечает в первый понедельник октября, Weekend изучил строящиеся проекты российских бюро за рубежом, а также выяснил, что герои этих проектов должны постичь еще более изощренную формулу жизни, чем персонаж бестселлера Элизабет Гилберт: «Сбеги, вознесись, наслаждайся».
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.