Курортный комплекс Прора на острове Рюген

Нацистский курорт Прора сейчас перестраивается под жилье и гостиницы. Фотосерия Дениса Есакова и комментарий архитектора, преподавателя TU München Елены Маркус посвящены проблеме существования архитектурного наследия тоталитаризма в современном мире и опасности аполитичного, прагматичного к нему подхода.

06 Февраля 2019
mainImg
0

От редактора
Прора изначально – название части побережья острова Рюген в Балтийском море. В 1930-е там было решено построить «Курорт Рюген» нацистской организации «Сила через радость», подразделения «Немецкого трудового фронта», занимавшегося досугом – и отпускными поездками – населения. Конкурс на проект выиграл архитектор Клеменс Клоц, а располагавшийся посередине почти пятикилометрового сооружения зал собраний планировали возвести по замыслу Эриха цу Путлица.
Окна всех номеров комплекса на 20 000 отдыхающих выходили на море. Было предусмотрено и военное назначение: госпиталь. Строительство начали в 1936, но с началом войны, в 1939, оно было приостановлено: успели возвести «спальные» корпуса, а общественные блоки между ними, кроме одного, остались на бумаге. Главный зал возводить даже не начинали, однако успели устроить парадную площадь перед ним.
В войну, кроме сразу задуманного госпиталя, там готовили полицейские батальоны, связисток вспомогательной службы для ВМФ, устроили лагерь для беженцев из Восточной Европы. В конце 1945-го в комплексе разместились советские войска, с 1952 – армейские части ГДР. Они занимали Прору вплоть до объединения Германии, когда она перешла Бундесверу, который, однако, избавился от нее уже в 1991. Тогда она перестала быть закрытой зоной, а в 1992 – получила статус памятника как «крупнейший морской курорт мира», отражение «технических достижений 1930-х» и «свидетельство рабочих и производственных отношений своей эпохи». За послевоенные годы Прора частью была заброшена, частью – разрушена, частью – перестроена. В 2000-е ее по частям продали инвесторам, которые перестраивают ее, каждый по своему вкусу, в гостиницы и жилье со спа- и фитнес-центрами. Только последний, пятый корпус остается в собственности местных властей: там открыт молодежный хостел на 400 мест.
Примечательно, что в Проре нет государственного информационного центра, лишь небольшой музей, основанный НГО, и музей армии ГДР (этот период истории комплекса тоже содержит драматические и трагические страницы), также открытый без участия государства.


Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
План курортного комплекса в 1945 и в 2009 (отмечены реализованные и не реализованные части). Автор изображения: Presse03 via Wikimedia Commons. Лицензия Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков



Денис Есаков, фотограф, художник:
«Гуси, несущие Нильса к шведскому острову Готланд, опасаются, что буря их унесет на остров Рюген. Он южнее, за Балтийским морем, которое в немецком языке – Восточное (Ostsee). Гуси спаслись от бури. А я прошлой осенью приезжаю на Рюген на поезде из Берлина и еду в Прору, курорт между двумя портами Бинц и Засниц. Вдоль побережья тянутся пять корпусов-расчесок по 470 метров каждый, между ними клуб, а чуть в стороне – два заброшенных корпуса поменьше. Общая протяженность – около четырех километров.
Я искал явные следы того, что это был нацистский курорт. Но их нет. Есть музей истории Проры. Ну и сам масштаб выдает время: такие гигантские, имперские объекты могли построить только «великие» модернисты XX века. В остальном это милый курорт с отличным предложением недвижимости, кафе, отелями, пляжем и лесом на берегу. Как и эстонское побережье, напоминает ландшафтные фантазии Нарнии».

Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков



Елена Маркус, архитектор, историк архитектуры, преподаватель Мюнхенского технического университета (TUM):
«Я была в Проре два раза: первый – в начале 2000-х, когда я училась на архитектора в Берлине, второй – в 2017-м. Когда я была студенткой, шла дискуссия: что делать с этим комплексом? Денег на реставрацию нет, инвесторам он не нужен, сносить, так как он памятник, тоже нельзя.
В тот приезд меня поразило в Проре романтическое запустение. Это огромное сооружение длиной больше четырех километров, перед ним – линия сосен и пустой пляж. Я даже не дошла до последнего корпуса. Меня потрясла монументальность Проры, причем развивающаяся не ввысь, а вширь. Еще это оказалась необыкновенно интересная архитектура, что было странно – как может вызывать воодушевление архитектура национал-социализма? Пусть даже это санаторий. Я написала об этом текст, чтобы разобраться, по крайней мере, для себя: почему важно сохранять монументальную архитектуру той страшной эпохи, и что именно может вызывать к ней интерес. С одной стороны, это, конечно, романтика руин. С другой – двойственность монументальности, воспринимаемой прежде всего с высоты птичьего полета. При этом Прора изгибается вдоль линии берега, поэтому никогда ее не видишь полностью, и ее масштаб скрадывается, не так противопоставлен человеку. Однако этот масштаб вне города, в приморском ландшафте, все же действует очень сильно.
Еще неожиданным было сочетание традиционных по форме жилых корпусов и планировавшихся между ними общественных блоков с изгибами совершенно как у Эриха Мендельсона (построен был лишь один, и до сих пор он в запустении). До того мне не было понятно, насколько модернизм также был частью национал-социалистической архитектуры. Очевидно, что архитектура национал-социализма включала в себя разные стили – неоклассическую Рейхсканцелярию, «псевдодеревенские» поселки, функционализм автобанов с эстакадами и фабрик, но тут эти стили соединились в одном здании.
В 2017 году Прора уже почти полностью была распродана девелоперам, которые устроили там гостиницы, в том числе по типу апартаментов, и квартиры на продажу, причем инвесторская санация никак не учитывает историю этого комплекса. Реконструкция совсем не анонимной постройки по схеме «это не политика, это просто стены» только усиливает тяжелое ощущение твоего присутствия в месте негативной памяти – причем не только нацизма, но и времени ГДР, так как до 1990-х здесь находились армейские казармы и проводились учебные бои, а вся территория Проры была отгорожена колючей проволокой. Но никакой рефлексии нет, билборды предлагают пентхаусы как «кусочек неба над Рюгеном» с «пляжем мечты» сразу за дверью, об истории напоминает лишь пометка о налоговой скидке, так как это объект наследия: какого именно – не уточняется.
То есть инвесторы изо всех сил обеляют Прору, причем буквально: красят белой краской. Происходит вытеснение темы «сложного» наследия, что в целом типично для современной Германии. Вопреки распространенному мнению, построек времени нацизма сохранилось там очень много, но их не замечают, они никак не «тематизируются». Общество до сих пор не понимает, как ему об этом говорить, так как это пока не давняя история, как войны с Наполеоном, она имеет отношение к сегодняшнему дню.
В прошлом семестре моим студентам прочла лекцию архитектурный фотограф Беттина Локеман, которая, приехав преподавать в Брауншвейг, совершенно случайно обнаружила там массу зданий нацистского времени, однако они лишены каких-либо пояснительных стендов или табличек. Это никак не высказываемая, но общепринятая норма отношения к такой архитектуре: молчание. Интересно, что документационнo-информационный центр периода национал-социализма (NS-Dokumentationszentrum) открылся в Мюнхене, «столице движения», как его называли при нацизме, лишь в 2015-м, да и то только благодаря многолетним усилиям профессора истории архитектуры TUM и первого директора университетского музея архитектуры Винфрида Нердингера (он стал и первым директором этого центра).
На этом фоне не удивляет, что в Проре есть лишь небольшой негосударственный музей, но ни одного стенда или таблички. Конечно, здесь велика вина властей, которые продали такой сложный объект инвесторам без какой-либо концепции.
Естественно, эту огромную постройку наивно было бы сохранять как руину, ее надо было оживлять – но работать с ней осознанно. Нужен был архитектурный проект, ставящий вопросы – что такое масштаб и «серийность» Проры, как с ними обходиться? Их надо подчеркивать или усмирять, формулировать свое отношение, «тематизировать» – но только не игнорировать, как получается сейчас, и тогда любой турист сразу, без таблички, поймет, что это не просто курорт на морском берегу.»
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков
Курортный комплекс Прора на острове Рюген. Фото © Денис Есаков

06 Февраля 2019

Денис Есаков

Авторы текста:

Денис Есаков, Елена Маркус
«Любимый пациент»
В Берлине открывается после реконструкции и реставрации по проекту David Chipperfield Architects Новая национальная галерея – позднее творение Людвига Мис ван дер Роэ.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Наследие модернизма: Artek и ресторан Savoy
Ресторан Savoy в Хельсинки с интерьерами авторства Алвара и Айно Аалто вновь открыл свои двери после тщательной реставрации и реконструкции. Savoy был обновлен лондонской студией Studioilse в сотрудничестве с финским мебельным брендом Artek, Городским музеем Хельсинки и Фондом Алвара Аалто.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Передышка на Манхэттене
Перестройка вестибюля небоскреба-«шкафа» Сони-билдинг Филипа Джонсона на Манхэттене: бюро Snøhetta запретили трогать фасад, который теперь получил статус памятника, зато им удалось устроить внутри большой зимний сад.
Технологии и материалы
Шесть общественных комплексов, реализованных с применением...
Технологии КНАУФ АКВАПАНЕЛЬ® давно завоевали признание в отечественной строительной отрасли. Особенно в области общественных зданий, к которым предъявляются особые требования по безопасности, огнестойкости, вандалоустойчивости. При этом, технологии «сухого строительства» значительно сокращают монтажные работы.
Кирпич плюc: с чем дружит кладка
С какими материалами стоит сочетать кирпич, чтобы превратить здание в архитектурное событие? Отвечаем на вопрос, рассматривая знаковые дома, построенные в Петербурге при участии компании «Славдом».
Pipe Module: лаконичные световые линии
Новинка компании m³light – модульный светильник из ударопрочного полиэтилена. Из такого светильника можно составлять различные линии, подчеркивая архитектуру пространства
Быстро, но красиво
Ведущий производитель стеновых ограждающих конструкций группа компаний «ТехноСтиль» выпустила линейку модульных фасадов Urban, которые можно использовать в городской среде.
Быстрый монтаж, высокие технические показатели и новый уровень эстетики открывают больше возможностей для архитекторов.
Фактурная единица
Завод «Скрябин Керамикс» поставил для жилого комплекса West Garden, спроектированного бюро СПИЧ, 220 000 клинкерных кирпичей. Специально под проект был разработан новый формат и цветовая карта. Рассказываем о молодом и многообещающем бренде.
Чувство плеча
Конструкция поручней DELABIE из серии Nylon Clean дает маломобильным людям больше легкости в передвижениях, а специальное покрытие обладает антибактериальными свойствами, которые сохраняются на протяжении всего срока эксплуатации.
Красный кирпич от брутализма до постмодернизма
Вместе с компанией BRAER вспоминаем яркие примеры применения кирпича в архитектуре брутализма – направления, которому оказалось под силу освежить восприятие и оживить эмоции. Его недавний опыт доказывает, что самый простой красный кирпич актуален.
Может быть даже – более чем.
Стекло для СБЕРа:
свобода взгляда
Компания AGC представляет широкую линейку архитектурных стекол, которые удовлетворяют современным требованиям к энергоэффективности, и при этом обладают превосходными визуальными качествами. О продуктах AGC, которые бывают и эксклюзивными, на примере нового здания Сбербанк-Сити, где были применены несколько видов премиального стекла, в том числе разработанного специально для этого объекта
Искусство быть невидимым
Архитекторы Александра Хелминская-Леонтьева, Ольга Сушко и Павел Ладыгин делятся с читателями своим опытом практики применения новаторских вентиляционных решеток Invisiline при проектировании современных интерьеров.
«Донские зори» – 7 лет на рынке!
Гроссмейстерские показатели российского производителя:
93 вида кирпича ручной формовки, годовой объем – 15 400 000 штук,
морозостойкость и прочность – выше европейских аналогов,
прекрасная логистика и – уже – складская программа!
А также: кирпичи-лидеры продаж и эксклюзив для особых проектов
Дома из Porotherm
на Open Village 2022
Компания Wienerberger приглашает посетить выставку
Open Village с 16 по 31 июля
в коттеджном поселке «Тихие Зори» в Подмосковье. Этим летом вы сможете увидеть 22 дома, построенных по различным технологиям.
Вопрос ребром
Рассказываем и показываем на примере трех зданий, как с помощью системы BAUT можно создать большую поверхность с «зубчатой» кладкой: школа, библиотека и бизнес-центр.
Тульский кирпич
Завод BRAER под Тулой производит 140 миллионов условного кирпича в год, каждый из которых прослужит не меньше 200 лет. Рассказываем, как устроено передовое российское предприятие.
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Своя игра
«Новые Горизонты» предлагают альтернативу импортным детским площадкам: авторские, надежные и функциональные игровые объекты, которые компания проектирует и строит уже больше 20 лет.
Сейчас на главной
Школа как сообщество
Лондонское бюро AdjoubeiScott-Whitby Studio превратило здание Александровского училища в Калуге в уникальную школу на 150 учеников. Здание начала XX века адаптировали под британскую образовательную систему – как в программном смысле, так и в архитектурном.
Пена дней
В интерьере ресторана Sparkle бюро Archpoint переосмысляет эстетику винных погребов и обращается к образам, связанным с игристым вином – пузырькам, пене и жизнелюбию.
Небоскреб с оазисами
В Сингапуре завершено строительство небоскреба по проекту архитекторов BIG. Управляющим системами здания искусственным интеллектом и другими цифровыми компонентами занималось бюро CRA – Carlo Ratti Associati.
Королевство зеркал
На XXX по счету Зодчестве столько решеток и зеркал, что эффект дробления реальности на кусочки многократно усиливается. Только ради этого ощущения стоит посетить фестиваль. Но кроме того выставка богата, разнообразна и работает как хорошо отлаженная машина по всем направлениям: губернскому, студенческому, арт-объектному, круглостольному и прочим. Делать бы и делать такие фестивали.
Руин-бар
Нижегородский бар, спроектированный Fruit Design Studio, совмещает эстетику запустения с дворцовой роскошью, созданной из черновых материалов – бетона, армированного стекла и грубого металла.
Обещания и надежды
Объявлены шесть лауреатов Премии Ага Хана 2022. Они обещают лучшее будущее людям, демонстрируют новаторство и заботу о природе.
Оазис в дождливом городе
Бюро MAD Architects разработало интерьер первого в Петербурге коворкинга сети SOK. Его отличительная черта – обилие зелени и элементов биофильного дизайна, характерная для города колористика и отсылки к литературному наследию.
KOSMOS: «Весь наш путь был и есть – поиск и формирование...
Говорим с сооснователями российско-швейцарско-австрийского бюро KOSMOS Леонидом Слонимским и Артемом Китаевым: об учебе у Евгения Асса, ценности конкурсов, экологической и прочей ответственности и «сообщающимися сосудами» теории и практики – по убеждению архитекторов KOSMOS, одно невозможно без другого.
Глядя в небо
В Саратове названы победители фестиваля короткометражных любительских роликов, посвященных архитектуре. Фильм, приглянувшийся редакции, занял 1 место. Размышляем о типологии, объясняем выбор, «показываем кино».
Заплыв за книгами
Водоем на кровле у библиотеки в провицнии Гуандун сделал ее «подводной»: читатели как будто ныряют туда за книгами. Авторы проекта – 3andwich Design / He Wei Studio.
Мои волжские ночи
Павильон для кинопоказов и фестивалей на набережной Саратова: ажурные стены, пропускающие речной простор, и каннская атмосфера внутри.
Японский дворик
Концепция благоустройства жилого комплекса у Москвы-реки, вдохновленная модернистскими садами и японскими традициями: гравюры Кацусика Хокусай, герои Хаяо Миядзаки и пространства для созерцания.
Лекции отменяются
Новый корпус Амстердамского университета прикладных наук рассчитан на новый тип образования: меньше лекций, больше проектной работы.
Лаборатория для жизни
Здание Лаборатории онкоморфологии и молекулярной генетики, спроектированное авторским коллективом под руководством Ильи Машкова («Мезонпроект»), использует преимущества природного контекста и предлагает пространство для передовых исследований, дружественное к врачам и пациентам.
Индустриальная романтика
Atelier Liu Yuyang Architects превратило заброшенный корпус теплоэлектростанции и часть территории набережной реки Хуанпу в Шанхае в атмосферное городское пространство, романтизирующее промышленное прошлое территории.
Архивуд–13: Троянский конь
Вручена тринадцатая по счету подборка дипломов премии АрхиWOOD. Главный приз – очень предсказуемый – парку Веретьево, а кто ж его не наградит. Зато спецприз достался Троянскому коню, и это свежее слово.
Судьбы агломерации
Летняя практика Института Генплана была посвящена Новой Москве. Всего получилось 4 проекта с совершенно разной оптикой: от масштаба агломерации до вполне конкретных предложений, которые можно было, обдумав, и реализовать. Рассказываем обо всех.
Твой морепродукт
Пожалуй, первая в истории Архи.ру публикация, в которой есть слово «сексуальный»: яркий и чувственный интерьер для рыбного ресторана без прямых линий и прямолинейных намеков.
Каньон для городской жизни
В Амстердаме открылся комплекс Valley по проекту MVRDV: архитекторы соединили офисы, жилье, развлекательные заведения и даже «инкубатор» для исследователей с многоуровневым зеленым общественным пространством.
Интерьер как пейзаж
Работая над пространствами отеля в Светлогорске, мастерская Олеси Левкович стремилась дополнить впечатления, полученные гостями от природы побережья Балтийского моря.
Законченный образ
Каркасный дом с тремя спальнями и террасой, для которого архитекторы продумали не только технологию строительства, но и обстановку – вся мебель и предметы быта также созданы мастерской Delo.
Маяк на сопке
Смотровая площадка, построенная в рамках проекта «Мой залив», дает жителям Мурманска возможность насладиться природой родного края, поймать северное солнце или укрыться от непогоды.