Британка-2017: лучшее

Программу BA (Hons) Interior Architecture and Design БВШД часто путают с курсом по дизайну интерьеров. Тем не менее архитектурная составляющая для нее – ключевая. Мы поговорили с архитекторами-преподавателями Британки, попросили рассказать об особенностях программы и показать, над чем работают студенты.

mainImg
Кураторы программы BA (Hons)
Interior Architecture & Design – Джозеф Ван дер Стин, Джеймс О’Брайан: 


«Четкая грань между внешним и внутренним размывается в отношении комнаты к зданию, здания к кварталу, квартала к району и района к городу, экстерьер и интерьер становятся непрерывной составляющей сложной неоднородной городской структуры. Мы учим студентов критически рассматривать город, изучать его, принимая вызов контекста и учитывая современный глобальный архитектурный дискурс, а также вдохновляться локальной историей. В рамках учебных проектов исследуются возможности адаптации и программирования зданий в постоянно меняющейся городской среде. Сложность сочетания истории и культуры, политики и экономики, общества и города формируют особенный, интересный для изучения контекст. На программе затрагивается два основополагающих вопроса: Что такое правильное здание и каков его потенциал? Каким образом правильное здание может качественно изменить городскую среду?
Бакалавриат Interior Architecture and Design БВШД в Индии. Фотография предоставлена БВШД
Баня 1 к 1. Фотография предоставлена БВШД

В 2016-17 учебном году наши проектные студии трех курсов бакалавриата исследовали различные по масштабу и сложности, характерные пространства Москвы:

– первый курс занимался осмыслением базовых функций и форм, того, как пользователь и архитектор влияют на них. Двигаясь от простого к сложному, студенты смогли ощутить различные масштабы пространств и узнать принципиальные методы работы с ними.

– второкурсники рассматривали проблемы пористости «закупоренности» Москвы на примере «недостроев», неиспользуемых и заброшенных зданий, среди которых оказалась забытая жемчужина конструктивизма – рабочий клуб завода «Серп и Молот» по проекту Игнатия Милиниса.

– третий курс изучал потенциал сохранения и адаптации зданий и неосвоенных территорий, спальных районов и промышленных зон вокруг МЦК в контексте неминуемого сноса и уничтожения памяти места».
***

Выставка Interior Architecture and Design БВШД. Фотография предоставлена БВШД
Макет кровли. Фотография предоставлена БВШД
Изготовление макета кровли в процессе. Фотография предоставлена БВШД
Макет перголы. Фотография предоставлена БВШД
Павильоны для keune. Фотография предоставлена БВШД
Павильоны для keune. Фотография предоставлена БВШД
Печка. Фотография предоставлена БВШД
Печка в процессе строительства. Фотография предоставлена БВШД
Строительство портика. Фотография предоставлена БВШД
Павильоны для keune. Фотография предоставлена БВШД
Стройка keune. Фотография предоставлена БВШД
Процесс проектирования. Фотография предоставлена БВШД
Первый курс
В рамках первого модуля «Representing Space» студенты знакомятся с пространством как главным материалом и основными конвенциями его репрезентации.
Франциска Дедерер, 1 курс БВШД. Пространство вестибюля станции метро “Автозаводская”. Изображение предоставлено БВШД

Второй модуль «Anatomy of Space» посвящен осознанию пространства как многогранного концепта, связанного не только с объемом, но и с другими физическими и метафизическими аспектами. Серия заданий, помогающих воспринять и опробовать архитектуру как процесс, как череду исследований и размышлений, открывающих мыслительную и гуманитарную сторону профессии – взаимосвязь архитектуры с культурным, социальным и политическим контекстами. В рамках «Anatomy of Space» студенты впервые сталкиваются с фигурой заказчика, которого они должны найти, для того чтобы придумать для него сначала многофункциональный предмет мебели, а затем организовать вокруг него и всё жилое пространство, основываясь на пожеланиях заказчика.
Изготовление макета. Фотография предоставлена БВШД
Франциска Дедерер, 1 курс БВШД. Жилище. Вид в окружении. Изображение предоставлено БВШД
Кристина Микрюкова, 1 курс БВШД. Многофункциональный предмет мебели. Изображение предоставлено БВШД

Оят Шукуров, ведущий преподаватель BA (Hons) Interior Architecture and Design: «Важное место в первом семестре занимает воркшоп под названием «Introducing Materiality», посвященный изучению строительных практик. Он состоит из двух частей, сначала студенты изучают фрагмент существующей постройки, вычерчивая ее и создавая ее макет, стараясь отразить методы возведения и узлы с наибольшим количеством подробностей. Во второй части этого модуля, студенты знакомятся с кирпичной кладкой, видами кирпича и растворов, типами швов и штукатурок. Результат этого модуля – кирпичные колонны спроектированные и возведенные студентами».
Франциска Дедерер, 1 курс БВШД. Интерьерные виды жилища. Изображение предоставлено БВШД
Воркшоп под названием «Introducing Materiality». Фотография предоставлена БВШД

Во втором семестре, уже имея представления о базовых этапах проектной работы, техниках рисунка, черчения и изготовления макетов, студенты приступают к третьему модулю, «Serious Play», на который отведен целый семестр. Если предыдущий модуль сконцентрирован на переходе от объекта к пространству, содержащему его, и единственной их функции – жилой, то в этом модуле студенты берутся за преобразования того или иного участка в городе, состоящего из множества пространств, имеющих разные функции. Цель семестра не только углубить и расширить знания, полученные ранее, но и осознать пространство, как сложную систему взаимодействующих субъектов, и найти пути его трансформации.
Воркшоп под названием «Introducing Materiality». Фотография предоставлена БВШД

В этом учебном году студенты занимались изучением возможностей преобразования гаражного кооператива в маленькое самодостаточное селение.

Между членами группы были распределены базовые функции (мэрия, полиция, библиотека, банк, медицинское заведение, пекарня, крематорий и т.д.), которые каждый студент должен был исследовать и, после размышлений о природе той или иной функции, найти в обсуждении с группой место для своего объекта и выработать программу для него, после чего объект спроектировать.
Групповой макет гаражного кооператива с интервенциями для модуля “Serious Play”. Фотография предоставлена БВШД
Работа 1 курса бакалавриата Interior Architecture and Design БВШД. Изображение предоставлено БВШД
Работа Юлии Осиной, студентки 1 курса бакалавриата Interior Architecture and Design БВШД. Изображение предоставлено БВШД
Работа Юлии Осиной, студентки 1 курса бакалавриата Interior Architecture and Design БВШД. Изображение предоставлено БВШД
Работа 1 курса бакалавриата Interior Architecture and Design БВШД. Изображение предоставлено БВШД
Второй курс
Обращаясь к Вальтеру Беньямину и к категории «пористости», мы считаем, что московские городские «поры» сильно забиты. Бриф предлагает студентам поразмышлять о «восстановлении пористости» Москвы. Студентам необходимо найти и идентифицировать «забитые поры» города, тщательно изучить их, сформулировать проблему в результате анализа, а затем прийти к комплексному проектному решению, которое позволяет «включить» эти пространства, вернуть их городу.

Структура брифа методично и последовательно комбинирует теорию с практикой, исследование и проектирование, одновременно с этим, поставленные задачи симулируют действительные проектные этапы, изложенные в стандартах и рекомендациях RIBA. Учебный модуль и бриф рассчитан на развитие у студентов критических и аналитических навыков, а также различных техник репрезентации.

Михаил Микадзе, ведущий преподаватель BA (Hons) Interior Architecture and Design:
«Город для нас есть некое первичное внутреннее пространство для спора и изучения. В частности нас интересуют метаморфозы городского пространства, поэтому мы со студентами внимательно исследуем потенциал существующих морфем Москвы, будь то первые этажи жилых домов, заброшенные или неиспользуемые здания, объекты инфраструктуры и иные, так называемые, «городские неудобья».

Первым делом мы просим студентов заняться фланерством по, казалось бы, известному им пространству и попытаться в процессе этого «проживания» по-новому взглянуть на привычное, прочувствовать характер пространства и отношение между человеком и средой его обитания. Результатом фланерства является обнаружение городской «закупоренности», будь то недострой из 90-ых, ничего не производящий завод или же заколоченный объект культурного наследия. Следующим этапом исследования студенты рассматривают эти здания или пространства с точки зрения ценностей как общекультурных так и непосредственно личных. Нам интересно рассматривать Москву сквозь призму формулы Лефевра «право на город», где центральным моментом является право на изменение сложившегося порядка вещей – в сторону лучшего порядка.

Таким образом, постепенно погружаясь в процесс понимания пространства через поиск и вырабатывание субъективного нарратива и происходит формирование критического мышления – краеугольного камня всей профессиональной деятельности, что, в свою очередь, приводит к проектам осмысленным, ответственным и прочувствованным».
***

СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция
Александра Ивашкевич
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Изображение предоставлено БВШД

Клуб рабочих завода «Серп и Молот» является ярчайшим примером беспощадности времени и безответственности нашего общества. Крайне симптоматично, что памятник авангарда, выявленный объект культурного наследия, охраняемый государством, превратился в руину. Первоначально, концепция культурного комплекса была задумана и спроектирована Игнатием Милинисом в 1927-33 гг. «Серп и Молот» стал отражением ключевых принципов конструктивизма: свободная планировка, крупное ленточное остекление, приподнятый на пилонах первый этаж, открытые террасы на крыше. Комплекс являлся манифестом возрождения плановой экономики во время первого Пятилетнего плана. Здание претерпело существенные изменения в ходе реконструкции 50-х годов: фасады и интерьеры были украшены пилястрами, розеттами и другими несвойственными архитектуре авангарда деталями. В 70-х пространство между пилонами было застроено дополнительными помещениями. А в самом начале 21-го века интерьер был практически полностью разрушен. В данный момент, лишь полуциркульный портик намекает на былое величие архитектуры авангарда.

Воссозданный на основе бывшего клуба рабочих завода «Серп и Молот» архитектурный институт наследует традиции двух либеральных школ: UNAM и Black Mountain College, которые отстаивали свободу мысли, самовыражение, повышали уровень компетентности, опираясь на практический опыт работы. Проект архитектурной институции состоит из четырех основополагающих частей целого: теории, практики, этики и политики. Ядром данного проекта является существование архитектурной практики на кампусе. Обычно закрытое для широкой аудитории бюро превращается в доброжелательную, открытую рабочую среду, интегрирующую теорию с непосредственной практикой. Вопрос взаимодействия архитектуры и общества отражается в открытых общественных пространствах проектируемой институции, позволяющих проводить открытые презентации, встречи, лекции и другие публичные мероприятия. Проект кампуса также предусматривает жилой корпус, предоставляющий возможность постоянного пребывания в архитектурной среде.
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Интерьер. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Интерьер. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Изображение предоставлено БВШД
zooming
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Фото детали. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Мастер-план. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Ситуационный макет. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Отпечатки памяти. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Макет. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Концепция. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Аксонометрия. Изображение предоставлено БВШД
zooming
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Разрез 1. Изображение предоставлено БВШД
zooming
Проект Александры Ивашкевич, 2 курс БВШД. СЕРП И МОЛОТ Архитектурная Институция. Разрез 2. Изображение предоставлено БВШД
***

Культурный центр и архив
Полина Муравинская
zooming
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД

«Человек смертен, и его единственная возможность стать бессмертным состоит в том, чтобы оставить после себя нечто бессмертное», – Уильям Фолкнер.

Недостроенный гаражный комплекс на улице Большая Декабрьская 11 находится между Армянским и Ваганьковским кладбищем в жилом районе на северо-западе Москвы. Этот объект является уникальным, так как является барьером между «жизнью» и «смертью» в эмоциональном и физическом плане, где «смерть» – это кладбище, а «жизнь» – это жилой район по соседству. Для предотвращения приближения кладбища к жилой среде, снос здания абсолютно исключен. Общей концепцией проекта стала тема Жизни, Смерти и Бессмертия. Согласно этой концепции Культурный центр и архив – это место процессов, которые можно описать, как бессмертные: информация и воспоминания, собранные в архиве, а также результаты творческой и научной деятельности, проходящие в центре, и есть воплощение бессмертия.

Культурный центр и архив является плавным переходом между двумя контрастными зонами, потому что он обладает как функционалом для посетителей кладбища, так и для обычных людей. В Центре есть цветочный магазин, который находится прямо напротив входа на кладбище. Он невидим для местных жителей, но удобно расположен для посетителей кладбища. В проекте также предусмотрено пространство для медитации, где люди могли бы провести время после посещения кладбища. Они также могут посетить библиотеку, архив и небольшое кафе, которые расположены на первом этаже культурного центра, или посетить мастер-классы, лекции и выставки, которые находятся на втором этаже. Посетители центра также могут подняться на террасу на третьем этаже или перейти в один из внутренних дворов, в которые есть выходы из каждого помещения центра. Проект также призван решить некоторые очевидные проблемы, вызванные недостроенным состоянием объекта. В частности, сделать удобный вход на кладбище и перевести все ритуальные услуги с первых этажей жилых зданий в этом районе.

Проект также предусматривает существенные изменения в существующей структуре здания. Без изменений были оставлены только коммуникационные узлы – лестницы и рампа, а также колонны, которые задают навигацию по зданию. Фасад здания, выходящий на кладбище, скрывает его пейзаж от посетителей. Первый этаж создает чувство защищённости за счёт минимального использования дневного света и аскетичности форм. Второй этаж является просторным с рассеянным мягким светом в течении всего дня. Площадь мастерских имеет систему мобильных перегородок, которые при необходимости делят одно большое пространство на несколько разных по размеру.
zooming
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
zooming
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
zooming
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
zooming
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
Проект Полины Муравинской, 2 курс БВШД. Культурный центр и архив. Изображение предоставлено БВШД
***
Третий курс

Заключительный дипломный год обучения позволяет учащимся объединить все свои навыки для проведения широкого круга исследований и разработки комплексного архитектурного проекта. В этом году мы рассмотрели вопрос о размещении жилья и общественных пространств в промышленных зданиях 20-го века и порассуждали о том, как их повторное использование может служить основой того, как мы думаем о городе, о его наследии и общих стандартах жилья и пространства.

Наследие в последние годы все чаще становится ненужным современной Москве ввиду своей «несовременности», опускается вопрос последствий стирания памяти о городе. Таким образом наследие стало поляризованной темой в более широком контексте развития или регенерации города, нужно ли помнить о прошлом, чтобы двигаться в будущее?

В этом году мы сосредоточились на открытии MЦК и промышленных территорий, расположенных поблизости от новых станций на этой транспортной артерии. Интеграция этой железнодорожной линии в гражданскую инфраструктуру города, в отличие от промышленной сети, открывает потенциал для перестройки этих районов Москвы, которые в основном являются промышленными для жилья и общественных удобств.

Мы критически посмотрели на здания и дворы в этих районах, чтобы определить их потенциал для повторного использования с намерением предложить альтернативное мышление постоянному циклу сноса и реконструкции, который пронизывает любой город. Уделяя особое внимание определению наследия промышленной архитектуры 20-го века, мы активно пытаемся интегрировать существующий строительный фонд города в его идею о будущем.

Год был структурирован таким образом, чтобы каждый модуль мог быть интегрирован в тему дипломного проекта, чтобы создать единое синтетическое поле. В течение первого семестра через каждый модуль мы критически оценивали районы, в которых находилось здание, и составляли подробный индивидуальный отчет для каждого участка (модуль «Generator»), проводили технический осмотр и анализ зданий, рассматривали их структурное состояние и потенциал (модуль «Contemporary Technologies»), а также углублялись в теоретических аспектах, изучая интеллектуальные наработки в отношении жилья в течение всего 20-го века (модуль Degree Essay). Во втором семестре мы методично приступили к проектированию, тщательно тестируя и моделируя те или иные идеи. При работе со зданиями и прилегающими участками важно не только уловить характер этого пространства и артикулировать его, но также обеспечить современные стандарты жизни. Эти два условия не являются взаимоисключающими и с более критическим подходом к городу и тем, как мы можем восстановить наш существующий строительный фонд, получается интегрировать «память места» в будущее своего города. Это достигается с помощью концептуально выверенного и технически строгого процесса исследования и тестирования идей. Мы стремимся к проектным предложениям, которые сочетают архитектурное мышление с технической и инженерной реальностью. Так, проекты выпускников нашей программы, рассматривают проблему повторного использования зданий во всей полноте, принимая во внимание все разнообразие факторов влияющих на городское пространство и общество. 
***
Новая Хохловка
Евгения Хашимова

Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Анализ освещения существующего положения. Изображение предоставлено БВШД

С появлением МЦК, некоторые прилегающие индустриальные территории сразу же попали во внимание девелоперов, в то время как остальные все еще находятся в плачевном состоянии.

Один из таких примеров – Нижегородский район. В век индустриализации земля, принадлежащая деревне Хохловке, была полностью застроена фабриками и заводами, на смену деревенским жителям пришли рабочие, а напоминанием об историческом поселении осталось только название улицы.

Сегодня район, известный как самая крупная индустриальная территория города, по факту таковым не является, так как большинство предприятий уже заброшены. Люди, проживающие здесь, страдают от неудобств, связанных с градостроительным планом места, его изолированностью и нехватки простейших функций, необходимых для жизни.

Таким образом, целью проекта стал поиск возможностей развития территории так, чтобы она вписывалась в современный характер города, но при этом не потеряла и свой собственный.

Так как на территории полностью отсутствуют любые виды медицинских учреждений, было принято решение адаптировать выбранное место – заброшенную советскую прачечную – под жилой комплекс с функцией клиники на первых этажах.

Особенностью нового жилища стала цель вернуть дух общности, характерный как для деревенских жителей, так и для рабочего класса, посредством создания серии общественных и частных пространств.

Подобная система решит проблему разделения потоков, хаотичного наложения различного рода пространств друг на друга и в то же время поможет привнести дружественную, схожую с деревенской, атмосферу.

Ценность проекта заключается в том, что, сохраняя особенности пространств, с которыми мы работаем, более значимые и глобальные аспекты могут быть сохранены. То есть, попытки найти подход к уже существующей архитектуре и поиски путей для ее адаптации под новые функции, помогают людям, населяющим территории, продолжать сложившийся образ жизни и сохранять связь со своей культурой и историей.
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Вид из окна. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Внутренний двор. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Галерея. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Коллаж. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Макет (1:25). Изображение предоставлено БВШД
zooming
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Макет существующего положения. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Макет. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Мастер-план. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Макет существующего положения. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Планировка квартиры. Изображение предоставлено БВШД
zooming
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Разрез через двор. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Типовой жилой этаж. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Первый этаж. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Существующее положение. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Ценности. Изображение предоставлено БВШД
Проект Евгении Хашимовой, 3 курс БВШД. Новая Хохловка. Ситуационный план. Изображение предоставлено БВШД
***
Ростокинская фабрика Труд
Александра Ушакова
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Изображение предоставлено БВШД

Создание общественной среды на территории Ростокинской фабрики меха – это формирование точки притяжения и интеграции жилых микрорайонов района Ростокино. Прежде всего – Это внедрение необходимой городской инфраструктуры для нынешних и будущих жителей, которое связано с развитием базовых услуг и появлением культурных и образовательных программ. Жилая часть проекта – это другой подход к проектированию апартаментов по сравнению с жилыми комплексами, которые в настоящее время находятся в стадии строительства вблизи самого района и в рамках МЦК. Величина пространства, высота потолков и количество дневного света уже существующей структуры фабричных зданий являются потенциальными преимуществами, на основе которых создается нетиповой дизайн квартир, а также достижение комфортности полузакрытых общественных пространств.
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Визуализация двора. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Визуализация квартиры. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Коммунальное пространство. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Мастер-план. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Планировки – жилой этаж. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Поиск. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Разрез. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Ситуационный макет. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Существующее положение и зоны. Изображение предоставлено БВШД
Проект Александры Ушаковой, 3 курс БВШД. Ростокинская фабрика Труд. Топография местности. Изображение предоставлено БВШД

20 Сентября 2017

Похожие статьи
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Следующая фаза или подземные эксперименты. Часть...
Способность к постоянной эволюции – это одно из особых качеств московского метрополитена. Особый интерес представляет непрекращающийся поиск нового дизайна для строящихся станций метро. Недавний триумф нескольких проектов, реализованных по итогам конкурсов, кажется, вдохновил город на дальнейшие эксперименты, но уже без состязательной компоненты и, в большинстве случаев, без имен авторов проектов.
Стиль как фантом и фактор единения
Московский архитектурный рынок середины 2020-х годов отличает жестокая конкуренция в сочетании с отсутствием внятных правил игры. Борьба за заказы идет нешуточная. И все же в одном вопросе игроки этого рынка проявляют поразительное единодушие: все как один выступают против внедрения единого архитектурного стиля. Соответствующую позицию, если верить инсайдерам, высказали топовые архитекторы столицы, приглашенные в конце мая-начале июня на серию неформальных встреч с представителями городских властей. Собственно, и на первом из двух круглых столов про стиль в рамках последней «Арх Москвы», организованном бюро «Эмпейт» совместно с бюро «Остоженка», – «А был ли мальчик? Стиль как фантом и фактор единения» – зодчие не особо стеснялись в выражениях, отстаивая свое право работать в оригинальной творческой манере. Предлагаем ознакомиться с тезисами той дискуссии.
Дизайн баров в СССР на примере Риги 1980-х
Основатель бюро «Архип» Евгений Леонов составил впечатляющую подборку интерьеров рижских баров и ресторанов, которые за 50 лет не потеряли привлекательности: мягкая кожа, латунь, стеклоблоки и деревянные панно выглядят как никогда актуально. Но главный секрет очарования этих пространств – в тотальном дизайне и индивидуальном подходе, часто вынужденном из-за дефицита. Консультант в подготовке обзора – мама архитектора, Галина Шепсе-Леонова.
Пространственный сдвиг
Петербургский Манеж продолжил серию архитектурных инсталляций работой бразильского художника Роммула Вьейра Консейсана: на этот раз площадь перед западным фасадом украсил лабиринт из оград и цветного поликарбоната.
NEXT 2026: моя утопия
Куратор NEXT Амир Идиатулин призвал участников спецпроекта Арх Москвы – 10 молодых бюро из разных городов России – воспользоваться утопическим мышлением, чтобы шагнуть далеко вперед и попытаться стать визионерами. Получилось не у всех, но сработал эффект синергии, все-таки создав поле для дискуссий и размышлений. Так ли плох диссонирующий объект, поможет ли аэромобиль сохранить свои корни горцу и где можно прикоснуться к идеалу – рассказываем в нашем обзоре экспозиции.
В поисках идеала: что смотреть на АРХ Москве 2026
Завтра в Гостином дворе стартует 31 по счету АРХ Москва. Участникам и гостям предложено отправиться на поиски идеала – именно так заявлена в этом году тема форума. Составили подборку того, на что можно обратить внимание. Она субъективная – виднее, конечно, будет на самой выставке. Приходите.
Казанские перформансы
В последние дни мая в Казани в шестой раз пройдет независимый фестиваль медиаискусства НУР, объединяющий медиахудожников, музыкантов и перформеров со всего мира. Организаторы фестиваля стремятся показать знаковые архитектурные объекты Казани с другого ракурса, открыть скрытые исторические части города и погрузить зрителей в новую реальность. Особое место в программе занимают музыкально-световые инсталляции. Рассказываем, что ждет гостей в этом году.
Градостроительство в тисках нормирования?
В рамках петербургского форума «Архитектон» бюро «Эмпейт» и Институт пространственного планирования Республики Татарстан организовали день градостроительства – серию из трех дискуссий. Один из круглых столов был посвящен взаимовлиянию градостроительной теории и нормирования. Принято считать, что регламенты сдерживают развитие городов, препятствует появлению ярких проектов. Эксперты из разных городов и институций нарисовали объемную картину: нормы с трудом, но преодолеваются; бывает, что их гибкость приводит к потере идентичности; зачастую важна воля отдельной личности; эксперимент, выходящий за рамки градостроительного нормирования, все же необходим. Собрали для вас тезисы обсуждения.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Потенциальные примечательности. Обзор проектов 16–22...
Если в стране отмечается снижение темпов строительства, то в Москве все сохраняется на прежнем, парадоксально бодром уровне. Во всяком случае, темпы презентации новых масштабных и удивительных проектов не замедляются. Какие из них будут реализованы и в каком виде, сказать невозможно, но можно удивиться фантазии и амбициям их авторов и заказчиков.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
От горнолыжных курортов к всесезонным рекреациям
В середине декабря несколько архитектурных бюро собрались, чтобы поговорить на «сезонную» тему: перспективы развития внутреннего горнолыжного туризма. Где уже есть современная инфраструктура, где – только рудименты советского наследия, а где пока ничего нет, но есть проекты и скоро они будут реализованы? Рассказываем в материале.
Рестораны с историей
Рестораны в наш век перестали быть местом, куда приходят для того, чтобы утолить голод – они в какой-то степени заменили краеведческие музеи и стали культурным поводом для посещения того или иного города, а мы с вами дружно и охотно пополнили ряды многочисленных гастропутешественников.
Восходящие архитектурные звезды – кто, как и зачем...
В рамках публичной программы Х сезона фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел презентационный марафон «Свое бюро». Основатели молодых, но уже достигших успеха архитектурных бюро рассказали о том, как и почему вступили на непростой путь построения собственного бизнеса, а главное – поделились советами и инсайдами, которые будут полезны всем, кто задумывается об открытии своего дела в сфере архитектуры.
Экономика творчества: архитектурное бюро как бизнес
В рамках деловой программы фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел паблик-ток «Архитектура как бизнес». Три основателя архитектурных бюро – Тимур Абдуллаев (ARCHINFORM), Дарья Туркина (BOHAN studio) и Алексей Зародов (Syntaxis) – обсудили специфику бизнеса в сфере архитектуры и рассказали о собственных принципах управления. Модерировала встречу Юлия Зинкевич – руководитель коммуникационного агентства «Правила общения», специализирующегося на архитектуре, недвижимости и урбанистике.
Шорт-лист WAF Interiors: Bars and Restaurants
Самый длинный шорт-лист конкурса WAF Interiors – список из 12 интерьеров номинации Bars and Restaurants, включает самые разнообразные места для отдыха, веселья, общения с друзьями и дегустации вкусной еды и напитков. И все это в классной дизайнерской упаковке.
Шорт-лист WAF Interiors: Hotels
Новая подборка интерьеров из шорт-листа конкурса WAF Interiors представляет разнообразные гостиничные форматы, среди которых преобладают разные этнические и экзотические образцы, что не столько говорит о тенденциях в дизайне, сколько о зонах активного развития туристического рынка.
Архитектурный рисунок в эпоху ИИ
Объявлены победители The Architecture Drawing Prize 2025. Это 15 авторов, чьи работы отражают главные векторы развития архитектурной мысли сегодня: память места, экологическую ответственность и критику цифровой культуры.
Шорт-лист WAF Interiors: Retail
Продолжаем серию обзоров интерьеров, вышедших в финал конкурса WAF Interiors, и представляем пять объектов из номинации Retail, в которой развернулась битва между огромным моллом и небольшими магазинами, высокотехнологичными и уютными пространствами, где сам процесс покупки должен быть в радость.
Шорт-лист WAF Interiors: Education
Продолжаем серию обзоров интерьеров, вышедших в финал конкурса WAF Interiors, и представляем пять объектов из номинации Education, каждый из которых демонстрирует различные подходы к образовательным пространствам для детей и взрослых.
Шорт-лист WAF Interiors: Public Buildings
В преддверии фестиваля WAF начинаем публикацию серии обзоров интерьеров, вышедших в финал конкурса WAF Interiors, и предлагаем читателям ARCHI.RU попробовать свои силы в оценке мировых интерьерных тенденций и выбрать своего победителя в каждой номинации, чтобы потом сравнить результаты с оценкой жюри.
Поговорим об истине и красоте
В этом материале – калейдоскоп впечатлений одного дня, проведенного на деловой программе Архитектона. Тезисно зафиксировали содержание дискуссий о возможностях архитектурной фотографии и графики, феномене инсталляций и будущем, которое придет на смену постмодернизму. А еще – на прогулке с Сергеем Мишиным тренировали «метафизическое зрение», которое позволяет увидеть параллельный Петербург.
Несколько причин прийти на «Зодчество»
В Гостином дворе открылся 33 фестиваль «Зодчество». Одновременно с ним на одной площадке пройдут еще два фестиваля: «Наша школа» и «Лучший интерьер». У каждого фестиваля есть своя деловая, выставочная и конкурсная программы. Мы посмотрели анонсы и сделали небольшую подборку событий из всех трех фестивальных программ.
На династической тропе
Дома и таунхаусы комплекса «Царская тропа» строятся в поселке Гаспра – с запада и востока от дворцов бывшей великокняжеской резиденции «Ай-Тодор». Так что одной из главных задач разработавших проект архитекторов бюро KPLN было соответствовать значимому соседству. Как это отразилось на объемном построении, как на фасадах и каким образом авторы используют рельеф – читайте в нашей статье.
Speed-dating с героями 90-х и другие причины пойти на Архитектон-2025
На этой неделе в петербургском Манеже открывается Архитектон – 10-дневный фестиваль с выставкой, премией и деловой программой, которая обещает северной столице встряску: придет ОАМ, будут новые форматы, обсудят намыв, конкурсы, философское и социальное измерение архитектуры. Советуем запастись абонементом и начать составлять график. В этом материале – хайлайты, на которые мы обратили внимание.
В лесах и на горах
В удивительных по красоте природных локациях по проектам «Генпро» строятся сразу два масштабных туристических кластера: один в Заполярье, в окрестностях Салехарда, другой – на Камчатке, у подножия вулкана Вилючинская Сопка.
Дом, в котором
Музей искусств Санкт-Петербурга XX-XXI веков открыл выставку «Фрагменты эпох» в парадных залах своего нового здания – особняка купца Ивана Алафузова на набережной канала Грибоедова. Рассказываем, почему сюда стоит заглянуть тем, кто хочет проникнуться духом Петербурга.
Технологии и материалы
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Сейчас на главной
Эклектика как модель пространства
Образовательный комплекс в московском районе Коммунарка объединяет школу и детский сад, в совокупности рассчитанные на 1700 детей. Чтобы уйти от крупного масштаба, бюро ГОРОЖАНЕ/ CITIZENSTUDIO организовало учебные пространства в три луча, каждый из которых оформлен одинаковыми материалами, но в индивидуальной манере. Корпуса объединяет центральное ядро, снаружи напоминающее старинный киноаппарат – на «экране» действительно демонстрируют фильмы как для учеников, так и для жителей района. И это не единственное решение, соединяющее школу с жилой средой.
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Дизайн терапия от стресса
В интерьере студии телесных практик «Алхимия» зашифрован секретный дизайнерский рецепт обретения мира и покоя в бесконечной череде суетливых будней, проживаемых жителями северной столицы, – от бюро AN Design.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Звезда с звездою говорит
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Пресса: Наши строят за границей
В честь Всемирного дня архитектуры, который весь мир отмечает в первый понедельник октября, Weekend изучил строящиеся проекты российских бюро за рубежом, а также выяснил, что герои этих проектов должны постичь еще более изощренную формулу жизни, чем персонаж бестселлера Элизабет Гилберт: «Сбеги, вознесись, наслаждайся».
14 изменений в процедурах согласования проектов в...
Недавно, 30 сентября, было объявлено об упрощении процедуры согласования в Москве. Объявление вызывает интерес как связанное с очередным, не первым в городе за последнее время, изменением порядка согласования. Осваивать массу бюрократических сообщений больно – так что мы предложили дружественной нейросети провести поиск и проанализировать изменения за последний год. Получился, вроде бы, неплохой обзор, в нем куча ссылок – оцените. Некоторые ссылки требуют доступа в системы типа «Гарант», но некоторые открыты для всех.
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.