Дом с биографией

На юго-востоке Англии по проекту бюро FAT и художника Грейсона Перри построен «Дом для Эссекса» – загородная вилла и произведение современного искусства одновременно.

author pht

Автор текста:
Нина Фролова

24 Июня 2015
mainImg
Заказчиком выступила некоммерческая организация Living Architecture во главе с философом Аленом де Боттоном. Ее цель – теснее знакомить широкую публику с качественной современной архитектурой, возводя дома в живописных местах Британии и сдавая их внаем на короткий срок всем желающим. Среди уже поработавших с де Боттоном архитекторов – MVRDV и Майкл Хопкинс, в данный момент строятся виллы по проектам Петера Цумтора и Джона Поусона, но даже «Балансирующий амбар» Вини Мааса и его коллег кажется обычным жильем по сравнению с последним дополнением к собранию Living Architecture – «Домом для Эссекса».
 
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse

Эта вилла расположена, как можно догадаться из ее названия, в графстве Эссекс – недалеко от морского побережья, на окраине деревни Рэбнисс (Wrabness), на вершине холма, откуда открываются живописные виды: совсем рядом – места, которые любил писать Констебл. В то же время, Эссекс – это не только красивые пейзажи и милые деревеньки: в его границы входят и промышленные пригороды Лондона, и доки в устье Темзы, и морские курорты. Жители графства часто выступают героями анекдотов: их считают малообразованными, недалекими, лишенными вкуса выходцами из рабочего класса, перебравшимися в Эссекс после войны из трущоб лондонского Ист-Энда и поправившими финансовое положение при Маргарет Тэтчер. Однако за стереотипами скрываются истории конкретных людей, где достаточно не только забавных, но и печальных эпизодов. Это прекрасно знают авторы проекта виллы – архитектор Чарльз Холланд (FAT) и художник Грейсон Перри: оба они родились в Эссексе.
 
Авторы проекта: слева – Чарльз Холланд (FAT), справа – Грейсон Перри в образе Джули Коуп © Katie Hyams

Перри, лауреат Премии Тернера и член Королевской академии художеств, известен своими расписными вазами и гобеленами на темы идентичности, социальной несправедливости, домашнего насилия, нарушения прав женщин, господства разнообразных стереотипов. По его словам, еще 20 лет назад, играя с дочерью, он часто придумывал с ней персонажа, его семью, жизнь – и его жилище. Позже художник размышлял о том, чтобы самому спроектировать дом или даже храм (интерес к «светской», альтернативной традиционным конфессиям религии сближает Перри с де Боттоном, опубликовавшим в 2012 книгу «Религия для атеиста»). На такой основе очередная вилла для Living Architecture стала не просто загородным домом, а «святилищем типичной женщины графства Эссекс» – чем-то вроде паломнической часовни.
 
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse

Перри придумал этой «типичной женщине» детальную биографию: ее звали Джули Коуп (от глагола cope – «справляться с кем-либо или чем-либо непростым»), она родилась в Эссексе во время катастрофического наводнения 1953 года, а погибла в 2014, когда ее сбил скутер работника службы доставки блюд с карри (этот скутер, Honda С90, служит люстрой в гостиной-часовне виллы). Она жила в одном из «новых городов», которые строились в Британии после войны, и в типичном поселке 1980-х. Смогла получить высшее образование лишь в зрелом возрасте, после развода с первым мужем, в браке с которым родила нескольких детей. В университете встретила второго супруга и поселилась с ним в деревне Рэбнисс. По замыслу Перри, именно этот, второй муж построил в ее память виллу-часовню, «Тадж-Махал на реке Стур». В целом, художник описывает жизнь своей героини как «историю женского ума, которому помешали реализоваться».
 
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse

Такая развернутая «легенда» проекта, казалось бы, отодвигает архитектора на второй план, делает его лишь исполнителем идей художника. Но Чарльз Холланд, как и его коллеги по FAT (бюро существовало в 1995–2014) имеет собственный опыт в современном искусстве, кроме того, все проекты этой мастерской, развивая линию постмодернизма, успешно сочетали орнамент, игру с цветом, исторические цитаты и провокацию. Перри тоже принадлежит к этой линии со своим желанием соединять несоединимое и использовать в качестве источника вдохновения как классическую традицию, так и поп-культуру.
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse

«Дом в Эссексе» имеет поэтому развитую генеалогию: здесь и церкви Русского Севера, и матрешки, и норвежские ставкирки, и завораживающие интерьеры Джона Соуна, и керамический декор Лейтон-хауса, и коттеджи в духе движения «Искусства и ремесла»; яркий колорит интерьера отсылает и к Адольфу Лоосу, и к народным традициям.
 
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse

Вилла напоминает гармошку или выдвинутые друг из друга части матрешки: она делится на четыре части, постепенно увеличивающиеся по мере того, как она «спускается» с холма. Фасады здания сначала хотели покрыть характерной для народного зодчества Эссекса стуковой лепниной, но в итоге остановились на 2000 глазурованных изразцах по проекту Перри: на части из них Джули предстает в виде средневековой символической женской фигуры «шила-на-гиг» (sheela na gig), на остальных изображены связанные с ее биографией символы – булавка для застегивания подгузника, сердце, герб Эссекса, кассета-микстейп, ее инициал J и т.д. Кровля покрыта золотистым сплавом меди, на коньке крыши установлены замысловатые флюгеры, в том числе – серебристая фигура Джули.
 
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse



В интерьере рассказ о героине продолжается: там размещены четыре гобелена и три керамические работы Перри, включая статую Джули больше человеческого роста в уже упоминавшейся двухсветной гостиной-часовне. В это высокое и узкое пространство выходят балкончики из расположенных на втором этаже спален (всего в «Доме для Эссекса» могут разместиться четыре человека, его общая площадь – 190 м2), но попасть на них непросто – двери туда устроены в задних стенках встроенных шкафов. Остальные двери тоже часто замаскированы. Это один из примеров архитектурных «игр» в интерьере, которые Перри полностью называет заслугой Холланда. Также к вкладу архитектора художник относит то, что дом получился не совсем сказочным – или даже совсем не сказочным, и гораздо более четким и актуальным, чем изначально представлял его Грейсон Перри. Получившийся гезамткунстверк завершает «надгробие» Джули Коуп в саду, служащее также и скамьей.

Оригинальность «Дома для Эссекса», казалось бы, должна отпугивать желающих провести там приятный уикэнд среди лугов и холмов южной Англии, однако летний сезон 2015 года был раскуплен почти мгновенно: получается, современные искусство и архитектура служат не худшим «магнитом», чем красоты природы.
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © Jack Hobhouse
Вилла «Дом для Эссекса» © FAT Architecture. Источник: www.ribaj.com
Вилла «Дом для Эссекса» © FAT Architecture. Источник: www.ribaj.com
zooming
Вилла «Дом для Эссекса» © FAT Architecture. Источник: www.ribaj.com
zooming
Вилла «Дом для Эссекса» © FAT Architecture. Источник: www.ribaj.com
Вилла «Дом для Эссекса» © FAT Architecture & Grayson Perry


24 Июня 2015

author pht

Автор текста:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Уединение в Уэльсе
«Дом жизни» по проекту Джона Поусона, седьмая вилла программы Living Architecture, задуман как убежище от житейской суеты.
От избыточности до минимализма
Британская программа Living Architecture сообщает о своих новых и обновленных проектах домов, разработанных бюро FAT и художником Грейсоном Перри, архитекторами Петером Цумтором и Джоном Поусоном.
С видом на дюны
В небольшой деревушке графства Саффолк в Англии норвежское архитектурное бюро JVA закончило строительство арендного коттеджа Dune House. Благодаря своему живописному силуэту, эта постройка уже стала местной достопримечательностью.
Кораблик над головами прохожих
В Лондоне открылся очередной объект программы Living Architecture — павильон «Комната для Лондона», спроектированный архитектором Дэвидом Коном и художником Фионой Бэннер.
Архитектура на диком пляже
По проекту шотландского бюро NORD Architecture на пустынном галечном пляже в графстве Кент построена вилла Shingle house – дом для сдачи внаем, реализованный в рамках программы Living Architecture.
Пресса: С пользой для вкуса
Снять на каникулы не средневековый замок, а дом, построенный современными мастерами, предлагает британская организация Living Architecture.
Пресса: Живая архитектура – это дом отдыха в свисающем сарае
Если сарай наполовину свисает со склона холма безо всяких опор, то почему он не падает на голову маленькой девочке? Такой вопрос возник в начале мая 2009 года, когда были обнародованы эскизы этого необычного дома. Чтобы ни у кого не возникло сомнений, что 50% строения "парят в свободном пространстве", архитекторы пририсовали под нависающим зданием ребёнка на качелях. Нынче дом построили в реальности, и ни детей, ни качелей под ним нет.
Технологии и материалы
Модернизируя традиции
Специалисты корпорации HILTI придумали, как совместить несовместимое: кирпичную кладку и навесной вентилируемый фасад. Для этой цели Hilti разработала четыре альтернативных метода создания НВФ с кирпичной кладкой или её имитацией.
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Игра в шарик
Нестандартные оконные узлы Velux помогли воплотить необычный проект сферического детского сада в Подмосковье.
Тонкие и белые
Стальные ламели арены Match Point выполнены на высокотехнологичном производстве компании GRADAS.
Превращение мансарды
Для «Петровского квартала» бюро «Евгений Герасимов и партнеры» воспользовались окнами VELUX Cabrio, которые позволяют одним движением руки превратить мансарду в небольшую террасу.
Юбилей VitraHaus: 2010 – 2020
VitraHaus, который задумывался как шоу-рум для домашней коллекции Vitra, служит примером архитектурного разнообразия, отличающего кампус бренда в Вайле-на-Рейне.
Хрустальные колонны
Разбираемся в технических и технологических аспектах изготовления и монтажа стеклянных колонн дома «Кутузовский XII» – архитектурного решения, удивительного для прохожих, но во многом также и для профессионалов. Колонны можно мыть и менять лампочки.
Сейчас на главной
Стеклянный бутон
Башня по проекту Zaha Hadid Architects, строящаяся в Гонконге, напоминает бутон цветка с его флага и герба, учитывает реалии пандемии и претендует на лидерство по «устойчивости».
Парк чувств
Проект «Романтического парка Тучков буян» консорциума «Студии 44» и WEST 8, победивший в международном конкурсе, соединяет скульптурную геопластику и деревянные конструкции, разнообразие пространственных характеристик и насыщенную программу, рассчитанную на разнообразную аудиторию, с красивой и сложной пассеистической идеей усадебно-дворцового парка, настроенного на активизацию мыслей и чувств.
Деревянный «флибустьер»
Дом Freebooter на две квартиры-дуплекса в Амстердаме с деревянными солнцезащитными ламелями и деревянно-стальной гибридной конструкцией. Авторы проекта – бюро GG-loop.
Ландшафт как мемориал
Бюро Snøhetta выиграло конкурс на проект президентской библиотеки Теодора Рузвельта рядом с национальным парком его имени в Северной Дакоте.
Третья гора
Выставочный центр традиционной китайской медицины по проекту Wutopia Lab на горе Лофушань недалеко от Гуанчжоу напоминает о принципах даосизма и древнем ландшафтном искусстве.
Радость познания
Проект «Зеленый сад» – первый этап на пути масштабных планировочных и архитектурных изменений, которые происходят в одном из ведущих частных учебных заведений России – Павловской гимназии под влиянием эволюции образовательной системы и благодаря активному участию сообщества педагогов и учеников гимназии.
Звезды для полковника
Сквер имени командира стрелковой дивизии Михаила Краснопивцева на микрорайонной окраине Калуги объединяет бронзовый памятник с современным благоустройством, нацеленным на развитие общественной жизни окрестностей.
Кристаллический ландшафт
На Тайване открылся концертный зал Тайбэйского центра музыки по проекту RUR Architecture: этот посвященный поп-музыке комплекс 11 лет назад был предметом крупного международного архитектурного конкурса.
На все времена
Сохранение наслоений разных периодов – одна из прогрессивных тенденций современной реставрации. Именно так, если говорить в целом, произошло обновление вокзала 1933 года в Иваново: на тридцатые, пятидесятые и восьмидесятые. Но довольно много добавилось и современного, так что реализованный проект правильнее называть реконструкцией.
Архитектура как инструмент обучения
Концепция благотворительной школы «Точка будущего» в Иркутске основана на новейших образовательных программах и предназначена, в числе прочего, для адаптации детей-сирот к самостоятельной жизни. Одной из составляющих обучения должна стать архитектура здания: его структура и разные типы связанных друг с другом пространств.
Радужный небосвод
В церкви блаженной Марии Реституты в Брно архитекторы Atelier Štěpán создали клеристорий из многоцветных окон, напоминающий о радуге как о символе завета человека с Богом.
Новое в Никола-Ленивце
В конце прошлой недели состоялся 15-й, юбилейный фестиваль «Архстояние», и территория арт-парка Никола-Ленивец пополнилась тремя новыми объектами. Рассказываем о них.
Внезапный вызов к доске
Королевский институт британских архитекторов (RIBA) представил программу развития «Путь вперед», предполагающий переаттестацию его членов каждые пять лет и изменения в программе сертифицированных им вузов в пользу технических дисциплин. Причины – итоги расследования катастрофического пожара в лондонской жилой башне Grenfell и «климатическая ЧС».
Журавлик
В нашем детстве все знали историю про девочку из Японии, которая болела неизлечимой лейкемией из-за ядерных бомбардировок, и загадала сложить много журавликов прежде чем умереть. Проектируя реконструкцию здания для детского хосписа – первого в Москве – IND architects положили в основу именно эту историю. А называется проект – Дом с маяком.
На красных холмах
Павильон центра молодежной культуры для самого большого экстрим-парка в России с интерактивным фасадом и переосмыслением эстетики стрит-арта.
Метро как по учебнику
В столице Катара Дохе строится с нуля метрополитен: готовы 37 станций, спроектированных по «дизайн-руководству», разработанному бюро UNStudio.
Первый выпуск Ре-школы: наследие Ельца
Дипломники школы Наринэ Тютчевой подготовили мастер-план развития Ельца, а также концепцию сохранения трех объектов культурного наследия, предлагая решения для сохранения слободской застройки, расселения ветхого жилья и восстановления городских связей.
Керамика в ракурсе
Изогнутые керамические пластинки на фасадах исследовательского института при барселонской больнице Сан-Пау – «двойного назначения»: снаружи это натуральная терракота, а в ракурсе видна разноцветная глазурь.
Пресса: Как изменится Небесный град. Григорий Ревзин о городе...
Рядом с реальным городом у нас на глазах вырос город виртуальный, и можно с большой уверенностью утверждать, что эта пара теперь просуществует неопределенно долго. Даже более определенно — эта пара и есть город будущего при любом варианте его развития.
Машина для эмоций
Новый небоскреб в деловом районе Дефанс – башня компании Saint-Gobain, по замыслу архитекторов Valode & Pistre, должна вызывать эмоции – своей сложной формой, висячими садами, переменчивым обликом фасада.
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
«Подтянуть уровень города до уровня памятников»
Такова задача нового мастер-плана Суздаля, разработанного ДОМ.РФ совместно с КБ Стрелка в преддвериии тысячелетия города. Рассказываем, каким образом авторы предлагают трансформировать пространство «городского поселения», куда больше миллиона человек в год приезжает посмотреть на старый русский город.
Наедине с морем
Плавучий сборный отель Punta de Mar у испанского побережья Средиземного моря – образец туризма будущего. При реализации проекта важную роль сыграло стекло Guardian Glass.
Галерейный подход
Рассказываем о концепции Центральной районной больницы вместимостью 240 мест «Гинзбург архитектс», которая заняла 1 место на конкурсе Союза архитекторов и Минздрава.
Конструктор здоровья
Публикуем концепцию типовой больницы бюро UNK project, занявшую 2 место в конкурсе, проведенном Союзом архитекторов России при участии Минздрава.
Пресса: Найдите 9 отличий: ревизия конкурсов на метро
В Москве объявили результаты очередного — пятого — конкурса на архитектурный облик станций метро. Мы решили разобраться, что происходит с 9-ю концепциями-победителями уже прошедших конкурсов и почему реализации могут оказаться совсем на них не похожими.
«Скальпель» в сердце Сити
Новая офисная башня по проекту KPF в центре Лондона благодаря своему острому силуэту получила прозвище «Скальпель». Она стоит рядом с «Корнишоном» и «Теркой для сыра».
Пресса: Вини Маас: Петербургу нужно два мэра — для центра...
Знаменитый архитектор, один из самых смелых визионеров от урбанистики в мире, руководящий партнёр бюро MVRDV Вини Маас рассказал dp.ru о том, почему окраины в Петербурге важнее центра, как вернуть город в мировой контекст, есть ли смысл развивать в городе сельское хозяйство, а также о своём проекте для Охтинского мыса.
От гор к водам
В Шэньчжэне реализован проект OMA: офисная башня Prince Plaza c торговым центром в большом стилобате.
Градсовет удаленно 26.08.2020
Предварительное, «для ППТ», рассмотрение дома – близкого соседа «Дома у моря» и исторического особняка, вызвало много замечаний и пожелание доработки, в том числе с позиций охраны памятника и градостроительной ситуации. Хотя проект сам по себе скорее позволили.