Некролог. Тамара Гейдор (1941–2013)

Скончалась Тамара Ивановна Гейдор, историк отечественной архитектуры, старейший сотрудник Музея архитектуры им. А.В. Щусева. Прощание состоится 12 сентября.

10 Сентября 2013
mainImg
Тамара Ивановна Гейдор (22.08.1941 – 5.09.2013) пришла работать в Музей архитектуры в марте 1966 выпускницей отделения истории искусства Исторического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова. Став сначала старшим научным сотрудником в отделе Истории отечественной архитектуры под руководством известного исследователя русской архитектуры эпохи классицизма Е.А. Белецкой, уже с февраля 1971 года Тамара Ивановна возглавила располагавшийся на территории Донского монастыря Экспозиционный отдел, отвечавший за представление посетителям истории русской архитектуры досоветского периода. Эта экспозиция, итог значительных научных изысканий, была памятником «золотого века» Музея архитектуры.
Многие десятилетия Тамара Ивановна определяла высокий уровень многочисленных выставок, по которым несколько поколений любителей архитектуры узнавали о выдающихся мастерах и памятниках русского зодчества, руководила лекционной работой. Она была автором многочисленных публикаций: статей, каталогов, монографий.
Более 30 лет Тамара Ивановна читала курс Истории монументальной живописи в МГХПА им. С.Г. Строганова.
Тамара Ивановна была членом Союза архитекторов СССР (с 1984), имела звание Заслуженного работника культуры РСФСР (1985).

Тамара Ивановна Гейдор всю свою жизнь посвятила Музею архитектуры; она пользовалась заслуженным авторитетом и уважением среди специалистов, ее консультации помогли научной работе многих исследователей.
До последнего дня она работала над рукописью книги, посвященной фрескам Калязинского Троице-Макариевского монастыря, которая, к сожалению, осталась незавершенной.
Тамара Ивановна была настоящим другом, добрым, отзывчивым человеком.

Отпевание Тамары Ивановны Гейдор пройдет в четверг, 12 сентября, в 11.30 в церкви Ризоположения на Донской ул., д. 20/6.



Публикуем воспоминания о Т.И. Гейдор ее коллеги, художника-реставратора Ю.А. Манина

Памяти Тамары Ивановны Гейдор

Умерла Тамара Ивановна… неожиданно, нечаянно, не успев издать книгу о рописях Троицкого собора Макарьевского монастыря в Калязине, почти уже готовую: в последнее время мы с ней встречались в связи именно с этой её работой. Когда некоторое время назад отдел Истории архитектуры России, который она возглавляла многие годы, расформировали, Тамара Ивановна, лишившись рабочего кабинета, перебралась в хранилище фресок. Довольно быстро неуютное хранилище она превратила в кабинет-мастерскую – по другому и не скажешь. Я приходил к ней, чтобы передать то несколько фотографий, то очередной текст в «копилку» будущей ее книги. Встречала меня, сидя за компьютером, добрая женщина с молодыми глазами. Когда с человеком общаешься часто, то не замечаешь возрастных изменений его облика. Так и я за 23 года нашего знакомства и совместной работы не замечал в ней признаков старости, а может их и действительно не было.

Познакомился я с ней, будучи студентом 1-го курса кафедры Реставрации монументальной живописи МГХПА им. С.Г.Строганова. Музей Архитектуры располагался тогда, в 1990, в стенах Донского монастыря, и мы, студенты, приезжали к Тамаре Ивановне туда на лекции по истории монументального искусства. Занимались мы в небольшой комнате, заставленной старинной мебелью. Студенты и преподаватель садились за большой круглый стол, и Тамара Ивановна начинала рассказ, сопровождая его показом слайдов, альбомов. За этим же столом проходили доклады студентов по различным темам, сдача зачетов. Но этим занятия не ограничивались: Тамара Ивановна проводила нам экскурсии по территории монастыря, рассказывала об уничтоженных в советское время архитектурных памятниках, чьи фрагменты все же удалось сохранить усилиями архитекторов-реставраторов и разместить вдоль внутренней стороны монастырских стен, о знаменитых деятелях российской истории, похороненных на Донском кладбище, показывала нам собранную в интерьере Большого собора огромную баженовскую модель непостроенного Кремлевского дворца, удивительный и странный Шумаевский крест и, конечно, приводила нас в хранилище фрагментов фресок и архитектурных деталей собора калязинского Макарьевского монастыря.

Не будет большим преувеличением, если сказать, что Тамара Ивановна относилась к студентам как к родным людям. Кроме того, она всю жизнь оставалась немного студенткой и была верна университетскому студенческому братству. Нам это было особенно заметно, когда она упоминала о своих сокурсниках (в т.ч. тоже ставших известными искусствоведами) и о своих профессорах. Она активно использовала свои связи в музейном мире, чтобы мы увидели и узнали то, что обычным посетителям не показывают: будь то Музеи Московского Кремля, Исторический музей с его филиалами или какие-либо другие музеи – везде, благодаря ее неизменной настойчивости, нам показывали самые ценные из сохранившихся памятников монументального искусства и давали исчерпывающие комментарии. Много лет Тамара Ивановна организовывала в стенах Музея архитектуры занятия студентов по копированию фрагментов монументальной живописи, добивалась, чтобы Музей выдавал фрагменты стенописей на нашу кафедру в Строгановке в качестве объекта реставрации студентам-дипломникам. И все это продолжалось более 30 лет.
Тамара Ивановна Гейдор. Фото © Алексей Комлев
Тамара Ивановна Гейдор в отделе Истории архитектуры России Музея архитектуры. Фото © Алексей Комлев

Так случилось, что я продолжал общаться с Тамарой Ивановной, уже став преподавателем техники и технологии монументальной живописи, а также в качестве художника-реставратора. Около пятнадцати лет мы с братом занимались реставрацией той самой модели Большого Кремлевского дворца, которая когда-то размещалась в соборе Донского монастыря, а теперь находится в здании Музея архитектуры на Воздвиженке. Тамара Ивановна была хранителем этой модели, а также научным руководителем нашей работы. Как и во всяком учреждении, в нашем музее (я могу наверное сказать «нашего»: всё-таки проработал в нем почти 15 лет) случались и «начальственные грозы», но мы, как и другие подчинённые Тамары Ивановны, всегда были за ней, как за каменной стеной.

А ещё она писала стихи и рисовала.

Эту запись я делаю на следующий день после кончины Тамары Ивановны. В памяти живо ее лицо, движения, интонации. Все люди рано или поздно расстаются в этой жизни, но потом-то все равно все встретятся…

10 Сентября 2013

comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Wienerberger Brick Award 2020: финал переносится на осень
Завершающий этап премии Brick Award от концерна Wienerberger из-за пандемии перенесли на осень. Но уже сформирован шорт-лист. Рассказываем подробнее о премии и показываем некоторые проекты-финалисты.
Ремесленные традиции
Для бизнес-центра «Депо №1» компания «Славдом» поставляла кирпич Wienerberger и системы крепления Baut. Замысел авторов, поддержанный качественным материалами и исполнением, воплотился в здание, достойное исторической среды Петербурга.
Броненосец из титан-цинка
Новая станция метро в Торонто по проекту британских архитекторов Grimshaw получила необычную кровлю, покрытую титан-цинком RHEINZINK.
Грани света
Параметрическое моделирование помогло апарт-отелю в комплексе Grani не затенять окружающие постройки, а окна Velux – обеспечить светом разнообразные внутренние пространства. Другая их заслуга: деликатное дополнение реконструированных исторических корпусов комплекса.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
ТЭЦ, спорт и зеленая крыша
Архитекторы BIG объединили в одном сооружении для Копенгагена экологичный мусоросжигательный завод, ТЭЦ, горнолыжный склон – и зеленую крышу системы ZinCo.
Стекло для городского калейдоскопа
Современные технологии и классические традиции, строгий и даже торжественный ритм: «Искра-Парк» словно бы переносит нас в 1930-е. С одной поправкой – на объемный, крупного рельефа и зеркального стекла фасад южного корпуса; он возвращает в наши дни.
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.

Сейчас на главной

Зигзаг над полем
Школьный спортзал, также играющий роль общественного центра для швейцарской деревни Ле-Во, спроектирован лозаннским бюро Localarchitecture.
Отстоять «Политехническую»
В Петербурге – новая волна градозащиты, ее поднял проект перестройки вестибюля станции метро «Политехническая». Мы расспросили архитекторов об этом частном случае и получили признания в любви к городу, советскому модернизму и зеленым площадям.
Пресса: Архитектура простыла в музыке
Новая филармония, которую открыли в 2015 году в парижском районе Ла-Виллет,— среди самых заметных произведений современной архитектуры во Франции. Но здание в итоге поссорило его создателей. Пять лет спустя автор проекта Жан Нувель и заказчик, руководство филармонии, обмениваются судебными исками на сотни миллионов евро. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.
Автор-реконструктор
Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.
Электрические колонны
Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.
Пресса: Ар-деко. К юбилею выставки 1925 года в Париже
28 апреля 1925-го в Париже состоялось открытие «Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности». Это событие сыграло ключевую роль в развитии стиля ар-деко, самого яркого художественного направления межвоенной эпохи. И хотя сам термин появился много позже, в 1960-е, именно выставка в Париже подарила стилю его имя.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Из «муравейника» в «город-сад»
МАРШ запускает он-лайн-интенсив, посвященный экологически устойчивому развитию территорий. Об актуальности темы для российских регионов рассказывает куратор курса и наблюдатель ООН Ангелина Давыдова.
Бетон и пальмы
Новый корпус фонда Nubuke в Аккре, столице Ганы, по проекту бюро nav_s baerbel mueller и Юргена Штромайера.
Градсовет удаленно 19.05.2020
Жилой комплекс пополам с гостиницей, еще два варианта станции метро «Парк победы» и поглощение «Политехнической» – на третьем дистанционном градсовете Петербурга.
Простота для Новой Риги
Проект автомойки с кафе и террасой с видом на дальний лес, и «ритейл-офис» мебельных компаний с длинной и причудливой красной скамейкой.
Зеленый лабиринт на фасаде
Стены и кровля офисно-торгового комплекса Kö-Bogen II по проекту Кристофа Ингенхофена в Дюссельдорфе покрыты 8 километрами живой изгороди: это самый большой зеленый фасад Европы.
Параллельный мир
В частном подмосковном доме Parallel House архитектор Роман Леонидов создал выразительную скульптурную композицию из абсолютно простых форм – параллелепипедов, чье столкновение превратилось в захватывающий спектакль.
Зеркало для неба
Офисное здание cube berlin по проекту бюро 3XN рядом с центральным берлинским вокзалом получило зеркальный фасад-аттракцион, позволивший одновременно устроить открытые террасы для отдыха сотрудников.
Волнорез
В Истринском городском округе Подмосковья тандем бюро «Четвертое измерение» и «АРС-СТ» спроектировал спортивный комплекс – монообъем в виде скошенного параллелепипеда с острым, как у корабля, «носом»
Пресса: Как помойка станет парком. Григорий Ревзин о городе...
Подтверждая закон Ломоносова «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому», превращение города в парк, ставшее главным трендом сегодняшнего урбан-дизайна, дополняется обратным трендом — превращением парка в город.
Илья Уткин: «Мы учились у Пиранези и Палладио»
О трех кварталах вокруг Кремля – Кадашевской слободе, Царевом саде и ЖК на Софийской набережной; о понимании города и храма, о творческой оттепели и десятилетии бескультурья; о сокровищах дедушкиной библиотеки – рассказал победитель бумажных конкурсов, лауреат Венецианской биеннале, архитектор-неоклассик Илья Уткин.
Фасад по солнцу
UNStudio реконструировало здание Hanwha Group в Сеуле в соответствии с требованиями энергоэффективности и комфорта, причем работа сотрудников Hanwha не прервалась даже на день.
Дом отшельника
Тема нынешней «Древолюции» – актуальнее не придумаешь. Участники проектировали скромный и легко реализуемый дом для уединения и наслаждения природой. Показываем 19 вдохновляющих работ, отобранных жюри.
Лестница в небо
Проект гостиницы в поселке Янтарный – пример новой типологии рекреационного комплекса, новый формат, объединивший гостиничную, деловую и культурную функции. И все это под лозунгом максимального единения с природой.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Не только военные песни
Один из проектов нынешнего конкурса благоустройства малых городов созвучен празднику 9 мая: его главный элемент – реконструкция парка, в котором ежегодно проходит фестиваль в честь автора известных песен военной тематики.
Городская лагуна
Архитекторы MVRDV встроили в «руины» городского торгового центра на Тайване общественное пространство The Spring с водоемами, детскими площадками, эстрадой и зеленью.
Белоснежные цилиндры
Арт-центр и парк Tank Shanghai по проекту пекинского бюро OPEN Architecture в Шанхае – редкий пример приспособления под новую функцию резервуаров для авиационного топлива.
Голодный город
Реконструкция Торжковского рынка от бюро RHIZOME: прилавки с фермерскими продуктами, фуд-холл и музей в интерьерах модернистского здания.
Пустота как драма
В Дубае закончено строительство комплекса The Opus, задуманного Захой Хадид еще в 2007 году. Главное в здании – криволинейный проем высотой в 8 этажей.
Благотворительная архитектура
Бюро Martlet Architects, за которым стоит молодая российская пара, с помощью архитектуры участвует в решении проблем стран третьего мира. Показываем школу и две клиники, построенные на краю света за счет благотворительных фондов и силами волонтеров.
Эко-административный комплекс
Zaha Hadid Architects выиграли в Шанхае конкурс на проект штаб-квартиры государственной Группы энергосбережения и охраны окружающей среды Китая. Комплекс должен стать образцовым эко-проектом, учитывающим также и последствия пандемии.
Назад в космос
Парк покорителей космоса на месте приземления Юрия Гагарина по концепции West 8 Адриана Гёзе делает Центр урбанистики экономического факультета МГУ под руководством Сергея Капкова.
Полосатое решение
Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.
Что посмотреть на выходных
Для тех кто планирует на майских поотдыхать – вот, можно сделать и это с пользой. Только что завершившийся цикл лекций Анны Броновицкой, прогулки с гидами по гугл-панорамам, знакомство с любимыми книгами архитекторов и еще пара хороших вариантов.
Башня-знак
Самое высокое деревянное здание в мире, 18-этажная башня Mjøstårnet на юге Норвегии, одновременно привлекает внимание к своему городу – Брумунндалу – и служит знаком возможностей дерева как строительного материала.
Остоженка: первая виртуальная
Две виртуальные экскурсии, с десяток лекций, интервью и круглых столов – подводим итоги выставки, посвященной 30-летию бюро и знаковому проекту реконструкции московского центра – району Остоженки. Выставка прошла полностью в «карантинном» он-лайн формате. Постарались собрать всё вместе.
Высотные фантазии
Публикуем проекты победителей и финалистов очередного конкурса eVolo Skyscraper Competition: уже в 15-й раз участники поражают наше воображение невероятными проектами небоскребов.