Участники круглого стола единогласно признали, что нынешний закон от 2000 года сам по себе хорош, и корень проблем – не в его положениях и формулировках, а в том, как они реализуются на практике. К сожалению, случаи, когда отдельные разделы закона трактуются не со знаком «плюс» для системы охраны наследия, а с точностью до наоборот, очень часты. Вот почему общественники и забили в колокола, подготовив список предложений для московского правительства с тем, чтобы закрыть в законе те «дыры», через которые, по образному выражению Рустама Рахматуллина «вылезает вандализм».
По мнению членов MAPS и «АрхНадзора», начинать править закон нужно с его концептуальных положений, и, в частности, прямо в преамбуле прописать, что вся Москва является историческим городом. Вторым базовым пунктом является приведение городского закона в соответствие с федеральным в части используемых понятий, - таких, например, как «достопримечательное место», «ценный объект среды» и другие. Так, «предметом охраны», по глубокому убеждению участников дискуссии, может быть лишь объект наследия целиком, но никак не отдельные части здания или ансамбля. В противном случае мы имеем то, что имеем, - сегодня памятники фактически «перекраиваются» под нужды проекта реконструкции. Что же касается методики определения «предмета охраны», то она могла бы быть установлена отдельным подзаконным актом. Еще одно важнейшее понятие, которое участники дискуссии предлагают включить в закон, это «городское пространство». Оно включает в себя все то, что принадлежит горожанам безвозмездно и свободно, а именно территории и дворы памятников, фасады объектов, находящихся в глубине кварталов и проч. Придание этим местам законного статуса защитит их от произвола арендаторов и собственников, которые, как правило, стараются ограничить доступ к ним жителей города.
Кстати, об арендаторах. В целях поощрения добропорядочного арендатора, соблюдающего свои охранные обязательства и осуществившего в полном объеме работы по реставрации, предлагается отдавать ему приоритет на тендере по продаже зданий-памятников. Такие же привилегии могут получить и потомки жертв конфискации объектов в годы революции.
Одно из ключевых предложений по внесению изменений в Закон города Москвы о памятниках истории и культуры заключается в том, чтобы исчерпывающе прописать в этом документе все запрещенные на объектах наследия виды работ. Иными словами, будущие собственники должны четко знать, какие действия являются реставрацией, а какие – капитальным строительством и реконструкцией. Внятного определения требуют и разрешенные работы, например, «приспособление», зачастую оборачивающееся тем же капитальным строительством. Союз экологических организаций Москвы, в свою очередь, внес предложение также определить границы понятия «воссоздание», дабы избежать строительства в городе того, чего в нем на самом деле никогда не было. Одним из рычагов воздействия на будущих владельцев памятников должна стать техническая экспертиза, которую MAPS и «АрхНадзор» предлагают осуществлять исключительно государству: арендатор, пользователь, собственник должны выкупать памятник уже вместе с пакетом экспертного заключения, в котором детально и четко прописаны все разрешенные на данном объекте виды работ.
В разделе о порядке приватизации памятников участники круглого стола предложили прописать запрет на продажу по частям целого ансамбля, либо продажу дома по этажам. Причем не только первичную: обременением для собственника при покупке должно стать условие перепродавать впоследствии памятник только целиком. В обратном случае его ждет судьба печально известного дома Орлова-Денисова, который, как рассказал на круглом столе Рустам Рахматуллин, оказался разделенным между тремя собственниками. В существующий перечень объектов, запрещенных к приватизации, помимо уже музеефицированных, участники заседания также предложили включить и те, где музей намечается только в перспективе.
Главный архитектор Центра историко-градостроительных исследований Москвы Борис Пастернак также обратил внимание на существующую практику затягивания передачи памятников другому арендатору после расторжения договора с прежним хозяином. Если этот срок не регламентировать законом, то здания могут годами стоять бесхозными, постепенно приходя в аварийное состояние. Вообще с угрозой запустения памятников, прямой дорогой ведущей к сносу, можно было бы бороться, по мнению Пастернака, разумным использованием государственных средств, выделяемых на реставрацию. Однако, к сожалению, вместо консервации памятников и элементарной замены протекающих крыш, власти предпочитают тратить деньги на восстановление несуществовавшей колокольни церкви Большого Вознесения или на строительство деревянного дворца Алексей Михайловича в Коломенском, о недавнем открытии которого ко Дню города собравшимся напомнил Алексей Клименко, член президиума Экспертно-консультативного общественного совета (ЭКОС).
К слову, судьба самого ЭКОСа также стала предметом горячего обсуждения на заседании круглого стола. Дело в том, что не так давно в силу вступило положение о государственной историко-культурной экспертизе, которое фактически приводит к отказу от системы экспертных советов и комиссий и Москва, таким образом, лишается необходимой ей системы общественных наблюдателей. По мнению Бориса Пастернака, общественность обязана приложить все усилия к тому, чтобы этого не допустить. Поддержал эту мысль и Евгений Бунимович, который в качестве положительного примера работы общественного совета привел недавно созданную комиссию по скульптурным памятникам.
Заседание круглого стола подытожил Евгений Бунимович, сформулировав основную причину фактического бездействия закона о памятниках в России. По мнению депутата, главная проблема в том, что понятие собственности у нас превалирует над феноменом культурного наследия. Возможно, все дело в том, что как существующие обременения, так и штрафные санкции за их нарушения, обходятся собственникам памятников слишком дешево и потому выгодным кажется не сохранение объекта наследия, а именно его приобретение в собственность с последующей реконструкцией. Очевидно, что в вопросах экономики наследия нам следует чаще обращаться к западному опыту, причем и к негативному тоже, уверен Евгений Бунимович. Одним из вариантов, например, могла бы стать трастовая форма управления памятниками, о которой на заседании круглого стола кратко рассказал директор Национального центра опеки наследия Валентин Мантуров.
Все предложения о поправках к закону о памятниках, озвученные в ходе заседания круглого стола, в самое ближайшее время будут суммированы рабочей группой и оформлены в резолюцию. Представители общественных организаций и Мосгордумы едины во мнении о том, что разрабатывать новый закон об охране памятников не целесообразно – достаточно усовершенствовать уже существующий. И близость октябрьских выборов в Мосгордуму дает надежду на то, что резолюция, подготовленная MAPS, cможет действительно повлиять на судьбу этого ключевого для сферы наследия документа.
Фото Натальи Коряковской
