English version

Римский Рим

UP-квартал «Римский» архитектора Михаила Филиппова компания ФСК «Лидер» строит на пересечении Каширского шоссе и МКАД. Это место никогда не было дорогим и респектабельным, но появление уникального проекта с авторской архитектурой может многое изменить.

mainImg
Архитектор:
Михаил Филиппов
Мастерская:
Мастерская Михаила Филиппова http://www.filippovm.ru/
Проект:
UP-квартал «Римский» (I очередь)
Россия, Развилка, Римский пр., 5

2016 / 2018

Девелопер проекта – ФСК «Лидер»
 

По масштабу «Римский», скорее, не квартал, а традиционный европейский городок из нескольких кварталов. В плане город напоминает букву L. В одной части, которая сейчас строится, находится дом из семнадцати секций с полукруглым двором, а через футбольное поле от него расположена школа – треугольник с пропилеями. Первая очередь будет сдана в IVквартале 2018, а весь проект из семи очередей – в 2023 году. «Римский» будет представлять собой ансамбль из пяти площадей на одной оси, соединенных улицами. На Центральной круглой площади будут кафе, магазины, а на Новый год – елка, на площади Гармонии – спортивная инфраструктура, на площади Красоты – салоны и спа, на площади Искусств – места для творческих занятий взрослых и детей, на Ярмарочной площади – модный сегодня продуктовый рынок. Этажность варьируется от 3 до 12 этажей. В комплексе запланированы несколько детских садов, также жители смогут пользоваться богатой инфраструктурой соседних поселений. Первые этажи – общественные. Квартиры будут самых разных типов: от однокомнатной до пентхауса с террасой, двухуровневые, антресольные, с окном в ванной и так далее. Архитектура – классическая, филипповская.
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова

 
Контекст 1: массовое строительство. Начало прекрасной эпохи
Прежде чем рассказать о многочисленных изобретениях Михаила Филиппова, стоит изумиться тому, что мы живем в эпоху, когда массовое жилье выглядит таким образом. Я бы на месте социологов и урбанистов занялась исследованием феномена. Уход панели – явный знак конца индустриальной эпохи, выражением которой она была, а для креативных новых экономик больше подходит более разнообразная и гуманная архитектура, темой которой становится город с большой буквы. Казалось, что у панели нет альтернативы, но за недавние семь лет некоторым архитекторам и просвещенным девелоперам удалось сформулировать концепцию жилья достаточно доступного, но наделенного гуманной образностью традиционной архитектуры – в России это произошло едва ли не впервые со времен памятного постановления Никиты Хрущева об излишествах 1955 года. В этот контекст попадают города Максима Атаянца, построенные вокруг Москвы, а также город Валь-де-Марн под Парижем Пьеркарло Бонтемпи (но масштаб там меньше). В этом же русле существуют традиционные города Нового урбанизма вроде Паундбери в Великобритании или Сисайда и Селебрейшн в США, но они меньше по высоте и ближе по типу к деревне.
 
Контекст 2: другие кварталы и города Михаила Филиппова
«Римский» – очередной классический город Филиппова. Начиная с манифеста 1984 года, когда Филиппов представил серию акварелей, в которых панельный район постепенно заменялся традиционной архитектурой, и выиграл с ними японский конкурс «Стиль 2001 года», архитектор последовательно реализовывал эту идею. В 2000-х появились «Римский дом» в Казачьем, «Итальянский квартал» на Долгоруковской и ЖК «Маршал» на Октябрьском поле, а к Олимпиаде 2014 года был построен Горки-город в Сочи. И теперь еще один римский город появится около Москвы.

Филиппов всегда мыслил свою архитектуру наследницей неоклассики Серебряного века, минуя сталинский советский классицизм, который считает компромиссным. Типология многих его произведений идет от дома-квартала Серебряного века вроде Дома Бенуа на Каменноостровском проспекте. У неоклассиков Серебряного века парадным фасадом был уличный, а двор украшали колоннадой только в виде исключения, остальные дворы были утилитарными. У Филиппова все дворы стали парадными, с разработанными фасадами и системой колоннад и аркад. Так сделано в «Итальянском квартале» и в «Маршале». Тот же принцип в UP-квартале «Римском», только дом-квартал разросся до размеров дома-города. Но главное в «Римском» – не типология.
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова

 
Контекст 3: исторический город
Феномен исторического города, который, если судить по туристическим потокам, нравится большинству людей, не так легко описать и еще труднее структурно осмыслить и воспроизвести, не копируя. Филиппов всю жизнь этим занимается, изучая город через рисование акварелей. Метод, примененный, в частности, в Горки-Городе, а теперь в UP-квартале «Римском», заключается в следующем. Красота исторических городов, например, Парижа, по мнению Филиппова, объясняется наложением двух систем координат: радиально-лучевой и прямоугольной Гипподамовой сеток. От этого наложения в местах пересечения образуются живописные перекрестки с видовыми точками, которые делают нашу прогулку по городу полной визуальных наслаждений. Филиппов воспроизвел это наложение в Горки-Городе в Сочи, и там количество видов потрясающее. Тот же принцип применен в «Римском». Улицы, расходящиеся лучами от круглой площади, пересекаются с прямоугольной системой координат, а те – с еще одной сеткой и так далее.

Но недостаточно сочинить живописный план, нужны фасады, достаточно артикулированные, чтобы их приятно было рассматривать – и в «Римском» дома членятся на секции с фасадами длиной 20-30 м, как в историческом городе, а рисунок фасадов у Филиппова всегда безошибочный; нужны неширокие улицы и не очень высокие дома – и в «Римском» дома разной высоты создают живописный пейзаж из скатных крыш; нужны ведуты, которые открываются в переулках, прерывающих линию фасадов, – и в «Римском» количество видов, просящихся на мольберт, огромное. Как сказал сам Филиппов, надо форму симфонии еще наполнить мелодиями (см. ПР72). С «мелодическим даром» у него все хорошо. Например, в Горки-Городе исключительно хорош рисунок фасадов – до последнего оконного переплета, и довольно изысканные цвета штукатурки, камня и кирпича (речь, конечно, о зданиях, не испорченных строителями). В UP-квартале «Римском», в частности в домах первой очереди строительства, принцип несколько другой – не классическая массивная стена с окнами правильных пропорций по Альберти, а большие современные стеклянные окна, фактически, стеклянные экраны с ордерной декорацией, впервые примененные в Серебряном веке, например, в Торговом доме Мертенс на Невском. Соединение стекла и ордера – очень перспективный путь для развития классики.

В конце концов, если эстетические аргументы не убеждают, есть экономические. Eye-walking уровень, как нам объяснили урбанисты (см. интервью с Алексеем Новиковым), невероятно важен. Потому что, если на уровне глаза пешеход видит красивые фасады из благородных материалов, приглашающие войти двери, проницаемые окна, которые свидетельствуют о жизни за ними, то человеку хочется там гулять, малый бизнес процветает, а люди получают разнообразные и необходимые функции в шаговой доступности.
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова

 
Контекст 4: Рим
С Римом у Михаила Филиппова особые отношения. В своих произведениях он постоянно ведет диалог с великой архитектурой Вечного города. Колоннада Собора Святого Петра отразилась в крыльях, обнимающих круглый двор дома в Казачьем, а театр Марцелла, обстроенный в последующие века, – в форме Итальянского квартала на Долгоруковской. Римские мотивы есть в «Маршале» (скошенная руинированная стена) и в Горки-Городе. Но в UP-квартале «Римский» это не только отдельные здания, а гораздо больше. Попытаюсь сформулировать, что именно.

Дело в том, что Рим – это такой авангард до авангарда. В нем очень авангардная форма построения города. Это город с рельефом. Из-за холмов там образуются вертикальные «регистры» архитектуры. Ты поднимаешь глаза, а над зданием в некотором отдалении стоит еще одно здание, а выше – следующее, уходящее в небо. И ты мысленно скачешь по этим ярусам ввысь. Я даже думаю, что знаменитая филипповская фишка «лестница в небо» пришла оттуда. В то же время это не террасный средиземноморский город на горе, поэтому движение ввысь не предсказуемо. Про наложение прямоугольной и лучевой сеток уже говорилось. Оно не мешает Риму, как всем историческим городам, обладать ясной структурой улиц и площадей. Но самое интересное, что когда линия римских фасадов разрывается, в разрыве виден не двор правильной формы, а дом, стоящий под углом к улице или иная угловая композиция. Этот «клин» встречается очень часто. Динамика такая, что «красный клин» авангарда отдыхает. У Филиппова в «Римском» буквально воспроизведен этот прием.

Я уже не говорю про постоянные в Риме вкрапления античных стен или арок в здания 200-летней давности. Из-под девятнадцатого века торчит второй. Неправильной формы кусок древней стены или арки выступает из правильного классического фасада, и этот прием Филиппов тоже довольно часто применяет. Короче, Рим – архитектурная форма удивительной мощи. Плюс богатство классической гармонии, сила и красота, энергия и сложность. На этом фоне модернистская архитектура бледнеет и слабеет, поэтому в Риме выглядит неуместно. Странно, что никто из архитекторов не заметил этой авангардности классического Рима. А Филиппов сделал это темой своего творчества. Наложение логик и наслоение эпох плюс красота – это и есть современный город, и про это филипповская архитектура.
 
Лестница в небо
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова

Лестница в небо – фирменный филипповский прием, кочующий из произведения в произведение. В UP-квартале «Римском» он воплощается в двух видах: либо лесенка из аркад (портиков) на фасаде, либо террасная композиция домов. Метафизический смысл каждый может додумать сам: от песни Led Zeppelin до Небесной лествицы. Ступенчатое расположение аркад встречается и в историческом Риме. Это выглядит примерно так: рядом с главным зданием есть соседнее, поздняя пристройка, и аркада на нем расположена чуть ниже, чем на главном, но пропорционально связана с ним. У Филиппова этот прием отточен до блеска и есть во всех его домах. В «Римском» фасады, например, секции № 5 оформлены такими ступенчатыми аркадами. Получается, что, с одной стороны, у здания есть четкий нижний ярус аркад – и вообще у дома есть низ, середина и украшенный верх, что важно для восприятия человеком: глаз утомляют монотонные, нечленораздельные фасады. С другой стороны, эти аркады варьируются по высоте и как бы подвижны, возникает кинетический эффект. Если архитектор делает лесенку из портиков, он не нарушает их пропорций. Развивая классический канон, не покушается на сущностные вещи, и этим отличается от постмодернистов.

В «Римском» возник еще один вариант лестницы – двойная спираль Леонардо да Винчи, лестница из замка Шамбор (см. интервью с Михаилом Филипповым). Эти лестницы расположены в нескольких домах, в башнях, соединяющих жилые секции. По одной спирали можно подняться в правую секцию, по другой – в левую. Лестничные башни с огромными окнами просвечиваются солнцем насквозь. Наверху планируются смотровые площадки. По проекту предполагалось, что лестницы Шамбора будут также соединять круглые площади нижнего и верхнего города (первой и второй, еще не построенной части «Римского»), но решение пока не принято.
 
Античный театр
Филиппов неоднократно говорил, что его увлекает тема грандиозной руины, – античного амфитеатра, обстроенного в последующие века, подобно театру Марцелла. Архитектор увидел в этой теме современную динамику и жизнеутверждающий смысл и опробовал ее в Итальянском квартале и других вещах. В «Римском» это уже не амфитеатр, а круглый театр в правой двухуровневой части комплекса, где ансамбль из пяти площадей. Античный театр по типу Колизея окружает центральную площадь. Дома террасно понижаются к этой площади. Это как бы игра в гигантские субструкции римского Колизея и в то же время динамичная современная форма, объединяющая множество разных зданий с разными фасадами.
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова

 
Материалы
Для UP-квартала «Римского» Филиппов изобрел некоторые ноу-хау в области материалов (см. интервью). Проблема ремесленного качества в классической архитектуре стоит очень остро. Индустрию уничтожили в 1955, ремесленников негде учить, но это не значит, что их нет или что они не научатся быстро, если этим заняться. Например, дворец Шлютера в Берлине восстановили с великолепным ремесленным качеством. Сейчас ситуация в области классического декора развивается.
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь)
© Мастерская Михаила Филиппова

 
Подземный город и Небесный град
Идея двухуровневого пространства, как и лестницы Шамбора, пришла от Леонардо да Винчи. UP-квартал «Римский» стал одним из первых российских мини-городов, в котором реализована двухуровневая концепция, полностью разделяющая верхнюю, жилую и пешеходную, зону от нижнего уровня, где расположены объекты инфраструктуры, кафе и рестораны, где ездят автомобили, а ниже находится паркинг. Нижний уровень здесь – полноценный город с активной общественной жизнью и даже с собственной системой площадей. Верхний же уровень, подчиненный актуальному принципу «город без машин» – тих и безопасен, здесь преобладают скверы, спортивные и детские площадки – он становится своего рода Аркадией, Небесным градом. Если получится все то построить, UP-квартал определенно имеет шансы на то, чтобы стать достопримечательностью не только с точки зрения образности современной классики, но и в градостроительном отношении.
UP-квартал «Римский» (I очередь). Секция 13, план 6-7 этажей
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь). Секция 13, план 3 этажа
© Мастерская Михаила Филиппова
UP-квартал «Римский» (I очередь). Секция 9, план 3 этажа
© Мастерская Михаила Филиппова
Архитектор:
Михаил Филиппов
Мастерская:
Мастерская Михаила Филиппова http://www.filippovm.ru/
Проект:
UP-квартал «Римский» (I очередь)
Россия, Развилка, Римский пр., 5

2016 / 2018

Девелопер проекта – ФСК «Лидер»

30 августа 2017

Музейная экспансия
Публикуем статью историка архитектуры Марины Хрусталевой о стратегиях развития московских и петербуржских музеев, опубликованную в тематическом номере журнала «Проект Россия» – «Культура» (№ 80, июнь 2016).
Похожие статьи
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
White House: дом в трех измерениях
В самом центре Тюмени, на пересечении улиц Первомайской и Володарского, в 2025 году по проекту бюро ASADOV построили жилой комплекс White House. Нефтяная столица России получила свой собственный «Белый дом».
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Морская линия
Бюро СИВИЛ спроектировало малоэтажный комплекс апартаментов для участка, расположенного в селе Мысхако, на склоне у Черного моря. Корпуса следуют за рельефом, образуя камерные дворики, а в рельеф встроены бассейн и подземный паркинг. Работая над выразительной лаконичностью фасадов, архитекторы стремились подчеркнуть красоту окружающего пейзажа.
Общность надежд
Mecanoo использовали архитектуру общежития для торонтского Тринити-колледжа для формирования устойчивого студенческого сообщества, объединив традиции и экологичный, ответственный подход к жизни.
Пористая программа
Здание Центра досуга трудящихся в Хайкоу использует муссонные ветра для вентиляции, а дождевую воду – для полива висячих садов. Авторы проекта – Проектно-исследовательский институт зеленой архитектуры в составе китайской компании CADG.
Два города, два сада
Усадебные сады Екатеринбурга и многонациональные слободы Астрахани стали отправной точкой для двух проектов благоустройства Бюро А4. В одном случае исторический контекст подсказал характер прогулочных маршрутов и озеленения, в другом – саму структуру двора.
Застывшее движение
Клубный дом «Пушкарев, 12» по проекту GAFA Architects имеет все шансы стать новой городской достопримечательностью благодаря необычному фасаду. Волнообразная оболочка из глазурованной керамики делает здание похожим то ли на шкатулку, то ли на застывший театральный занавес, то ли на арт-объект.
CITYZEN в Покровском-Стрешневе
Офисный комплекс CITYZEN от MR – новая работа архитектурного бюро UNK – часть масштабного редевелопмента территории у метро «Тушинская». К созданию архитектурной айдентики проектировщики подошли нестандартно, найдя сквозной пластический мотив буквально под землей, на которой расположено здание
Киберсвобода на Киберэтаже
Проект Киберэтажа в квартале Lucky от бюро VOX Architects – эксперимент по созданию рабочей среды, чей комфорт, эстетика и функциональная гибкость выводят понятие «офис» на принципиально иной уровень.
Живительный вдох
Бюро Snøhetta трансформировало старое здание компании Laerdal Medical в норвежском Ставангере в экологичный и удобный живой офис, сохранив или повторно использовав все что можно.
Выход через ЖК
Жилой комплекс KJ Den Haag по проекту Powerhouse Company формирует парадный выход в город из Центрального вокзала Гааги.
Искусство первого впечатления
Для клубного дома «Капельский, 5» бюро Syntaxis разработало интерьеры, в которых граница между архитектурой и искусством становится весьма условной. Каменная мозаика, деревянные панели и выразительная пластика потолка формируют художественную среду, рассчитанную не только на созерцание, но и на повседневную жизнь.
Городские оазисы
Четыре павильона по проекту Snøhetta для гонконгского ЖК Pavilia Farm отвечают разным нуждам жителей комплекса.
Звезда с звездою говорит...
Вашему вниманию – опыт краткой истории проектирования на территории «Красного Октября» в 2024–2025 годов – с участием очень известных московских бюро: Меганом, Saga, ЦЛП и мастерской Сергея Скуратова. Проект изменился уже в начале 2026 года, хотя коллегиально выработанный мастер-план был взят как основа. Так что в данном случае – речь о недавней, но истории. С проектами и комментариями авторов, в основном посвященных коллективной работе. Ценнейший материал, на наш взгляд.
Линия и крест
Возведенные из бетона и дерева корпуса в деловом и образовательном iXcampus в Сен-Жермен-ан-Ле под Парижем вписаны по замыслу Baumschlager Eberle Architekten в ландшафт исторического парка.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Технологии и материалы
Архитектура в движении: как театр приходит в современные...
Движение в архитектуре может быть не только визуальным эффектом, но и физическим свойством пространства. Кинетические потолки, подвижные конструкции и объемные арт-объекты позволяют менять конфигурацию и сценарии интерьера, объединять движение со светом и звуком. На примере разработок Paper Design® смотрим, как работают такие системы, какие задачи они решают и почему при их проектировании архитекторы обращаются к театральной драматургии.
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Сейчас на главной
Дом не для бегемота
Бюро Ofis построило в родной Любляне жилой комплекс из 8 средневысотных корпусов: он способен противостоять паводкам, а также меняться и развиваться.
Архитектура за пределами чертежа
Объявлены победители международной премии The Architecture Drawing Prize 2026. Среди 11 отмеченных работ – архитектурные фантазии, исследования исторической памяти, размышления о будущем городов и эксперименты с традиционными способами изображения архитектуры.
Читай, играй, общайся
Библиотека «Притяжение», созданная бюро DE-SENSE, кажется, вобрала в себя все основные приемы, характерные для формата «Третье место», но с адаптацией на детскую и подростковую аудиторию. В результате получилось пространство, наполненное радостью и интересом к знаниям, куда хочется возвращаться.
Ключ к историческому поселению
В Казани в рамках Строительной недели БРИКС состоялся IV форум «РЕБУС», темой которого стало «Градостроительство в исторических поселениях». Предлагаем репортаж с мероприятия, некоторые тезисы дискуссий, а также итоги смотр-конкурса, отмечающего лучшие практики в сфере градостроительства на исторических территориях.
По стопам Кулибина
Бюро ГОРА спроектировало три станции канатной дороги для Нижнего Новгорода. Маршрут свяжет берега Оки и район станции метро «Заречная», предлагая не только удобную переправу, способную транспортировать около 30 000 человек в день, но и новый взгляд на город – как с точки зрения панорам, так и его наследия. Архитектурное решение, вдохновленное инженерными достижениями нижегородца Ивана Кулибина, оставляет открытыми механизмы и коммуникации, а также закладывает выставочную функцию.
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.
Дмитрий Овчаров и Елена Мерцалова: «У ‘nefa’architects’...
‘nefa’architects’ существуют больше двадцати лет, но по-прежнему сознательно сохраняет компактную структуру. При этом диапазон проектов сложно свести к одной специализации: офисы и аэропорты, общественные здания и благоустройство, реконструкция, интерьеры. С руководителями бюро Дмитрием Овчаровым и Еленой Мерцаловой мы поговорили о том, чем живет и как работает студия сегодня.