Анна Медлева: «На Зодчестве я курирую несколько проектов, объединённых манифестом «Инверсия»

О проектах для фестиваля «Зодчество», а также о новом креативном пространстве на Саввинской набережной, которое тоже участвует в фестивале.

mainImg
– Сколько проектов Вы покажете на «Зодчестве» и каких?

– Сначала расскажу о том, каков был изначальный замысел экспозиции и что из этого удалось реализовать. Я работаю на двух площадках фестиваля, но все мои проекты объединены общим манифестом под названием «Инверсия» и созвучны теме фестиваля – «Пространство потом». Первоначально предполагалось освоить большую территорию креативного пространства B.E.R.E.G. DISTRICT, расположенного на Саввинской набережной, в помещениях бывшей фабрики «Московский шёлк». Мы задумали там не совсем привычную для фестиваля, но очень интересную экспозицию, но из-за жёстких дедлайнов покажем лишь её часть.
zooming
Анна Медлева. Фотография © Николай Судаков
zooming
Креативное пространство B.E.R.E.G. DISTRICT. Фотография © Николай Судаков

Один из этих проектов будет показан на территории бывшей фабрики «Московский шёлк» на Саввинской набережной. В настоящий момент команда B.E.R.E.G. DISTRICT занимается развитием собственного инновационного креативного пространства на этой территории. Там будут проходить выставки, экспозиции, мастер- классы и всевозможные образовательные и культурные программы. Проект, о котором идет речь – это персональная выставка фотохудожника Сергея Шестакова, посвященная его поездке в Чернобыль, спустя двадцать пять лет после трагедии. Как раз в тот момент, когда Сергей отправился в путешествие в Чернобыль, произошла еще одна страшная катастрофа, в Японии, на Фукусиме-1. То, что Сергей рассказывает посредством своей фотокамеры, заставляет содрогнуться. Он сам говорит об этом проекте как о напоминании будущим поколениям о том, что мы все должны думать о будущем нашей планеты, беречь её ресурсы, нести ответственность за то, что мы делаем сегодня.

«Все будет хорошо, даже если будет иначе» – гласит надпись, сделанная шариковой ручкой на одной из работ Сергея, и ставшая его собственным манифестом выставки. Это «Остановка №2», Гудым, куда Сергей отправился после Чернобыля. Такого населённого пункта на карте нет, это имя нарицательное, придуманное. Нам, жителям Советского Союза, это место известно как ракетная база «Анадырь-1». Оба эти проекта уже были частью выставки «Поездка в будущее», которую Московский дом фотографии показывал и у себя на площадке, и в Европе. Нашу с Сергеем идею повторить эту выставку, но уже как персональную, в рамках фестиваля Зодчество, поддержала директор Московского Мультимедиа Арт музея Ольга Свиблова, предоставив из хранилища музея уникальные фотографии.
© Сергей Шестаков
© Сергей Шестаков
© Сергей Шестаков

«Не должны стоять пустые города и поселки, не должна разрушаться окружающая нас природа, не должны люди заниматься самоуничтожением!» – вот о чём призывает нас задуматься Сергей своими работами. И то, что мы увидим на его фотографиях – это инверсия. Инверсия пространства и времени. Инверсия жизни, которая из полноценной, насыщенной и осмысленной, превратилась в выживание любой ценой…

Кроме того, c 12 октября по 19 декабря на территории B.E.R.E.G. DISTRICT пройдёт ещё одна выставка французских художников – «XYZT, Абстрактные пейзажи». Выставка проводится в рамках фестиваля «TERRITORIЯ» и продолжает тему соотношения реальности человеческого тела и эфемерного искусства мультимедиа. Она тоже заслуживает внимания. Художники из Франции, работая световыми эффектами, создают новую, иную реальность. И это тоже своего рода инверсия.
XYZT, Абстрактные пейзажи. Выставка на площадке B.E.R.E.G. в рамках фестиваля TERRITORIЯ. Предоставлено Анной Медлевой
XYZT, Абстрактные пейзажи. Выставка на площадке B.E.R.E.G. в рамках фестиваля TERRITORIЯ. Предоставлено Анной Медлевой
XYZT, Абстрактные пейзажи. Выставка на площадке B.E.R.E.G. в рамках фестиваля TERRITORIЯ. Предоставлено Анной Медлевой

Если же говорить об основной площадке фестиваля, Трёхгорной мануфактуре, то здесь я покажу не один проект. Среди моих проектов экспозиция премии «Авангард+», которая стала продолжением или преемницей существовавшей ранее премии «Авангард», последнюю из которых я показала в Милане в 2013 году, а затем, совместно с Бартом Голдхорном, провела её во время «Арх Москвы». Сегодня премия «Авангард+», собравшая вокруг себя весь цвет архитектурного сообщества, прежде всего ориентирована на диалог между инвесторами и архитекторами, и должна стать, в итоге, ответом на девелоперский запрос. Для этого, совместно с «Арх Москвой», мы написали целую программу, которую назвали «Мастерские Арх Москва».

На фестивале будут показаны результаты первого конкурса «КРОСТ в Авангарде», проведённого в рамках программы по заказу компании КРОСТ (см. его страницу на facebook). Это конкурс на разработку уникального модуля из фибробетона, способного преобразоваться в малые архитектурные формы. Во время фестиваля «Зодчество», нам предстоит выбрать победителей этого конкурса и провести награждение. Забегая немного вперед, скажу, что следующий конкурс программы, я намерена анонсировать там же.
Один из проектов конкурса «Авангард+». Модульные изделия из фибробетона для концерна КРОСТ. 2016. Предоставлено Анной Медлевой
Один из проектов конкурса «Авангард+». Модульные изделия из фибробетона для концерна КРОСТ. 2016. Предоставлено Анной Медлевой
Один из проектов конкурса «Авангард+». Модульные изделия из фибробетона для концерна КРОСТ. 2016. Предоставлено Анной Медлевой

Также я покажу первый фильм из серии «Память». Я планирую посвятить её талантливым и одаренным, но уже, к сожалению, покинувшим нас архитекторам. Это будут фильмы – воспоминания, фильмы – память. Об архитекторах, профессионалах, учителях, испытателях, новаторах, людях, которые жили и творили с нами рядом, которых не стало слишком рано. Первую серию я посвятила Кате Мовчан.

Ещё одна из экспозиций, представляемых в рамках фестиваля – специальный проект под эгидой манифеста «Инверсия», будет посвящена недавнему моему прошлому, территории ВДНХ, главным архитектором которой я проработала в 2015-2016 годах. Это ироничный и несколько неожиданный проект, который будет осуществлён совместными усилиями кафедры Дизайна архитектурной среды МАРХИ, студентами Татьяны Шулики и мастерской ТАФ Александра Ермолаева. Мы назвали этот проект «Предчувствие», он также будет показан на Саввинской набережной, на территории B.E.R.E.G. DISTRICT.
Один из экспонатов проекта «Инверсия: ВДНХ», работа Елены Тарутиной

– В чём суть проекта «Предчувствие»? Правильно ли я поняла, что вы покажете студенческие работы, как-то связанные c переосмыслением пространства ВДНХ? Будет ли это похоже на фантазии, выставленные сейчас в павильоне России на венецианской биеннале?

– Конечно же нет. Никакой связи с выставленной на биеннале экспозицией у нас нет. Мало того, наше ощущение этой территории не затрагивает и такие проблемы, как сохранность наследия – об этом и так слишком много полемики, или новую концепцию развития территории ВДНХ, которую ни администрация ВДНХ, ни город пока не спешат обнародовать. Мы говорим совершенно на другом, чувственном и фантазийном языке, пытаясь превратить наши философские, и в чём-то даже детские, ощущения в архитектурную фантазию, не случайно же на этом проекте появился Театр Архитектурной Формы под руководством Александра Ермолаева. Но мне совсем не хочется забегать вперед и раскрывать всей интриги экспозиции, заранее программируя нашего зрителя на какое-то конкретное переживание или восприятие. Каждый увидевший её должен услышать свою музыку, получить свои эмоции и ощущения, свои переживания. Я намерена их собирать.

– В манифесте «Инверсии» Вы говорите о скульптурной композиции, способной «изменить …, сломать привычное пространство». Речь о какой-то конкретной композиции, которая будет участвовать в выставке?

– Эта фраза вырвана из контекста. В манифесте я раскрываю тему инверсии посредством художественного выражения, и скульптуру, среди прочего, рассматриваю как инструмент. В первоначальной задумке экспозиция должна была состоять из работ нескольких именитых скульпторов, в том числе Sergio Selari и Валерия Казаса... Но работа художников высокого полёта требует существенных инвестиций, в отличие от работы студентов МАРХИ, например (смеётся). В условиях экономического кризиса делать серьёзные выставки особенно сложно. Но это не значит, что надо опускать руки. Я, например, уверена, что всё задуманное будет реализовано. Пусть не в рамках фестиваля Зодчество, пусть позже. У команды B.E.R.E.G. DISTRICT очень амбициозные планы в части культурных проектов. И думаю, что постепенно мне удастся реализовать все задуманные для этой площадки проекты.

– Сколько человек участвовали в конкурсе «КРОСТ в авангарде»? Среди конкурсных проектов, которые Вы опубликовали в facebook – в основном городская мебель, предназначенная, по-видимому, для площадок этой компании. Сколько победителей планируется выбрать – иными словами, насколько разнообразной, или, наоборот, типовой станет в итоге среда?

– Изначально в оргкомитет конкурса пришло около ста заявок, и мы рассмотрели все присланные портфолио. Из них порядка тридцати были отобраны для участия в конкурсе. Из этого числа десять – представлены на конкурс и подлежат рассмотрению жюри. Из них жюри должно выбрать три лучшие работы, самую интересную из которых решено реализовать на производственной базе концерна КРОСТ.

В конкурсе речь не шла о городской мебели. По заданию участники должны были придумать универсальный модуль, из которого предложить всевозможные малые архитектурные формы для благоустройства жилых кварталов КРОСТа. В этом сложность и заключается – придумать модуль, который позволяет разнообразные решения. Своего рода игра в конструктор, если хотите. Думаю, что в итоге КРОСТ сможет реализовать все понравившееся ему проекты, не только первую премию, и это позволит ему сделать среду своих кварталов индивидуальной и узнаваемой.

– О проекте B.E.R.E.G. DISTRICT. Когда он начался, кто им занимается, куда выведена фабрика и как давно?

– Компания «Берег Дистрикт» была основана в ноябре 2015 года. На сегодняшний день главным объектом реновации компании является фабрика «Московский шёлк», основанная в начале XIX века на берегу Саввинской набережной, на территории которой создается многофункциональный комплекс B.E.R.E.G. DISTRICT. Пространство строится как отдельный, самостоятельно функционирующий кластер, и не является риелторским проектом. Фабрика в своем изначальном виде не существует уже давно, на её территории сейчас функционирует бизнес-квартал «Московский шёлк».
zooming
Креативное пространство B.E.R.E.G. DISTRICT. Фотография © Николай Судаков

– Чем Вы занимаетесь в этом проекте – Вы его главный архитектор?

– Нет, главный архитектор пространства B.E.R.E.G. DISTRICT – Елена Орельская. Что же касается меня, то я руковожу архитектурным подразделением, чьи задачи – планирование и реализация выставок. Это отдельный вид проектирования, требующий специального опыта, у меня он есть.

– Что уже сделано сейчас? Будут ли сносить здания фабрики, строить что-то новое? Если да, то кто проектировщик?

– Никаких глобальных реконструктивных работ проектом не предусмотрено, тем более в части сноса зданий, это не входит и в планы собственников территории. По крайней мере пока. Есть идеи внутреннего переустройства помещений, развития внутренней инфраструктуры, создания комфортной городской территории, отвечающей нуждам горожан, начиная от потребностей студентов, так как комплекс находится в плотном кольце высших учебных заведений, таких как Второй Медицинский и Всероссийский педагогический университеты, и заканчивая бизнес-элитой с ее потребностями.

– Я видела информацию о проекте B.E.R.E.G. DISTRICT, там говорится об оптимизации жизни в условиях мегаполиса. Что это такое, в чём она выражается конкретно?

– В данном случае речь идёт о том, что на одной территории должны быть сосредоточены все необходимые для человека сервисы, чтобы оптимизировать городскую жизнь в целях экономии времени, самого главного ресурса современности. B.E.R.E.G. DISTRICT включает в себя блоки различной тематики и направленности и позволяет в полной мере удовлетворить интересы современных жителей мегаполиса: гастрономия, образование, развлечения, спорт, здоровый образ жизни, мультимедиа, инновации... Это своеобразный «город в городе».

23 Сентября 2016

Евгений Богомазов: «Уже ведём переговоры»
Ещё один материал вдогонку «Зодчеству»: о перспективах реализации концепций воркшопа школы «Эволюция» и развития городского поселения Шексна, и об отношениях отношениях между главой администрации и главным архитектором района.
Пресса: Проект МГСУ по благоустройству Яузы получил награду...
Проект благоустройства Яузы, разработанный студентами Московского государственного строительного университета (МГСУ) и НПО "Вектор", отмечен "Золотым знаком" на международном архитектурном фестивале "Зодчество", сообщил корреспондент РИА Новости
Эволюция на Зодчестве
Пётр Виноградов – о работе проектов «Продвижение», «Погружение», школе «Эволюция» и о выставке, запланированной для фестиваля «Зодчество».
Евгений Богомазов: «Уже ведём переговоры»
Ещё один материал вдогонку «Зодчеству»: о перспективах реализации концепций воркшопа школы «Эволюция» и развития городского поселения Шексна, и об отношениях отношениях между главой администрации и главным архитектором района.
Входы для Трёхгорки
Публикуем результаты воркшопа, проведенного архитектурным бюро «Рождественка» совместно с «Трёхгорной мануфактурой» на фестивале Зодчество 2016 и посвящённого разработке входных групп будущего кластера.
Поле зрения
Новое здание музея «Куликово поле» на территории Тульской области – далеко не первая «волна» мемориализации места знаменитого сражения. Однако же и самая «ударная», вобравшая в себя силу всех предыдущих. Заставляющая по-новому взглянуть на то, каким вообще может быть военный музей. Рассказываем о здании, получившем «Хрустальный Дедал» 2016 года.
Успех архитектора
Видео-запись и стенограмма дискуссии «Архитектурный бизнес. Стратегии успеха», организованной Архи.ру и СМА на фестивале «Зодчество».
Технологии и материалы
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Сейчас на главной
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.