Душа дерева

Австрийский архитектор Херманн Кауфман стал лауреатом международной премии Spirit of Nature Wood Architecture Award.

mainImg
Это сравнительно молодая архитектурная премия, составляющая 40 000 евро, учреждена Лесным фондом Финляндии для поощрения авторов и коллективов, в чьих работах дерево является основным материалом. Первым десять лет назад был отмечен Ренцо Пьяно, среди лауреатов также — Петер Цумтор, и, как сообщает австрийская пресса, теперь Херманн Кауфман получил признание наравне с мировыми знаменитостями. На торжественной церемонии во Дворце Сибелиуса в Лахти председатель жюри, профессор Матти Раутиола отметил, что архитектура Кауфмана основана на функциональности, точном понимании материала, мастерстве и восхищает гармонией пропорций и деталей…
Херманн Кауфман. Фотография: Марина Игнатушко
Административно-общественный центр в Лудеше. Здесь расположена мэрия, библиотека, детский сад, ресторан, почта, магазины, залы для общественных мероприятий. Фотография: Марина Игнатушко


На самом деле, Кауфман давно снискал профессиональный авторитет в Европе: ежегодно он получает награды за постройки и книги, делает доклады на конференциях, в университетах разных стран выступает в качестве приглашенного профессора, преподает в Мюнхене. Самый известный его объект — Административно-общественный центр в Лудеше — ежегодно посещает больше 150 экскурсий.
Административно-общественный центр в Лудеше. Фотография: Марина Игнатушко


Херманн Кауфман известен как ведущий европейский специалист по строительству из дерева, хотя большинство его проектов реализовано на крайнем западе Австрии, в земле Форарльберг. Деятельность Кауфмана связана с неподдельным личным интересом, который удачно вписался в государственную программу «Дом будущего». В этой стране, как известно, нет своей нефти и газа, и поиски энергетических ресурсов и экономия всегда были актуальны, поэтому одним из решений стало направление в строительстве жилья «пассивный дом». Он основан на той идее, что потреблять бесконечно невозможно: всему есть предел. Поэтому важно было создать такую систему ресурсообеспечения, которая работает с использованием возобновляемых источников энергии и законов физики.
Административно-общественный центр в Лудеше. Фотография: Марина Игнатушко


Исследовательские проекты по изучению системы «пассивный дом» возникали в Америке и Европе с начала 1970-х годов, и Германия стала лидером в этом направлении. В Австрии масштабное строительство подобных домов развивается в последние десятилетия. Хотя европейский стандарт «пассивного дома» включает кирпичные и каменные постройки, австрийцы принципиально строят жилье только из леса. «Пассивный дом» живёт за счёт регенерируемых видов энергии: термальной, солнца, ветра и биомассы (отходов сельского хозяйства и деревообработки). Ограждающие конструкции такой постройки имеют высокую степень теплоизоляции. Это дом с малым энергопотреблением — 10-15% от стандартных затрат на подобное по габаритам здание.
Экономия собирается из деталей: например, оконные рамы — только деревянные. В оконных проемах устанавливают двухкамерные стеклопакеты с закачанным аргоном, которым у нас чаще всего пренебрегают. «Сэндвичи» готовят с машиностроительной точностью: на строительной площадке «коробка» встает без зазоров. В качестве утеплителя применяют исключительно природные материалы: мох, целлюлозу, овечью шерсть — без химической обработки, но тщательно промытые и высушенные. В таком доме устанавливают солнечные накопительные батареи — солнечные коллекторы и фотоэлементы, саморегулирующуюся систему приточно-вытяжной вентиляции с повторным использованием тепла, глубинные теплонасосы.
Административно-общественный центр в Лудеше. Фотография: бюро Кауфмана


Именно так построен из местной лиственницы административно-общественный центр в небольшом городке Лудеш. Комплекс составляют три прямоугольных двухэтажных здания, поставленные на общий подвальный этаж и имеющие общее бесчердачное перекрытие. Курдонер — под полупрозрачной кровлей из модулей с фотоэлементами: полученного от них электричества хватает комплексу и даже соседним зданиям.
Жилой комплекс «Мюльвег» в Вене по проекту бюро Кауфмана был признан лучшим деревянным сооружением года в Австрии. Комплекс из пяти деревянных домов, опять же — на общем бетонном подиуме, возведен среди сложившейся застройки 1960-х годов. Простые формы оживляет игра светотени на плоскостях фасадов, поддержанная интенсивной окраской солнцезащитных ставень.
Административно-общественный центр в Лудеше. Фотография: Марина Игнатушко


Конечно, об энергосбережении заботиться в Австрии и частный заказчик. Один из примеров — индивидуальный дом в городке Фрастанц — минималистский объект для элегантной жизни на природе. Но и из древесины в Форарльберге строят не только жилье и общественные здания. Производственно-складской комплекс «Вельдерхаус» вблизи Брегенца включает столярную мастерскую, склад готовой продукции, магазин и офисы. Ленточное остекление опоясывает здания по периметру, а фасады вертикально обшиты вагонкой. Полуарочные перекрытия между корпусами добавляют воздуха и лёгкости. Никаких композиционных ухищрений, эффект сводится к гармонии линий и материала с природным окружением и пространством.
Клуб альпинистов. Гинцлинг. Фотография: бюро Кауфмана


…Дважды удалось побывать в Форарльберге и свозить туда любознательных архитекторов, и среди всего многообразия впечатлений дом самого Херманна Кауфмана остался в памяти яркой вехой. И тёплой. Это длинный стеклянно-деревянный «брусок»: дом и офис одновременно. На первом этаже — бюро, на втором — квартиры сотрудников. Второй этаж консольно нависает над окнами первого: с южной стороны, со двора, выступ значительный — квартиры выходят на открытые террасы. Выносные лестничные клетки обернуты баннерной сеткой, на площадке – две квартиры. Планировка — почти анфиладная: большое пространство делится по длине невысокой деревянной перегородкой и матовым стеклом на две части: прихожая, кухня, ванная. Вторая его часть остается свободной, зонированной мебелью на кабинет, гостиную и диванную. В конце — вторая комната – спальня. В офисе под потолком висят плиты с прессованным сеном, по деревянному полу сотрудники летом ходят босиком. Фасады здания обшиты клееной фанерой, которая за десять лет, конечно, сильно поседела. Однако это не смущает архитектора Кауфмана. В этой части Австрии, куда не долетали имперские амбиции, жизнь людей всегда определялась чувством здорового практицизма. Один из принципов «пассивного дома» — легкая сменяемость любой части конструкции, так, чтобы изношенная деталь могла быть утилизована без причинения вреда природе. Кроме того, любоваться можно не только глянцем. Немало эстетического удовольствия в наблюдении за тем, как объекты красиво стареют.
Клуб альпинистов. Гинцлинг. Фрагмент. Фотография: бюро Кауфмана


Мы спросили тогда Херманна Кауфмана, что он сам про это думает:
— Если деревянный фасад вымок и выцвел (а мы не будем его красить, потому что договорились не использовать химические вещества!), значит, он приобрёл свое лицо – естественное, не нуждающееся в оценках со стороны. Все зависит от отношения. В таком доме комфортно, комфортно уже от осознания того, что не наносишь вреда природе и своему здоровью.
— Но, согласитесь, в эпоху глобальной урбанизации предпочтение пока отдается другим домам.
Жилой комплекс «Мюльвег». Вена. Фотография: бюро Кауфмана

— Да, повсюду старые дома безжалостно сносят, чтобы возвести новые, на место которым завтра придут еще более новые… Это очень затратно. За чей счет? Во имя чего? Если это просто красивый эксперимент с формами, технологиями и материалами, то важно понять, в чем его глобальный смысл? Ну не только ведь в утверждении своего превосходства?... Это прямо какие-то Олимпийские игры! Пусть кто-то ставит рекорды в беге, но для большинства людей важно испытывать ежедневное счастье от спокойной ходьбы.

Авторы текста: Марина Игнатушко, Наталья Кляйст.

Авторы и правообладатели представленных фотографий: Марина Игнатушко, бюро Architekten Hermann Kaufmann, Надежда Щема, Юлия Назаренко.

Частный дом в Фрастанце, земля Форарльберг. Фотография: бюро Кауфмана
zooming
Концертный зал для международного фестиваля «Шубертиада». Шварценберг. Фотография: Юлия Назаренко
zooming
Реконструкция жилого дома XVIII века под ресторан и гостиницу. Шварценберг. Фотография: бюро Кауфмана

16 Сентября 2010

«Восьмерка» над метро
Штаб-квартира компании Infinitus по проекту Zaha Hadid Architects талией своего объема-«восьмерки» перекинута через тоннель метро в Гуанчжоу.
Фасад в динамике
«Олимпийский дом» в Лозанне по проекту датского бюро 3XN построен на месте старого здания МОК, 95% материалов которого после сноса было использовано повторно.
Живая лаборатория
Snøhetta и Гарвардский университет превратили довоенный дом в Кембридже в энергоэффективный офис, способный адаптироваться к погодным условиям и смене времен года.
Открытый небу
На выставке 2018 China House Vision архитекторы MAD представили собственную концепцию дома будущего — в формате «живого сада». Экспериментальный павильон питается от солнечных батарей.
Четыре башни
Новое здание Копенгагенской международной школы по проекту C.F. Møller получило фасад из 12 000 солнечных батарей.
Стадион-передовик
Zaha Hadid Architects выиграли конкурс на проект деревянного футбольного стадиона, который должен стать самым экологичным в мире.
Около ноля
Самое большое в Европе «пассивное» офисное здание возведено в Брюсселе по проекту голландского бюро cepezed.
Стартапы под соломенной крышей
Традиционная английская кровельная технология использована в самом энергоэффективном и экологичном здании Великобритании на сегодняшний день – Центре предпринимательства в Норидже по проекту Architype.
Технологии и материалы
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Сейчас на главной
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Горный страж
В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.
Карельский разлом
Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Открытость без наивности
В Осло завершена первая очередь реконструкции Нового правительственного квартала, пострадавшего при теракте 2011 года административного комплекса. Авторы проекта – Nordic Office of Architecture.
Кирпичные зубцы
Архитектурный облик ЖК «Всевгород» в Ленобласти (бюро УМБРА) изобилует приемами, в том числе использующими декоративные возможности фибробетонных панелей с фактурой – что делает его интересным опытом в сегменте мало- и среднеэтажного жилья.
«АрхиСтарт» 2025: магистры, лауреаты I степени
Первый международный конкурс дипломных работ «АрхиСтарт» подвел итоги: жюри оценивало 1800 работ, присуждая дипломы в 14 номинациях. В этом материале предлагаем ознакомитсья с работами магистров, лауреатов I степени.