Москва–Кассиопея

В Большом зале Артплея открылась инсталляция Юрия Аввакумова, посвященная 60-летию Тотана Кузембаева – «Гравитация».

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

03 Августа 2013
mainImg
В зале, где Артплей как правило проводит лекции и конференции, пол выстлан войлоком. Из динамиков раздается то птичье пение, то степные ритмы. Войлок покрывает ряды искусственных холмов, между которыми можно ходить, а можно лежать, глядя на потолок. Из камер, установленных в зените войлочных куполов, на прикрепленные к потолку круглые диски проецируются слайды с фотографиями домов Тотана Кузембаева: получается похоже на планеты в небе. На балконе зала развешаны графические листы Тотана Кузембаева, все 1998 года, на всех мелко-мелко контуром нарисован город, издали похожий на орнамент восточного ковра, но на листах уложенный в строгие то геометрические, то орнаментальные фигуры преимущественно астрального характера: спирали, квадраты и диски.
Пространство инсталляции. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Графика Тотана Кузембаева. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной

К юбилею и выставке издан каталог: завернутая в кусок войлока массивная книга с множеством картинок и минимумом текста. Слова (что-то вроде кураторского послания) написал Юрий Аввакумов. Здесь о детях, которые собрались дойти из степи до гор, поймали диких осликов, не дошли, вернулись – и о свойствах материалов по Витрувию. Про детей, про игрушечные кирпичики из глины, высушенные в спичечных коробках – реальные истории из детства Тотана Кузембаева, а Витрувий – он тут в некотором роде из-за гравитации (название, как следует из текста, предложил Тотан Кузембаев). Замысел инсталляции тоже практически расшифрован в кураторском послании: войлок – юрты, купола – степь, окошки с проекторами – отверстия «шанырак» в куполах юрт, «парящие изображения – город-мираж». Не очень понятно, как все-таки из гор, к которым шли дети, получился город – Аввакумов намекает на игру с корнями слов (гора–город) и тут же отвергает ее – в тюркских языках такого созвучия нет; город привязывается плохо, нелогично и все время норовит остаться в стороне (за горами?).
Круги на потолке. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной

Строго говоря, замысел инсталляции (авторами значатся Юр. Аввакумов и Тотан Кузембаев) очень ясен: в ней зашифрован путь архитектора, те самые 60 лет от казахской степи до московских вилл и венецианских инсталляций. Путь космический, фантастичность которого с каждым годом становится все ощутимее. От казахской степи до московской элиты (а Тотан Кузембаев сейчас – безусловно архитектор элиты) – дистанция по нашим временам непредставимая, как от земли до звезд или как для детей из степного аула до гор. В своих интервью Кузембаев нередко рассказывает о том, как он приехал в Москву учиться на художника, узнал что в Строгановке надо «принести натюрморт», а он не знал, что такое натюрморт, и поэтому выбрал МАрхИ – институт, где натюрморта приносить не надо было. Согласитесь, в наше время эта история звучит совершенно безумно. Сейчас, прямо скажем, такое невозможно. Космично. 

Так вот и инсталляция с ее названием «Гравитация» – о преодолении тяготения. Внизу казахская степь, мы на ней лежим, она притягивает, как земля. Вверху – звезды (точнее космос, мелодия сфер, что-то из «тайны третьей планеты»), московские «звездные» (а они безусловно такие и есть) проекты Тотана Кузембаева. Путь казалось бы непреодолим, и между тем преодолен, архитектор не говорит как, архитектор немногословен и охотно рассказывает только истории из детства, но показать может – вот она, гравитация преодолена. И в то же время, будучи преодоленным, притяжение сохраняет свою силу: силу воспоминаний детства, инаковости и внеположности казахской степи по отношению к столичной московской и – шире – европейской реальности.

Между тем Тотан Кузембаев очень европейский архитектор, что хорошо видно и по его деревянным загородным домам (Кузембаев не строит в городе и как будто даже не стремится) и по всем другим его работам: объектам, инсталляциям, графике. Не знаю, как это возможно «без натюрморта» при поступлении, но этот архитектор впитал европейскую культуру со всеми ее нюансами лучше многих москвичей. Впитал включая европейскую (!) любовь к ориентализму, и здесь возникает парадокс: время от времени ориентализм европейского толка толкает архитектора к тому, чтобы использовать себя самого как восточную достопримечательность – подобно тому, как многие современные художники используют себя в качестве экспоната инсталляций (например, подвешиваясь к голом виде на дерево, что мы недавно наблюдали на «Архстоянии»). Тотан, впрочем, до крайностей никогда не доходит. Воспоминания детства становятся для него материалом инсталляции – он имеет полное прирожденное право на этот экзотический материал, больше чем его московские или европейские коллеги, – право пережитого. А материал ложится в объект как часть мозаики (в портфолио Тотана есть целая серия картин-мозаик, набранных из разных вещей: земли, зерен, виниловых пластинок, старых башмаков), где-то приживается может быть чересчур экзотично (например, 4 года назад на венецианской биеннале Кузембаев показывал юрту с запорожцем внутри, что символизировало кочевую природу востока–запада), а где-то получается искренним и уместным – как например сейчас. Во всяком случае день рождения это правильный повод для воспоминаний о детстве.

Дихотомия восток–запад хорошо прочитывается и здесь, даже если проанализировать пространственные ощущения. Лично мне войлочный ковер, перед которым надо снимать тапки, по ощущениям напомнил скорее не степь, а мечеть. (Хотя здесь можно было бы, к примеру, вспомнить Иисуса Навина и сказать, что, заставляя посетителей снять обувь Тотан таким образом предлагает почтить его родную землю – степь в ее символическом воплощении.) Купола с испускающими свет окошками похожи на кровлю восточного базара (или бани, или двора мечети), нам, москвичам, с детства знакомые по фотографиям Бухары и Самарканда, а теперь – по путешествиям в Стамбул. Впрочем никогда! – подчеркнем это здесь – никакие намеки на восточную архитектуру не были замечены в проектах Тотана Кузембаева.

С другой пространство зала, полумрак, музыка, видеопроекции, лежание на полу – это все совершенно определенно отсылает нас к ощущениям венецианской биеннале, мероприятия более чем европейского, никак не восточного. Как будто входишь в один из залов Арсенала. Здесь ясно читается «венецианский» почерк Юрия Аввакумова, который с некоторого времени стал измерять многие свои вещи тем или иным венецианским модулем (делая экспозицию «Зодчества», он подчеркнуто заложил туда размеры павильона России в Джардини).

Все вместе получилось космично: взгляд из казахской степи в вечность и до какой-то степени демонстрация способности человека, мечтающего о горах и звездах, легко преодолевать барьеры и расстояния.

Выставка продлится до 28 августа.
Отдельно планируется более подробная монографическая выставка в Музее архитектуры
.
Круги на потолке. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Тотан Кузембаев (в центре) на открытии. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Лежащие на войлоке. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Рельеф пола; видны лучи из проекторов. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Лежащие на войлоке. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Рельеф войлочного пола. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Каталог Тотана Кузембаева в войлочной обертке. Выставка «Гравитация». Фотография Ю.Тарабариной
Каталог Тотана Кузембаева. Разворот. Фотография Ю.Тарабариной
Каталог Тотана Кузембаева. Разворот. Фотография Ю.Тарабариной

03 Августа 2013

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.
Содержание крупнее формы
Музей художественного образования Хуамао близ Нинбо по проекту Алвару Сиза и Карлуша Каштанейра – это компактный темный объем с наполненным светом просторным интерьером.
Пятый элемент
Клубный дом во Всеволожском переулке оперирует сочетанием дорогих фактур камня и металла, погружая их в буйство орнаментики. Дом представляется фантазией на темы театра эпохи модерна и символизма, разновидностью восточной сказки, что парадоксальным образом позволяет ему избежать прямой стилизации и стать отражением одной из сторон современной московской жизни.
Ходить по воде
Благоустройство, которое сделало спальный микрорайон не только комфортным, но и запоминающимся.
Летят перелетные птицы
В Чжухае на южном побережье Китая строится крупный центр искусств по проекту Zaha Hadid Architects: его самая заметная часть, модульный навес, должен напоминать летящих клином перелетных птиц.
Трамплины и патио
Центром усадьбы в Антоновке, спроектированной Романом Леонидовым, стал внутренний двор с перголами, напоминающий хозяину об отдыхе в экзотических странах. Открытые деревянные конструкции подчеркнули устремленные вверх диагонали односкатных крыш.
Башни с талией
Архитекторы Heatherwick Studio спроектировали жилой комплекс 1700 Alberni в Ванкувере – с озелененными балконами и рассчитанными на комфорт пешеходов нижними этажами.
Пресса: Дом над болотом
В большом выставочном зале центра дизайна Artplay открылась выставка архитектора Тотана Кузембаева "Гравитация" — оммаж к 60-летию юбиляра сделан куратором Юрием Аввакумовым, старым другом и коллегой по "бумажной архитектуре", при поддержке фонда Исмаила Ахметова и галереи Musivum. Не смогла скрыть восхищения Анна Толстова.
Пресса: Гравитационное арт-вздутие пространства
Artplay ни на минуту не прекращает свою работу: он почти круглосуточно кишит всевозможными выставками, семинарами и мастер-классами. Здесь куча кафе, небольших магазинчиков со всякой всячиной. Но на третьем этаже одного из зданий бывшего завода тихо. И темно. Там появилось целое гравитационное поле — в Artplay начала работу выставка «Гравитация», приуроченная к 60-летию архитектора Тотана Кузембаева.
Технологии и материалы
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Расширить горизонты
Интерактивные игровые площадки, подключённые к интернету, и активити-парки компании «Новые Горизонты» как яркая часть городской среды.
Красное и черное
ЖК «Береговой» на береговой линии Москвы-реки, в престижном ЗАО, в историческом районе Филевский парк – часть Большого Сити, городской кластер, респектабельный образ которого создан с помощью облицовки клинкером Hagemeister
Ловушка для света
Новый Matelac Silver Crystalvision, стекло нейтрального оттенка с одной матовой и другой зеркальной стороной – удачное решение для современного минималистичного дизайна. Рассматриваем новый продукт в свете других предложений AGC для архитектуры интерьеров.
Праздничное освещение в большом городе
Каждый год с приближением праздников мы можем наблюдать, как преображаются привычные нам места: все стараются украсить пространство и создать праздничное настроение. Огромная роль при этом отводится праздничному освещению. Что это такое и каким образом создать праздничное освещение, мы разберем в этой статье.
Поверхность бархатная, характер нордический
Сочетая несочетаемое, Концерн Wienerberger разработал коллекцию инновационного кирпича Terca Klinker Nordic Line, модели которой названы в честь городов Северной Европы и намекают на скандинавскую архитектуру. Клинкер отличают бархатистые поверхности, прочность и эстетика при доступной цене.
Парк чудес. Сквозной лейтмотив клинкера
В подмосковной частной школе Wunderpark, которую называют российским Хогвартсом, авангардная архитектура проявила магические свойства материалов. Благородный клинкерный кирпич Hagemeister оттенил футуристичность бетона и стекла.
Сейчас на главной
Дом в доме
Реконструкция крестьянского дома XVIII века на юге Германии: он стал основой для камерной сельской библиотеки. Авторы проекта – Schlicht Lamprecht Architekten.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Полярная тихоходка
Зимовочный комплекс антарктической станции «Восток» рассчитан на экстремальные климатические условия и психологический комфорт исследователей.
Офис для концентрации идей
​Бюро «Т+Т Architects» спроектировало офис французской ИТ-компании, где сотрудники в любой точке помещения могут обсудить с коллегами или записать на стене новые идеи.
Пресса: Паоло Солери и Arcosanti: как построить Бога
Паоло Солери учился у Фрэнка Ллойда Райта, в художественной коммуне «Талиесин-Вест», и его оттуда выгнали — вероятно, из-за конфликта с Ольгой Ивановной Райт, женой великого мастера. Видимо, логика отталкивания и притяжения привели к тому, что хотя утопия Солери не имеет ничего общего с идеями Райта, сам тип жизни коммуной он воспроизвел.
Возможности ограничений
МАРШ проводит весенний интенсив для архитекторов и кураторов выставок с практикой в реальных музеях. А здесь – его куратор Егор Ларичев объясняет, как полезны архитекторам и кураторам ограничения, и как их много для участников курса. Все, кто не испугается, присоединяйтесь.
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.