Импортная вещь

Новое здание посольства Швейцарии в Москве по проекту лозаннского бюро Brauen Waelchli Architectes – свежий пример «дипломатического» архитектурного импорта в Россию.

Нина Фролова

Автор текста:
Нина Фролова

mainImg
Работу зарубежных зодчих в России всегда определяли местные обстоятельства. Если даже ограничиться новейшей эпохой, то самые яркие примеры, здание Центросоюза Ле Корбюзье и текстильная фабрика «Красное знамя» Эриха Мендельсона, были построены с искажением проекта, и их архитекторы выказывали немалое недовольство результатом. Похожие сюжеты в наши дни прекрасно известны и гораздо более часты, чем истории успеха.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Иное дело – здания посольств, которые де-факто строятся на территории России, однако для зарубежных заказчиков особого рода. Это наиболее «чистый» импорт иностранной архитектуры, нередко создающий впечатление слегка фантастического переноса «их» идей и традиций в «нашу» реальность, причем весьма актуальных. Достаточно вспомнить рационально-неоклассицистическое здание посольства Германии в Петербурге (1913) Петера Беренса, одного из провозвестников модернизма, в чьей мастерской работали Ле Корбюзье, Вальтер Гропиус и Людвиг Мис ван дер Роэ (Мис был ГАПом российского здания, хотя авторский надзор не осуществлял), и оформление Хансом Холляйном интерьера отдела культуры и пресс-службы в старом посольстве США в Москве (1974). Или же посольство Финляндии в Кропоткинском переулке: этот памятник финского современного движения построили по проекту Хилдинга Экелунда в 1938, когда отечественная архитектура встала на совсем иные рельсы. Уже в новой России появилось британское дипломатическое представительство (2000, Ahrends, Burton & Koralek) – наверное, не самое выдающееся и контекстуальное явление в английской архитектуре, но до сих пор вызывающее удивление как десантированный на сталинскую набережную фрагмент Лондона рубежа тысячелетий.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Официально открывшееся в июне этого года новое здание посольства Швейцарии в Москве, с одной стороны, не может похвастаться драматическими обликом или обстоятельствами проекта, с другой – вполне продолжает линию импорта идей. Сдержанный объем кажется необычным и свежим в разнородном окружении московских переулков. Видимо, именно эффект неожиданности, который создает подчеркнутая лаконичность его уличных фасадов, и вызвал в кулуарах – среди столичных архитекторов и историков архитектуры – упреки проекту в неконтекстуальности и недостаточной эстетической проработанности. Хотя что хотели бы видеть на его месте критики, сложно сказать: рядом – типовая кирпичная девятиэтажка, пышный доходный дом, корпус деревянной усадьбы (1871) и принадлежавшей ей же эклектический особняк, ныне основное здание посольства Швейцарии (1892), позднесоветское посольство Казахстана (изначально – гостиница к Олимпиаде-1980), ампирные флигели и небольшой парк Дома пионеров. Что главный ориентир в такой разнообразной среде? Какой ни выберешь, пожалуй, ошибешься.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Архитекторы нового здания Дорис Вельхли и Ули Брауэн, выступая в мае этого года на мероприятии серии Carte Blanche во швейцарском посольстве, рассказали, что их профессора в Федеральной политехнической школе в Лозанне (EPFL), видные представители направления «Тичино тенденца» Луиджи Сноцци и Аурелио Гальфетти, призывали их в первую очередь обращать внимание на контекст, что Brauen Waelchli Architectes стараются учитывать во всех своих работах. Однако, напомнили авторы, для западной архитектуры в наши дни нехарактерна имитация исторической застройки – и распространенность такой имитации удивила их в Москве. Их здание не стремится копировать соседей, однако на уличных фасадах учитывает пропорции основного корпуса, особняка конца XIX века; оттуда же взят регулярный ряд окон. По Гусятникову переулку здание двухэтажное, то есть равно по высоте предшественнику, а вдоль границы с усадьбой фон Беренса достигает трех этажей, но верхний «замаскирован» белым цветом стены.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Расположение новых корпусов по периметру позволило обойтись без высоких заборов и одновременно обеспечить необходимую безопасность (как напомнил Ули Брауэн, одно из важных требований к проектам посольств – возможность при необходимости там забаррикадироваться). Специально оставленный незастроенным угол участка на пересечении Гусятникова переулка с Огородной Слободой позволяет увидеть внутренний двор – ключевой компонент проекта. От себя добавлю, что такое решение также визуально скрывает новое здание в основной перспективе – со стороны Мясницкой, откуда, как представляется, к посольству направляется основная масса пешеходов. В результате постройка воспринимается ими в сильном ракурсе и вообще не нарушает контекст, каков бы он ни был. Трехэтажная часть, видная по-настоящему лишь при движении к Мясницкой, скрыта за деревьями усадьбы; со стороны парка ее протяженность совсем невелика, и там она тоже теряется в зелени.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

В ходе дискуссий авторов проекта с московскими коллегами уличный фасад приобрел белое обрамление окон, напоминающее классические наличники, что должно способствовать интеграции здания в среду. Однако, как пояснили архитекторы, несмотря на длительный процесс согласования из-за расположения постройки в центре Москвы, проект практически не изменился по сравнению с конкурсным предложением 2007 года.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Если вернуться к теме импорта, то – насколько возможно в наши дни говорить о национальных школах – новое посольское здание воспринимается как очень швейцарское. Кроме упомянутой контекстуальности в широком смысле в духе «Тичино тенденца», Вельхли и Брауэн, по их словам, ставят во главу угла качество света и пространства, простоту, детальность и «подлинность», стремятся к постоянной актуальности проекта – как культурной, так и экологической устойчивости, и потому избегают «стилистических уловок», так как они недолговечны. Все это – конечно, при всегда упускающем тонкости взгляде иностранца, то есть автора этой статьи – кажется характерным для многих представителей швейцарской архитектурной школы. Так, внутренний двор с колоннадой бетонных опор напоминает даже не постройки «Тичинской тенденции», а ключевую работу ее предшественника Рино Тами, кантональную библиотеку в Лугано (1940). Однако Ули Брауэн объясняет появление этой колоннады иначе: по образованию он не только архитектор, но и конструктор, и считает очень важным демонстрировать конструкцию в проекте – это придает зданию сильный характер, хотя в московском случае подобное решение оказалось непростым: потенциальные мостики холода были особенно проблемны из-за климатических условий.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Внутренний двор с остекленными фасадами обеспечивает все интерьеры солнечным светом. Туда выходят офисы со свободным планом и переговорные, в то время как индивидуальные кабинеты расположены по внешним фасадам. Из коридоров всегда видна внешняя среда, поэтому ориентироваться в здании очень просто. Перегородки можно двигать, проемы – использовать для размещения как встроенных шкафов, так и дверей, то есть здание должно легко удовлетворить меняющиеся со временем потребности пользователей.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Кроме широко использованного естественного освещения, среди «зеленых» компонентов проекта – контролируемая вентиляция с рекуперацией энергии и система рекуперации отработанного тепла. Деревянные детали – работа швейцарских мастеров, также «импортным» был кварцит из Вальса и ряд других материалов, строительство велось силами местного подрядчика, российско-швейцарской фирмы.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Особого упоминания заслуживает реконструкция «изначального» посольского особняка. В отличие от более нейтральных интерьеров новой части, здесь сильное впечатление создает сочетание старого, сохранившегося к началу XXI века лишь как идея, и современного: насыщенные цвета стен, мебель и светильники швейцарских и «близких им по духу» дизайнеров. Исторического здания коснулась одна из немногих значительных корректировок проекта по пути от конкурса к реализации, чисто функциональная: сначала представительские помещения архитекторы расположили на первом этаже, но им пояснили, что в Москве их располагают выше, на втором. Внизу же теперь находятся офисы Switzerland Tourism, Pro Helvetia и Швейцарского центра содействия бизнесу. Фасад особняка был отреставрирован. По границе с парком, где находилась снесенная в рамках реализации проекта пристройка 1960-х, новое и старое здание соединены, как и с противоположной стороны, где устроен остекленный коридор на уровне земли: так комплекс на 100 помещений и 80 сотрудников, включающий также квартиру посла, на участке 3200 м2 закольцован вокруг двора.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Уже позже авторы проекта заметили, что этот двор напоминает карту Швейцарии: так родилась идея ландшафтного решения, где круги из газона отмечают главные города кантонов, а федеральная столица, Берн, дополнительно выделена яблоней сорта «Розы Берна» (Berner Rosen), которая первоначально дала название конкурсному проекту уроженцев этого города Дорис Вельхли и Ули Брауэна. Садовая тема – отсылка к истории места, к допетровским временам, когда в Огородной Слободе выращивали овощи и фрукты для царского стола.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

Впервые все подразделения дипломатического представительства Швейцарии в России собраны под одной крышей: проект, начавшийся с объявления конкурса в 2007 и продолжившийся закладкой первого камня в 2014, в год 200-летия установления дипломатических отношений между двумя странами, фактически завершился в сентябре 2018-го, когда в здание въехали сотрудники. Швейцария инвестировала в него 42,8 млн франков, это одно из крупнейших по бюджету новых сооружений для государственных учреждений за последние годы. Посольство в Москве – также одно из самых больших по числу сотрудников: впереди лишь Вашингтон и Пекин. Кстати, летом 2018-го Brauen Waelchli Architectes выиграли конкурс на новое здание посольства в китайской столице; в портфолио у них уже есть аналогичное учреждение в Ла-Пасе и расширение комплекса в Праге.
 
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André

В заключение стоит рассказать о более широкой истории проекта. Особняк, построенный для фон Беренса в 1892 архитектором Николаем Якуниным, был передан Швейцарии в 1946, после восстановления дипломатических отношений (установленные в 1814, они были разорваны СССР в 1923 из-за оправдания убийцы советского дипломата Вацлава Воровского швейцарским судом присяжных). Со временем его пространств перестало хватать, поэтому в 1960-х была возведена упомянутая выше пристройка, а для размещения ряда временных сооружений снесена левая часть деревянной усадьбы фон Беренса, граничившей с посольством с востока. Однако дефицит площади требовал более энергичного решения, поэтому возникла идея возведения нового здания, которая и была воплощена в жизнь после 2005, когда московское правительство дало швейцарскому посольству право на строительство[i].
 
[i] Подробнее о предпосылках и ходе строительства см. издание Федерального департамента иностранных дел Швейцарии «Швейцарское посольство в Москве. Здания и интерьеры» (Берн, 2019).
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André
Посольство Швейцарии в России
Фото © Yves André
Посольство Швейцарии в России
© Brauen Waelchli Architectes
Посольство Швейцарии в России
© Brauen Waelchli Architectes
Посольство Швейцарии в России
© Brauen Waelchli Architectes
Посольство Швейцарии в России
© Brauen Waelchli Architectes

30 Июля 2019

Нина Фролова

Автор текста:

Нина Фролова
Похожие статьи
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.
Красный дом
В районе Новослободской появился Maison Rouge – комплекс апартаментов по проекту ADM, который продолжает начатую БЦ «Атмосфера» волну обновления квартала в сторону улицы Палиха
Музей в «холодной куртке»
Корпус Киндер Хьюстонского музея изобразительных искусств по проекту Steven Holl Architects: фасады из полупрозрачного стекла отражают 70% солнечного жара.
Эффект оживления
Проект Останкино Business Park разработан для участка между существующей станцией метро и будущей станцией МЦД, поэтому его общественное пространство рассчитано в равной степени на горожан и офисных сотрудников. Комплекс имеет шансы стать катализатором развития Бутырского района.
Бинарная оппозиция
Рассматриваем довольно редкий случай – две постройки Евгения Герасимова на одной улице с разницей в пять лет, на примере которых удобно рассуждать об общих подходах и принципах мастерской.
Возвышение двора
Жилой комплекс «Реноме» состоит из двух корпусов: современного каменного дома и краснокирпичного фабричного здания конца XIX века, реконструированного по обмерам и чертежам. Их соединяет двор-горка – редкий для Москвы вариант геопластики, плавно поднимающейся на кровлю магазинов, выстроенных вдоль пешеходной улицы.
Поликарбонат над рекой
Студенческий центр Powerhouse для Белойтского колледжа в штате Висконсин – реконструированная по проекту Studio Gang историческая электростанция.
Расслышать мелодию прошлого
Храм Усекновения главы Иоанна Предтечи в сквере у Новодевичьего монастыря задуман в 2012 году в честь 200-летия победы над Наполеоном. Однако вместо декламационного размаха и «фанфар» архитектором Ильей Уткиным предъявлен сосредоточенно-молитвенный настрой и деликатное отношение к архитектуре ордерного шатрового храма. В подвальном этаже – музей раскопок, проведенных на месте церкви.
Новое внутри старого
В ходе реконструкции Королевского музея изящных искусств в Антверпене KAAN Architecten полностью скрыли современное крыло внутри исторического здания, чтобы не нарушать его облик.
Мост на 14 000 «лампочек»
Пешеходный мост близ Штутгарта получил эффектный облик благодаря единству пролетного строения и опорной конструкции. Проект разработан инженерами schlaich bergermann partner.
Водная стихия
Плавучий павильон Teahouse Ø по проекту бюро PAN- PROJECTS «обживает» каналы Копенгагена как общественное пространство.
Семантический разлом
Клубный дом STORY, расположенный рядом с метро Автозаводская и территорией ЗИЛа, деликатно вписан в контрастное окружение, а его форма, сочетающая регулярную сетку и эффектно срежиссированный «разлом» главного фасада, как кажется, откликается на драматичную историю места, хотя и не допускает однозначных интерпретаций.
Дуэт в Филях
Вторая очередь жилого комплекса Filicity, спроектированная бюро ADM, основана на контрасте стеклянного 57-этажного 200-метрового небоскреба и 11-этажного кирпичного дома. Высотка утверждает футуристичный вектор в московской жилой архитектуре.
Дворы и башни: самарский эксперимент
Конкурсный проект «Самара Арена Парка», предложенный Сергеем Скуратовым, занял на конкурсе 2 место. Его суть – эксперимент с типологией жилых домов, галерейных и коридорных планировок кварталов в сочетании с башнями – наряду с чуткостью реакции на окружение и стремлением создать внутри комплекса полноценное пространство мини-города с градиентом ощущений и значительным набором функций.
Стена и башня
Архитекторы ОСА в поисках решений, которые можно противопоставить среде малоэтажной застройки в центре Хабаровска, а также возможности вставить новое слово в разговор о массовом жилье.
Дом в доме
Реконструкция крестьянского дома XVIII века на юге Германии: он стал основой для камерной сельской библиотеки. Авторы проекта – Schlicht Lamprecht Architekten.
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Технологии и материалы
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Сейчас на главной
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Разлинованный ландшафт
Кладбище словацкого города Прешов по проекту STOA architekti играет роль не только некрополя, но и рекреационной зоны для двух жилых районов.
Гипер-крыша и гипер-земля
Dominique Perrault Architecture и Zhubo Design Co выиграли конкурс на проект Института дизайна и инноваций в Шэньчжэне: его главное здание напоминает мост длиной более 700 метров.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Масштаб 1:1
Пять разноплановых объектов бюро «А.Лен», снятых на квадрокоптер: что нового может рассказать съемка с высоты.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.
Пресса: Модернизированная сельская идиллия: Джозеф Ганди...
В 1805 году британский архитектор Джозеф Майкл Ганди опубликовал две книги, «Проекты коттеджей, коттеджных ферм и других сельских построек» и «Сельский архитектор». Этот жанр — сборники проектов сельских домов — среди архитекторов уважением не пользуется, люди строили и сейчас строят такие дома без помощи архитектора. Немногие числят Ганди в истории архитектурной утопии, из недавно опубликованных назову прекрасную книгу Тессы Моррисон «Утопические города 1460–1900». Но, видимо, именно с Ганди начинается особая линия новоевропейской утопии — утопии сельской жизни