Архитектурное образование. Часть 2: возврат к первоосновам

Мастерская экспериментального учебного проектирования Евгения Асса на нынешней «Арх Москве» несколько отделилась от двух других школ, и территориально, и по содержанию стенда. Экспозиции самарской школы и ТАФ включили более разнообразный материал, сосредоточившись не на архитектурных проектах, а на отражении самого процесса обучения, в ходе которого студенты через курсы архитектурной пропедевтики и художественные акции-перфомансы постигают базовые понятия проектирования – пространство, форму и проч.

author pht

Автор текста:
Наталья Коряковская

29 Мая 2009
mainImg

Мастерская Сергея Малахова и Евгении Репиной уже 10 лет существует внутри самарского Архитектурно-строительного университета, в составе которого есть Институт архитектуры и дизайна. Там на факультете дизайна, на кафедре инновационного проектирования они и преподают. Круг их интересов значительно шире собственно архитектурного проектирования; школа занимается междисциплинарными связями, поиском базовых основ профессии, что роднит их с установками Александра Ермолаева, руководителя московской школы ТАФ, который считает эти основы общими для всех, позволяющими делать не только проекты, но и «композицию собственной судьбы». Для методики самарской школы характерен уклон в драматургию, мифологию, о чем свидетельствует их экспозиция, сделанная в форме некоего ковчега, где внутри представлены разнообразные ученические штудии на базовые темы и дипломные проекты дизайнеров и архитекторов, а снаружи коллаж из перформансов.

Центральное место занимает длинный макет, созданный студентами-дизайнерами третьего курса в рамках исследования феномена советской дачи. Он называется «Город одиноких холостяков» – в начале студенты писали мифы, каждый про свой фрагмент, потом делали макеты, потом соединили их в один. Это линейный  город, который находится вдоль железной дороги, поскольку электричка, – объясняет Евгения Репина, – это тоже миф советской культуры. Все жители этого города ждут никогда не приходящего поезда – проект насыщен такого рода метафорами. Рядом, параллельно дороге проходит «парк», правда без зелени, набранный из фрагментов советской действительности. Он белый и несколько сентиментальный, поскольку возник из обломков утраченного смыслового мира и в нем есть таинственные спуски в подземелье, романтические анфилады в классическом ордере, и сами дачи (один из макетов – финалист японского конкурса «Индивидуальное через универсальное»).

В принципе, в одном этом макете присутствуют все особенности авторской методики Малахова – Репиной. Первое: особое внимание к так называемым «найденным объектам» (objects trouves), к ним относятся те самострои дач из найденных «обломков советского мира», на которые горазда фантазия обладателей священных 6 соток – их студенты изучали в натуре, а потом по впечатлениям делали макеты. «Найденные вещи», считает Евгения Репина, иногда ценнее, чем сверхусилия, бесконечное продуцирование форм, которым сегодня переполнена профессия. Это своего рода воплощение профессиональной скромности.

Второе – любимая методология «театрализованного конфликта». Здесь она воплощена в попытке создать коллективный миф группы. Модель разделена на равные фрагменты, где каждый вписывался в свою зону и вынужден был считаться с соседями. Конфликты реального мира, где на уровне базовых инстинктов люди делят территорию, пищу, рассказывает Евгения Репина, переведены здесь в игру, в театр, и это дает правильное направление развитию архитектурной мысли – эти люди будут гуманистическими проектировщиками в противовес доминирующему сегодня авторскому сознанию. Оно, даже у гениальных Захи Хадид или Питера Эйзенманна ущербно и предсказуемо, считает Евгения Репина, потому что это уже бренд: «Когда ты приспосабливаешься, то немножко отступаешь от монологичности своего ума».

Третий принцип – это важность непрагматических, бесполезных вещей, составляющих «кровь профессии», те «пустоты», которые притягивает смыслы, считает Евгения Репина, ссылаясь на М. Эпштейна: «О них надо говорить в профессии, но нет языка. Если сказал – это уже форма, поэтому мы пытаемся со студентами  ходить по касательной, не в лобовую… Типологическое функциональное проектирование – это то, что нас очень угнетает, и то, от чего мы хотим дистанцироваться, хотя помним про бинарную модель, что прагматика идет рядом с бесполезными вещами, иначе и то, и другое становится ущербным». Однако оказывается, что все это непросто соединить в провинции, где студенты видят, что качество и мастерство – вовсе необязательные вещи.

Наконец, еще один методический ход – эскапизм, или разные формы бегства, позволяющие «выжить в провинции», от метафорического, внутрь себя, внутрь качества, до физического – осенних перформансов. Последнее – это буквальное бегство на правый берег Волги, куда из города нет мостов, поэтому он дикий и нетронутый, где студенты проводят разные пространственные эксперименты, например, побыть в роли женщин-башен. Более печальная форма бегства – это профессиональное самоопределение студентов, которые понимают, что им нужно бежать из провинции в столицу, или за границу – где, между прочим, с имеющимся портфолио их охотно принимают.

Внимание к «ручным вещам», рисункам и моделям, фактурой и природой, сближает методику Малахова–Репиной с Александром Ермолаевым. «Но его пропедевтика, – говорит Евгения Репина, – абсолютно мастерская, мы снимаем шляпу. Мы, может быть, не добиваемся такого качества, у нас преобладает игровой аспект…» Александр Ермолаев руководит своей школой уже тридцать лет. Она родилась из неформального кружка МАрхИ под названием «Театр архитектурной формы» – ТАФ, в 1980 году. У Ермолаева нет жесткой программы, он каждый раз импровизирует вокруг какой-то актуальной темы, воспитывая и в своих студентах нетривиальность, новизну, открытый подход к решению любой задачи. Студенты всегда начинают с того, что учатся видеть структуру окружающего мира с примитивных пятен, линий, простейших предметов, чтобы потом различать внутреннее устройство, геометрию, форму в архитектуре. Эти штудии и представлены главным образом на стенде мастерской. Из архитектурных проектов здесь только один – детская площадка. Связанная, однако, с глубокими размышлениями о сторонах света.

Помимо архитектурной пропедевтики инструментом «перевоспитания» студентов от труднопреодолимых традиций является «сценический перформанс», в ходе которого они учатся понимать пространство, чувствовать форму, только теперь уже через свои физические возможности. Постановки этого визуально-пластического театра часто выстроены вокруг «натюрмортов» из архитектурных форм, где каждый является предметом, размышляет над тем, как он может двигаться в пространстве и пр. Студенты постарше сейчас на основе этих знаний занимаются проектированием идеального пространства для театра. Все это очень напоминает дух ВХУТЕМАСа, экспериментальный, творческий, методы мастерской Николая Ладовского, который, как известно, воспитал ряд талантливых архитекторов новаторов.

О дискуссии вокруг архитектурного образования громко заговорили впервые после долгого перерыва и впервые показали ведущие школы, которые в узком кругу вот уже больше десяти лет обкатывают новые (или хорошо забытые старые) методики, воспитывая широко и гуманистически мыслящих архитекторов. Появилась площадка для дискуссии в виде форума на сайте школы Евгения Асса, осталось втянуть в нее преподавательский контингент, крепко сдерживаемый многолетней «традицией».

Экспозиция школы Малахова-Репиной. «Город одиноких холостяков». Фото Натальи Коряковской
Экспозиция школы Малахова-Репиной. «Город одиноких холостяков»
Экспозиция школы Малахова-Репиной. «Город одиноких холостяков»
Экспозиция школы Малахова-Репиной. «Город одиноких холостяков»
Экспозиция школы Малахова-Репиной. Перфоманс «Женщина-башня»
Экспозиция школы Малахова-Репиной.
Экспозиция мастерской ТАФ


29 Мая 2009

author pht

Автор текста:

Наталья Коряковская
comments powered by HyperComments

Статьи по теме: Архитектурное образование

МАРХИ-2019: 10 проектов на тему «Школа»
Школа для детей с инвалидностью, воспитательная колония для малолетних преступников, интернат для детей-сирот – студенты МАРХИ создают новый образ современного образования.
Образовательный заплыв в центре города
Прошедшим летом Плавучий университет в Берлине по проекту коллектива raumlaborberlin стал площадкой для дискуссий и экспериментов на тему городов, переживающих бурную трансформацию. Этот необычный кампус – в фотографиях Дениса Есакова.
Итоги 2017
Рассматриваем события прошедшего года: как главные, обещающие много суеты в будущем, так и просто интересные.

Технологии и материалы

Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Wienerberger Brick Award 2020: финал переносится на осень
Завершающий этап премии Brick Award от концерна Wienerberger из-за пандемии перенесли на осень. Но уже сформирован шорт-лист. Рассказываем подробнее о премии и показываем некоторые проекты-финалисты.
Ремесленные традиции
Для бизнес-центра «Депо №1» компания «Славдом» поставляла кирпич Wienerberger и системы крепления Baut. Замысел авторов, поддержанный качественным материалами и исполнением, воплотился в здание, достойное исторической среды Петербурга.
Броненосец из титан-цинка
Новая станция метро в Торонто по проекту британских архитекторов Grimshaw получила необычную кровлю, покрытую титан-цинком RHEINZINK.
Грани света
Параметрическое моделирование помогло апарт-отелю в комплексе Grani не затенять окружающие постройки, а окна Velux – обеспечить светом разнообразные внутренние пространства. Другая их заслуга: деликатное дополнение реконструированных исторических корпусов комплекса.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
ТЭЦ, спорт и зеленая крыша
Архитекторы BIG объединили в одном сооружении для Копенгагена экологичный мусоросжигательный завод, ТЭЦ, горнолыжный склон – и зеленую крышу системы ZinCo.
Стекло для городского калейдоскопа
Современные технологии и классические традиции, строгий и даже торжественный ритм: «Искра-Парк» словно бы переносит нас в 1930-е. С одной поправкой – на объемный, крупного рельефа и зеркального стекла фасад южного корпуса; он возвращает в наши дни.
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.

Сейчас на главной

Гранёный
Скульптурный металлический кожух превратил обычную коробку придорожного ТРЦ в нечто большее – в здание, которое привлекает взгляды само со себе, своей формой, работая гипер-рамой для рекламного медиа-экрана.
Свободный центр
105-метровая жилая башня на 20 квартир по проекту Heatherwick Studio в Сингапуре обошлась без традиционного сервисного ядра: вместо него на каждом этаже – обширная жилая зона, выходящая на фасады балконами-раковинами с тропической зеленью.
Зигзаг над полем
Школьный спортзал, также играющий роль общественного центра для швейцарской деревни Ле-Во, спроектирован лозаннским бюро Localarchitecture.
Отстоять «Политехническую»
В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.
Пресса: Архитектура простыла в музыке
Новая филармония, которую открыли в 2015 году в парижском районе Ла-Виллет,— среди самых заметных произведений современной архитектуры во Франции. Но здание в итоге поссорило его создателей. Пять лет спустя автор проекта Жан Нувель и заказчик, руководство филармонии, обмениваются судебными исками на сотни миллионов евро. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.
Автор-реконструктор
Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.
Электрические колонны
Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.
Пресса: Ар-деко. К юбилею выставки 1925 года в Париже
28 апреля 1925-го в Париже состоялось открытие «Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности». Это событие сыграло ключевую роль в развитии стиля ар-деко, самого яркого художественного направления межвоенной эпохи. И хотя сам термин появился много позже, в 1960-е, именно выставка в Париже подарила стилю его имя.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Из «муравейника» в «город-сад»
МАРШ запускает он-лайн-интенсив, посвященный экологически устойчивому развитию территорий. Об актуальности темы для российских регионов рассказывает куратор курса и наблюдатель ООН Ангелина Давыдова.
Бетон и пальмы
Новый корпус фонда Nubuke в Аккре, столице Ганы, по проекту бюро nav_s baerbel mueller и Юргена Штромайера.
Градсовет удаленно 19.05.2020
Жилой комплекс пополам с гостиницей, еще два варианта станции метро «Парк победы» и поглощение «Политехнической» – на третьем дистанционном градсовете Петербурга.
Простота для Новой Риги
Проект автомойки с кафе и террасой с видом на дальний лес, и «ритейл-офис» мебельных компаний с длинной и причудливой красной скамейкой.
Зеленый лабиринт на фасаде
Стены и кровля офисно-торгового комплекса Kö-Bogen II по проекту Кристофа Ингенхофена в Дюссельдорфе покрыты 8 километрами живой изгороди: это самый большой зеленый фасад Европы.
Параллельный мир
В частном подмосковном доме Parallel House архитектор Роман Леонидов создал выразительную скульптурную композицию из абсолютно простых форм – параллелепипедов, чье столкновение превратилось в захватывающий спектакль.
Зеркало для неба
Офисное здание cube berlin по проекту бюро 3XN рядом с центральным берлинским вокзалом получило зеркальный фасад-аттракцион, позволивший одновременно устроить открытые террасы для отдыха сотрудников.
Волнорез
В Истринском городском округе Подмосковья тандем бюро «Четвертое измерение» и «АРС-СТ» спроектировал спортивный комплекс – монообъем в виде скошенного параллелепипеда с острым, как у корабля, «носом»
Пресса: Как помойка станет парком. Григорий Ревзин о городе...
Подтверждая закон Ломоносова «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому», превращение города в парк, ставшее главным трендом сегодняшнего урбан-дизайна, дополняется обратным трендом — превращением парка в город.
Илья Уткин: «Мы учились у Пиранези и Палладио»
О трех кварталах вокруг Кремля – Кадашевской слободе, Царевом саде и ЖК на Софийской набережной; о понимании города и храма, о творческой оттепели и десятилетии бескультурья; о сокровищах дедушкиной библиотеки – рассказал победитель бумажных конкурсов, лауреат Венецианской биеннале, архитектор-неоклассик Илья Уткин.
Фасад по солнцу
UNStudio реконструировало здание Hanwha Group в Сеуле в соответствии с требованиями энергоэффективности и комфорта, причем работа сотрудников Hanwha не прервалась даже на день.
Дом отшельника
Тема нынешней «Древолюции» – актуальнее не придумаешь. Участники проектировали скромный и легко реализуемый дом для уединения и наслаждения природой. Показываем 19 вдохновляющих работ, отобранных жюри.
Лестница в небо
Проект гостиницы в поселке Янтарный – пример новой типологии рекреационного комплекса, новый формат, объединивший гостиничную, деловую и культурную функции. И все это под лозунгом максимального единения с природой.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Не только военные песни
Один из проектов нынешнего конкурса благоустройства малых городов созвучен празднику 9 мая: его главный элемент – реконструкция парка, в котором ежегодно проходит фестиваль в честь автора известных песен военной тематики.
Городская лагуна
Архитекторы MVRDV встроили в «руины» городского торгового центра на Тайване общественное пространство The Spring с водоемами, детскими площадками, эстрадой и зеленью.
Белоснежные цилиндры
Арт-центр и парк Tank Shanghai по проекту пекинского бюро OPEN Architecture в Шанхае – редкий пример приспособления под новую функцию резервуаров для авиационного топлива.
Голодный город
Реконструкция Торжковского рынка от бюро RHIZOME: прилавки с фермерскими продуктами, фуд-холл и музей в интерьерах модернистского здания.
Пустота как драма
В Дубае закончено строительство комплекса The Opus, задуманного Захой Хадид еще в 2007 году. Главное в здании – криволинейный проем высотой в 8 этажей.
Благотворительная архитектура
Бюро Martlet Architects, за которым стоит молодая российская пара, с помощью архитектуры участвует в решении проблем стран третьего мира. Показываем школу и две клиники, построенные на краю света за счет благотворительных фондов и силами волонтеров.
Эко-административный комплекс
Zaha Hadid Architects выиграли в Шанхае конкурс на проект штаб-квартиры государственной Группы энергосбережения и охраны окружающей среды Китая. Комплекс должен стать образцовым эко-проектом, учитывающим также и последствия пандемии.
Назад в космос
Парк покорителей космоса на месте приземления Юрия Гагарина по концепции West 8 Адриана Гёзе делает Центр урбанистики экономического факультета МГУ под руководством Сергея Капкова.
Полосатое решение
Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.
Что посмотреть на выходных
Для тех кто планирует на майских поотдыхать – вот, можно сделать и это с пользой. Только что завершившийся цикл лекций Анны Броновицкой, прогулки с гидами по гугл-панорамам, знакомство с любимыми книгами архитекторов и еще пара хороших вариантов.
Башня-знак
Самое высокое деревянное здание в мире, 18-этажная башня Mjøstårnet на юге Норвегии, одновременно привлекает внимание к своему городу – Брумунндалу – и служит знаком возможностей дерева как строительного материала.
Остоженка: первая виртуальная
Две виртуальные экскурсии, с десяток лекций, интервью и круглых столов – подводим итоги выставки, посвященной 30-летию бюро и знаковому проекту реконструкции московского центра – району Остоженки. Выставка прошла полностью в «карантинном» он-лайн формате. Постарались собрать всё вместе.