Город архитектурных чудачеств

Во вторник в пресс-центре «РИА Новости» состоялся круглый стол, посвященный проблеме московского архитектурного наследия. Эту инициативу спровоцировал ряд недавних событий: открытие нового «Военторга», скандал с надстройкой дома Пастернака, нелепая история «подкопа» под Кремль рядом с Заиконоспасским монастырем, заявление столичного правительства о скором окончании реконструкции гостиницы «Москва», а также грозящая перестройка ансамбля Провиантских складов

author pht

Автор текста:
Наталья Коряковская

13 Августа 2008
mainImg

Заявленная РИА новости встреча власти и общественности состоялась не в полной мере, поскольку от лица власти была лишь заместитель руководителя управления Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства Росохранкультуры Светлана Жданова. Все остальные были общественностью – Евгений Асс, Юрий Аввакумов, Давид Саркисян, Андрей Бильжо. Позицию общественности, занятой защитой наследия, представили Рустам Рахматуллин, Клементина Сесил и Марина Хрусталева, а мнение «широкой и неискушенной», хотя тоже заинтересованной в сохранении наследия общественности озвучил руководитель проекта «Москва, которой нет» Адриан Крупчанский. Так что вместо конструктивного диалога получилась интересная дискуссия, участники которой в конечном счете разделились на пессимистов и оптимистов в вопросе возможного паритета общества и власти на предмет архитектурного облика столицы.

Дискуссию начал Давид Саркисян, сразу подчеркнув ее своевременность и обоснованность, поскольку, по его словам, количественные изменения в облике Москвы настолько наросли, что переходят уже в качественные. В этом директор Музея архитектуры лишний раз убедился, пока шел на пресс-конференцию от Воздвиженки до Зубовского бульвара: «У нас город наполовину заменен на отдельные версии, копии и фантазии, т.е. наше время просто стирает его и заменяет на какое-то придуманное представление о прошлом».

Общественность при этом не молчит, а активно действует, заметил Саркисян, указав на присутствовавших на круглом столе Адриана Крупчанского и Клементину Сесил, члена Московского общества охраны архитектурного наследия (MAPS), да и власть в лице Москомнаследия – сказал директор Музея архитектуры, это «наши союзники, а не враги», так в чем же дело, откуда появляется «Военторг», хуже и уродливей которого, уверен Давид Саркисян – «ничего и придумать нельзя, который воплощает собой вообще «предел» возможного… Они думают, что так лучше – сломать старый дом и построить новенькую копию…».

Отсутствие авторитета специалиста в этом деле приводит к фатальным ошибкам, считает Светлана Жданова. Проблему можно обозвать и «неправильным вкусом власти», о чем говорил в своем выступлении Евгений Асс, и даже произволом, как отметил Юрий Аввакумов, когда власть вместо архитекторов сама проектирует и корректирует  проекты. Суть не меняется: реставраторы, по словам Светланы Ждановой, по-прежнему не имеют серьезного авторитета, который «слышали бы» чиновники, законодатель не опирается на профессионалов, и архитектура продолжает обслуживать строительство, как у нас исторически сложилось.

В число важных проблем с наследием, по мнению Светланы Ждановой, входит «запущенность» этого вопроса, десятилетиями, а то и столетиями не решавшегося, что вызывает естественное желание «быстрее привести все в порядок». Второе, это вопрос с новым законодательством, которое появилось в 2002-м, но все еще не действует из-за отсутствия подзаконных актов. В градостроительном кодексе, по словам Светланы Ждановой, даже нет такого понятия как реставрация. «На наследии сегодня зарабатывают все – считает представитель Росохранкультуры – у нас оно превратилось в «разменную монету».

Обсуждение проблемы размытости критериев и нечеткости законодательства поддержал Рустам Рахматуллин. Хотя в целом государство, по его мнению, все больше оказывается на стороне защитников наследия, по-прежнему из-за расплывшихся формулировок в законе возникает «поле для манипуляций». В качестве примера Рахматуллин указал на соседние с пресс-центром «РИА Новости» Провиантские склады, вокруг проекта реконструкции которых на последнем общественном совете развернулась нешуточная борьба. По плану мэрии они должны быть перекрыты стеклянной крышей. «Есть запрет на капительное строительство и одновременно есть разрешение на приспособление памятников», – пояснил Рахматуллин. Является ли капитальным строительством крыша над внутренним двором, в законе не уточняется.

Особая тяга московской мэрии к перекрытию пространств исторических памятников грозит, по мнению Рустама Рахматуллина, не только утратой их аутентичности, но и исчезновением городского пространства, куда можно прийти свободно и бесплатно в режиме прогулки. Если главный фасад памятника оказывается во дворе, как в случае с Монетным двором XVII века (его решено отдать Историческому музею и перекрыть) – тогда оказывается, что при реконструкции его исключают из нашего свободного доступа, хотя «общественным пространством» по билетам он по-прежнему остается.

Рустам Рахматуллин обратил внимание и на то, что пресловутые «крыши» часто предлагают класть «культурные организации» – в ближайшем будущем Консерватория может перекрыть усадьбу, где располагается Рахманиновский зал, ГТГ инициирует снос дома 10 по Кадашевской набережной, которая, по словам Рахматуллина, расчищается от последних остатков подлинной старины ради развития Третьяковки. А открыл эпопею с «крышами» литературный музей Пушкина, снеся при этом уникальные ворота по Хрущевскому переулку.

Третья проблема в этом контексте связана, по мнению Рахматуллина, с такими крупномасштабными событиями, как перекрытие Гостиного двора, Хлебного дома в Царицыно и достройка Большого дворца, в которых существовавшие ранее тенденции приняли угрожающий масштаб. Рустам Рахматуллин назвал их «любимыми проектами мэра»: «Они, как правило, царские, посвящены памятникам монументальным и самым величественным, и здесь оказываются возможными законодательные манипуляции». Но не только власть, но и отсутствие солидарности в реставрационном сообществе угрожают наследию, считает Рахматуллин: «Проектировщики разделились на тех, кто обслуживает власть и тех, кто никогда не будет этого делать. Я бы инициировал индивидуальную ратификацию Венецианской хартии, запрещающую то, что в последнее время делают некоторые архитекторы».

Несколько иначе взглянул на проблему Евгений Асс, увидев корень зла в «чудовищном инвестиционном прессинге», который испытывает Москва. По мнению Асса, очевидно, чьи интересы в данном случае отстаивает власть – инвестора, а не города. Существует еще и проблема так называемого «вкуса власти», который поддерживает сложившийся «климат», хотя, по мнению Евгения Асса, «у власти не должно быть вкуса вообще. Когда говорят, что у Лужкова и Ресина такой вкус – меня это пугает». Общественность из этого процесса просто напросто исключается в силу отсутствия в городе гражданского общества, считает Евгений Асс. Существует ЭКОС, но он «фактически стал инструментом манипуляции городского правительства. Такие конкретные случаи, как «Военторг», вообще на ЭКОС не выносились». 

Евгений Асс был полностью солидарен с Рустамом Рахматуллиным по поводу роли Венецианской хартии в вопросе с наследием, где четко прописано, что архитекторы не  должны воспроизводить исторический памятник, иначе, по словам Асса, это становится инструментом бизнеса: «А дальше появляются такие «украшения города», как Царицыно – это фантастика, история достойная Замятина, постройка наконец-то памятника Баженова и Казакова! Власть приватизировала историю и может разбираться с ней так, как нужно». А архитекторы ей в этом не противоречат. «Когда предлагают большие деньги, это сложный нравственный вызов», считает Евгений Асс, хотя в собственной реставрационной практике в Нижнем Новгороде он строго придерживается положений хартии.

Более резок в своем выступлении был Юрий Аввакумов, который назвал сложившуюся ситуацию с наследием следствием профессионального невежества и культурного хамства. Примером первого является Гостиный двор, пространство которого, по словам Аввакумова, больше городу не принадлежит, хотя задумывалось все как раз наоборот. Гостиный двор вместо площади стал зданием, причем всего на 2500 тыс. человек, хотя «размеры его равны площади Сан марко в Венеции, которую перекрыть никому в голову не приходило». С архитекторов Юрий Аввакумов отчасти снимает ответственность, поскольку, по его словам, «они не имеют возможности исправлять систему».

Ближе к завершению дискуссии ее участники коснулись самых острых памятников – гостиницы «Москва», «Военторга», Провиантских складов и ЦДХ. В случае с гостиницей, считает Давид Саркисян, жальче всего ее великолепные интерьеры: «они гибнут в России с дикой скоростью. Что до ее внешнего вида, то обещали, что она будет похожа на прежнюю, хотя как это возможно при другой высоте этажей, непонятно – на вид теперь желтенькая, и добавили коричневого». С «Военторгом», на взгляд Саркисяна, все гораздо хуже: «Он убил всю градостроительную округу. Рядом стоит свадебный дом Параши Жемчуговой, чудесный ампирный особнячок, который сейчас как жалкая серенькая будочка, которую тоже пора будет вскоре «менять». Я бы поступил с «Военторгом» так – отрезал бы верхушку и все, что там выросло – мансарду, купол…».

Чудовищными назвал Юрий Аввакумов проекты по двум другим известным объектам – ЦДХ и Провиантским складам. «Ансамбль из нескольких сооружений предлагают перекрыть, – не перестает удивляться Юрий Аввакумов по поводу творения Стасова, –  перекройте Парфенон тогда, от осадков будет охранять…». Проект «Апельсин» на месте ЦДХ нельзя назвать ничем иным как капризом – считает Евгений Асс, причем «капризом, который превращается в сложную градостроительную и социальную проблему». «Это будет национальный позор, – заявил Давид Саркисян, мы закрываем национальную галерею и делаем офисный центр, в который она будет включена! В городе, который мы оставим сейчас, будет много причуд, архитектурных чудачеств, причем неудачных. И если напротив Кремля будет стоять символ «оранжевой революции», то его никто не поймет, и выглядеть это будет довольно нелепо».

«Больной скорее мертв, чем жив», – констатировал ситуацию с наследием Андрей Бильжо, по профессии психиатр. Болезнь, одолевшая столичных инвесторов, власти и некоторых архитекторов называется «строительная шизофрения». Бильжо охарактеризовал ее такими признаками как булемия – отсутствие насыщения, агрессия и, в конечном счете, летальный исход. Не все участники дискуссии, правда, разделили столь глубокий пессимизм. Проект «Москва которой нет», по словам Адриана Крупчанского, «надеется сломить пассивное сопротивление чиновников Москомнаследия». Сейчас основой  задачей является обнародование списка памятников, находящихся в процессе рассмотрения, поскольку заявок туда поступило уже больше тысячи, а вот дальнейший путь их для общественности большой секрет.  

По словам Марины Хрусталевой (MAPS) выход из сложившейся ситуации с наследием все же возможен – стоит, хотя бы, обратиться к опыту Европы, где давно уже существует практика вложения капитала в реставрацию памятника с расчетом не на короткие деньги, а лет на 30-50, что в итоге все равно себя окупает. Московские же инвесторы пока рассчитывают на быстрые деньги.

Очередной разговор о наследии резюмировал самые громкие «дела» последних месяцев – начиная от Апельсина и заканчивая Военторгом. В перспективе – Провиантские склады. За них только взялись. Что-то с ними будет? Ведь диалог общественности / власти / инвесторов – это такой странный диалог. Он то налаживается, то обратно разлаживается. Вот между собой общественность, если ее представители в общем и целом сходятся, способна продуктивно обсудить проблему. И то хорошо. Во всяком случае, очевидно, что мы отмечаем веху в процессе уничтожения московского наследия: сданы громкие новоделы (полгода как сдают); объявлено о будущих разрушениях; а диалог – он вроде бы налаживается.

Слева: Рустам Рахматуллин, Клементина Сесил, Светлана Жданова, Евгений Асс, Андрей Бильжо, Давид Саркисян. Фото: Наталья Коряковская
Давид Саркисян и Адриан Крупчанский
Светлана Жданова
Евгений Асс и Андрей Бильжо


13 Августа 2008

author pht

Автор текста:

Наталья Коряковская
comments powered by HyperComments

Статьи по темам: Судьба ЦДХ–ГТГ на Крымском валу , SOS. Архитектурное наследие, Гостиница "Москва", Реконструкция Провиантских складов

Пресса: Еще вчера здесь дом стоял…
Скандал со сносом домов XVIII - начала XX века в Боровске Калужской области, сколько бы ни старались власти его затушить, не утихает.
Пресса: В старинном Боровске сносят исторические особняки
В городе Боровск Калужской области разгорелся скандал, связанный со сносом 17 исторических домов. Власти решили демонтировать особняки XIX века, в том числе ранее отреставрированные, а затем выстроить их заново «из современных материалов».
Пресса: У кого-то не все дома...
На выходных Калуга лишилась одного из памятников архитектуры (не признанного, правда, таковым официально). Это деревянный дом, построенный более ста лет назад в стиле модерн. В прошлом году его отремонтировали волонтеры...
Пресса: Смольный возмутился незаконным сносом флигеля Филонова
Смольный возмутился поступком НИИ Океанологии, который за ночь снес исторический флигель XVIII века в доме №31 по улице Репина, в котором учился русский художник-авангардист Павел Филонов. Об этом сообщает «Фонтанка».
Пресса: Уроки заяузского сноса
3 октября в Москве был снесен дом причта (1878 г.; 2-й Котельнический пер., 2, стр.1) церкви Космы и Дамиана Нового в Гончарах. Нашим активистам на несколько часов удалось приостановить разрушение очередного фрагмента исторической Москвы, но потом в разрешительный ордер ОАТИ вписали нужные слова, и экскаватор быстро покончил с домом.

Технологии и материалы

Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.
«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.
Архитекторы из Томска создали мультикомфорт на международном...
По итогам международного архитектурного конкурса «Мультикомфорт от Сен-Гобен» проект российских студентов был отмечен специальным призом. Россия участвует в мероприятии в 8-й раз, но награду получила впервые. Рассказываем, как команде из Томска удалось реализовать концепцию мультикомфортного жилья и чем важен этот конкурс.

Сейчас на главной

Третий масштаб
На сложном участке в Одинцовском округе Подмосковья «Студия 44» спроектировала вторую очередь гимназии им. Е.М. Примакова – школу с мощным демократическим пафосом и архитектурой в духе итальянского рационализма.
Музей на семи ветрах
В Шанхае на берегу реки Хуанпу построен музей Уэст-Банд. Авторы проекта – David Chipperfield Architects. Первые пять лет там будет показывать свои выставки Центр Помпиду.
Изгибы дюн
Комплекс апартаментов в Сестрорецке с криволинейными формами и выдающейся инфраструктурой, позволяющей охарактеризовать место как парк здоровья или дачу нового типа.
Отдых на Желтой реке
Бутик-отель Lost Villa шанхайской мастерской DAS Lab на границе Внутренней Монголии повторяет форму традиционного местного поселения.
Кирпич старый и новый
В центре Манчестера строится жилой квартал KAMPUS по проекту Mecanoo на 533 квартиры: жилье, кафе и магазины расположатся в новых корпусах и исторических складах из кирпича, а также в бетонной башне 1960-х годов.
Пресса: Где будет центр
Сейчас город — это прежде всего его центр, центром он опознается и остается в голове. Город будущего требует деконструкции центра настоящего. Вопрос: а будет ли у него другой центр?
Консоли над полем
Школьное здание по проекту BIG в пригороде Вашингтона составлено из пяти раскрывающихся как веер ярусов, облицованных белым глазурованным кирпичом.
Бегство из Вавилона
Заметки об инсталляции Александра Бродского для книг Анны Наринской – «Невавилонской библиотеке» в Центре толерантности.
«Вариации на тему»
Плавучие дома по проекту Attika Architekten на канале в центре Нидерландов получили фасады из фиброцементных панелей EQUITONE [natura].
Тонкая игра
Клубный дом в Большом Козихинском, – пример архитектурного разговора о методах и источниках стилизации, врастающей в современные тенденции. С ярким акцентом, вдохновленным работой Льва Бакста для «Дягилевских сезонов».
Профсоюзное движение
В Британии основан профсоюз архитекторов и всех других сотрудников архитектурных бюро, включая секретарей, менеджеров, техников.
Визит в вечную мерзлоту
Архитекторы Snøhetta представили проект посетительского центра The Arc при Всемирном хранилище семян и Мировом архиве на Шпицбергене.
Пресса: Гидроэлектробазилика
Знаменитый итальянский архитектор Ренцо Пьяно и команда фонда V-A-C, основанного бизнесменом Леонидом Михельсоном, рассказали о будущем, пожалуй, самого амбициозного культурного проекта последних лет — ГЭС-2.
Опыты для ржавого ожерелья
Вторая российская молодежная архитектурная биеннале в Казани была посвящена реконструкции промзон. 30 финалистов выполнили проекты для двух конкретных участков столицы Татарстана. Представляем проекты победителей.
Вырасти свой сад
Конгресс World Urban Parks, прошедший в Казани, получился больше про общественные места и энергичных людей, чем собственно про парки. Публикуем самое интересное и полезное из того, что удалось услышать и увидеть.
Велосипеды под холмами
Новая площадь по проекту COBE на кампусе Копенгагенского университета – это холмистый ландшафт, где есть стоянки для велосипедов, театр под открытым небом и «влажные биотопы».
Три корабля
Павильон Италии на Экспо-2020 в Дубае спроектировали архитекторы CRA-Carlo Ratti Associati, Italo Rota Building Office и matteogatto&associati.
Течение краски
В Медийном центре парка Зарядье открылась выставка четырех художников, рисующих города: Альваро Кастаньета, Томаса Шаллера, Сергея Чобана и Сергея Кузнецова. Впервые в Москве такого рода выставка сопровождается иммерсивной экспозицией.
Мозаика функций
Комплекс Agora по проекту Ropa & Associés в Меце на востоке Франции соединил в себе медиатеку, общественный центр и «цифровое» рабочее пространство.
Книги в саду
Бюро «А.Лен» и KCAP Architects&Planners спроектировали для Воронежа жилой комплекс, вдохновляясь Иваном Буниным и пейзажами средней полосы. Получилось современно и свежо.
Комиксы на фасаде
В бывшей мюнхенской промзоне открылось многофункциональное здание WERK12 по проекту MVRDV: сейчас оно вмещает рестораны, фитнес-клуб и офисы, но подходит и для любого другого использования.
Космический ветер
Построенный по проекту бюро ASADOV аэропорт «Гагарин» сочетает выверенную планировочную структуру и культурную программу с авторскими решениями – архитектурным и дизайнерским, в которых угадывается ностальгия по тем временам, когда наша страна шла в светлое будущее и космос был частью жизни каждого.
Пресса: Как в город вернется производство
В том, что постиндустриальный город ничего не производит, есть нечто тревожное. Понятно, что он производит знания и услуги, понятно, что он производит много чего для себя (поэтому пищевая промышленность в Москве даже растет), но как же без всего остального?
Укрупнение
В Гостином дворе открылся очередной фестиваль «Зодчество». Под октябрьским московским солнцем спорят между собой две тенденции: прекрасного будущего и великолепного настоящего.
Между городом и вузом
В Аделаиде на юге Австралии появилась первая постройка Snøhetta на этом континенте: университетский спорткомплекс с актовым залом и открытыми лестницами-трибунами.
«Вечность» переставит всё местами
Куратором «Зодчества» 2020 года назван Эдуард Кубенский с темой «Вечность», об этом сообщил сегодня на пресс-конференции президент САР Николай Шумаков. Программа звучит смело, читайте в нашем материале.