Программу BA (Hons) Interior Architecture and Design БВШД часто путают с курсом по дизайну интерьеров. Тем не менее архитектурная составляющая для нее – ключевая. Мы поговорили с архитекторами-преподавателями Британки, попросили рассказать об особенностях программы и показать, над чем работают студенты.
Кураторы программы BA (Hons) Interior Architecture & Design – Джозеф Ван дер Стин, Джеймс О’Брайан:
«Четкая грань между внешним и внутренним размывается в отношении комнаты к зданию, здания к кварталу, квартала к району и района к городу, экстерьер и интерьер становятся непрерывной составляющей сложной неоднородной городской структуры. Мы учим студентов критически рассматривать город, изучать его, принимая вызов контекста и учитывая современный глобальный архитектурный дискурс, а также вдохновляться локальной историей. В рамках учебных проектов исследуются возможности адаптации и программирования зданий в постоянно меняющейся городской среде. Сложность сочетания истории и культуры, политики и экономики, общества и города формируют особенный, интересный для изучения контекст. На программе затрагивается два основополагающих вопроса: Что такое правильное здание и каков его потенциал? Каким образом правильное здание может качественно изменить городскую среду?
Бакалавриат Interior Architecture and Design БВШД в Индии. Фотография предоставлена БВШД
Баня 1 к 1. Фотография предоставлена БВШД
В 2016-17 учебном году наши проектные студии трех курсов бакалавриата исследовали различные по масштабу и сложности, характерные пространства Москвы:
– первый курс занимался осмыслением базовых функций и форм, того, как пользователь и архитектор влияют на них. Двигаясь от простого к сложному, студенты смогли ощутить различные масштабы пространств и узнать принципиальные методы работы с ними.
– второкурсники рассматривали проблемы пористости «закупоренности» Москвы на примере «недостроев», неиспользуемых и заброшенных зданий, среди которых оказалась забытая жемчужина конструктивизма – рабочий клуб завода «Серп и Молот» по проекту Игнатия Милиниса.
– третий курс изучал потенциал сохранения и адаптации зданий и неосвоенных территорий, спальных районов и промышленных зон вокруг МЦК в контексте неминуемого сноса и уничтожения памяти места».
***
Выставка Interior Architecture and Design БВШД. Фотография предоставлена БВШД
Макет кровли. Фотография предоставлена БВШД
Изготовление макета кровли в процессе. Фотография предоставлена БВШД
Макет перголы. Фотография предоставлена БВШД
Павильоны для keune. Фотография предоставлена БВШД
Павильоны для keune. Фотография предоставлена БВШД
Печка. Фотография предоставлена БВШД
Печка в процессе строительства. Фотография предоставлена БВШД
Строительство портика. Фотография предоставлена БВШД
Павильоны для keune. Фотография предоставлена БВШД
Стройка keune. Фотография предоставлена БВШД
Процесс проектирования. Фотография предоставлена БВШД
Первый курс
В рамках первого модуля «Representing Space» студенты знакомятся с пространством как главным материалом и основными конвенциями его репрезентации.
Франциска Дедерер, 1 курс БВШД. Пространство вестибюля станции метро “Автозаводская”. Изображение предоставлено БВШД
Второй модуль «Anatomy of Space» посвящен осознанию пространства как многогранного концепта, связанного не только с объемом, но и с другими физическими и метафизическими аспектами. Серия заданий, помогающих воспринять и опробовать архитектуру как процесс, как череду исследований и размышлений, открывающих мыслительную и гуманитарную сторону профессии – взаимосвязь архитектуры с культурным, социальным и политическим контекстами. В рамках «Anatomy of Space» студенты впервые сталкиваются с фигурой заказчика, которого они должны найти, для того чтобы придумать для него сначала многофункциональный предмет мебели, а затем организовать вокруг него и всё жилое пространство, основываясь на пожеланиях заказчика.
Франциска Дедерер, 1 курс БВШД.
Жилище. Вид в окружении. Изображение предоставлено БВШД
Кристина Микрюкова, 1 курс БВШД. Многофункциональный предмет мебели. Изображение предоставлено БВШД
Оят Шукуров, ведущий преподаватель BA (Hons) Interior Architecture and Design: «Важное место в первом семестре занимает воркшоп под названием «Introducing Materiality», посвященный изучению строительных практик. Он состоит из двух частей, сначала студенты изучают фрагмент существующей постройки, вычерчивая ее и создавая ее макет, стараясь отразить методы возведения и узлы с наибольшим количеством подробностей. Во второй части этого модуля, студенты знакомятся с кирпичной кладкой, видами кирпича и растворов, типами швов и штукатурок. Результат этого модуля – кирпичные колонны спроектированные и возведенные студентами».
Франциска Дедерер, 1 курс БВШД. Интерьерные виды жилища. Изображение предоставлено БВШД
Воркшоп под названием «Introducing Materiality». Фотография предоставлена БВШД
Во втором семестре, уже имея представления о базовых этапах проектной работы, техниках рисунка, черчения и изготовления макетов, студенты приступают к третьему модулю, «Serious Play», на который отведен целый семестр. Если предыдущий модуль сконцентрирован на переходе от объекта к пространству, содержащему его, и единственной их функции – жилой, то в этом модуле студенты берутся за преобразования того или иного участка в городе, состоящего из множества пространств, имеющих разные функции. Цель семестра не только углубить и расширить знания, полученные ранее, но и осознать пространство, как сложную систему взаимодействующих субъектов, и найти пути его трансформации.
Воркшоп под названием «Introducing Materiality». Фотография предоставлена БВШД
В этом учебном году студенты занимались изучением возможностей преобразования гаражного кооператива в маленькое самодостаточное селение.
Между членами группы были распределены базовые функции (мэрия, полиция, библиотека, банк, медицинское заведение, пекарня, крематорий и т.д.), которые каждый студент должен был исследовать и, после размышлений о природе той или иной функции, найти в обсуждении с группой место для своего объекта и выработать программу для него, после чего объект спроектировать.
Групповой макет гаражного кооператива с интервенциями для модуля “Serious Play”. Фотография предоставлена БВШД
Работа 1 курса бакалавриата Interior Architecture and Design БВШД. Изображение предоставлено БВШД
Работа Юлии Осиной, студентки 1 курса бакалавриата Interior Architecture and Design БВШД. Изображение предоставлено БВШД
Работа Юлии Осиной, студентки 1 курса бакалавриата Interior Architecture and Design БВШД. Изображение предоставлено БВШД
Работа 1 курса бакалавриата Interior Architecture and Design БВШД. Изображение предоставлено БВШД
Второй курс
Обращаясь к Вальтеру Беньямину и к категории «пористости», мы считаем, что московские городские «поры» сильно забиты. Бриф предлагает студентам поразмышлять о «восстановлении пористости» Москвы. Студентам необходимо найти и идентифицировать «забитые поры» города, тщательно изучить их, сформулировать проблему в результате анализа, а затем прийти к комплексному проектному решению, которое позволяет «включить» эти пространства, вернуть их городу.
Структура брифа методично и последовательно комбинирует теорию с практикой, исследование и проектирование, одновременно с этим, поставленные задачи симулируют действительные проектные этапы, изложенные в стандартах и рекомендациях RIBA. Учебный модуль и бриф рассчитан на развитие у студентов критических и аналитических навыков, а также различных техник репрезентации.
Михаил Микадзе, ведущий преподаватель BA (Hons) Interior Architecture and Design: «Город для нас есть некое первичное внутреннее пространство для спора и изучения. В частности нас интересуют метаморфозы городского пространства, поэтому мы со студентами внимательно исследуем потенциал существующих морфем Москвы, будь то первые этажи жилых домов, заброшенные или неиспользуемые здания, объекты инфраструктуры и иные, так называемые, «городские неудобья».
Первым делом мы просим студентов заняться фланерством по, казалось бы, известному им пространству и попытаться в процессе этого «проживания» по-новому взглянуть на привычное, прочувствовать характер пространства и отношение между человеком и средой его обитания. Результатом фланерства является обнаружение городской «закупоренности», будь то недострой из 90-ых, ничего не производящий завод или же заколоченный объект культурного наследия. Следующим этапом исследования студенты рассматривают эти здания или пространства с точки зрения ценностей как общекультурных так и непосредственно личных. Нам интересно рассматривать Москву сквозь призму формулы Лефевра «право на город», где центральным моментом является право на изменение сложившегося порядка вещей – в сторону лучшего порядка.
Таким образом, постепенно погружаясь в процесс понимания пространства через поиск и вырабатывание субъективного нарратива и происходит формирование критического мышления – краеугольного камня всей профессиональной деятельности, что, в свою очередь, приводит к проектам осмысленным, ответственным и прочувствованным».
***
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция Александра Ивашкевич
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Изображение предоставлено БВШД
Клуб рабочих завода «Серп и Молот» является ярчайшим примером беспощадности времени и безответственности нашего общества. Крайне симптоматично, что памятник авангарда, выявленный объект культурного наследия, охраняемый государством, превратился в руину. Первоначально, концепция культурного комплекса была задумана и спроектирована Игнатием Милинисом в 1927-33 гг. «Серп и Молот» стал отражением ключевых принципов конструктивизма: свободная планировка, крупное ленточное остекление, приподнятый на пилонах первый этаж, открытые террасы на крыше. Комплекс являлся манифестом возрождения плановой экономики во время первого Пятилетнего плана. Здание претерпело существенные изменения в ходе реконструкции 50-х годов: фасады и интерьеры были украшены пилястрами, розеттами и другими несвойственными архитектуре авангарда деталями. В 70-х пространство между пилонами было застроено дополнительными помещениями. А в самом начале 21-го века интерьер был практически полностью разрушен. В данный момент, лишь полуциркульный портик намекает на былое величие архитектуры авангарда.
Воссозданный на основе бывшего клуба рабочих завода «Серп и Молот» архитектурный институт наследует традиции двух либеральных школ: UNAM и Black Mountain College, которые отстаивали свободу мысли, самовыражение, повышали уровень компетентности, опираясь на практический опыт работы. Проект архитектурной институции состоит из четырех основополагающих частей целого: теории, практики, этики и политики. Ядром данного проекта является существование архитектурной практики на кампусе. Обычно закрытое для широкой аудитории бюро превращается в доброжелательную, открытую рабочую среду, интегрирующую теорию с непосредственной практикой. Вопрос взаимодействия архитектуры и общества отражается в открытых общественных пространствах проектируемой институции, позволяющих проводить открытые презентации, встречи, лекции и другие публичные мероприятия. Проект кампуса также предусматривает жилой корпус, предоставляющий возможность постоянного пребывания в архитектурной среде.
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Интерьер. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Интерьер. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Фото детали. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Мастер-план. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Ситуационный макет. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Отпечатки памяти. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Макет. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Концепция. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Аксонометрия. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Разрез 1. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД.
СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Разрез 2. Изображение предоставлено БВШД
***
Культурный центр и архив
Полина Муравинская
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
«Человек смертен, и его единственная возможность стать бессмертным состоит в том, чтобы оставить после себя нечто бессмертное», – Уильям Фолкнер.
Недостроенный гаражный комплекс на улице Большая Декабрьская 11 находится между Армянским и Ваганьковским кладбищем в жилом районе на северо-западе Москвы. Этот объект является уникальным, так как является барьером между «жизнью» и «смертью» в эмоциональном и физическом плане, где «смерть» – это кладбище, а «жизнь» – это жилой район по соседству. Для предотвращения приближения кладбища к жилой среде, снос здания абсолютно исключен. Общей концепцией проекта стала тема Жизни, Смерти и Бессмертия. Согласно этой концепции Культурный центр и архив – это место процессов, которые можно описать, как бессмертные: информация и воспоминания, собранные в архиве, а также результаты творческой и научной деятельности, проходящие в центре, и есть воплощение бессмертия.
Культурный центр и архив является плавным переходом между двумя контрастными зонами, потому что он обладает как функционалом для посетителей кладбища, так и для обычных людей. В Центре есть цветочный магазин, который находится прямо напротив входа на кладбище. Он невидим для местных жителей, но удобно расположен для посетителей кладбища. В проекте также предусмотрено пространство для медитации, где люди могли бы провести время после посещения кладбища. Они также могут посетить библиотеку, архив и небольшое кафе, которые расположены на первом этаже культурного центра, или посетить мастер-классы, лекции и выставки, которые находятся на втором этаже. Посетители центра также могут подняться на террасу на третьем этаже или перейти в один из внутренних дворов, в которые есть выходы из каждого помещения центра. Проект также призван решить некоторые очевидные проблемы, вызванные недостроенным состоянием объекта. В частности, сделать удобный вход на кладбище и перевести все ритуальные услуги с первых этажей жилых зданий в этом районе.
Проект также предусматривает существенные изменения в существующей структуре здания. Без изменений были оставлены только коммуникационные узлы – лестницы и рампа, а также колонны, которые задают навигацию по зданию. Фасад здания, выходящий на кладбище, скрывает его пейзаж от посетителей. Первый этаж создает чувство защищённости за счёт минимального использования дневного света и аскетичности форм. Второй этаж является просторным с рассеянным мягким светом в течении всего дня. Площадь мастерских имеет систему мобильных перегородок, которые при необходимости делят одно большое пространство на несколько разных по размеру.
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
***
Третий курс
Заключительный дипломный год обучения позволяет учащимся объединить все свои навыки для проведения широкого круга исследований и разработки комплексного архитектурного проекта. В этом году мы рассмотрели вопрос о размещении жилья и общественных пространств в промышленных зданиях 20-го века и порассуждали о том, как их повторное использование может служить основой того, как мы думаем о городе, о его наследии и общих стандартах жилья и пространства.
Наследие в последние годы все чаще становится ненужным современной Москве ввиду своей «несовременности», опускается вопрос последствий стирания памяти о городе. Таким образом наследие стало поляризованной темой в более широком контексте развития или регенерации города, нужно ли помнить о прошлом, чтобы двигаться в будущее?
В этом году мы сосредоточились на открытии MЦК и промышленных территорий, расположенных поблизости от новых станций на этой транспортной артерии. Интеграция этой железнодорожной линии в гражданскую инфраструктуру города, в отличие от промышленной сети, открывает потенциал для перестройки этих районов Москвы, которые в основном являются промышленными для жилья и общественных удобств.
Мы критически посмотрели на здания и дворы в этих районах, чтобы определить их потенциал для повторного использования с намерением предложить альтернативное мышление постоянному циклу сноса и реконструкции, который пронизывает любой город. Уделяя особое внимание определению наследия промышленной архитектуры 20-го века, мы активно пытаемся интегрировать существующий строительный фонд города в его идею о будущем.
Год был структурирован таким образом, чтобы каждый модуль мог быть интегрирован в тему дипломного проекта, чтобы создать единое синтетическое поле. В течение первого семестра через каждый модуль мы критически оценивали районы, в которых находилось здание, и составляли подробный индивидуальный отчет для каждого участка (модуль «Generator»), проводили технический осмотр и анализ зданий, рассматривали их структурное состояние и потенциал (модуль «Contemporary Technologies»), а также углублялись в теоретических аспектах, изучая интеллектуальные наработки в отношении жилья в течение всего 20-го века (модуль Degree Essay). Во втором семестре мы методично приступили к проектированию, тщательно тестируя и моделируя те или иные идеи. При работе со зданиями и прилегающими участками важно не только уловить характер этого пространства и артикулировать его, но также обеспечить современные стандарты жизни. Эти два условия не являются взаимоисключающими и с более критическим подходом к городу и тем, как мы можем восстановить наш существующий строительный фонд, получается интегрировать «память места» в будущее своего города. Это достигается с помощью концептуально выверенного и технически строгого процесса исследования и тестирования идей. Мы стремимся к проектным предложениям, которые сочетают архитектурное мышление с технической и инженерной реальностью. Так, проекты выпускников нашей программы, рассматривают проблему повторного использования зданий во всей полноте, принимая во внимание все разнообразие факторов влияющих на городское пространство и общество.
***
Новая Хохловка Евгения Хашимова
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Анализ освещения существующего положения. Изображение предоставлено БВШД
С появлением МЦК, некоторые прилегающие индустриальные территории сразу же попали во внимание девелоперов, в то время как остальные все еще находятся в плачевном состоянии.
Один из таких примеров – Нижегородский район. В век индустриализации земля, принадлежащая деревне Хохловке, была полностью застроена фабриками и заводами, на смену деревенским жителям пришли рабочие, а напоминанием об историческом поселении осталось только название улицы.
Сегодня район, известный как самая крупная индустриальная территория города, по факту таковым не является, так как большинство предприятий уже заброшены. Люди, проживающие здесь, страдают от неудобств, связанных с градостроительным планом места, его изолированностью и нехватки простейших функций, необходимых для жизни.
Таким образом, целью проекта стал поиск возможностей развития территории так, чтобы она вписывалась в современный характер города, но при этом не потеряла и свой собственный.
Так как на территории полностью отсутствуют любые виды медицинских учреждений, было принято решение адаптировать выбранное место – заброшенную советскую прачечную – под жилой комплекс с функцией клиники на первых этажах.
Особенностью нового жилища стала цель вернуть дух общности, характерный как для деревенских жителей, так и для рабочего класса, посредством создания серии общественных и частных пространств.
Подобная система решит проблему разделения потоков, хаотичного наложения различного рода пространств друг на друга и в то же время поможет привнести дружественную, схожую с деревенской, атмосферу.
Ценность проекта заключается в том, что, сохраняя особенности пространств, с которыми мы работаем, более значимые и глобальные аспекты могут быть сохранены. То есть, попытки найти подход к уже существующей архитектуре и поиски путей для ее адаптации под новые функции, помогают людям, населяющим территории, продолжать сложившийся образ жизни и сохранять связь со своей культурой и историей.
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Вид из окна. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Внутренний двор. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Галерея. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Коллаж. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Макет (1:25). Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Макет существующего положения. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Макет. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Мастер-план. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Макет существующего положения. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Планировка квартиры. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Разрез через двор. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Типовой жилой этаж. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Первый этаж. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Существующее положение. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Ценности. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Ситуационный план. Изображение предоставлено БВШД
***
Ростокинская фабрика Труд
Александра Ушакова
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Изображение предоставлено БВШД
Создание общественной среды на территории Ростокинской фабрики меха – это формирование точки притяжения и интеграции жилых микрорайонов района Ростокино. Прежде всего – Это внедрение необходимой городской инфраструктуры для нынешних и будущих жителей, которое связано с развитием базовых услуг и появлением культурных и образовательных программ. Жилая часть проекта – это другой подход к проектированию апартаментов по сравнению с жилыми комплексами, которые в настоящее время находятся в стадии строительства вблизи самого района и в рамках МЦК. Величина пространства, высота потолков и количество дневного света уже существующей структуры фабричных зданий являются потенциальными преимуществами, на основе которых создается нетиповой дизайн квартир, а также достижение комфортности полузакрытых общественных пространств.
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд.
Визуализация двора. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд.
Визуализация квартиры. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд.
Коммунальное пространство. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Мастер-план. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Планировки – жилой этаж. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Поиск. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Разрез. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Ситуационный макет. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Существующее положение и зоны. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд.
Топография местности. Изображение предоставлено БВШД
Следующая фаза или подземные эксперименты. Часть...
Способность к постоянной эволюции – это одно из особых качеств московского метрополитена. Особый интерес представляет непрекращающийся поиск нового дизайна для строящихся станций метро. Недавний триумф нескольких проектов, реализованных по итогам конкурсов, кажется, вдохновил город на дальнейшие эксперименты, но уже без состязательной компоненты и, в большинстве случаев, без имен авторов проектов.
Стиль как фантом и фактор единения
Московский архитектурный рынок середины 2020-х годов отличает жестокая конкуренция в сочетании с отсутствием внятных правил игры. Борьба за заказы идет нешуточная. И все же в одном вопросе игроки этого рынка проявляют поразительное единодушие: все как один выступают против внедрения единого архитектурного стиля. Соответствующую позицию, если верить инсайдерам, высказали топовые архитекторы столицы, приглашенные в конце мая-начале июня на серию неформальных встреч с представителями городских властей. Собственно, и на первом из двух круглых столов про стиль в рамках последней «Арх Москвы», организованном бюро «Эмпейт» совместно с бюро «Остоженка», – «А был ли мальчик? Стиль как фантом и фактор единения» – зодчие не особо стеснялись в выражениях, отстаивая свое право работать в оригинальной творческой манере. Предлагаем ознакомиться с тезисами той дискуссии.
Дизайн баров в СССР на примере Риги 1980-х
Основатель бюро «Архип» Евгений Леонов составил впечатляющую подборку интерьеров рижских баров и ресторанов, которые за 50 лет не потеряли привлекательности: мягкая кожа, латунь, стеклоблоки и деревянные панно выглядят как никогда актуально. Но главный секрет очарования этих пространств – в тотальном дизайне и индивидуальном подходе, часто вынужденном из-за дефицита. Консультант в подготовке обзора – мама архитектора, Галина Шепсе-Леонова.
Пространственный сдвиг
Петербургский Манеж продолжил серию архитектурных инсталляций работой бразильского художника Роммула Вьейра Консейсана: на этот раз площадь перед западным фасадом украсил лабиринт из оград и цветного поликарбоната.
NEXT 2026: моя утопия
Куратор NEXT Амир Идиатулин призвал участников спецпроекта Арх Москвы – 10 молодых бюро из разных городов России – воспользоваться утопическим мышлением, чтобы шагнуть далеко вперед и попытаться стать визионерами. Получилось не у всех, но сработал эффект синергии, все-таки создав поле для дискуссий и размышлений. Так ли плох диссонирующий объект, поможет ли аэромобиль сохранить свои корни горцу и где можно прикоснуться к идеалу – рассказываем в нашем обзоре экспозиции.
В поисках идеала: что смотреть на АРХ Москве 2026
Завтра в Гостином дворе стартует 31 по счету АРХ Москва. Участникам и гостям предложено отправиться на поиски идеала – именно так заявлена в этом году тема форума. Составили подборку того, на что можно обратить внимание. Она субъективная – виднее, конечно, будет на самой выставке. Приходите.
Казанские перформансы
В последние дни мая в Казани в шестой раз пройдет независимый фестиваль медиаискусства НУР, объединяющий медиахудожников, музыкантов и перформеров со всего мира. Организаторы фестиваля стремятся показать знаковые архитектурные объекты Казани с другого ракурса, открыть скрытые исторические части города и погрузить зрителей в новую реальность. Особое место в программе занимают музыкально-световые инсталляции. Рассказываем, что ждет гостей в этом году.
Градостроительство в тисках нормирования?
В рамках петербургского форума «Архитектон» бюро «Эмпейт» и Институт пространственного планирования Республики Татарстан организовали день градостроительства – серию из трех дискуссий. Один из круглых столов был посвящен взаимовлиянию градостроительной теории и нормирования. Принято считать, что регламенты сдерживают развитие городов, препятствует появлению ярких проектов. Эксперты из разных городов и институций нарисовали объемную картину: нормы с трудом, но преодолеваются; бывает, что их гибкость приводит к потере идентичности; зачастую важна воля отдельной личности; эксперимент, выходящий за рамки градостроительного нормирования, все же необходим. Собрали для вас тезисы обсуждения.
Примечательности в тренде и вне его.
Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...
Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
От горнолыжных курортов к всесезонным рекреациям
В середине декабря несколько архитектурных бюро собрались, чтобы поговорить на «сезонную» тему: перспективы развития внутреннего горнолыжного туризма. Где уже есть современная инфраструктура, где – только рудименты советского наследия, а где пока ничего нет, но есть проекты и скоро они будут реализованы? Рассказываем в материале.
Рестораны с историей
Рестораны в наш век перестали быть местом, куда приходят для того, чтобы утолить голод – они в какой-то степени заменили краеведческие музеи и стали культурным поводом для посещения того или иного города, а мы с вами дружно и охотно пополнили ряды многочисленных гастропутешественников.
Восходящие архитектурные звезды – кто, как и зачем...
В рамках публичной программы Х сезона фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел презентационный марафон «Свое бюро». Основатели молодых, но уже достигших успеха архитектурных бюро рассказали о том, как и почему вступили на непростой путь построения собственного бизнеса, а главное – поделились советами и инсайдами, которые будут полезны всем, кто задумывается об открытии своего дела в сфере архитектуры.
Экономика творчества: архитектурное бюро как бизнес
В рамках деловой программы фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел паблик-ток «Архитектура как бизнес». Три основателя архитектурных бюро – Тимур Абдуллаев (ARCHINFORM), Дарья Туркина (BOHAN studio) и Алексей Зародов (Syntaxis) – обсудили специфику бизнеса в сфере архитектуры и рассказали о собственных принципах управления. Модерировала встречу Юлия Зинкевич – руководитель коммуникационного агентства «Правила общения», специализирующегося на архитектуре, недвижимости и урбанистике.
Шорт-лист WAF Interiors: Bars and Restaurants
Самый длинный шорт-лист конкурса WAF Interiors – список из 12 интерьеров номинации Bars and Restaurants, включает самые разнообразные места для отдыха, веселья, общения с друзьями и дегустации вкусной еды и напитков. И все это в классной дизайнерской упаковке.
Шорт-лист WAF Interiors: Hotels
Новая подборка интерьеров из шорт-листа конкурса WAF Interiors представляет разнообразные гостиничные форматы, среди которых преобладают разные этнические и экзотические образцы, что не столько говорит о тенденциях в дизайне, сколько о зонах активного развития туристического рынка.
Архитектурный рисунок в эпоху ИИ
Объявлены победители The Architecture Drawing Prize 2025. Это 15 авторов, чьи работы отражают главные векторы развития архитектурной мысли сегодня: память места, экологическую ответственность и критику цифровой культуры.
Шорт-лист WAF Interiors: Retail
Продолжаем серию обзоров интерьеров, вышедших в финал конкурса WAF Interiors, и представляем пять объектов из номинации Retail, в которой развернулась битва между огромным моллом и небольшими магазинами, высокотехнологичными и уютными пространствами, где сам процесс покупки должен быть в радость.
Шорт-лист WAF Interiors: Education
Продолжаем серию обзоров интерьеров, вышедших в финал конкурса WAF Interiors, и представляем пять объектов из номинации Education, каждый из которых демонстрирует различные подходы к образовательным пространствам для детей и взрослых.
Шорт-лист WAF Interiors: Public Buildings
В преддверии фестиваля WAF начинаем публикацию серии обзоров интерьеров, вышедших в финал конкурса WAF Interiors, и предлагаем читателям ARCHI.RU попробовать свои силы в оценке мировых интерьерных тенденций и выбрать своего победителя в каждой номинации, чтобы потом сравнить результаты с оценкой жюри.
Поговорим об истине и красоте
В этом материале – калейдоскоп впечатлений одного дня, проведенного на деловой программе Архитектона. Тезисно зафиксировали содержание дискуссий о возможностях архитектурной фотографии и графики, феномене инсталляций и будущем, которое придет на смену постмодернизму. А еще – на прогулке с Сергеем Мишиным тренировали «метафизическое зрение», которое позволяет увидеть параллельный Петербург.
Несколько причин прийти на «Зодчество»
В Гостином дворе открылся 33 фестиваль «Зодчество». Одновременно с ним на одной площадке пройдут еще два фестиваля: «Наша школа» и «Лучший интерьер». У каждого фестиваля есть своя деловая, выставочная и конкурсная программы. Мы посмотрели анонсы и сделали небольшую подборку событий из всех трех фестивальных программ.
На династической тропе
Дома и таунхаусы комплекса «Царская тропа» строятся в поселке Гаспра – с запада и востока от дворцов бывшей великокняжеской резиденции «Ай-Тодор». Так что одной из главных задач разработавших проект архитекторов бюро KPLN было соответствовать значимому соседству. Как это отразилось на объемном построении, как на фасадах и каким образом авторы используют рельеф – читайте в нашей статье.
Speed-dating с героями 90-х и другие причины пойти на Архитектон-2025
На этой неделе в петербургском Манеже открывается Архитектон – 10-дневный фестиваль с выставкой, премией и деловой программой, которая обещает северной столице встряску: придет ОАМ, будут новые форматы, обсудят намыв, конкурсы, философское и социальное измерение архитектуры. Советуем запастись абонементом и начать составлять график. В этом материале – хайлайты, на которые мы обратили внимание.
В лесах и на горах
В удивительных по красоте природных локациях по проектам «Генпро» строятся сразу два масштабных туристических кластера: один в Заполярье, в окрестностях Салехарда, другой – на Камчатке, у подножия вулкана Вилючинская Сопка.
Дом, в котором
Музей искусств Санкт-Петербурга XX-XXI веков открыл выставку «Фрагменты эпох» в парадных залах своего нового здания – особняка купца Ивана Алафузова на набережной канала Грибоедова. Рассказываем, почему сюда стоит заглянуть тем, кто хочет проникнуться духом Петербурга.
Вся мудрость океана
В Калининграде открылся новый корпус Музея мирового океана «Планета океан». Примечательно не только здание в виде 42-метрового шара, но и экспозиция, которая включает научные коллекции – их собирали около 10 лет, аквариумы с 3000 гидробионтов, а также специально разработанные инсталляции. Дизайн разработало петербургское бюро музейной сценографии «Метаформа», которое соединило все нити в увлекательное повествование.
Технологии и материалы
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Городское планирование для половины страны
Консорциум во главе с ZHA представил концепцию развития и цифровые инструменты для Бенгази, фактической столицы восточной части Ливии, на период до 2050 года.
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.
Бумажные «руины»
В Аптекарском приказе МУАРа открылась первая из трех выставок, представляющих архив оригиналов работ «бумажных архитекторов», переданный Юрием Аввакумовым в дар Музею архитектуры им. Щусева. Представленные работы поражают метафоричностью и глубиной замыслов, виртуозностью исполнения и глубиной пропасти между нашей архитектурной реальностью и миром, в котором они создавались.
Кругосветная петля на Лысой горе
В Самаре подвели итоги XV Международного архитектурного фестиваля имени Виктора Логвинова «ЭкоБерег». Его ключевым событием стало стало награждение победителей Открытого архитектурного конкурса на разработку проекта архитектурно-планировочной организации круглогодичной рекреационной зоны природной территории «Лысая гора» на левом берегу реки Волги. Показываем проекты победителей.
Камень и дерево
Офисное здание в Париже «актуализировано» бюро DTACC architectes с опорой на градостроительную схему Османа и японские традиции деревянной архитектуры.
Прием у залива
На новых намывных территориях Васильевского острова по проекту компании «БалтИнвест-Проект» построена поликлиника. По словам архитекторов, здание наследует традициям ленинградского модернизма, реагирует на близость моря и одновременно мимикрирует под соседние жилые кварталы. Среди которых есть и Golden City, и менее выразительные дома. Получается «средняя температура по больнице» – подход, отвечающий духу всей территории, застроенной без акцентов, силуэтов и иерархии пространств.
Зеркало арены
Трансформация территории у стадиона «Лужники», которая раньше была востребована только в дни спортивных мероприятий, должна привлечь дополнительные 17 миллионов человек в год. На первом этапе преобразований перед ареной появилась площадь с большим плоскостным фонтаном, лежаками и павильонами для ресторанов. Авторы проекта – компания Magly.
Найдется ли 10 отличий?
Рядом с бизнес-центром Тэндзин I в центре Фукуоки построен его «близнец» Тэндзин II: оба проекта выполнены в нью-йоркском филиале OMA под руководством Сёхэя Сигэмацу.
Так можно было?
Как нужно ломать стереотипы? Решительно – да, но совсем не обязательно делать это жестко. Психологически будет намного легче принять нечто радикально новое, если оно будет если не «белым и пушистым», то нежно розовым или солнечно желтым и округлым, как это получилось у бюро MUNO Design в шоуруме бренда Embody. Согласны?
Николай Чернышевский склонен был считать, что одно из важнейших предназначений искусства — воспроизведение всего, что интересно для человека в жизни. В преддверии выставки «Бумажная архитектура. Долгий ящик» в Музее Архитектуры с Александром Бродским поговорила Дарья Яржамбек.
Океан для всех
CRA-Carlo Ratti Associati и миллиардер-девелопер Джефф Грин, владеющий 30,3 га во флоридском городе Уэст-Палм-Бич, представили проект жилого дома MiMar из бетона и инженерного дерева, где фасад-гармошка должен обеспечить каждой квартире вид на Атлантику, не разделяя жильцов на «элитных» и «остальных».
Искусство для…
Cosmoscow – это множество произведений современного искусства, часть которых займет места в частных коллекциях, а какие-то, с большой долей вероятности, украсят общественные интерьеры и городские пространства. Какова роль современного искусства в интерьерном и средовом дизайне, как они влияют друг на друга и возможно ли адресное искусство, которое работает только в публичном контексте?
Ленты и экраны
Евгений Подгорнов представил на Градостроительном совете проект делового центра, который разместится на Дунайском проспекте. Эксперты обсудили допустимость отклонения до предельно разрешенных 75 метров и композиционные решения. А также высказали мнение, что есть более насущные вопросы – например, снос сталинской архитектуры и строительство башен Лахта 2 и Лахта 3.
Сразу пять: Москва ищет «новый стиль» реновации и...
7 сентября в Москве начался прием заявок сразу на пять конкурсов. Архитекторам предлагают заняться урбан-блоками реновации, районными центрами, паркингами, зданиями ОВД и УВД и подстанциями скорой помощи. Самый громкий заголовок – «новый стиль реновации», хотя техническое задание показывает, что речь идет скорее о новом облике уже довольно жестко заданных типологий.
Красная победная лента
Флагманский магазин TEAM CHINA расположен в центре одного из активно развивающихся модных районов Шанхая. В его интерьере бюро ICD (I Collective Design) переосмысливает спортивную культуру и варианты ее интеграции в современный городской контекст. Проект объединяет дух и историю китайской национальной сборной с энергией Шанхая.
Билибинские узоры
К 150-летию Ивана Билибина в Ивангороде открылась обновленная экспозиция, которая объединяет предметы из обширной семейной коллекции. Рассказываем, почему единственный музей художника оказался именно здесь, и какое архитектурное осмысление придал ему Сергей Падалко.
Леон Крие. Архитектура сообщества
В России наконец вышел перевод архитектурно-интеллектуального бестселлера, изданного ранее на девяти языках. В книге «Архитектура сообщества» выдающегося градостроителя-практика и мыслителя Леона Крие предложена и философски обоснована альтернатива безликому массовому строительству. Леон Крие видит в структурах и материалах традиционного города спасение от экологической катастрофы и средство смягчения социальных проблем. Перевод сделан архитектурным критиком, кандидатом искуcствоведения, специалистом по современной традиционной архитектуре Ларисой Копыловой. Публикуем два отрывка из книги.
Деликатная интервенция
Интерьеры от бюро Kozeen+Rueda отличает декларативность авторского высказывания. И в новом пространстве бутика BERTA LINE они представили концепцию сосуществования аутентичного и временного, доведенную до абсолюта, инсталлировав внутрь исторических интерьеров серию радикально хай-тековских объектов.
Счастливые тринадцать
Реконструкцией заводского общежития Kosmalt 1960-х в словацком Кошице местное бюро Atrium постаралось доказать, что даже утилитарные послевоенные постройки могут обеспечить качественную и современную жилую среду.
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Антракт на крыше
Под конец лета в Петербурге появилось новое место, откуда можно любоваться городом с высоты: Новая сцена Александринского театра открыла для посетителей пространство крыши, где можно выпить кофе, послушать лекцию или посмотреть спектакль. Проект приспособления разработали студенты петербургских вузов под присмотром «Студии 44» и Евгения Новосадюка.
Внутри воспоминаний
Санкт-Петербург собирает коллекцию интерьеров авторства замечательного архитектора и художника Александра Бродского. К музею «Полторы комнаты» и кафе «Пища династии Минь» в этом году добавилось еще одно место, называющееся просто «Шалман». И пока вы вспоминаете значение этого сленгового слова, мы с удовольствием представляем вам пространство, дающее посетителям буквальную возможность оказаться внутри произведения искусства.
Золотая медаль МАРХИ 2026. Итоги
1 сентября в МАРХИ вручают Золотые медали 2026 выпускного года. В этом году их обладателями стали: в категории «магистр» Денис Дудин с кафедры «Архитектура промышленных сооружений», а в категории «бакалавр» Варвара Жукова с кафедры «Архитектура жилых зданий». Показываем работы победителей.
Буква рядом с Малевичем
Проект Карена Сапричяна для Сколково возник еще в 2018 году как часть многолетней серии небоскребов-букв. Теперь, на фоне закрытого международного конкурса на вторую очередь кампуса Московской школы управления, автор вернулся к концепции и вновь предлагает башню с гигантской S в качестве вертикального акцента рядом с комплексом Дэвида Аджайе.
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Следующая фаза или подземные эксперименты. Часть...
Способность к постоянной эволюции – это одно из особых качеств московского метрополитена. Особый интерес представляет непрекращающийся поиск нового дизайна для строящихся станций метро. Недавний триумф нескольких проектов, реализованных по итогам конкурсов, кажется, вдохновил город на дальнейшие эксперименты, но уже без состязательной компоненты и, в большинстве случаев, без имен авторов проектов.
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.