– На какой стадии сейчас находится работа над проектом ГЭС-2?
Екатерина Валькова,
руководитель группы архитекторов:
– Идет активное строительство: ведутся работы по усилению существующих конструкций, возводится подземная часть под основным зданием, парковка, технические помещения.
– А что там еще будет?
– В музее будет хранилище для экспонатов, аудитория, учебные классы, ресторан, мастерские для художников. В отличие от первоначальной концепции сейчас рассматриваются варианты – как экспозиция могла бы проникать в подземный уровень паркинга таким образом, чтобы один из его этажей стал частью публичной программы здания. Это будет многофункциональное пространство, но конкретика еще на стадии обсуждения. Ко всем помещениям, даже техническим, подсобным, – единый подход как к очень качественному пространству. Это позиция фонда V-A-C и Renzo Piano Building Workshop.
Центр современной культуры фонда V-A-C в бывшей электростанции ГЭС-2
Предоставлено Renzo Piano Building Workshop (RPBW)
Центр современной культуры фонда V-A-C в бывшей электростанции ГЭС-2. Проект, 2015
Предоставлено Renzo Piano Building Workshop (RPBW)
Совмещенный план первого этажа. Центр современной культуры фонда V-A-C в бывшей электростанции ГЭС-2 © Renzo Piano Building Workshop (RPBW)
Схема демонтируемых и сохраняемых элементов здания © Проектное бюро АПЕКС
– Как проходит сотрудничество с RPBW?
– С бюро Ренцо Пьяно мы взаимодействуем очень плотно, работаем в одной BIM-модели. Вся документация, которая уходит на стройку, разрабатывается совместно, архитекторы RPBW следят за каждым узлом, регулярно приезжают на строительную площадку, а один представитель бюро постоянно находится в Москве, осуществляя авторский надзор вместе с нами. Внимание к каждой детали очень велико, контролируется все, вплоть до отдельного болта.
Очень важно понимать, что наше сотрудничество – не регулярный обмен чертежами или воркшопы, оно идет в режиме реального времени в формате BIM-модели. Это технически непросто, но зато позволяет держать руку на пульсе на протяжении всей реализации проекта. Это уникальный прецедент для отечественной практики – настолько тесное сотрудничество с зарубежными партнерами – вплоть до единовременной работы в BIM модели.
Восточный фасад. Центр современной культуры фонда V-A-C в бывшей электростанции ГЭС-2 © Renzo Piano Building Workshop (RPBW) & Проектное бюро АПЕКС
Северный фасад. Центр современной культуры фонда V-A-C в бывшей электростанции ГЭС-2 © Renzo Piano Building Workshop (RPBW) & Проектное бюро АПЕКС
Южный фасад. Центр современной культуры фонда V-A-C в бывшей электростанции ГЭС-2 © Renzo Piano Building Workshop (RPBW) & Проектное бюро АПЕКС
Западный фасад. Центр современной культуры фонда V-A-C в бывшей электростанции ГЭС-2 © Renzo Piano Building Workshop (RPBW) & Проектное бюро АПЕКС
– Мы уже коснулись перемен по сравнению с первоначальной идеей, которые произошли на подземном уровне. А что еще поменялось относительно проекта, что был представлен публике в 2015?
– Относительно первоначальной концепции крупных изменений не было, добавились только новые функции – возможность проводить концерты, задействовать площадки для перформансов и много новых сценариев использования пространств музея. Появились мастерские, где молодые художники могут работать с материалами, металлом, деревом, керамикой, тканью. И люди, которые будут гулять рядом с ГЭС-2, смогут наблюдать за их работой. По той же причине появилась пекарня – как способ вовлечь пешеходов в интерактивный творческий процесс.
– Проект изначально предполагал развитие общественного пространства вокруг, охватывающего значительную часть острова. Что конкретно будет сделано?
– Перед основным зданием будет площадь, пьяцца, которая связана с набережной: она плавно, через высокие окна, проникает внутрь ГЭС-2. На главном фасаде предусмотрены высокие двери, которые в летнее время могут открываться, и часть функций будет «выплескиваться» из здания, создавая проницаемость, характерную для проектов Ренцо Пьяно. Тут же – внутренняя площадь, вестибюль и галерея, которые «затягивают» внешнее окружение внутрь. С другой стороны фасада у нас есть сад, березовая роща. Сквозь стеклянные двери витражей северного фасада можно будет выйти в сад, что поддерживает идею проницаемого пространства.
Предоставлено Renzo Piano Building Workshop (RPBW)
Центр современной культуры фонда V-A-C в бывшей электростанции ГЭС-2.
– С севера, как понимаю, фасад сохранился частично?
– По сохранившимся историческим фотографиям видно, что в интерьере предполагалось много света, воздушность. Это очень красивое пространство. Сейчас здание очищено от всяких наслоений, от всего лишнего, внутренних перегородок и поздних пристроек. Все его лучшие качества и преимущества в этом проекте будут подчеркнуты. Витражи будут заменены, но общий дух индустриального фасада – сохранен. Во всем проекте прослеживается большое уважение к наследию, к самому историческому зданию.
– Еще запланирован ряд экологических компонентов.
– Да, в верхней части новых труб будут электроветрогенераторы, в связи с этими трубами есть хорошая метафора. Что такое трубы на промышленном здании? Через них загрязняется воздух. А здесь мы делаем инверсию: в наших трубах будет, наоборот, воздухозабор для общеобменной вентиляции здания. То есть мы с высоты 70 метров забираем чистый воздух и раздаем его внутри здания. И вместо загрязнения среды мы, наоборот, думаем о чистоте воздуха.
На кровле будут установлены фотоэлектрические элементы, а собранная дождевая вода пойдет на полив сада.
– А сколько процентов от нужд ГЭС-2 покроют «зеленые» источники энергии?
– Если брать в целом, получается сэкономить достаточно много ресурсов. Система полива березовой рощи работает не за счет городского водопровода, а за счет резервуара «серой» воды – в данном случае, собранной и очищенной дождевой воды. Фотоэлектрические элементы и ветрогенераторы вырабатывают порядка 6% от всего количества потребляемой зданием энергии.
– Для России это все равно важно, учитывая редкость использования у нас «зеленых» компонентов.
– Надо двигаться в этом направлении, создавать прецедент использования «зеленой» энергии, чтобы это популяризировать. Понятно, что мы ресурсная страна, у нас электричество всегда будет дешевле, чем где-нибудь в Скандинавии, и что затраты на фотоэлектрические элементы несопоставимы со стоимостью электроэнергии. Но это объект «про будущее», про то, как мы должны развиваться. ГЭС-2 – это же даже не музей, а некий визионерский центр. Очень большая работа идет по привлечению к работе над ним специалистов, способных прогнозировать развитие, а не фиксировать то, что существует на сегодняшний день.
Так, мы на этой неделе встречались с профессором Массачусетского технологического института, который привлечен фондом V-A-C в качестве консультанта к проекту ГЭС-2 в части мультимедиа-оснащения.
– С целью – дать художникам новые средства выражения?
– Новые средства выражения, новые технические и технологические возможности рассказать о себе миру. Кто бы мог десять лет назад представить Instagram и его влияние на людей? ГЭС-2 ставит перед всей проектной командой задачу – представить, что будет дальше. Этот проект в том числе – про романтический футуризм. Замысел касается всех аспектов культуры, что намного больше, чем созерцание картины или прослушивание музыки. Ручной труд – это тоже культура. Поэтому у нас будет здесь цех металлообработки, где ребята будут учиться ковке, литью и так далее. Диджейское искусство, граффити, видео – тоже культура. И в ГЭС-2 как раз будет такой междисциплинарный сплав.
