Дом-Ковчег

Владимир Юзбашев и Наталья Брайловская рассказывают о модульном каркасном доме, производство которого начало их бюро Арх-Проект-3.

mainImg
Архитектор:
Наталия Брайловская
Владимир Юзбашев
Мастерская:
АрхПроект-3 http://www.дом-ковчег.рф
Проект:
Серия домов «Дом-Ковчег»
Россия, Москва

Авторский коллектив:
Руководитель авторского коллектива: Наталья Брайловская, ГАП: Владимир Юзбашев, архитектор: Екатерина Юзбашева

2013 — 2016 / 2013 — 2016

Заказчик: Александр Шевяков (UX/UI дизайнер мобильных приложений), заказчик второго дома-Ковчега-6.
В нашей многоэтажной, но дачной стране мечта многих людей – жить за городом, а некоторых, хотя и далеко не всех, урбанистов – изменить принцип жилой застройки, приоритетом которой, увы, продолжают оставаться панельные гиганты. Удачное дополнение, а может быть, и альтернатива панельной городской квартире – модульный каркасный дом. Решение, которое давно популярно на Западе, постепенно набирает силу и в России; с некоторых, сравнительно недавних, пор, линейками модульных домов начали заниматься и архитекторы. Мы уже беседовали с Романом Леонидовым и Иваном Овчинниковым об их проектах NEWOOD и ДубльДом.

В начале марта на постоянной выставке деревянных домов «Малоэтажная Россия» (Каширское ш., 63 корп. 1) был установлен образец модульного дома-Ковчега: самая маленькая модификация сборного каркасного дома, разработанного бюро Арх-Проект-3 Владимира Юзбашева и Натальи Брайловской называет дом-Ковчег-3. Архитекторы планируют показать свой дом и на выставке «Загородный дом» в Экспо-центре (10-13 марта 2016). Мы задали авторам серии небольших и доступных по цене домов несколько вопросов.

Архи.ру:
– Когда пришла идея сделать модульный дом и когда вы начали работать?

Владимир Юзбашев и Наталья Брайловская, Арх-Проект-3:
– У нас был опыт проектирования каркасных домов с 2013 года. В 2014 к нам пришел клиент и заказал разработку линейки модульных каркасных домов для производства. мы предложили эскизные решения нескольких типов домов, разных по площади – планы, фасады, разрезы. А технологический проект разрабатывали сами производственники. Результат нам не понравился – и качеством сборки, и теми деталями, которые привнесли строители.

Однако идея сборного дома с полной отделкой – такого, который можно привезти на место, установить и сразу в нём жить, нам понравилась. К тому же к нам поступали предложения о разработке серии домов для конкретных участков. Мы увлеклись, стали думать, что можно было бы сделать лучше. Так появилась идея сделать собственную линейку домов – следующее поколение Ковчегов, с продуманным дизайном и технологическими решениями. Мы нашли частного инвестора для продвижения Ковчегов и договорились о производстве новой серии домов.

В 2015 каркасный угловой дом, который мы разработали и построили, стал лауреатом фестиваля «Под крышей дома» в номинации реализованный загородный дом.
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Постройка, 2015 © АрхПроект-3
zooming
Слева направо: Владимир Юзбашев, Наталья Брайловская, Екатерина Юзбашева

– В чём отличия «Дома-ковчега» от других подобных модульных домов? Его маркетинговые преимущества?

– Главное преимущество – это дом, придуманный и полностью, в деталях, продуманный архитекторами. Поэтому он сочетает внешний вид жилого дома, построенного по индивидуальному проекту с теми удобством возведения, которые нам даёт модульная технология. Нам хотелось, чтобы дом выглядел как уникальная авторская работа, но чтобы это его архитектурное качество было доступным. Интерьеры также выполнены по профессиональному дизайн-проекту: подобраны светильники, сантехника, мозаика в санузле. Каждый наш дом продуман и ориентирован на то, чтобы всё было удобно и функционально; функции чётко зонированы. Даже наш самый маленький дом-Ковчег-3 (37 м2), может быть альтернативой городской квартире или гостевому дому, он рассчитан на комфортное проживание семьи, в нём есть всё необходимое – просторная кухня-гостиная, две спальни, санузел с душевой, раковиной, унитазом, прихожая.
zooming
Серия домов «Дом-ковчег». Аксонометрии, модули. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Макет. 2015 © АрхПроект-3
zooming
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 и Ковчег-4. Фасады. 2015 © АрхПроект-3

Дома производят в заводских условиях с качеством сборки производственной мебели, используя экологичные материалы: главный материал ­– дерево, а для утепления мы используем базальтовую вату, в отличие от других производителей, которые применяют в составе стен пенополистерол и пластиковые панели.

И в отличие от распространенного дешевого решения модульных летних домов, дом-ковчег отлично утеплен и подходит для круглогодичного проживания. Толщина утеплителя в стенах – 150 мм, в потолке и полу – 200 мм. И, как и полагается в каркасных домах, в состав стен и всего контура дома входит пароизоляция, паро-влаго защита. Устанавливаются двухкамерные стеклопакеты 45 мм, тогда как обычно производители устанавливают стеклопакеты шириной 30-42 мм.
Серия домов «Дом-ковчег». Стеклопакет. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Деталь. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Производство. 2015 © АрхПроект-3

Отделка внутри и снаружи – имитация бруса, сосна.

– Какое дерево вы используете для каркаса? Насколько оно сухое, не грозит ли ему рассохнуться?

– Мы используем высушенную в производственных условиях сосну, струганную и шлифованную древесину. Даже каркас дома, который нигде не виден, мы собираем из струганного бруса 50х150 мм и 100х150 мм. Такой брус у нас применяется даже в одноэтажных домах, тогда как другие компании используют для каркаса двухэтажных домов доску толщиной 30 мм. Шаг стоек каркаса в наших домах-ковчегах – 600 мм.
Серия домов «Дом-ковчег». Производство. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Производство. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Деталь. 2015 © АрхПроект-3

Рассыхание каркасным домам не грозит – это проблема срубов; в каркасных домах доски крепятся друг к другу под разным углом, поэтому они застрахованы от последствий рассыхания. Их также не касается усадка, поскольку каркас легче, чем сруб.

– Как быстро вы собираете и устанавливаете дом?

Дом комплектуется в производственных условиях в течение 3-4 недель – собираются модули с инженерией, окнами, дверьми, сантехникой, отделкой. На участке устраивается свайный винтовой фундамент, модули стыкуются, дом подключают к внешним сетям, накрывают фальцевой кровлей. Весь монтаж дома на участке занимает 3-5 дней. Нашим клиентам мы поможем с подключением дома к инженерным коммуникациям, подбором и установкой мебели, устройством сауны или бани.
Серия домов «Дом-ковчег». Дополнительные решения. 2015 © АрхПроект-3

– Сколько вариантов вы предлагаете сейчас и какова их цена с установкой?

– Сейчас разработано четыре типа одноэтажных домов разной площади и планировок: начиная от упомянутого выше «Ковчега-3» из трёх модулей, 37.2 м2 – он стоит 1.35 млн рублей, и до «Ковчега-6», который состоит, соответственно, из шести модулей, имеет площадь 75.3 м2 и стоит 2.7 млн рублей. В заявленную стоимость входит дом с наружной и внутренней отделкой, разводка электрики, щиток, розетки и выключатели, светильники, разводка водопровода и канализации, сантехника в санузле, бойлер на 50 литров и монтаж дома на участке. Отдельно оплачиваются свайные винтовые фундаменты, для Ковчега-3 это ориентировочно 50 000 рублей, для Ковчега-6 – 100 000 рублей, уточняется в зависимости от рельефа и грунта; а также доставка и система отопления из электрических конвекторов или газового теплового пункта.

Помимо жилых домов в серию дом-Ковчег входят бани и гостевые дома, а также перголы, террасы, веранды и хозблоки.
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Постройка, 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Постройка, 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Постройка, 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Интерьер. Постройка, 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-4 (4 модуля). Постройка, 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-4 (4 модуля). Постройка, 20112роект-3

– Какие коммуникации должны обязательно быть на участке, чтобы там можно было установить «Дом-ковчег»?

– На участке должно быть инженерное обеспечение: электричество, вода, канализация. Это могут быть городские коммуникации, а могут быть и автономные. С установкой колодца/скважины и септика мы можем помочь клиенту.

– Как обстоят дела с очисткой плоской кровли от снега?

– Наши дома имеют небольшой уклон кровли – 8%. Этого уклона вполне достаточно, чтобы стекала вода. Снег может лежать на кровле, снеговая нагрузка учтена при конструировании дома. Для надежности конструкции во время перепадов температуры зимой, кровля выполняется по фальцевой технологии: металлические листы надежно скреплены в замки, а не кладутся друг на друга в внахлёст, как применяют большинство производителей домов на рынке сегодня. Это трудоемкий процесс, но мы делаем именно так.
Дом-Ковчег: производство. 2015 © АрхПроект-3

Обрешётка под металлической кровлей выполняется по классической схеме – нашивается доска толщиной 20 мм и с зазором 20 мм. Под обрешёткой укладывается супер-диффузионная мембрана. Такой пирог кровли обеспечивает надёжную и удобную эксплуатацию в любых погодных условиях, гарантирует защиту от протечек, дает возможность чистки кровли, если дом стоит на лесном участке и на него падает листва или хвоя.

– Какие другие варианты модульных домов вы считаете своими конкурентами?

– Мы считаем, что дом должен быть создан архитекторами, а не строителями. Только архитектор может продумать каждую мелочь, учесть и эстетические качества постройки, и технологию, и качество жилища, и удобство. Всегда видно, строился дом по архитектурному проекту, или нет. И всегда выигрывает именно тот дом, который создан архитекторами, а не строителями.

В Европе модульные дома довольно популярны – удобное, комфортное жилье, дом, который можно быстро купить и поставить, а при необходимости перевезти на другое место. В нашей стране модульное домостроение не очень развито, строительные компании предлагают модульные дома наряду с другими типами жилых домов и как правило не имеют готового конкретного предложения, единой стилистики, как предлагаем мы.

– А чем вы восхищаетесь как прототипом-прообразом?

– Дом-Ковчег с самого начала разрабатывался как жилье в современном стиле: удобное, лаконичное, продуманное. Его форма определяется возможностями современных технологий. Мы определяем стиль дома как скандинавский – в качестве прототипов было изучено множество проектов, сделанных в странах Северной Европы. Заводское качество домов-Ковчегов соответствует технологическому и экологическому стандарту канадского домостроения.

– Угловой дом-Ковчег-6 похож не на модульный дом, а на индивидуальный. Вообще не очень представляю, как везти модули вашей просторной гостиной на машине. Зачем понадобился угол? На макетах шестимодульный дом показан вполне ортогональным; какой вариант вы будете предлагать клиентам, дом-угол или прямой брусок?

– Действительно, угловой дом-Ковчег-6 проектировался как индивидуальный дом и был построен просто по каркасной технологии. Причем мы выполнили полный проект с прорисовкой каждой доски и каждого примыкания, каждой детали. Он всем очень понравился и мы выпустили проект этого же дома, но в модульной технологии. Дом будет собираться на производстве модулями и привозиться готовым на участок и будет выглядеть индивидуальным.
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-6 (6 модулей). Постройка, 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-6 (6 модулей). Постройка, 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-6 (6 модулей). Постройка, 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Выставочный дом у м. Домодедовская. Постройка, 2016 © АрхПроект-3

– Где находится построенные образцы серии, которые мы видим на фотографиях и плане, кто в нем живет и как долго?

– Сейчас на производстве собирается третий дом-Ковчег, а установлено два, оба шестимодульные, это дома-Ковчеги-6. Первый дом в Истринском районе, он успешно перезимовал два года, в нём живет семья с одним ребёнком. Второй – во Владимирской области, в нём живёт семья с двумя детьми, он установлен осенью, зимует в первый раз. Заказчикам – немногим больше тридцати лет, один из них – дизайнер мобильных приложений.
 
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-6, поворотный (6 модулей). План. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Выставочный дом у м. Домодедовская. Постройка, 2016 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Установка модуля на винтовой фундамент. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Выставочный дом у м. Домодедовская. Постройка, 2016 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Макет. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Выставочный дом у м. Домодедовская. Постройка, 2016 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Макет. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Макет. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Макет. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Макет. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-4 (4 модуля). План. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). План. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-6 (6 модулей). План. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ковчег-3 (3 модуля). Разрез. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ситуационный план. 2015 © АрхПроект-3
Серия домов «Дом-ковчег». Ситуационный план. 2015 © АрхПроект-3
Архитектор:
Наталия Брайловская
Владимир Юзбашев
Мастерская:
АрхПроект-3 http://www.дом-ковчег.рф
Проект:
Серия домов «Дом-Ковчег»
Россия, Москва

Авторский коллектив:
Руководитель авторского коллектива: Наталья Брайловская, ГАП: Владимир Юзбашев, архитектор: Екатерина Юзбашева

2013 — 2016 / 2013 — 2016

Заказчик: Александр Шевяков (UX/UI дизайнер мобильных приложений), заказчик второго дома-Ковчега-6.

04 Марта 2016

Похожие статьи
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Технологии и материалы
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Сейчас на главной
Павильон спорта
Компактный спортивный центр построен по проекту архитектурной мастерской Антона Литовского в загородном поселке Московской области. Несущая конструкция выполнена из клееной древесины, а с торцов здания в нее установлены стеклопакеты – благодаря этому зал наполнен светом и видами леса.
Путь тишины
Проект CITIZENSTUDIO – часть будущего пешеходно-рекреационного каркаса Мурманска: 24-километровой тропы, которая свяжет берег Кольского залива и систему семи озер. Первый отрезок проходит через сопку Зеленый мыс, минуя одну из главных достопримечательностей города – Мемориал Защитникам Советского Заполярья, более известный как "Алёша". Архитектурные решения подчеркивают мемориальную и природную ценность места, не конкурирую с существующими объектами.
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.