14.11.2012

Очерк 4. Город как механизм

Продолжаем публиковать серию градостроительных очерков Александра Ложкина

информация:

Александр Ложкин (выступление на Градостроительном форуме). Фотография предоставлена автором
Александр Ложкин (выступление на Градостроительном форуме). Фотография предоставлена автором
Описанные в предыдущем очерке модели, искавшие приемлемую форму организации городской жизни в условиях индустриализации и гиперурбанизации, исходили из сложившегося к тому времени понимания города как застывшей, замкнутой в себе системы. Они если и предусматривали развитие, то лишь относительно небольшое, в ограниченном какими-то рамками пространстве, и лишь количественное, за счет территориальной экспансии (как в американской модели) или за счет наращивания элементов агломерации (в модели города-сада). По сути, такие взгляды не уходили далеко от доиндустриального понимания планирования города как проекта, который завершается в момент завершения его реализации, в то время как город продолжает развитие и после этого. В ситуации, когда города существенно не изменялись веками, такого проекта было достаточно, в новых же условиях успешной моделью могла быть только такая, которая предлагала бы не финализированный проект, но программу развития.

В становлении хорошо известной нам модернистской градостроительной модели, содержащей такую программу, ключевую роль сыграл французский архитектор Тони Гарнье, предложивший в 1904 году концепцию «Промышленного города» [1]. Во время обучения в Школе изящных искусств Гарнье изучал, в том числе, и программный анализ, что, видимо, повлияло на его взгляды. Гарнье впервые предусматривает возможность самостоятельного развития каждой из частей города в зависимости от изменяющихся городских потребностей. В его проекте территория поселения четко разделяется на городской центр, жилую, промышленную, госпитальную  зоны. «Каждый из этих главных элементов (фабрики, город, больницы) задуман и отдален от других частей так, что его можно расширять» [2]
«Промышленный город» Тони Гарнье, 1904-1917
«Промышленный город» Тони Гарнье, 1904-1917
Гарнье не так известен, как другой француз – Ле Корбюзье. Но именно Тони Гарнье почти за тридцать лет до принятия Афинской хартии предложил принцип функционального зонирования, ставший на многие десятилетия догмой модернистского градостроительства. Корбюзье, несомненно, был знаком с идеями Гарнье и даже опубликовал в 1922 году в своем журнале L'Esprit Nouveau фрагмент из его книги. И именно Корбюзье мы обязаны повсеместному распространению этой идеи. 
«Современный город» Ле Кробюзье, 1922
«Современный город» Ле Кробюзье, 1922
Вдохновленный идеями Гарнье, Бруно Таута [3] и американскими городами с их прямоугольной планировочной сеткой и небоскребами, Ле Корбюзье в опубликованной в 1922 году книге «Современный город» предложил концепцию поселения, состоявшего из двадцати четырех 60-этажных административных зданий, окруженных парком и 12-этажными жилыми домами. Эту модель Корбюзье широко пропагандировал, предлагая её для реконструкции Парижа, Москвы и других городов. Впоследствии он модифицировал её, предложив линейное развитие города [4] и отказавшись от первоначального периметрального жилого блока в пользу более свободного расположения застройки. Его «Лучезарный город» (1930) был зонирован параллельными лентами, образовывавшими зоны тяжелой промышленности, складов, легкой промышленности, рекреационную, жилую, зону гостиниц и посольств, транспортную, деловую и города-спутники с воспитательными сооружениями.
Ле Корбюзье. План Вуазен для Парижа, 1925
Ле Корбюзье. План Вуазен для Парижа, 1925
Ле Корбюзье. Проект реконструкции Москвы, 1931
Ле Корбюзье. Проект реконструкции Москвы, 1931
«Лучезарный город» Ле Корбюзье, 1930. Иллюстрация с сайта www.studyblue.com
«Лучезарный город» Ле Корбюзье, 1930. Иллюстрация с сайта www.studyblue.com
Рассматривая дом, как машину для жилья, функционирующую по заложенной в неё программе, Корбюзье и город рассматривал как механизм, который должен лишь четко осуществлять запрограммированные функции. При этом, к происходящим в городе процессам он относился утилитарно, не учитывая возникающие сложные взаимодействия между ними и генерацию новых городских процессов в результате таких взаимодействий. Как и любая механистическая модель, эта стремилась к упрощению. Лишь со временем стали очевидны негативные последствия подобного упрощения.

«Лучезарный город» так никогда и не был построен, но пропагандируемые Корбюзье идеи были широко распространены и легли в основу многих проектов, в том числе реализуемых в Советском Союзе. Достаточно сравнить план «Современного города» и генплан соцгорода левобережья Новосибирска или сопоставить образный ряд того же «Современного города»с обликом новых советских городов и микрорайонов 1970-х годов. 
План «Современного города» Ле Корбюзье (1922) и генеральный план левобережья Новосибирска, 1931. Из кн.: Невзгодин И.В. Архитектура Новосибирска. Новосибирск, 2005. С. 159
План «Современного города» Ле Корбюзье (1922) и генеральный план левобережья Новосибирска, 1931. Из кн.: Невзгодин И.В. Архитектура Новосибирска. Новосибирск, 2005. С. 159
Сопоставление образных рядов «Современного города» Ле Корбюзье (1922) и Набережных Челнов (СССР, 1970-е)
Сопоставление образных рядов «Современного города» Ле Корбюзье (1922) и Набережных Челнов (СССР, 1970-е)
Идеи функционального разделения городских территорий были догматизированы в утвержденной в 1933 году IV Международным конгрессом современной архитектуры CIAM Афинской хартии. Документ, принятый на пароходе «Патрис», содержит 111 пунктов, из которых, с учетом последовавших событий,  наиболее важными представляются два: 
  1. Свободно расположенный в пространстве многоквартирный дом – это единственно целесообразный тип жилища; 
  2. Городская территория должна чётко разделяться на функциональные зоны:
    • жилые массивы; 
    • промышленная (рабочая) территория; 
    • зона отдыха;
    • транспортная инфраструктура.
Эти принципы начали широко применять в западной градостроительной практике во время послевоенной реконструкции европейских городов. В Советском Союзе они были взяты на вооружение лишь в первой половине1960-х в период хрущевских времен взамен доминировавшей до того времени концепции социалистического расселения, предполагавшей преимущественно строительство рабочих поселков при производствах. Разработанная европейскими архитекторами с социалистическими взглядами, модернистская градостроительная парадигмаказалась почти идеально совместимой с советской квазиплановой системой. 
Микрорайон Affenfelsen в Гамбурге, архитектор Фриц Траутвейн, 1969
Фото Дениса Ромодина, http://archigrafo.livejournal.com/341306.html
Микрорайон Affenfelsen в Гамбурге, архитектор Фриц Траутвейн, 1969 Фото Дениса Ромодина, http://archigrafo.livejournal.com/341306.html
Идеология тотального нормирования процессов жизнедеятельности и функционального разделения городских территорий в СССР была научно обоснована в первой половине 60-х годов и впоследствии зафиксирована в СНиПах. Однако последствия реализации модернистской градостроительной модели в конце концов оказались негативными и не привели к достижению тех целей, ради которых она разрабатывалась: возникновению удобного для жизни города с гуманной средой, выгодно отличающегося от исторических городов в плане транспортной доступности, комфорта и санитарно-гигиенических показателей. Создание «спальных», «деловых», «промышленных», «рекреационных» районов привело к тому, что каждый из них  используется лишь часть дня, а остальное время суток оказывается покинутым обитателями. Следствием монофункциональности стал «захват» криминалитетом окраинных микрорайонов в дневные часы, а деловых центров вечером и ночью, когда они пустуют. Разделение места жительства и мест труда и отдыха привело к увеличению транспортных перемещений горожан. Город превращается в разделенный магистралями архипелаг, жители которого передвигаются от одного «острова» к другому на автомобилях.

Наконец, одним из  невидимых, но важных следствий монофункциональности  стало ограничение возможности для пересечения разных видов деятельности и, как результат, прекращение генерации новых видов деловой и общественной активности, что является важнейшим смыслом существования города. Но об этом поговорим чуть позже.

Также не к повышению, а к снижению качества городской среды привел и переход от традиционного типа периметральной квартальной застройки к принципу свободного размещения многоквартирных домов в пространстве. Квартал был способом разделения общественных и частных пространств в феодальном и раннекапиталистическом обществе, а стена дома – границей публичного и приватного. Улицы были общедоступными, а дворы приватными территориями. С ростом автомобилизации архитекторы посчитали необходимым отнести линию застройки подальше от шумной и загазованной проезжей части. Улицы стали широкими, дома отделились от дорог газонами и деревьями. Но при этом исчезло разграничение общественных и частных пространств, стало непонятно, какие территории принадлежат домам, а какие городу. «Ничейные» земли оказались заброшены или же оккупированы гаражами, сараями, погребами. Дворы стали общедоступны и небезопасны, и часто «вывернуты» наружу, на улицу детскими и хозяйственными площадками. Отодвинутые от красной линии улицы дома уже не были привлекательны для размещения в их  первых этажах магазинов и предприятий обслуживания; улицы перестали быть общественными пространствами, постепенно окончательно превращаясь в автодороги. Лишенные пешеходов, они стали небезопасны в криминальном отношении.

С «возвращением» капитализма огромные «ничейные» пространства в российских городах заняли киоски, автостоянки, торговые павильоны и рынки. Дома начали огораживаться от посторонних шлагбаумами и заборами, с помощью которых жители пытались обозначить «свою» территорию. Возникает крайне неприятная, враждебная к «чужакам» среда, провоцирующая чувство неравенства у людей.

На западе подобные районы постепенно превратились в маргинализированные гетто. Первоначально в них заселялись молодые, вполне успешные яппи, для которых новостройка на окраине была первым собственным жильём. Но, если они были успешны, то весьма скоро меняли такое жильё на более престижное, уступая своё место менее успешным гражданам. Именно оттого пригороды Парижа и Лондона стали прибежищем для выходцев из арабских и африканских стран и местом высокой социальной напряженности.

Архитекторы планировали города и новые районы исходя из своих композиционных предпочтений, как художники. Но эти новые районы, выглядящие идеальной утопией на макетах, обернулись неблагоприятными условиями обитания для их жителей, несопоставимыми по качеству с историческими районами, которые они должны были заменить. В 1970-х годах в разных странах мира начинается снос построенных незадолго до этого микрорайонов и жилых комплексов.
Северо-Чемской жилмассив в Новосибирске, фото с макета.
Северо-Чемской жилмассив в Новосибирске, фото с макета.
Северо-Чемской жилмассив в Новосибирске, фото с сайта nskstreets.narod.ru
Северо-Чемской жилмассив в Новосибирске, фото с сайта nskstreets.narod.ru
Северо-Чемской жилмассив в Новосибирске, фото с сайта nskstreets.narod.ru
Северо-Чемской жилмассив в Новосибирске, фото с сайта nskstreets.narod.ru
Северо-Чемскойжилмассив в Новосибирске, фото с сайта nskstreets.narod.ru
Северо-Чемскойжилмассив в Новосибирске, фото с сайта nskstreets.narod.ru

(Продолжение следует)

[1] Окончательно концепция была сформулирована Т.Гарнье в книге «Промышленный город» (Une cité industrielle), опубликованной в 1917 году.

[2] Garnier, Tony. Une cité industrielle. Etude pour la construction des villes. Paris, 1917; 2nd edn, 1932. Цит. по: Фремптон К. Современная архитектура: Критический взгляд на историю развития. М., 1990. С. 148.

[3] Бруно Таут предложил в 1919-1920 годах утопическую модель аграрного поселения, в котором предназначенные для определенных групп населения (посвященных, художников и детей) жилые районы группировались вокруг городского ядра – «короны города».

[4] Идея «Линейного города» была впервые предложена еще в 1859 году испанским инженером Ильдефонсо Серда в плане реконструкции Барселоны и творчески развита Иваном Леонидовым и Николаем Милютиным в 1930 году.

Комментарии
comments powered by HyperComments

другие тексты:

последние новости ленты:

статьи на эту тему:

Архитекторы – партнеры Архи.ру:

  • Сергей Скуратов
  • Алексей Гинзбург
  • Наталья Сидорова
  • Даниил Лоренц
  • Юлий Борисов
  • Владимир Плоткин
  • Андрей Романов
  • Никита Токарев
  • Кристина Павлова
  • Николай Миловидов
  • Дмитрий Реутт
  • Наталия Зайченко
  • Иван Рубежанский
  • Иван Кожин
  • Сергей Чобан
  • Олег Шапиро
  • Андрей Ромашов
  • Зураб Басария
  • Антон Лукомский
  • Александр Попов
  • Сергей Орешкин
  • Олег Карлсон
  • Валерий Лукомский
  • Павел Андреев
  • Александр Асадов
  • Екатерина Кузнецова
  • Александр Бровкин
  • Андрей Гнездилов
  • Александр Скокан
  • Никита Бирюков
  • Антон Бондаренко
  • Вера Бутко
  • Марк Сафронов
  • Валерия Преображенская
  • Анатолий Столярчук
  • Никита Явейн
  • Александр Порошкин
  • Андрей Асадов
  • Юрий Сафронов
  • Олег Мединский
  • Антон Надточий
  • Александра Кузьмина
  • Левон Айрапетов
  • Наталия Шилова
  • Рустам Керимов
  • Тотан Кузембаев
  • Игорь Шварцман
  • Арсений Леонович
  • Сергей Труханов
  • Катерина Грень
  • Карен Сапричян
  • Сергей Кузнецов
  • Татьяна Зульхарнеева
  • Вероника Дубовик
  • Константин Ходнев
  • Наталия Порошкина
  • Юлия Тряскина
  • Сергей Сенкевич
  • Илья Уткин
  • Станислав Белых
  • Роман Леонидов
  • Василий Крапивин
  • Полина Воеводина
  • Владимир Ковалёв
  • Всеволод Медведев
  • Дмитрий Васильев
  • Евгений Герасимов
  • Илья Машков
  • Михаил Канунников
  • Антон Яр-Скрябин
  • Дмитрий Ликин

Постройки и проекты (новые записи):

  • Дом «Пружина»
  • ГРАД Парк
  • Вискикурня
  • Жилой комплекс «Дом на Львовской»
  • Административный корпус парка Горького
  • Гостиница с апартаментами и подземной автостоянкой
  • Парк «Ходынское поле»
  • Парк Ходынка
  • Концепция общественного центра в г.Воткинск

Технологии:

16.05.2019

Комфорт в загородном доме – это прежде всего безопасность и надежность

Олег Панитков, генеральный директор Ассоциации деревянного домостроения, о требованиях к современному загородному дому со стороны заказчика, и о тех параметрах, на которые действительно стоит обращать внимание, затевая его строительство.
15.05.2019

Итоги конкурса Insulating Design

Проекты участников продемонстрировали функциональные и декоративные решения с применением стеновых и кровельных панелей Isopan и архитектурной фасадной системы ARK WALL.
ISOPAN
14.05.2019

FunderMax: для людей, которые создают

В конце февраля в центра дизайна ARTPLAY открылся шоу-рум компании FunderMax.
Материалы FunderMax
14.05.2019

Xpress. Архитектурные системы комфорт-класса

Realit Xpress – это новая алюминиевая архитектурная серия комфорт-класса от признанного лидера отрасли. Высокое качество, лучшая цена на рынке и постоянное наличие на складе – вот основные характеристики системы Xpress.
Архитектурные системы «Реалит»
08.05.2019

Клинкерное семейство

Каждый корпус социального жилого комплекса Space-S в голландском Эйндховене получил фасад из своей сортировки клинкера Hagemeister – чтобы одновременно подчеркнуть различия и родство этих зданий. Выбирали клинкер сами жильцы.
АО «Фирма «КИРИЛЛ», Inbo
другие статьи