Кристоффер Вайсс: «Для меня архитектура, градостроительство – это городская политика»

Датский критик Кристоффер Вайсс – о тотальном сохранении наследия, общественной ценности как ключевой составляющей проекта и просветительской функции критики.

mainImg
Архитектурный критик Кристоффер Вайсс (Kristoffer Lindhardt Weiss) пишет для разных изданий Дании. К тому же он сам – архитектор, а еще – преподает философию архитектуры в датской Королевской академии художеств, Школе архитектуры и Университете Копенгагена. Вайсс был куратором датского национального павильона на Венецианской архитектурной биеннале, он автор книг «Архитектура северных стран. Региональные аспекты в мировой архитектуре» и «Жизнепригодность как вектор развития города».

zooming
Кристоффер Вайсс во время выступления в Арсенале (ГЦСИ, Нижний Новгород). Фото Дмитрия Степанова


Архи.ру:
В вашем резюме – философия, изящные искусства, аспекты и тренды… О чем вы не пишите как архитектурный критик?

Кристофер Вайсс:
– Я никогда не даю эстетическую оценку проектам. Цвет, стили, рисунок, пропорции меня мало занимают. Для меня архитектура, градостроительство – это городская политика. Кто определяет будущее Копенгагена – рынок или власть? Кто несет за это ответственность? Какова в этом роль архитектора? Вечная проблема архитекторов – отношения с заказчиком, заказчик всегда был главным, но теперь ситуация принципиально изменилась: у архитекторов появилась возможность инициировать проекты, поскольку современный архитектор обращается к обществу. В Дании в приоритете – качество жизни. Архитектура выражает идеологию повседневной жизни, она связана с властью, деньгами, окружающей средой, и моя задача – показать читателю, что происходит. Я обращаюсь к тому, что важно именно сейчас. Например, пишу про проект реконструкции железнодорожного вокзала: обычно это малопривлекательный объект транспортной инфраструктуры, но к нему добавили новые функции, сменили типологию, и он превратился в место встреч и событий. Стилистические особенности вокзала при этом меня не волнуют.
 
zooming
Новый вокзал Нёррепорт в Копенгагене. Бюро COBE. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом

– Соотношение старого и нового, сохранение наследия – актуальные для Дании проблемы?

– Важно сохранять культурное наследие, но надо понимать, что этот вопрос – в сфере конфликта между контекстом и современными тенденциями. У нас ведется непрерывный спор: полагается ли архитектору обращаться к классическому «Золотому веку» (Датский «Золотой век» приходится на первую половину XIX столетия. – прим. М.И.) или больше фокусироваться на глобальном развитии. Без ДНК истории – не вспомнить, кто мы, без видения будущего – невозможно сохранить жизненный тонус, а лучший способ предсказать будущее – создавать его… Этот спор позволяет выявить разные интересы. Большая часть членов Королевской академии – за повсеместное сохранение наследия; эти уважаемые люди уверены, что классическое направление в архитектуре – главное. Но даже если рассуждать об этом с точки зрения устойчивого развития, однозначного ответа нет. Историзм без истории – странная штука, сохраняют не ради самого процесса, а если видят в объекте актуальную ценность.

– А если бы вы, предположим, были таким же академическим приверженцем наследия, это повлияло бы на вашу критическую позицию?

– На мой взгляд, важно демонстрировать читателю собственные предпочтения: в текстах трудно скрыть свою индивидуальность. Мы можем и должны отличаться друг от друга. Так я выбираю современность – при том, что некоторое время был консультантом в фирме, занимающейся как раз сохранением старинных зданий… Мы с вами разговариваем в нижегородском Арсенале – и я знаю, что это здание десятилетиями было отчужденным, недоступным, запущенным, и новая жизнь вошла в него не просто после реставрации, а после важного перепрофилирования функции: из склада – в современный культурный центр. У здания не просто проявилось интересное прошлое, но высветилась яркая перспектива. В Копенгагене старинные, 1826 года постройки доки, принадлежавшие военному ведомству, не имевшие архитектурной ценности, но исторически значимые, переделали в студии. Теперь там – архитектурные бюро: в этом была потребность профессионального сообщества, и такая идея витала в воздухе. Значит, объект не просто должен быть сохранен – есть те, кто в этом заинтересован, знает, что нужно сделать и как... Сейчас у Копенгагена, по-моему, искусственная внешность: ассоциации с городом связаны со старинной застройкой. У нас нередко желание перемен в противовес тотальному сохранению воспринимается как неуважение к истории. Но в таком случае сама история выступает в роли диктатора – это тоже важно понимать. Полезно избавляться от догм прошлого, находить новые способы видеть, чувствовать город.
 
zooming
Здание бывших доков, Копенгаген. Фото предоставила Nina Belokonskaia Yazgur
zooming
Одна из студий в доках. Фото предоставила Nina Belokonskaia Yazgur

– Как тут помогает критик?

– Работа в газете – это просветительский проект. Мы можем поделиться знаниями, причем сделать это интересным и даже занимательным способом. Мы должны показать, что хорошие проекты, как правило, сохраняя региональное ДНК и интерпретируя традиции, меняют масштаб и смысл архитектуры до глобального явления. Все помнят павильон Дании на Экспо-2010 в Шанхае. Архитекторы BIG построили «мини-Копенгаген» со всеми узнаваемыми признаками нашей столицы: найденная форма не воспроизводила дизайн-код, но позволила ощутить саму атмосферу города.
zooming
Датский павильон на Экспо-2010 в Шанхае бюро BIG. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом

– Но сейчас разве не любой желающий может просвещать или стать критиком, создав свой блог? Как эпоха Web 2.0 повлияла на архитектурную критику?

– В эпоху интернета значение газет только возросло, как это ни кажется парадоксальным на первый взгляд. Интернет – хорошая возможность начать разговор, инструмент для дискуссий, но при изобилии голосов, конечно, нужен фильтр. Серьезное издание поддерживает иерархию высказываний. Для меня лично развитая архитектурная критика – одно из демократических проявлений общества. Но это не прямая, а символическая власть. В Дании несколько авторов постоянно активно пишут об архитектуре: это лидеры мнений, и ни архитекторы, ни политики не могут их игнорировать.

– Почему же?

– Потому что газеты отслеживают реакцию на критические высказывания. Обсуждение ведется открыто. Я живу в центре Копенгагена, рядом с бывшим грузовым портом, и постоянно наблюдаю, как индустриальная зона постепенно превращается в зону отдыха. Власти решали, как использовать это пространство, и прежде здесь собирались строить утилитарные объекты вроде офисных и торговых центров. Но местные жители захотели сделать небольшой парк, обсуждение этого предложения повлекло за собой следующие, в результате чего акваторию порта постепенно расчищают, создавая на этом месте общедоступный бассейн. Подобная реорганизация длится долго, но в процессе переговоров удается оценить и взвесить массу экспертных мнений, найти убедительные аргументы в пользу того или иного решения. Эксперты сотрудничают со СМИ: это делает их популярными, что особенно важно, если учитывать, что большинство исследований финансируется из бюджета. Каждый проект – это соглашение четырех сторон: девелопер, архитектор, власть, горожане. Девелопер хочет заработать, архитектор – создать, власть – сделать что-то привлекательное для налогоплательщиков, горожане хотят получить нечто новое. Общественное значение, польза для города – общий знаменатель этих – часто неравнозначных – интересов. Критик об этом общем знаменателе всегда должен помнить.
 
zooming
Бассейн в гавани Копенгагена. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом

– У вас нет друзей среди архитекторов или застройщиков? С кем Вы ссоритесь?

– Есть выражение: «Не кусай руку, которая тебя кормит». Она о том, что критик всегда стоит перед выбором. Нередко архитекторы хотят, чтобы мы положительно представили в прессе их работу… Но вечный идеал публициста – бескомпромиссность. Было время, когда я расстраивался из-за обид на мои статьи. Но это время прошло.

– Философский подход – вы же закончили Сорбонну! А где можно выучиться на архитектурного критика?

– Этому специально не учат. Ни в архитектурных институтах, ни на факультетах журналистики. Нужно самому ежедневно чувствовать пульс жизни. Во время учебы в Париже я работал ландшафтным архитектором, в Копенгагене был совладельцем бюро Effekt – мы делали разные проекты, в том числе для международных конкурсов. Сейчас я сосредоточен исключительно на текстах.
 
zooming
Проект Академии художеств в Таллине, выполненный бюро Effekt, где работал Кристоффер Вайсс. Несмотря на победу в конкурсе, проект не реализован. Вайсс считает ценной саму идею: не застраивать всю площадку, создав перед зданием площадь. Изображение предоставлено Кристоффером Вайссом

– Вы еще ведете блоги. Там меняется тональность высказывания? Допускаете ли более провокационные выражением, чем в СМИ?

– Конечно. В блоге я должен вызвать людей на обсуждение, иногда – спровоцировать, говорить жесткие вещи, но я не считаю это «потерей лица». Есть разные жанры и разные приемы, учитывающие восприятие читателя. Главное – дать возможность людям высказаться, ведь у нас в Дании вообще часто интересуются: «Что бы вы хотели бы видеть?» И это вопрос не к застройщику или архитектору, а к горожанам. Поэтому любой проект проходит массу согласований, граждане имеют реальную возможность влиять на принятие решений. Архитектор, в свою очередь, взаимодействует с общественным мнением – это закреплено законодательно. Хотя известно, архитекторы любят классический девиз: «Главный враг искусства – демократия». Многие из них держаться как блестящие художники, уверены, что дают что-то очень важное обществу…

– А разве не дают?

– Бьярке Ингельс считает, что проект получается удачным лишь тогда, когда архитектору удается увлечь общественность новой идеей. Поэтому хороший архитектор предлагает всегда нечто большее, чем ожидает заказчик. Мне нравится работа NL Architects – BasketBar на университетском кампусе в Утрехте – спортивная площадка на крыше кафе-ресторана с библиотекой. Здесь возник забавный сюжет: люди за столиками могут наблюдать за перемещением игроков сквозь полупрозрачное перекрытие; вдобавок, на ограниченной площади увеличилась общественная зона, привлекательная для разных людей, и это все активно работает. На примере подобных проектов видно, что проблема, ограничение становится для архитектора не барьером, а катализатором нестандартных решений. Тут можно упомянуть и проект Бьярке Ингельса – мусороперерабатывающий завод с горнолыжным склоном. Малопривлекательный объект, отнимающий территорию у природы, приобрел положительное качество, за его счет увеличилось рекреационное пространство Копенгагена, стал разнообразнее плоский датский ландшафт… Я это все рассказываю к тому, чтобы подчеркнуть: важна идея, увлекательная история. Главный принцип – не отнимать пространства у города, а создавать их. Не просто демонстрировать свои творческие возможности, а обеспечивать живую жизнь города.
 
zooming
Basketbar, Утрехт бюро NL Architects. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом
zooming
Проект мусороперерабатывающего завода Amagerforbraending в Копенгагене бюро BIG. Фото предоставлено Кристоффером Вайссом

– У нас архитектор отвечает за красоту и полезные площади, строитель – за объемы, а жизнь города – епархия хозяйственных служб. Похоже, ваша профессиональная позиция отражает скандинавский подход… Неужели архитекторы Дании не пишут и не читают о композиции, художественной ценности, творческом полете?

– Если рассуждать об искусстве архитектуры, возникает вопрос: почему архитекторы интересуются только престижными зданиями? Не является ли и это тоже проявлением желания власти? Мы организовали дискуссию в газете о том, кто должен заниматься будничным. В итоге, в Королевской академии прошла выставка, посвященная доступному жилью… Сейчас у нас в стране – «левое» правительство. И я выбираю тему для новой дискуссии в газете.

04 июня 2015

Вопрос дефиниции
Приглашенным редактором журнала Domus в 2026 станет Ма Яньсун, основатель ведущего китайского бюро MAD. 10 номеров под его руководством будут посвящены поиску нового, релевантного для 2020-х определения для понятия «архитектура».
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Григорий Ревзин: «Нет никакой методологии – сплошное...
Довольно длинный, но интересный разговор с Григорием Ревзиным о видах архитектурной критики и её отличии от теории, философии и истории, профессионализме журналиста, вреде жизнестроительства, смысле архитектуры, а также о том, почему он стал урбанистом и какие нужны города.
Разговоры со «звездами»
В новой книге Владимир Белоголовский использовал свои интервью со Стивеном Холлом, Кенго Кумой, Ричардом Майером, Алехандро Аравеной и другими мастерами для анализа текущего положения дел в архитектуре и архитектурной критике.
Технологии и материалы
Архитектура в движении: как театр приходит в современные...
Движение в архитектуре может быть не только визуальным эффектом, но и физическим свойством пространства. Кинетические потолки, подвижные конструкции и объемные арт-объекты позволяют менять конфигурацию и сценарии интерьера, объединять движение со светом и звуком. На примере разработок Paper Design® смотрим, как работают такие системы, какие задачи они решают и почему при их проектировании архитекторы обращаются к театральной драматургии.
Остекление аэропортов: современные возможности
Сегодня остекление аэропорта помогает формировать комфортную среду для пассажиров: обеспечивает естественное освещение и визуальную прозрачность, которая помогает пассажирам ориентироваться в здании. При этом современные технологии позволяют интегрировать в стеклопакеты функциональные элементы, которые делают остекление частью инженерной системы фасада. Рассказываем на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Ламели в движении: система RV на фасадах паркинга в...
Один из популярных способов получить фасад с выраженной пластикой и 3D-эффектом – использование ламелей. Вместо дорогостоящих кастомных решений достаточно серийной системы в сочетании с поворотными креплениями. Смотрим, как это работает на примере системы RV от АФК Лидер.
В Дании на 3D-принтере напечатали студенческое общежитие
Жилой комплекс Skovsporet состоит из шести малоэтажных корпусов, несущие бетонные конструкции которых изготовлены методом 3D-печати. При строительстве использовали бетонную смесь с цементом пониженной углеродоемкости.
Прозрачность под контролем: остекление курортной...
Как сохранить естественное освещение и панорамные виды, не превращая стеклянный фасад в источник избыточного тепла? На примере двух объектов Черноморского побережья – санатория «Кристалл» в Сочи и винного города «Белый мыс» в Геленджике – рассматриваем возможности мультифункционального и просветлённого стекла AIG, позволяющие совместить солнцезащиту, теплоизоляцию и архитектурную выразительность.
Из шерстяных отходов – в фасадную облицовку
Исследователи Гарвардского университета разработали биокомпозит из переработанной овечьей шерсти, который может использоваться одновременно для теплоизоляции и наружной облицовки зданий. Прототип фасадной системы представили на Архитектурной триеннале в Осло.
«Второй слой»: полимеры в реконструкции
При реконструкции новые материалы могут быть заметной частью архитектуры – полупрозрачной кровлей, фасадом или самостоятельной оболочкой. А могут оставаться скрытыми внутри стен, перекрытий и кровель, улучшая теплоизоляцию и защищая существующие конструкции. Рассматриваем, как полимеры помогают приспосабливать здания к новым функциям и требованиям, сохраняя при этом их архитектурную ценность.
HENN разработало калькулятор углеродного бюджета зданий
Бесплатный онлайн-инструмент немецкого бюро позволяет определить допустимый объем выбросов парниковых газов для здания и сопоставить с ним показатели проекта. Расчет основан на климатической цели Парижского соглашения – ограничении глобального потепления до 1,5 °C относительно доиндустриального уровня.
Тот самый металл
Как Cladding Solutions работает с цветом – от архитектурного замысла и первого образца до рецептуры покрытия и тысяч квадратных метров готового фасада.
Напечатанная штаб-квартира
Немецкая строительная компания Matthäi Schlüsselfertigbau построила собственную штаб-квартиру с применением 3D-печати, а затем открыла подразделение, специализирующееся на этой технологии.
Офис Российско-Германской ВТП в Петербурге: проект...
Новый офис Российско-Германской внешнеторговой палаты в Адмиралтейском районе объединяет рабочие пространства, коворкинг и площадку для деловых мероприятий. Бюро UNK design построило интерьер на принципе лессировки, используя цвет, фактуры и свет для создания многослойной пространственной композиции. Реализовать проект помогли строительные системы КНАУФ – материалы для устройства перегородок, облицовок и подвесных потолков, а также для подготовки поверхностей под отделку.
Три способа встроить мансардное окно в архитектуру...
Мансардное окно обычно воспринимается как элемент, который приходится вписывать в уже заданную конструкцию крыши. Но возможен и обратный подход: размер, конфигурация, цвет или геометрия остекления становятся частью архитектурного замысла и влияют на то, как выглядит весь верхний этаж.
Чёрный пенопласт из отходов
Carbon Cell разработала пеноматериал на основе обугленных сельскохозяйственных отходов. Он не содержит пластика, пригоден для домашнего компостирования и обладает отрицательным углеродным следом: по оценке компании, каждый килограмм материала обеспечивает связывание углерода, эквивалентное почти килограмму CO₂.
Бионика в игровых пространствах
Органическая пластика и сложная геометрия проникают в дизайн игровых пространств все чаще. «Новые Горизонты» предлагают развивать это направление, называя его «бионическими игровыми комплексами», – как концепцию, соединяющую выразительную форму площадки с архитектурой и благоустройством.
Сталь. Спорт. Стиль
Спортивные объекты предъявляют к отделочным материалам разные требования: устойчивость к ударам и интенсивной эксплуатации, безопасность, влагостойкость, гигиеничность. Один из материалов, способных работать в таких условиях, – нержавеющая сталь. Разбираемся, какую марку стали и тип обработки выбирать для тренажерных залов, бассейнов, общественных зон и фасадов – и как эти решения работают на реализованных объектах.
От фасада до земли
Облицовочный кирпич и тротуарная плитка в проектах – нередко выступают как части единой материальной палитры. Они связывают фасад и благоустройство через близкие оттенки или, наоборот, контраст, градиент и общий ритм. Смотрим подборку примеров жилых комплексов из портфолио бюро СПК, где применяется продукция BRAER.
Фальц: от штучного решения к рабочей технологии
Фальцевая кровля часто оказывается в проектах благодаря широким возможностям в работе со сложной геометрией. Но результат зависит не столько от самого металла, сколько от того, как увязаны основание, узлы, производство и монтаж. На примере инфраструктурных объектов разберем фальц как воспроизводимую строительную технологию.
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Сейчас на главной
Началось, такое вот... бурление на тему
Юлия Ардабьевская сделала интервью с Петром Моничем – коллективной личностью ведущих ТГ-канала «Недвижимость инсайды». Юлия называет канал НИ «самым влиятельным медиа про архитектуру». Монич, в отличие от Юлии, все же признает существование Проекта Россия и Архи.ру как профессиональных СМИ. На том спасибо за тенденцию к объективности! Интервью надо смотреть, читать и исследовать. Мы же пока ограничимся анонсом и парой рассуждений.
Дом не для бегемота
Бюро Ofis построило в родной Любляне жилой комплекс из 8 средневысотных корпусов: он способен противостоять паводкам, а также меняться и развиваться.
Архитектура за пределами чертежа
Объявлены победители международной премии The Architecture Drawing Prize 2026. Среди 11 отмеченных работ – архитектурные фантазии, исследования исторической памяти, размышления о будущем городов и эксперименты с традиционными способами изображения архитектуры.
Читай, играй, общайся
Библиотека «Притяжение», созданная бюро DE-SENSE, кажется, вобрала в себя все основные приемы, характерные для формата «Третье место», но с адаптацией на детскую и подростковую аудиторию. В результате получилось пространство, наполненное радостью и интересом к знаниям, куда хочется возвращаться.
Ключ к историческому поселению
В Казани в рамках Строительной недели БРИКС состоялся IV форум «РЕБУС», темой которого стало «Градостроительство в исторических поселениях». Предлагаем репортаж с мероприятия, некоторые тезисы дискуссий, а также итоги смотр-конкурса, отмечающего лучшие практики в сфере градостроительства на исторических территориях.
По стопам Кулибина
Бюро ГОРА спроектировало три станции канатной дороги для Нижнего Новгорода. Маршрут свяжет берега Оки и район станции метро «Заречная», предлагая не только удобную переправу, способную транспортировать около 30 000 человек в день, но и новый взгляд на город – как с точки зрения панорам, так и его наследия. Архитектурное решение, вдохновленное инженерными достижениями нижегородца Ивана Кулибина, оставляет открытыми механизмы и коммуникации, а также закладывает выставочную функцию.
Кирпичная ткань
Музей драгоценной ткани – парчи Шу – в Чэнду по проекту пекинского бюро Archstudio – реконструкция скромного цеха по сбору сельскохозяйственной техники.
Семиглавый
Сегодня ДГП объявил о проведении семи архитектурных конкурсов. Но подать заявку пока нельзя. Можно будет с 23 ноября. Мы же пока философствуем о функциональной типологии московской конкурсной практики, ее трансформациях и перспективах.
Кто ищет, тот всегда найдет
Бюро OFFCON разработало дизайн нового этажа для офиса «Авито», руководствуясь представлением о компании как о виртуальном пространстве для поиска своего рода «сокровищ» – выгодных покупок. В результате получился интерьер, наполненный дизайнерскими «сокровищами» – уникальной атмосферой и удобными рабочими местами.
NDA, равенство, братство
Закончила работу десятая биеннале «Архитектура Петербурга». Теперь помимо живой дискуссии и культурной программы у нее есть куратор, объединяющая тема и авторские «гостиные», которые значительно облегчили зрителю жизнь. Помогло ли все это выйти мероприятию на новый уровень – рассуждаем в нашем материале.
Новая морфология среднерусского города
Полностью готова первая часть строящегося в Нижнем Новгороде IT-кампуса «Неймарк» – 18 домов студенческого городка над склоном Оки. У них оптимальная 6-этажная высота и, по словам Никиты Явейна, в основу планировки положен характер застройки Нижнего, который даже при наличии «красной линии» стремится обособить дома, а не состыковать их в один массив. Интересный, глубокий подход – разбираем, какие еще были мотивы и какие возникли, в том числе градостроительные, особенности.
Движение с ускорением
Здание Интеллектуальной лаборатории цифровых сетей построено в особой экономической зоне Петербурга «Новоорловская» по проекту AMD architects. Чтобы сделать здание в промышленной зоне заметным, авторы сыграли на контрасте квадратного в плане основания и диска второго этажа, усилив эффект растяжением формы и сгущением ламелей. Образное решение учитывает восприятие центра с автомобильной трассы и высоты птичьего полета.
Брутальный романтизм
Дизайн-студия GORKOVENKO спроектировала интерьер ресторана «Телец-тунец», объединив в одном дизайне брутальность мясных и романтизм рыбных ресторанов.
Интроверт на перекрестке
Штаб-квартира Пражской противопожарной и спасательной службы по проекту бюро Architektura занимает заметный участок, но, несмотря на «пожарный» цвет, проявляет сдержанность и спокойствие.
Для самураев и викингов
В гавани Копенгагена построен Центр водной культуры KAI по проекту Кэнго Кумы. В пяти кирпичных башнях архитектору удалось соединить японские и скандинавские традиции.
Аэропорт с видом на сад
В конкурсном проекте нового аэропорта Пензы бюро ХВОЯ предлагает пересмотреть привычную планировочную схему аэровокзала, организовав пассажирские пространства вокруг зеленого внутреннего двора.
Функционирующие суды
Венское бюро Berger+Parkkinen представило проекты крупных судебных зданий для Катара: в Дохе и Лусаиле. Их открытие запланировано уже на 2029.
Легкий росчерк на стене
Бюро Nesnov.studio создало интерьер кафе Mátes Пицца в московском ЖК Foriver, кажется, с одной целью – сохранить его воздушность и просторность, деликатно вводя в него элементы дизайна, материалы, цвета и графику, словно взвешивая их на воображаемых весах гармонии.
От завода к городу
В Выксе началось преобразование музея истории металлургического завода в музей города. Первый этап проекта – обновление экспозиции первого этажа по проекту [MISH] studio. Архитекторы сохранили историческую структуру здания и обратились к материалам, связанным с природным и промышленным наследием Выксы: металлу, дереву, цвету металлургического шлака.
Сцена для города
По проекту ARCHINFORM в Новом Уренгое построена Детская школа искусств – новый общественно-культурный центр, формирующий важную точку притяжения в самом сердце города. Композиционным ядром здания стал театрально-концертный зал, который архитекторы превратили в самостоятельный объем, заключенный в выразительную оболочку из вертикальных ламелей.
Случайные встречи
Культурный и спортивный центр района Юэхай, шэньчжэньской «Кремниевой долины», спроектирован бюро Urbanus как место, где жители мегаполиса могут ощутить свою принадлежность к местному сообществу.
Пресса: Веретьево, Степановское-Волосово и Никола-Ленивец:...
Александр Бродский, Михаил Белов и Николай Полисский годами строят собственные арт-парки в Подмосковье, Тверской и Калужской областях. Рассказываем, что прославляет каждый из них, чем их проекты отличаются от коммерческих арт-площадок
Ирина Барто: «Нам нужна была тема, в которой помещаются...
Сооснователь бюро Umbra Ирина Барто – первая женщина-архитектор, которая заняла пост председателя «Объединения архитектурных мастерских» за все 26 лет существования ассоциации. В этом году она также курирует X биеннале «Архитектура Петербурга». PR и комьюнити-директор Ассоциации «ОАМ» и организатор биеннале Анна Ставрова поговорила с Ириной Барто об особенностях юбилейной выставки: посетителей ждут «гостиные» 23 бюро, обширная культурная программа за пределами Этнографического музея, а также деловая дискуссия, сфокусированная на диалоге, открытости профессии городу и преемственности.
Игра в Урарту
Проект Софьи Балыкиной и бюро «Хора» стал финалистом конкурса на разработку архитектурной концепции новой арены для футбольного клуба «Урарту». Объект расположится на месте стадиона «Наири» близ Ереванского озера. Авторы предложили комплекс, напоминающий современную агору: с амфитеатром и закрытыми трибунами, глубинной пространственной связью с тканью города и окружающим ландшафтом, а также включением в новую композицию исторических конструкций. Победу одержала заявка местного бюро Gravity.
Новая аутентичность
Современный интерьер в национальном стиле сделать непросто. Мало таланта, насмотренности и бюджета. Нужно нечто больше: нужна искренняя любовь к месту и его истории, причем, как у заказчика, так и у дизайнера. Подтверждением тому служит интерьер бутик-отеля «Дымов Дача» в Суздале, созданный командой под руководством Ангелины Бородкиной.
Местный колорит
Stefano Boeri Architetti выиграли конкурс на проект жилого комплекса в Тбилиси, на месте электровозостроительного завода ТЭМКа (ТЭВЗ). Цвета будущих фасадов основаны на типичных для колорита города оттенках.
Память в деталях
В проекте гостиницы на Почаинском овраге в Нижнем Новгороде бюро ГОРА Станислава Горшунова обращается к почти забытым в современной архитектуре маскаронам. И эта яркая деталь – одна из тех, через которые архитекторы раскрывают историю места, соединяя мотивы соседних памятников, особенности рельефа и современную пластику.
О пользе разнообразия
В Амстердаме завершено строительство жилого района Westerpark West. Согласно разработанному MVRDV мастерплану он объединяет 15 корпусов, каждый со своим собственным решением.
В центре Барнаула
Александр Деринг отреставрировал главное здание торгового дома купцов Суховых в центре Барнаула. Построенное в 1880, сгоревшее в 2000 году, оно долго стояло без кровли. Сохранены и очищены кирпичная кладка, металлические решетки и створки ворот, на которых возвращены чугунные львы. Работа продолжается, когда весь комплекс будет отреставрирован, отдельные корпуса планируют назвать в честь представителей рода Суховых конца XIX – начала XX веков.
Вторично использованные этажи
Herzog & de Meuron разместили студенческий центр и столовую из инженерного дерева на бетонном основании старого учебного корпуса в престижном Амхерст-колледже в штате Массачусетс.